Тёплые августовские деньки заканчивались. Ночью было очень холодно, и не способные переносить такие температуры, погибали южные животные, занесённые цунами. Если кто-нибудь проходил по песчаному берегу, он мог постоянно натыкаться на мёртвых крабов, медуз и красивых маленьких рыбок.

С приближением осени задули холодные северные ветры, которым теперь практически ничего не мешало достигать любой точки земного шара. Такие ветры несли с собой большие волны, а иногда с ними приходили и тучи. Грозы закончились, отсверкав и отбушевав в середине августа.

К этому времени природа восстановилась полностью – не сваленные деревья вновь отрастили листья, а теперь они, пожелтевшие, падали на землю и устилали её плотным ковром. Птицы тоже пели меньше, многие подготавливались к отлёту на юг. По ночам всё ещё стрекотали насекомые, но их рулады становились всё тише и короче.

Яблони и груши на острове «Благословлённых», как и везде, прятали в своих ветвях редкие фрукты, созрели плоды. Трава начинала жухнуть, и лишь роскошные папоротники в глубине лесочка всё ещё сверкали малахитовым блеском. Воздух наполнился паутинками – молодые пауки стремились найти себе убежище, чтобы переждать наступающие холода.

Наконец, во второй день осени Всеволод, проснувшись, заметил тающий иней, блестевший на вялой, побледневшей траве. Зима приближалась слишком быстро, мировой потоп не очень хорошо сказался на климате. Однако это не слишком волновало юношу. Он проснулся с глубоко засевшей в его мозгу мыслью – дата, которую он так долго ждал, наконец-то наступила.

Всеволод потянулся и глянул на мрачные дождевые тучи на горизонте чуть ли не с обожанием – он был так счастлив, что он жив! Затем перевёл взгляд на качающееся на волнах изобретение Артура. Самого создателя, постоянно возившегося и дорабатывающего своё детище, видно не было – Всеволод, как всегда, проснулся раньше всех.

Сначала паренёк тяжело переживал утрату Падшего Ангела – восстановить ПБМЭ он не мог, не было ресурсов. Да и лазерную винтовку конфисковали, объяснив это тем, что без БМЭ Артуру она ни к чему. Обидевшись, её создатель не сообщил МиИЦС о принципе её работы, хотя, разобрав и покопавшись в ней, учёные скорее всего поймут, как она действует. Но это знание было у Артура в его голове, как и все чертежи, что были доступны Исследовательскому Центру. Так что паренёк принялся за работу уже через несколько дней после сражения с Железным королевством.

Его новым проектом стала яхта – не обычная, но получающая энергию от реактора потусторонней энергии. Для такой работы ему пришлось объединить усилия с Анджелиной, не очень рвущейся помогать ему в подобной затее, и Алексеем, что забрал почти все нью на покупку необходимых ресурсов.

И вот, через три с половиной недели упорной работы яхта была готова. Это было не очень большое судёнышко, зато оно умещало в себе всех «Благословлённых», да ещё и с запасом. Яхта имела бортовой компьютер, что распоряжался не только геолокацией, но ещё и магическими кругами, которые, к сожалению, пока были в перспективе. По идее, на яхте должен был быть защитный магический купол, но подобный магический круг стоил очень дорого и самосжигался, казалось, от каждого движения, так что «Благословлённые» пока оставили идею по его приобретению. Ещё яхта вмещала в себя небольшой трюм, несколько кают с двухэтажными кроватями и палубу. В качестве защиты на судне были установлены две небольшие пушки, похожие скорее на винтовки на подставках, которые стреляли лазерами, идентичными тем, что создавала винтовка Падшего Ангела. Они располагались слева и справа и могли поворачиваться на 180 градусов.

Как зародилась идея создания подобного судна? Всеволод поведал друзьям обо всём, что произошло в Адской Крепости, сказав и про Михалкова.

-Да? Он хотел убить тебя? – возмущённо переспросила Ева. – Как отвратительно!

-А мне он казался весёлым старичком… - заметил тогда Артур.

Затем Всеволод рассказал и о том, что его отец назначил с ним встречу. Он сообщил дату и место, а затем добавил, что его отец вёл себя так, будто знал, что произойдёт мировой потоп. Многие, включая Ярослава, что наконец восстановился, хмыкнули, Ева же сочувственно поглядела на друга. Однако Анджелина помотала головой.

