На Финансовый Павильон была сброшена бомба.

"Что за бред! Нам нужно создавать торговую гильдию в Сычуани?!"

"Что? Говорят, мечи от Семьи Тан уже в пути? И... и что нам с ними делать? Складировать?"

"А что насчет риса в Юньнани? Кто этим занимается?"

Каждое из этих событий могло бы перевернуть с ног на голову даже крупную секту. А так как таких «бомб» упало несколько, то Финансовый Павильон превратился в настоящий ад, будто здесь разгорелась война.

"Ц-ц-ц. Ну и народ."

Хён Ён, наблюдая за этой суматохой, довольно улыбался.

"Да чего вы так разошлись? Неужели всё настолько серьёзно?"

"Глава, да как же несерьёзно? За всё время моего пребывания в Финансовом Павильоне ничего подобного не случалось!"

"Верно, не случалось."

Уголки губ Хён Ёна поднялись ещё выше. Казалось, они вот-вот достанут до ушей.

"Но тогда в Хуашань не было нашего Чон Мёна, верно?"

"......"

'Нашего Чон Мёна?'

'Кажется, я впервые слышу, чтобы Глава так говорил...'

"Нечего удивляться. Да, здесь нет ничего удивительного. Впереди нас ждут ещё более удивительные вещи, так что хватит суетиться!"

Ун Бан не нашёлся, что ответить. Он не мог не улыбнуться, видя безумно счастливого Хён Ёна. Как подчинённый, он не мог разрушить это счастье.

БАМ!

В этот момент дверь Финансового Павильона распахнулась, и один из учеников вошёл, неся огромную корзину.

"Глава! Я достал это!"

"О-о!"

Хён Ён вскочил, подбежал и ловко выхватил корзину.

Сдернув покрывало, он обнаружил внутри крупного извивающегося угря, женьшень и связанную курицу, которая высунула голову.

"......Что это, Глава?"

"Малыш устал после долгой поездки в Юньнань. Нужно приготовить ему немного наваристого ёнбонтана (1), чтобы помочь восстановить силы!"

(1) Суп ёнбонтан – (кор. 용봉탕, кит. 龍鳳湯 龍-дракон, 鳳-феникс, 湯-суп) – символичное название дано в соответствии с главными ингредиентами, входящими в состав супа: карп/черепаха, символизирующие дракона (용, ён), и взрослая курица (봉, бон), символизирующая феникса. Питательный, наваристый суп, который славится своими тонизирующими и укрепляющими свойствами. В древности считался едой высшего класса, так как ингредиенты по меркам того времени были чрезвычайно роскошными и недоступными для простых людей.

"В ёнбонтан не кладут угрей."

"Что? Тогда почему его называют «ёнбонтан»?"

"......"

"......"

Ун Бан прикрыл рот кулаком и слегка кашлянул. Сейчас это было не главное.

"Э-э, Глава, даже если Хуашань и не запрещает есть мясо, мы всё же даосская секта. Убивать живых существ..."

"Всё в порядке. Всё нормально. Их смерть будет достойной. Я уверен, они сами будут этому рады."

'Может, стоило бы спросить самого угря?'

'Вы серьёзно считаете, что его это устраивает?'

Игнорируя тревогу Ун Бана, Хён Ён сокрушённо пробормотал:

"Бедняга. Ребенок вернулся таким исхудавшим. Если хорошо кормить и растить Чон Мёна, Хуашань будет процветать."

"Он и так пухленький."

"О-хо!"

"Даже с родным внуком вы бы так не поступили."

"Да как ты смеешь сравнивать какого-то моего внука с Чон Мёном?!"

'Бесполезно.'

"В общем, разбирайтесь с этим сами. А я пойду и займусь этими ребятами."

"В-вы? Сами?"

"Конечно!"

Не колеблясь ни секунды, Хён Ён развернулся и радостно зашагал на кухню.

Ун Бан растерянно смотрел ему вслед, затем тихо вздохнул. И незаметно улыбнулся.

'Неужели он действительно счастлив.'

Вспоминая прежнего Хён Ёна, он не мог представить его иначе, чем вздыхающим.

Ежедневная рутина Хён Ён заключалась в том, чтобы целый день листать свои счётные книги, вздыхать, снова размышлять и снова вздыхать. Между бровей у него всегда залегала глубокая морщина, а глаза были впалыми.

Человек, раздавленный грузом ответственности кормить секту, которая могла рухнуть в любой момент.

Таким Ун Бан помнил Хён Ёна.

А теперь тот радовался, как дитя. Даже если дела шли не лучшим образом, сам Ун Бан чувствовал, как его настроение поднимается.

'Он так сильно изменился.'

Кажется, что всего за два последних года секта словно стала другой. Когда он в последний раз так счастливо улыбался, глядя на Хён Ёна?

"Ц-ц. Вот дела."

Он знал, что Хён Ён покровительствует Чон Мёну. Даже больше, чем ему, служившему Хуашань дольше.

