"Кхек! Кхе-кхе! Отпусти сейчас же!"

"Где приглашение?"

"Я сказал, отпустить меня, ублюдок! Аргх, задохнусь!"

"Эии!"

Чон Мён грубо разжал пальцы, впившиеся в воротник Хон Дэ Квана. Тот рухнул на пол, кашляя и хрипя, затем сверкнул глазами и ткнул в него пальцем.

"Ах ты щенок! Где твое уважение к старшим? Я хоть и жил на подаяния, но на десять лет дольше тебя!"

"Мы с вами почти ровесники в этом деле, так что давайте без церемоний."

"Чтоб тебя!"

Пока Хон Дэ Кван пыхтел от ярости, Чон Мён мысленно скривился.

'И за что я должен терпеть такое обращение от этих ничтожеств?'

Действительно печальная реальность.

'В иных обстоятельствах даже Глава Союза Нищих почтительно называл бы меня дедушкой... Ууххх.'

"Так где это проклятое приглашение?! Неужели эти твари забыли про Хуашань?!"

"Новости только что пришли! Если только приглашение не прилетит на крыльях, это займет еще несколько дней!"

"Да?!"

'Только пусть попробуют забыть.'

'Я на лысине Настоятеля Шаолиня иероглиф «лысый» выжгу!'

Ну кто сейчас не знает о возрождении Хуашань? Особенно в западной части Центральных Равнин, это..."

Хон Дэ Кван вдруг запнулся. Чон Мён наклонил голову и спросил:

"Что такое?"

"...Я тут подумал."

"О чем?"

Выражение лица Хон Дэ Квана стало серьезнее.

"Шаолинь никогда особо не заботилась о внешнем мире... и расположена немного дальше на восток, верно?"

"Ну да."

"Тогда, может, они не в курсе, что Хуашань отличается от прежней?"

"...Что ты имеешь в виду?"

"Ну, то есть... если Шаолинь считает, что Хуашань всё еще умирающая секта, они могут и не прислать приглашение..."

Чем больше он говорил, тем больше склонялась вбок голова Чон Мёна.

Когда на его лицо опустилась зловещая тень, Хон Дэ Кван вздрогнул и инстинктивно отпрянул.

Как и ожидалось, из уст Чон Мёна вырвалось пламя:

"Эти лысые твари... Смеют игнорировать Хуашань?!"

"У-успокойся, Божественный Дракон!"

"С каких пор эти ублюдки стали так важничать?!"

'Божественный Дракон.'

'Шаолинь ВСЕГДА важничал. Включи мозги.'

"Приглашение? Какое еще приглашение!"

"Ч-что ты задумал?"

Чон Мён закатил глаза, обдумывая варианты.

"Размышляю."

'Кажется, он вообще об этом не думает? Скорее, уже принял решение.'

"О чем размышляешь?"

"Ерунда. Ворваться в Шаолинь и устроить погром... Или найти другую секту, которая получила приглашение, и вежливо попросить уступить."

"..."

Оба варианта звучали одинаково безумно.

'И это мысли настоящего даоса?'

Говорят, каждый день приносит что-то новое, и всякий раз, встречая Чон Мёна, Хон Дэ Кван открывал новые уровни человечности.

"...Шаолинь далеко. Ладно, Южный Край. Эти засранцы подойдут. Они вежливо отдадут мне приглашение!"

Почему он сжимает кулаки, когда говорит «вежливо»...

Хон Дэ Кван начал сомневаться:

'Действительно ли хорошо, что Хуашань возрождается?'

'Если во главе будет этот маньяк?'

Вместо того, чтобы Хуашань возглавляла Канхо с этим маньяком в качестве лидера, не лучше ли было бы, если бы миром правил Демонический Культ?

Пока Хон Дэ Кван размышлял, Чон Мён резко повернул голову, заставив его вздрогнуть.

"Приглашение уже дошло до Южного Края?"

"Успокойся, Божественный Дракон! В этом мире дела не делаются так быстро!"

"Нет! Сейчас!"

"Шаолинь организует Великое Соревнование Мурима! На подготовку уйдет минимум три месяца! Приглашения прибудут не раньше чем через неделю!"

"Гррр."

Чон Мён нахмурился, явно недовольный.

В конце концов Хон Дэ Кван сдался:

"А если Хуашань не получит приглашение, я лично добьюсь его через руководство!"

Но Чон Мён лишь прищурился и посмотрел на него с недоверием:

"Вы-то?"

"...Кем ты меня считаешь?"

"Нищим?"

"..."

'Ну... технически да, но...'

"Я глава отделения Союза Нищих! У меня достаточно полномочий вносить такие предложения руководству!"