-Это может быть. Слушай, твой отец никогда не увлекался оккультизмом?

-Нет, конечно, - удивлённый вопросом, ответил Всеволод. – Он, наоборот, не верил в существование высших сил. Он был скорее приверженцем «культа мускулатуры».

Анджелина пожала плечами и больше ничего не произнесла.

Ещё вчера в трюм яхты были загружены продукты – большая коробка сушёных яблок, несколько банок различного варенья, с десяток коробок чая, коробка яиц, что снесли курицы Ярослава, вяленая рыба, подаренная от Травника, а всё остальное место занимали пятилитровые бутыли с пресной водой – это постарался Станислав. Путешествие ожидалось долгим, не столько из-за пути туда, сколько из-за возможных поисков и пребывания в гостях.

А на острове, как и в руинах города, почти никого не осталось – город Надежда был достроен, и квартиры там раскупались по сниженной цене. Станислав, ставший прямо-таки богачом из-за источника, где построил большое кирпичное здание, обеспечил жилище всем желающим. Травник же обрёл работу, как учитель в одной из школ Надежды. Теперь на острове жили лишь несколько десятков людей из руин города, державшие там хозяйство, Станислав с его помощниками, приезжающие иногда издалека люди, которым требовалась вода, а также человек, у которого был свой магазинчик. Вот так сложилась судьба острова, на котором после цунами очнулся Всеволод.

Всеволод чувствовал, что вряд ли вернётся сюда. Это место не могло быть его домом, хотя у юноши было связано с ним много приятных, гревших сердце воспоминаний. Он не мог и дальше держать друзей в столь неудобных для них условиях.

Сегодня, смотря на новую яхту, Всеволод чувствовал трепет. Сотни мыслей пролетали в его голове.

«А вдруг они погибли? Но если и нет? Что тогда? Расскажет ли отец обо всём, что хотел? Всё ли с ними в порядке?»

Юноша находился в состоянии, похожим на то, которое овладевает тобой перед серьёзным выступлением или экзаменами. Он просто не мог не думать о всех возможных вариантах развития событий, хотя и не хотел этого.

Так что Всеволод, ожидая, пока его друзья проснутся, слонялся по острову в томительном ожидании. Теперь на Лысом холме возвышалось трёхэтажное беленькое здание, окружённое строгим садом, и юноша не хотел соваться туда. А ведь когда-то он увидел на его вершине, рядом с источником, Еву, что стояла в лучах заходящего солнца вместе с Алексеем. Тогда же Всеволод встретил и Георгия… В этом же лесу он впервые сражался с Евгением, получил скрытые характеристики… А на опушке, где стоит их до смешного неказистая землянка, они с Алексеем бились не на жизнь, а насмерть с Никитой. Тут же он создал в первые часы его пребывания на этом острове свой шалаш, что не прожил и дня… Много хорошего произошло на этой земле, счастливые часы, проведённые в разговорах с Евой и Ярославом, заплывы на самое дно около берега, изучение вместе с Алексеем новых видов, что выжили в здешних водах, тренировки, зрелищные показы способностей Анджелины, постоянное создание или черчение чего-то нового Артуром…

-Влад! Всеволод! – раздался позади юноши голос Евы. – Мы готовы! Можешь идти сюда!

Встрепенувшийся Всеволод мигом развернулся и направился к опушке. Там, около яхты стояли все его пятеро друзей. На их лицах были выражены те же чувства, что и у Всеволода – грусть по отбытию с острова и ожидание чего-то нового.

Как только в кабинете у Станислава пробило на больших настенных часах девять часов утра, яхта тронулась и быстро направилась в залитое солнцем море. Здоровяк выглянул в окно и глянул на уменьшающуюся тёмную точку.

-Эх, - выдохнул он. – Уезжают… Не живётся им спокойно. Ну, удачи вам, «Благословлённые»!

***

Водная гладь простиралась во все стороны, куда ни глянь. Яхта неслась вперёд, на запад, туда, где отец Всеволода обещал встретиться с сыном. Юноша сидел на палубе и глядел вперёд. Он припоминал детали разговора с отцом.

В тот день он в разговоре с сыном упомянул, что он с семьёй на некоторое время уедет, а затем сказал, куда.

