Однако Чжао Чуньмин не испытал ни малейшего страха, а вместо этого искренне рассмеялся: “Шэнь Цзинлинь, конечно же, ты пришел. У тебя действительно такие глубокие отношения с твоей старой любовницей! Даже если сейчас ты уже бесполезен, ты все равно волочишь свою искалеченную ногу и мчишься спасать ее, ха-ха-ха!”

Слыша, как Чжао Чуньмин говорит это,

Окружающие сразу заметели, что этот человек действительно хромает, его шаги не казались слишком проворными.

Вскоре после этого кто-то бросил быстрый взгляд и узнал его.

“А, это не тот ли молодой хозяин семьи Шэнь, который год назад превратился в калеку?”

- Точно, точно ! Это действительно молодой мастер семьи Шэнь, у него изначально была пиковая глубокая стадия развития. Но в конце концов его культивация была отброшена, и даже его нога была искалечена, Шэнь Цзинлинь!”

“Что он здесь делает?”

Чжао Чуньмин слышал, как все обсуждают происходящее, и улыбка на его лице становилась все более зловещей и высокомерной: “все, есть что-то, чего вы не знаете!”

“Хотя эта Фан Цзинья-моя рабыня, я изначально хотел обращаться с ней хорошо и дать ей статус маленькой наложницы. Кто бы мог подумать, что эта шлюха на самом деле непостоянная женщина без чувства стыда, что она открыто общается со своим старым любовником Шэнь Цзинлином.”

- Зачем мне продолжать держать эту бесстыдную сучку? Раз уж она так сильно хотела мужчину, этот молодой господин поможет ей получить то, что она хочет! Но я не ожидал, что сегодня старый возлюбленный этой сучки действительно прибежит. ТСК, ТСК, ТСК. Шэнь, ты действительно верный!”

Когда он произнес эти слова, те тошнотворно вульгарные мужчины, просто люди, кто с удовольствием наблюдал за шумной сценой и даже те, кто раньше симпатизировал Фань Цзинье – все они начали демонстрировать презрение.

Женщина, которая не соблюдает норм поведения женщин.

И мужчина, который дурачится с замужней женщиной, просто не имеют чувства стыда!

Фань Цзинья не была так возмущена, даже когда с нее срывали одежду.

Именно в этот момент она не смогла удержаться и заговорила, почти прокричав: "Чжао Чуньмин, ты животное, ты не должен говорить чепуху и клеветать на старшего брата Шэня! В то время ты ясно сказал, что женишься на мне, как на своей жене, но после того, как я вошла в дверь, ты каждый день бил меня или проклинал. Ты даже использовал меня... использовал как подарок этому старому евнуху, позволив ему оскорблять и унижать меня... Я, фан Цзиня, больше всего в этой жизни сожалею о том, что вышла замуж за тебя ... Шэнь.. старший брат Шэнь и я, мы просто столкнулись друг с другом несколько дней назад! где мы могли быть неподобающими?! Ты не должен плеваться кровью*!

(П.п клеветать, обманывать,врать)

Шэнь Цзинлинь, который только что ступил на платформу, застыл на месте.

Он посмотрел на женщину, привязанную к деревянному столбу, и его глаза вспыхнули яростным пламенем.

В тот день, при их случайной встрече на улице, он знал, что Фан Цзинья живет не очень хорошо.

Но он просто не ожидал, что она действительно проводит свои дни хуже, чем собаки или свиньи.

Снизу тоже доносился шум толпы.

Это потому, что внешний вид Фан Цзиньи действительно слишком жалок, и каждое слово ее осуждения проходило со слезами и кровью. Люди не могут не верить ей.

Чжао Чуньмин наморщил брови и тут же повернулся к своему охраннику Ван Даши. Он приказал : "я приказываю тебе, когда ты изобьешь Шэнь Цзинлина, не убивай его, а позволить ему упасть передо мной, тогда эта женщина твоя.”

Ван Даши облизал губы и бросил на Фан Цзиню злобный взгляд. Большими шагами он сразу же подходит к Шэнь Цзинлину.

- Шэнь, ты поднялся на сцену, ты хочешь принять вызов, чтобы забрать эту рабыню?

Голос Ван Даши полон презрения " просто я боюсь, что такая пустышка, как Шэнь, не сможет отнять у меня и пальца. Тск... это будет слишком легко, я не могу вот так начать !”