"Хм. Сомнительно."

"У-у-у-ух!"

Глаза Хон Дэ Квана наполнились слезами.

'Зачем я вообще приехал в Хуаинь?'

Если бы он просто остался в Лояне, потягивая местное рисовое вино, ему бы не пришлось бы терпеть такое унижение. Неужели он отправился в эту далекую Шэньси в погоне за богатством и славой, только чтобы его теперь третировали, как нищего, выпрашивающего подачки?

'Ненавижу этого чертенка!'

"Ладно, просто подожди несколько дней! Приглашение скоро прибудет."

"Хорошо, я понял."

Чон Мён кивнул.

"Значит, всё решено?"

Хон Дэ Кван тяжело вздохнул.

Говорят, если находишься рядом с «колючим» человеком - сам получишь (1)... Но этот парень сам размахивал кулаками направо и налево.

(1) Рядом с колючим человеком самому влетит (кор. 모난 놈 옆에 있으면 정 맞는다) - общение с грубыми людьми приводит к неприятностям.

В такие моменты лучше поскорее убраться от него подальше...

"А, точно!"

"М-м?"

Чхонмён резко повернулся к Хон Дэ Квану, словно что-то вспомнив.

"Кстати, как там с тем паршивым щенком-нищебродом, которого я просил поймать? Поймал этого ублюдка?"

"......"

Глаза Хон Дэ Квана нервно подернулись.

'Ого, он про это еще не забыл?'

'Разве это не патологическая одержимость?'

"Д-да, поймал. Но ты слишком долго отсутствовал, так что я отправил его обратно."

"Что? Кто тебе разрешил его отпускать?"

"С-сейчас это не важно! И он, скорее всего, приедет в Шаолинь. Так что, если у тебя есть к нему какое-то дело, разберёшься с ним там."

"Этому нищему ублюдку ещё и везёт, оказывается!"

Чон Мён злобно сверкнул глазами.

Видя этот взгляд, Хон Дэгван начал искренне беспокоиться.

'Неужели с Шаолинем или Южным Краем действительно что-то произойдёт?'

'Особенно Южный Край выглядит весьма уязвимым... Бедняги, зачем им было ссориться с этим чудовищем...'

И, к огромному «счастью» для Южного Края, менее чем через три дня после этого Хуашань посетил один человек.

* * *

"Вы сказали, что пришли из Шаолиня?"

"Да, Лидер Секты. Этот смиренный монах — Хе Бан из Шаолиня."

"Добро пожаловать в Хуашань."

Обменявшись легкими поклонами, Хён Чжон тяжелым взглядом окинул гостя.

Бритая голова, невозмутимо спокойное лицо.

Алое монашеское одеяние, обернутое вокруг тела.

Все это создавало ауру незыблемого спокойствия.

'Истинный Шаолинь.'

Если такой мастер выполняет роль посыльного, сколько же сильных должно быть в Шаолине?

'Как и ожидалось от Шаолинь. Это место было достойно называться путеводной звездой Канхо.'

"Итак, зачем Шаолинь почтил нас визитом?"

Хе Бан достал из складок одежды лакированный конверт.

"Приглашение от Настоятеля Шаолиня Лидеру Секты."

"Приглашение..."

Хён Чжон тут же вскрыл конверт и вынул письмо.

Великое Соревнование Мурима (2).

(2) Великое Соревнование Мурима (кор. 천하무림대회 кит. 天下武林大會, 天下-везде/повсеместно, 武林-Мурим/мир боевых искусств, 大會-собрание)

Такое банальное название.

Но если название происходит от Шаолиня — это уже не банальность.

Хён Чжон прищурился и открыл вложенное письмо…

…И так же быстро сложил его обратно.

Текст был написан в чрезвычайно вежливом стиле, но, вероятно, похожие письма отправлялись и в другие места.

'Разве что в Удан и Южный Край отправилась слегка иная версия.'

По одному этому письму было ясно, как много Шаолинь думал о Хуашань.

Само получение приглашения уже радость. Однако Хён Чжон не мог избавиться от легкой горечи.

"Соревнование Мурима, говорите?"

"Насколько мне известно, планируется встреча Лидеров каждой из сект. В то же время будет проведет турнир по боевым искусствам для укрепления дружбы и обмена опытом."

"Лидеров Сект?"

"Возможно ли? Участие в турнире могут принять те, кому тридцать и младше."

'Тридцать...'

Хён Чжон посмотрел на Хе Бана с едва заметной улыбкой.

"Прекрасная инициатива. Но... как наша Хуашань, изгнанная из состава Десяти Великих Сект, имеет право участвовать?"