-Всеволод, я пока что не смогу сообщить тебе всё, что хочу. Мы с семьёй ненадолго уедем, однако я скажу тебе, в какое время тебе нужно будет приехать к нам. Пускай это будет второе сентября. Так вот, мы направимся в городок, что неподалёку отсюда…

-Но зачем? – удивлённо спросил тогда Всеволод.

-Я хочу отдохнуть, дачи у нас нет, так что я снял квартиру в этом тихом и спокойном городке. Всё это время я работал в шумных, пыльных, нездоровых местах. Думаю, ты меня поймёшь. Ну а тебе нужно сосредоточиться, сойтись с мыслью о том, что ты закончил школу. Заведи за это время друзей, хорошо?

На том отец перешёл на другую тему, вскоре вернулись мать и сестра Всеволода, и они, немного поговорив, уехали.

Возможно, это всё-таки была случайность, но городок, о котором говорил отец, находился на высоких холмах и был прежде, в советские времена, секретной базой то ли для создания химического оружия, то ли для его испытания. Поэтому власть тогда не поскупилась на постройку в том месте убежища, которое и до сих пор прекрасно функционировало.

Естественно, подобные подробности ещё больше заинтересовали остальных «Благословлённых». Всеволод рассказал им об этом через час после начала путешествия. Так как яхта неслась со скоростью под девяносто километров в час, то небольшой городок был уже близко.

А пока все занимались своими делами. Анджелина, каки много дней до этого, вызвала Демонида, и сверкающая женская фигура зависла над телом девушки. Та закрыла глаза и села на пол палубы. Нулевая тренировалась дольше удерживать Демонида, чтобы ей было легче сражаться и помогать товарищам. Однако пока что дело ограничивалось не более чем пятью минутами.

Ева читала. Василиса, уезжая из руин города в Надежду, отдала ей всю коллекцию книг, что смогла собрать. Здесь были и романы, и простенькие рассказы, и фэнтэзи. Иногда девушка посмеивалась, иногда почему-то краснела, но в принципе сидела молча.

Ярослав что-то горячо обсуждал с Артуром – не то какой-то сериал про роботов, не то оружие, придуманное пареньком. Этим двоим было весело, и они не обращали внимания на остальных.

Алексей выудил из воды погибшую медузу и что-то гневно бормотал. Всеволоду послышалось: «редкий экземпляр» и «проклятое цунами». В последнее время паренёк стал больше времени уделять исследованиям, прекратив, по-видимому, переживать насчёт своей возможной смерти. Легенда Духов осела в его душе.

Всеволод же так и стоял, глядя на воду.

Прошло ещё какое-то время, и вдали показался остров. Он был скрыт туманом – холодный ветер-таки нагнал тучи, те обволокли небо и скрыли солнце. Брызги, долетавшие до Всеволода, были по-настоящему ледяными.

Берег острова был скалистым – июльские бури и августовский ветер обмыли всю почву и песок, оставив лишь камень. Издалека на земле не было ничего, что бы походило на дома, виднелись лишь поломанные ветвистые деревья без листьев.

Яхта начала останавливаться. Вскоре её нос мягко столкнулся с небольшим песчаным пляжем, усеянным ракушками и гниющими водорослями. От него вверх вела дорожка. В полумраке приближающегося дождя «Благословлённые» тут же увидали отблеск огня на самом верху.

Всеволод быстро вскарабкался по узенькой каменистой тропинке и увидал небольшой каменный домик. Из трубы шёл дым, в окнах горел свет, а старая, непокрашенная дверь была повёрнута прямо к морю, словно приглашая всех, кто идёт с пляжа.

Дальше никаких зданий видно не было. Всеволод решился и легонько постучал.

Внутри тут же заскрипел пол. Дверь отворилась, и на пороге, освещённый тёплым светом, льющимся из печи и свеч в прозрачных колпачках на стенах, возник древний старик. Его седые волосы, как и борода, ниспадали вниз, на плечи и живот. Глаза незнакомца были закрыты, он пользовался тростью. Было видно, что этот человек слеп.

-Кто там? – очень бодрым голосом произнёс он, словно был не столетним стариком, а молоденьким парнишкой.

-Эм… Мы только что приехали сюда по морю… - стараясь скрыть удивление в голосе проговорил Всеволод. За его спиной возникли остальные.

-Ага, вас шестеро, - кивнул старик. – Я слышал мотор яхты.

-Из дома? – изумлённо шепнул Ярослав. Старик, повернувшийся к ним спиной, кивнул.