Но несмотря на это, он не испытывал к Чон Мёну неприязни. Потому что знал: этот парень без устали трудился ради всех в Хуашань.

"Заместитель Главы. Что нам делать?"

"Нам правда нужно самим со всем разобраться?"

Ун Бан нахмурил брови, глядя на своих растерянно переглядывающихся учеников.

"Хватит ныть."

"Но..."

"Разве нытьё поможет? Вы же видите, в каком состоянии Зал Медицины."

"А..."

При упоминании Зала Медицины ученики покорно кивнули. Затем с жалостью посмотрели в его сторону.

"Два кына и три ляна (2) фигурного женьшеня (3)!"

(2) Кын, лян (кор. 근, 량) - традиционные корейские единицы измерения массы. 1 кын ≈ 600 грамм, 1 кын = 16 лян, поэтому 1 лян ≈ 37.5 грамм. 2 кына и 3 ляна ≈1 312,5 грамм.

(3) Антропоморфный пурпурный женьшень, фигурный женьшень (кор. 인형자삼, кит. 人形紫蔘, 人形-человеческий облик\фигура, 紫-фиолетовый/пурпурный, 蔘-женьшень) - растение с корнем антропоморфной (напоминающей тело человека) формы и пурпурным оттенком, чаще всего условно относящееся к женьшеню. Подобные мифические растения упоминаются в романах о боевых искусствах и в фольклоре и часто наделяются сверхъестественными свойствами - даруют бессмертие или продлевают жизнь, наделяют магической силой и т.д.

"Два кына и три ляна!"

Фигурный женьшень начали аккуратно нарезать. Движения были осторожными, словно малейшая ошибка была недопустима.

"Два кына и три ляна!"

"Принесите сюда!"

"Есть!"

Работник Медицинского Зала бережно подхватил нарезанные кусочки и бросился вперёд.

"Вот, держите."

Глава Медицинского зала Ун Гак сглотнул и принял фигурный женьшень. Затем осторожно положил его на весы.

Как только стрелка слегка перешла нужную отметку, Ун Гак закатил глаза.

"Я сказал два кына и три ляна! А ты отрезал три с половиной! Ты что, слепой?!"

"Н-нет, это не так!"

"Ты вообще понимаешь, что на кону?! Если из-за тебя Пилюля Истока Хаоса... нет, если Пилюля Фиолетовых Небес будет создана неправильно, ты возьмёшь на себя ответственность? Бестолочь!"

Вспышка ярости заставила работник зала побледнеть. Он тут же склонился в поклоне.

"Я совершил непростительное!"

"Ты же воин! Ты что, не в состоянии как следует измерить?!"

"М-мои весы показали два цзиня и четыре ляна!"

"Что?!"

Ун Гак сверкнул глазами.

Но голос, раздавшийся сзади, смягчил его гнев.

"Кажется, все весы слишком старые и показывают по-разному."

"М-м?"

Ун Гак обернулся.

Тан Сосо в одеянии Хуашань перекладывала монету с одних весов на другие.

"Проблема в несоответствии весов, Глава. Нам следует либо использовать одни весы, либо заменить их все."

"М-м. Понятно."

"Да. Главное — точные пропорции. Если весы показывают по-разному, возникнет ошибка, и пропорции нарушатся."

"М-м. Но если использовать только одни весы, это займёт слишком много времени."

Глава Зала резко повернулся.

"Немедленно отправляйтесь в Хуаинь и купите новые весы! Сейчас же! Деньги выделит Финансовый Павильон."

"Есть! Сколько весов..."

"Что значит «сколько» ?! Меняем все! До единого! Вместо этих вы должны выбрать и купить только точные весы!"

"Есть!"

Под грозным взглядом Ун Гака, готового сожрать все весы, работник зала в панике выбежал наружу.

Глава Медицинского Зала сверкнул глазами и крикнул:

"Все, слушайте внимательно!"

"Есть!"

Работники зала напряжённо ответили.

На их лбах выступили капельки пота.

"От этого зависит судьба Хуашань! Любой, кто проявит хоть малейшую халатность, будет лично мной брошен в пещеру Цветущей Сливы и поставлен лицом к стене на три года! Понятно?!"

"Так точно, Глава!"

Ун Гак вытер рукавом пот со лба.

'Оооххх. Это нелегко.'

Конечно, сам процесс создания Пилюли Истока Хаоса не был слишком сложным. Яксон оставил очень подробные инструкции, и никаких специальных методов создания Пилюль не требовалось — лишь точный расчет пропорций и следование секретному рецепту.

Проблема была в эмоциональном давлении.

Пилюли крайне капризны. Даже малейшее отклонение в пропорциях резко снижало их эффективность.

'Это Древесная Трава, с таким трудом добытая в Юньнани. Никаких ошибок быть не может!'

Ун Гак глубоко вздохнул.

'Хорошо, что эта девочка здесь.'

На самом деле, в Хуашань не осталось записей о создании Пилюль. То есть, за последние сто лет их никто не изготавливал.