"Амитабха. К чему такие слова? На собрание приглашены не только Десять Сект, но и Пять Великих Семей, и другие влиятельные секты. Не сомневайтесь."

"Хм!"

Как только он закончил говорить, сзади послышалось фырканье.

Хе Бан обернулся на внезапный комментарий и увидел молодого человека, прислонившегося к стене и смотрящего на него с явным презрением.

'Такой молодой...'

Враждебный взгляд можно было понять. Хуашань была изгнана из со става Десяти Великих Сект, и Шаолинь был в числе тех, кто принимали в этом участие.

Но проблема в том, что это была резиденция Лидера Хуашань!

Было странно, что молодой ученик присутствовал на таком важном мероприятии, где принимали гостей из Шаолиня. Но куда более невыносимо – его вызывающее поведение.

'Позор для великой секты.'

Прежде, чем морщина на лбу Хе Бана успела стать глубже, Хён Чжон мягко вмешался:

"Что ж. Вы говорите, что собираетесь провести соревнование по боевым искусствам?"

"Да."

"Какой формат? Все ученики всех сект не смогут участвовать."

"Я бы хотел, но в реальности это трудно осуществить. Поэтому пришлось ввести некоторые ограничения."

"Ограничения?"

"Обратите внимание на цвет приглашения."

Хён Чжон взглянул.

"...Оно серебряное."

"Всего есть четыре типа приглашений. Первый — платиновый. Обладатели платинового приглашения могут привести пятьдесят человек, двадцать из которых могут участвовать в турнире."

Хён Чжон нахмурился.

"Золотой — сорок человек, пятнадцать бойцов. Серебряный — тридцать и десять. Бронзовый — двадцать и пять..."

"Эй, ты это серьезно?"

"Чон Мён!"

"Боже, да успокойся! Терпение!"

Когда Чон Мён закатил глаза, ученики первого поколения, которые были наготове на случай неожиданности, мгновенно придавили его к полу.

Но даже будучи под грузом тел, он рычал как загнанный зверь, а затем внезапно закричал:

"Серебряный? СЕРЕ-Е-Е-Е-Е-ЕБРЯНЫЙ? Даже не золотой? Да как вы смеете так недооценивать Хуашань?!"

Монах вздрогнул и невольно отпрянул от этой ярости.

'Погодите-ка...'

'Он только что сказал «Чон Мён»?

'Так этот парень – тот самый Божественный Дракон Горы Хуа?!'

'Как кто-то вроде такого негодяя может…'

'Наглый до невозможности, настоящий дикарь, который не знает, что такое уместность!'

'И его называют несравненным великим мастером младшего поколения?'

'Говорят, нельзя доверять слухам в Канхо, воистину это так.'

"Эй! Ты!"

"..."

"Лыс... то есть, уважаемый монах!"

Хе Бан сделал вид, что не расслышал первое слово, и откашлялся.

"Вы звали?"

"Что получил Южный Край?"

"…А?"

"Какой тип приглашения у Южного Края?"

"...Платиновое."

"Серьезно, они что, издеваются?!"

Чон Мён снова забился в истерике, и Ун Гом с Ун Амом навалились на него сильнее.

"Тише-тише. Успокойся. Давай успокоимся."

"Сладости! Кто-нибудь, принесите мне сладости!"

Прижатый к полу, Чон Мён оскалился.

"Эй, монах!"

"..."

Единственным монахом из присутствующих был Хе Бан, но тот предпочел сделать вид, что не замечает фамильярности.

"Вы слышали, как ученики младшего поколения Южного Края были разгромлены Хуашань?"

"Да.. Уверен, что слышал о том, что Хуашань победила на Собрании Южного Края и Хуашань."

"Собрание Южного Края и Хуашань?"

"Э-э, нет, я хотел сказать на Собрании Хуашань и Южного Края (3)..."

(3) Собрание Хуашань и Южного Края (кор. 화종지회, кит. 華終之會) – соревнование по боевым искусствам между сектами Хуашань и Южный Край. Изначально состязание задумывалось как дружеская встреча и обмен опыта между учениками. Но со временем, когда влияние Хуашань ослабло, их ученики регулярно терпели поражения, и это мероприятие стало для них своего рода унижением. Название включает в себя первые иероглифы сект. В данном отрывке Хе Бан сказал종화지회 (первый иероглиф секты Южный Край), а потом исправился, сказав화종지회 (первый иероглиф секты Хуашань). Каждая секта называет соревнование по-своему, тем самым придавая себе бо́льшее значение и вес.

Чон Мён презрительно цокнул языком.

"Очевидно, что ученики младшего поколения Хуашань доказали свое превосходство над Южным Краем, но они получают платиновые приглашения на двадцать человек, а мы — серебряные на десять? Вы это серьезно?"