-Именно, молодой человек.

-Это у вас такая способность? – спросил Артур.

-Способность? – старик, прошагавший внутрь, где что-то зазвенело, остановился. – Нет, почему же…

-Он вообще знает про Экран? – очень тихо произнесла Ева.

-«Экран»? – переспросил явно веселящийся старик, которому нравилось изображать из себя немощную развалюху. – Эта та штуковина, что появилась примерно два месяца назад?

-Ага, - ошеломлённо кивнул Всеволод. – Но как вы… смогли прочитать хотя бы что-то, уж простите за грубость?

-Э-хе-хе, старость – не радость… Как это «как»? Он же шершавый, я имею в виду, вы знаете, что такое язык для слепых? Они чувствуют буквы кожей… С Экраном то же самое.

-Да? – изумилась Ева. – Он, конечно, осязаемый, но, вроде бы, не шершавый…

-Подумай, - проворчал старик. – В мире много таких, как я. Не знаю уж, с чего он возник, и какие такие «высшие существа» или как там… Может, правительство совсем загордилось…

Он замолчал, явно не завершив мысль. Ева переглянулась со Всеволодом.

-Ну, мы пойдём? – осторожно спросила она.

-Если пришли, то почему сразу убегаете? – размеренно ответил вопросом на вопрос незнакомец. Он вновь появился перед «Благословлёнными». В его руках находился чайник. – Входите. Может, я знаю, кто вы.

Заинтригованные, все шестеро ввалились в небольшой домик, сняли обувь и куртки, ведь внутри было почти жарко, и уселись за довольно большой стол.

-Дедушка, а почему вы сказали, что не знаете, почему появился Экран? – спросила Ева. – Была ведь волна, не помните?

Старик недоумённо покачал головой, но Всеволод мог поклясться, что его морщины лукаво поднялись. Ничего не сказав, он лишь поставил несколько чашек и наполнил их горячим, ароматным чаем. Затем на стол были выставлены сахарница и лимон с ножом. Каким образом старик умудрялся так ловко обходиться с окружением, будучи слепым, просто поражало.

-Так вот, - наконец начал он, усевшись наконец ко всем, хватая нож и нарезая между делом лимон. – Жил я себе спокойной, мирной жизнью, как вдруг – грохот! Посреди дня, я тогда спал. Ужас что! Я вскочил, однако видеть-то я не мог, с тем и лёг обратно. Ну, вот. А затем нащупал около себя что-то, прочитал. Мне дали какую-то там способность и уже не помню какой статус или что-то подобное. Но мне-то это зачем? Через недельку ко мне наведался старый приятель, рассказал обо всём, что случилось. Но, бейте, не вспомню, говорил ли он про какую-то волну.

Пока старик говорил, все изумлённо переглядывались. Анджелина же выглядела так, как будто её что-то беспокоило, но она предпочла молчать.

-Ну, с тех пор я и живу. Из города иногда приходят добрые люди, приносят лимончики… За чаем я сам хожу. Жаль, магазинчик почему-то снесли, однако приятель показал, где новый…

-Но ведь было цунами! – широко раскрыв глаза, вновь попыталась напомнить деду о катастрофе, которую просто невозможно было не заметить, Ева. – Оно ведь весь мир перевернуло вверх дном!

Старик покачал головой.

-Извини, внучка, но голова моя дырявая – не помню. Я ж слепой. Авось эта волна мимо прошла… Правда, водички-то прибавилось, текла река довольно далеко, теперь разлилась… О чём бишь я? А, приятель мой – человек хороший, пояснил мне, что к чему, затем сказал: «Так и так, придёт месяца через два один человек, сын мой, то есть, укажи ему дорогу. А коли с другими придёт, пускай они у тебя останутся да отдохнут. Разговор-то личный.»

Всеволод широко раскрыл глаза.

-Так вы знакомы с моим отцом? – громко спросил он.

-А, я-то думаю, почему голос такой знакомый… - старичок резко подскочил с места и, разметав кусочки лимонов по кружкам с чаем, подошёл к двери. – Ну, так он тебя ждёт. Идём, чего время терять?

Столь внезапный поворот ошарашил всех, и остальные «Благословлённые» в молчании проводили взглядом своего главу. Всеволод прошёл за стариком, который, казалось, был ловчее многих зрячих – его трость, казалось, служила только для вида. Они вышли из дома и обошли его. Дул холодный сырой ветер, некоторые его порывы были настолько сильны, что сдували с ног.