И хотя Ун Гак изучал теорию их изготовления, будучи Главой Зала Медицины, это был его первый практический опыт.

Если бы не Тан Сосо, ему бы сейчас, вероятно, пришлось проходить через бесчисленные пробы и ошибки.

'Конечно, она не может раскрыть весь процесс.'

Но её советы по подготовке были неоценимы.

В любом случае, даже создание Пилюли Истока Хаоса было огромной нагрузкой... А тут ещё и другие проблемы.

"Кхм. Вы здесь?"

"…"

Дверь мастерской открылась, и вошли Хён Чжон и Хён Сан.

"Приветствуем Лидер Секты!"

Работники зала синхронно поклонились. Хён Чжон добродушно улыбнулся и кивнул.

"Хорошо. Вы все заняты, надеюсь, я не помешал."

Ун Гак уставился на него с изумлением.

'Лидер Секты.'

'Это уже шестой раз за сегодня.'

'Может, просто поставите стул и сядете здесь? Зачем ходить туда-сюда?'

"Кхм-кхм. Вы хорошо работаете. Просто..."

Хён Чжон который, казалось, оглядывался по сторонам, опустил взгляд.

"Все так заняты, что не замечают... Не слишком ли много пыли на полу."

"......Что?"

"Боюсь, что во время создания Пилюль внутрь могут попасть посторонние частицы. И если окна открыты настежь, могут залететь насекомые."

"А... Да."

"Кхм. И ещё... Если оставить ингредиенты так, они потеряют влагу, и их вес изменится. Боюсь, что из-за этого эффективность может снизиться..."

Ун Гак стиснул зубы.

'Шестой раз за день.'

Он приходил, чтобы «подбодрить», но продолжал придираться, и в итоге только мешал. Приходилось то работать, то убираться, и так по кругу.

"Лидер Секты..."

"М-м? Что такое?"

"Я... Я об этом позабочусь."

"Кхм-кхм! Я не хочу вмешиваться в дела Главы Зала Медицины. Просто я старый и от этого слишком беспокойный."

Ун Гак украдкой потирал виски, глядя на смущённого Хён Чжона.

'Лучше бы ругался и бил.'

Этот взгляд, полный недоверия, и десятки визитов в день сводили с ума.

"Итак... сколько времени потребуется для окончательного создания Пилюли Истока Хаоса…. то есть, Пилюли Фиолетовых Небес?"

"Десять дней."

"Т-так долго?"

Хён Чжон дёрнулся.

Его лицо ясно говорило:

'Мы и так на пределе, а вы предлагаете ждать ещё десять дней?'

Ун Гак больше не мог сдерживаться и глубоко вздохнул.

"Лидер Секты. Большинство пилюль в основном производятся путем ферментации в течение сорока девяти дней, а затем сушки и созревания в течение сорока девяти дней. Однако, в отличие от других Пилюль, Пилюля Фиолетовых Небес проста в приготовлении, поэтому на неё уходит меньше времени."

"П-правда?"

Лицо Хён Чжона слегка покраснело.

"В процессе изготовления Пилюли нам потребуется мастер по управлению внутренней энергией, вот тогда вам лично нужно будет тщательно следить за процессом. Так что сейчас, пожалуйста, просто... уйдите!"

"Кхм. А, понимаю. Я просто хотел помочь..."

"Я сам попрошу, когда что-то понадобится!"

"Ну, тогда давайте так и сделаем."

Смущённо оглядевшись, Хён Чжон громко кашлянул и повернулся.

"Хорошо. Тогда трудитесь."

"Будьте здоровы, Лидер Секты!"

Хён Чжон неохотно вышел. Когда дверь закрылась, один из работников зала неловко пробормотал:

"Похоже, он весь в нетерпении."

"Ещё бы..."

Если подумать, это же огромное событие. Неудивительно, что Хён Чжон так волнуется.

Но понимание — одно, а помехи — другое. Для тех, кому предстоит выполнить большую задачу, любое отвлечение смерти подобно.

"Все, соберитесь снова! Нельзя провалиться!"

"Так точно, Глава!"

"Будущее Хуашань зависит от этого, но..."

Ун Гак слегка понизил голос.

"Помните: ради создания пилюли этот чертов Чон Мён проделал такой путь до Юньнани."

"Да!"

"...И если мы провалимся, ему придётся ехать снова."

"......"

Атмосфера вокруг мгновенно похолодела.

"Думаете, он спокойно вернется? Этот Чон Мён?"

"...Нет."

В головах работников зала всплыл образ безумного Чон Мёна, который носился с выпученными глазами.

Их тела задрожали сами собой.

'Мы обязаны преуспеть!'

'Мы должны добиться успеха, даже если это означает смерть!'

Все уставились на ингредиенты для Пилюли Истока Хаоса с горящими глазами.

Взгляд Ун Гака тоже стал решительным.

'Я вложу в это все свои силы!'

В Зале Медицины начала накаляться атмосфера.

____________________________

Перевод, редактура: Сонпён ( 송편 )