"..."

Хе Бан онемел.

Подумав об этом, он осознал, что это правда. Логика была безупречной, вот только манеры...

"Подумайте об этом хорошенько и верните приглашение! Подумайте! Эй, эта чертова штука…. Ммпх!"

Хён Ён умело засунул рисовый пирожок в рот Чонмёну. Взгляд Чон Мёна слегка смягчился, когда его рот наполнился чем-то, что можно пожевать. И на мгновение, занятый рисовым пирогом, он замолчал.

"Вот, чай тоже здесь."

Хён Ён, который даже поставил чайник перед Чон Мёном, взглянул на Хён Чжона.

Хён Чжон кивнул в ответ и поспешно заговорил.

"Пусть и в грубой форме, но то, что сказал этот ребенок, не лишено истины. Если бы Великое Соревнование Мурима было просто собранием, то всё было бы нормально. Но раз уж это турнир, где будут проводиться поединки мастеров младшего поколения, то разве Хуашань не заслуживает того, чтобы к ней относились на равных с Южным Краем? Как вы полагаете?"

"Амитабха. Это..."

Хёнджон широко улыбнулся.

"Шаолинь всегда славился своей честностью и справедливостью. Надеюсь, вы учтете нашу репутацию".

В этот момент Чон Мён, проглотивший рисовый пирог, снова закричал.

"Да мы придём и изобьем всех этих учеников Южного Края! Тогда у вас глаза на лоб полезут! Подумайте об этом и верните приг..."

"Давай-ка ещё один пирожок."

"Ммпх!"

Хён Ён снова заткнул ему рот пирожком.

Наблюдая за этой сценой с суровым лицом, Хе Бан, казалось, глубоко размышлял, но наконец кивнул.

"Лидер Секты говорит верно."

"Благодарю за понимание."

"Однако количество платиновых приглашений строго ограничено. Все, что я могу предложить - лишь золотое приглашение. Потому прошу и вас, Лидер Секты, проявить снисхождение к моей и Шаолиня ситуации."

С этими словами он достал из складок одежды золотистый конверт и протянул его Хён Чжону.

Тот молча посмотрел на конверт и кивнул, принимая его.

"Благодарю."

"Амитабха. Не стоит благодарности."

Сложив ладони, Хе Бан продолжил:

"Соревнование начнется через полгода."

"Почему так долго?"

"Потребуется некоторое время, чтобы собрать все отдаленные секты. Да и Шаолиню требуется подготовка."

"Хм. Логично."

"Амитабха. Тогда я откланиваюсь."

Хе Бан поднялся. Хён Чжон посмотрел на него с легким удивлением.

"Уже?"

"Осталось еще много приглашений, которые нужно вручить. Пожалуйста, простите мою грубость, что ухожу так быстро."

"Хён Сан."

"Да, Лидер Секты."

"Проводи гостя."

"Есть!"

Когда Хён Сан встал со своего места, Хе Бан поклонился, сложив руки, и вышел.

После того, как они ушли, все, кто остался в резиденции Лидера Секты, с серьезностью посмотрели на золотой конверт.

"Великое Собрание Мурима..."

Взгляд Хён Чжона естественно перешел на Чон Мёна.

"Что думаешь, Чон Мён?"

"...Южный Край — не главная проблема."

"О?"

В этот момент Хён Чжон увидел.

Глаза Чон Мёна горели.

"Эти лысые твари посмели недооценивать Хуашань? Да я им черепа расколю!"

Когда из его рта чуть ли не повалил дым, Хён Чжон лишь добродушно улыбнулся.

'Стоит ли его брать с собой?'

'Я волнуюсь.'

'... Я действительно волнуюсь.'

Лично Лидеру Секты Хуашань.

Канхо полон бесконечных распрей, а сердца полны зависти, Поднебесная погрузилась в хаос. После долгих раздумий Шаолинь пришел к выводу, что корень зла лежит в недостатке взаимного сотрудничества между сектами.

В пошлом, до того, как Демонический Культ натворил бед, существовали турниры по боевым искусствам, в которых участвовало много сект, и они могли развиваться благодаря конкуренции и дружбе.

Ныне, когда Альянс Мурима существует лишь формально, Шаолинь смиренно желает взять на себя роль организатора и провести соревнование по боевым искусствам.

Просим Вас, Лидер Секты, не отказывайтесь от приглашения Шаолиня и почтите нас своим присутствием вместе со своими учениками, дабы украсить это событие.

Мы ждем Вас на горе Сун.

____________________________

Перевод, редактура: Лунный Пирожок (Сонпхён)