-Во-он там твой отец обитает, - проговорил старик. – Хороший человек… Иди отсюда вперёд. Дальше будет каменистая тропинка, шагай до конца и не сворачивай. Дальше, был я молодым и зрячим, помню, что есть там раньше охраняемая военная база, куча колючей проволоки… Обходи её и наткнёшься на магазинчик. А около него стоят дома. Пройдёшь в тот, что с левого угла, крайний.

Всеволод кивнул, затем понял, что старик не поймёт жеста и поблагодарил его вслух. Старик пожелал удачи и вернулся в дом. Юноша же направился вперёд.

Этот остров был достаточно удручающим. Вкупе с погодой обломки каменных домов, остовы машин, проржавевшие и лежащие на крышах, какой-то мусор нагоняли на любого, кто здесь проходил, мысли о прошедшей атомной войне. Почему-то здесь не сохранилось ни одного зелёного деревца, только у некоторых остались целые веточки с облетавшими с них жёлтыми листьями.

Идти по обломкам было тяжело, и Всеволод не понимал, как старик не догадался о катастрофе, пока шагал подобным путём. Вскоре юноша увидел и тропинку – она была создана из обломков, которые кто-то аккуратно собрал вместе. Идти прямо по тропинке означало как минимум ушибы стоп, что опять же нагоняло мысли о странном старике, так что Всеволод зашагал по земле. Тропинка петляла и извивалась, мелкая между трещавшими и гнувшимися от ветра остатками деревянных домов, мимо каменных остовов, выглядящих, как скалы. В довершение картины перед взглядом Всеволода возникла старая военная база – здание разнесло полностью, а колючая проволока и осколки стекла устилали всё вокруг, словно опасная для здоровья лужайка.

Наконец показался «магазинчик» - строение, наспех созданное из обломков кирпичей и досок, с бледной металлической вывеской соответствующего содержания. Около него сгрудились такие же дома – во всех окнах горел свет. Какая-то женщина, роющаяся в земле около одного из домиков, проводила незнакомца долгим взглядом, а затем вернулась к своей работе.

Всеволод проследовал к указанному стариком строению. В его голове вились сотни тревожных мыслей. А вдруг товарищ того старика ждал вовсе не его? Вдруг это – лишь нелепое совпадение?..

В тот же миг дверь, не дожидаясь, пока в неё постучат, сама распахнулась, и на пороге возникла высокая мускулистая фигура. Мужчина и Всеволод на миг застыли, а затем Андрей Демьянов заговорил.

-Что же, сынок, ты всё-таки пришёл. Проходи…

Из коридора, ведущего в небольшую уютную гостиную, пахнуло теплом, и юноша тут же забыл про бушующую снаружи непогоду. Отец пропустил сына вперёд, и тот медленно вошёл внутрь, оглядываясь по сторонам.

Это был совсем небольшой домик – узенький, прекрасно освещённый коридор, в начале которого находился коврик, где стояли несколько пар обуви, так знакомых Всеволоду. Небольшие и изящные туфельки Вики-Виктории, уютные сапожки матери юноши и прочные, потёртые ботинки отца, забрызганные грязью.

В конце коридора Всеволода встретило зеркало в резной медной рамке. Он оглянулся и на миг остановился – на него глянул высокий, бледный, черноволосый юноша, довольно грубо, но мускулисто сложенный. Однако его глаза, обычно тусклые, теперь блестели таинственными, незнакомыми для Всеволода огоньками.

Юноша прошёл в небольшую гостиную. Она была похожа на квартиру, где жили Демьяновы в большом городе – диванчик, на котором лежали две помятые подушки и плед, неаккуратно свисающий на пол. Над ним находилась книжная полка, полностью заполненная. Некоторую часть комнаты занимала небольшая печка из белого кирпича, внутри которой весело горел огонь. В противоположной от неё стороне стоял невысокий столик, на котором были выставлены несколько тарелок и кружек, а также стеклянный графин с водой.

В гостиной было несколько дверей, одна из которых тут же распахнулась, и из неё выскочила невысокая девочка, которая начала говорить ещё в другой комнате.

-Пап, ты чего выходил? Опять ста…

Вика застыла и широко раскрыла глаза, уставившись на брата. Затем открыла рот и закричала.

