На пути сергале не встречались люди. После Чиневеда ей вообще никто не встречался. Улицы не радовали ни слух, ни глаз. Тишина, будто сбежав с крыльев моста, распространилась по всему району. Илали хотела как можно скорее передать раненную девушку врачам, поэтому срезала углы, пробегая по середине дороги, ныряла в переулки и пространства между домами. Однако не только из-за скорейшего прибытия она так старалась: ей думалось, что если людей нет в центре, то они, вероятно, где-то в закоулках… Сергала мельком глянула на девицу в своих руках.

"Дышит. Руки держит около груди, сжимая на одной белую ткань рубахи. Раны на лице... За что она их получила всё-таки? Я хочу поговорить с ней. Хочу узнать, что она делала у моста. Видела ли она того, кто изувечил её. Знает ли, почему вокруг царит только тишь да гладь. Быть может, если я добегу до больницы, то узнаю что-нибудь. Лишь бы лекари были на месте."

— С... Спа... сибо, — внезапно прошептала девушка, продолжая сжимать край рубашки, обмотанный вокруг ладони, — Ты…

— ...Молчи. Иначе будет хуже, — мысли Илали уже были прерваны, да и до больницы было всего ничего. — Придумай-ка лучше оправдание... Из одного слова, — повторно потеряв суть мыслей, сергала притормозила. Сменила бег с прыжками на легкий бег. — Вот и..

Здание клиники было окружено людьми. Жители района столпились у входа. Но даже так было тихо, никакого шума, никаких разговоров, только ожидание и затаённое дыхание. Вдохнув, Илали подбежала к скоплению людей.

— Посторонитесь! Тут раненная! — Не желая расталкивать знакомых, сергала стала ждать, когда её пропустят.

Люди зашевелись мгновенно и, осторожно поворачивая головы назад, делали по шагу или два в сторону. Их взгляды впивались в землю, а лица были бледны и полны грести с волнением. Их глаза иногда поднимались и, поглядев немного исподлобья, вновь опускались книзу. Волнение делало воздух тяжелым, не пригодным для дыхания. Все, неспособные сдерживать капли грусти, отворачивались. Тишину нарушали только топот и хруст песка под ногами. Никто из присутствующих не произнёс и словечка, пока Илали проходила мимо страждущих, стараясь не задевать их хвостом или ногами девушки на её руках.

— И... Илали!.. Сильно не переживай! — Крикнул мальчик из толпы.

— Мы поможем всем, чем сможем! — Стали поддерживать мальчонку и другие голоса.

— Да, Илали! Сильно не горячись… — Продолжала кричать толпа.

Сергала не понимала их. Не понимала, что это за поддержка, и какова её причина. Но времени спрашивать уже не было, посему, ответив на все слова кивком, который волнующиеся, возможно, и не увидели, она зашла внутрь здания. К тому же, слова о поддержки явно были адресованы только Илали и не касались раненной девушки. Значит, что-то могло случиться с её семьёй… Одна единственная мысль об этом заставляла сжимать кулаки и хмурить брови. Заставляла сердце биться чаще, а дыхание сбиваться. Глотать воздух, но не быть способным проглотить ком, вставший в горле… Уже первая медсестра, встретившаяся на пути Илали, повела её в какую-то определённую палату. Сергала указала на серьёзные раны незнакомки, на что медсестра никак не отреагировала, продолжая вести её по коридору. В воздухе повисла странная угнетающая атмосфера, не меняющаяся до самого конца пути.

— За дверью помогут вам обеим, — понурив голову, прошептала медсестра. Что-то в её голосе вызывало недоверие и наталкивало на мысль, что это какая-то странная дверь, что за ней нечто, разрывающее душу... причиняющее адскую боль, а не что-то способное помочь девицам. — Заходи, — немного погодя, словно собираясь с силами, медсестра открыла дверь, пропуская Илали вперёд.

Илали, аккуратно пройдя в дверной проём, дабы не покалечить девушку ещё больше, зашла. Их встретила другая медсестра и близкая подруга семьи Илали – Дарет. Эта женщина, которой чуть больше сорока, личный лечащий врач семьи полулюдей. У неё коротко стриженные бледно-персиковые волосы. Не высокий рост, тонкие и вечно холодные пальцы.

— Уложи её вон на ту... Нет. На ту койку, — указывая на одну, а после совсем другую постель,  Дарет уже осматривала незнакомку на руках у сергалы, — Мэлл ей поможет, а ты подойди сюда, — косым левым кивком женщина указала на свою помощницу, крутящуюся около столика со шприцами.

Илали уложила пострадавшую на указанное место и отошла к Дарет. Мэлл же задвинула ширму со стороны новой пациентки и приступила к осмотру её лица.

— Мне у самого входа что-то кричали. Что-то, заставляющее испугаться,— присев на пустую постель, напротив Дарет, Илали когтями прошлась по левой стороне своей шеи, — что-то в духе... «Не переживай», — опустив голову пониже, сергала заглянула в глаза подруги. Не было никакого желания спрашивать о том, что случилось, ведь Илали могла услышать то, чего слышать никогда не желала.

— Это касается девушки, которую ты принесла сюда и, — Дарет медленно положила руку на колено сергалы, — И... Кетали, — глас женщины звучал ровно, спокойно и мягко, хотя, по обыкновению, он не должен быть таким нежным и бархатистым... Но в такой момент Илали слышала, что он звучал именно так.

Уши сергалы заложило на несколько секунд, а по их истечению раздался писк, продолжительный и неумолкающий. Сердце будто удар пропустило и упало куда-то вниз. Руки дрогнули, всё тело дрогнуло, словно хладом окутанное. Мысли сбились в потоке и затихли. Глаза не закрывались, было трудно не моргнуть, но Илали боялась. Боялась, что если моргнёт сейчас, то что-то случится. Что-то успеет случиться за секунду, пока она находится в темноте, пока она не видит…

— И! Ли... Илали, тебе же сказали, чтобы ты не переживала, — Дарет уже стояла перед Илали, положив руку ей на плечо, — Кетали ещё не пришла в себя, но ты можешь побыть рядом, — женщина отошла, взглянув на неё, а после скрылась за ширмой, за которой были Мэлл и незнакомая девушка.

"Я не могу. Нет, могу, но не хочу. Не в силах увидеть Кетали. Не в силах принять, что она попала в больницу, так ещё и та девушка... Дарет сказала, что они связаны. Их ранения связаны? Они получили их вместе? Или они... Нанесли их друг другу?.. Я боюсь. Боюсь увидеть Кетали."

— Илали. Ты почему ещё здесь? — Голос послышался из-за спины сергалы.

Илали вздрогнула, но молчала. Молчала и боялась.

— Ну Илали! Кетали так ждала тебя, пока не заснула! — Этот грубый и совсем не женственный голос принадлежал сестре сергалы– Лайхель, — Вставай! А я её разбужу.

— Нет!.. – Не сдержавшись, крикнула Илали, и встала. — Нет. Не надо, — уже тише и спокойнее продолжила она, — я... Просто...

"Не могу. Не могу принять, что кому-то удалось ранить старшую сестру."

— Гр, — рыкнув, Лайхель выскочила из-за спины Илали и впилась бледно-желтыми глазами в её серебристые очи. — Чего просто? Чего ты просто!? Наша сестра мордой словила кирпич, а ты... Ты тут «просто»?! — Не повышая голоса, а наоборот, понижая, Лайхель вцепилась в руки Илали. — Она... Она тоже просто хотела защититься! Простая самооборона, но та... соперница... Так же просто взяла и запустила ей по носу кирпичом!