-Ма-ам!!! Всеволод приехал!!!

Где-то что-то упало на пол, и в гостиную выскочила похожая на дочь женщина. Её густые тёмно-русые волосы растрепались от скорости, что она развила, желая увидеть наконец своего сына.

-Всеволод! – запищали обе. Юношу схватили и начали тискать. Тот не сопротивлялся, хотя он и не мог сказать, что ему было приятно, но на его душе сразу стало тепло и спокойно.

Отец стоял неподалёку и по-доброму улыбался, глядя на воссоединение. Когда же его жена и дочь отошли в сторону, он спросил:

-Ну, что, завёл друзей?

Всеволод кивнул и улыбнулся.

-А теперь расскажи нам! Всё, от начала и до конца! – потребовала Вика, сбрасывая подушки на красный ковёр, как она обычно делала дома, если кто-то приходил в гости. Её мать, всегда начинавшая ругать девочку, сегодня промолчала. Они расселись, Всеволода усадили на мягкий диван, а сами устроились на стульях.

И он начал говорить. Говорил он очень долго и рассказал про всё, исключая лишь самые жестокие моменты. Стрелки часов на стене закрутились с бешенной скоростью вроде бы недавно было двенадцать, а сейчас уже половина третьего…

-… Таким образом Распутин и Андрей спасли меня, а затем исчезли со всеми приспешниками. Михалков же не смог причинить мне вреда, а лишь злобно проводил меня взглядом. Мы вернулись, и мой друг Артур создал для нас яхту, на которой мы сюда и приплыли. Всё! – закончил Всеволод.

Слушавшие его, затаив дыхание, Вика и мать начали громко обсуждать его приключения. Отец же сидел на стуле молча, взгляд его был устремлён вроде бы и на сына, но в то же время как бы глядел в его душу.

-А вы как пережили волну? – спросил наконец Всеволод самый интересующий его вопрос.

-О, это было ужасно! – пискнула Вика. – Отец привёз нас сюда, и вскоре произошло это! Она была ещё далеко, когда папа вышел на улицу… Тогда мы жили в другом доме… Он сразу же погнал нас в бомбоубежище, оно глубоко под землёй, затем смело привёл туда всех, кого смог, и мы переждали там… Ну, там огромная стальная дверь, знаешь, как в фильмах про подобные вещи. Вот. Затем… У нас появились Экраны, кроме отца… Он так нам ничего и не объяснил, видимо, сам не понимает… Ах да, чудеса сплошные, домик доброго дедушки около берега как будто вообще не тронуло! Он такой странный… Отец говорит, его друг, но я о нём никогда не слышала…

-Друг по работе, - вставил слово глава семейства.

-О, - Вика сверкнула глазами. – Ты раньше об этом не упоминал. И как может быть слепой «другом по работе»?

-Ну, ты, должно быть, ещё не смирилась с чудесами, которые могут произойти в этом мире, - хмыкнул Всеволод.

-Так вот, - нетерпеливо продолжила девочка. – Всё снаружи было разрушено, однако взрослые сразу же принялись за строительство… Женщины и дети ночевали в доме у Юрия, того старичка. Естественно, все удивлялись, но он нам и слова не сказал, притворялся, будто ничего не знает и ничего не слышал. А я-то уверена, что он и не слеп, настолько он проворен! Ну, вначале мы выстроили магазинчик, затем – вот эти дома. Кто-то оказался, как его, Ремесленником, точно, по работе с цементом. Из-за этого дома здесь такие крепкие. Ну, вот.

-А ты – кто? – поинтересовался Всеволод.

-Ну… - уклончиво произнесла его сестра. – предположим, Растение. Угадай!

-Хм… Роза? – брякнул Всеволод первое, что пришло ему в голову. Сестра захихикала и замотала головой.

-Ну, не знаю, - сдался юноша. – Я ведь – не биолог. Вот Алексей бы точно угадал.

-Она – Водокрас, - вздохнула мать Всеволода.

-И я могу ходить по воде! – пискнула Вика. – Ты знаешь, что это за растение-то хоть?

-Неа.

-Вроде мелкой кувшинки, - поучительно произнесла девочка. – Иногда цветёт белыми цветочками.

Все замолчали.

-Ну, пойдём, поговорим, как я и обещал, сынок? – наконец заговорил отец Всеволода. Юноша кивнул, и они направились в комнату, из которой выбежала недавно Вика.