Когда господин Тан зашел в гостиную, то увидел, что сын стоит возле двери в комнату Юнь До и что-то написывает в своем телефоне, широко улыбаясь и покусывая нижнюю губу. Его ресницы слегка трепетали. Тан Ибай только что принял душ и его волосы были еще влажными. Вместо халата, который он обычно надевал после душа, на нем была обычная футболка и свободные шорты.
Госпожа Лу шепнула своему мужу на ухо:
— Это так странно. Ты некрасивый, я тоже. Как у нас родился такой сын? Каждый раз, что бы он ни сделал, я его прощаю, стоит мне увидеть его лицо.
— Кто сказал, что ты некрасивая? Ты самая красивая девушка на всем белом свете. Разве ты не слышала фразу: «дочери похожи на своих отцов, а сыновья на своих матерей»? Это значит в тебя такой красавчик уродился, — заметил господин Тан.
Госпожа Лу лишь бросила на него косой взгляд.
В молодости госпожа Лу была утонченной красавицей. Ее красота заключалась больше в том, как она себя вела. Внешность Тан Ибая нельзя было полностью приписать ее генам. Скорее, он взял от обоих родителей все самое лучшее. Форма лица, переносица и характер были мамины, тогда как глаза и брови достались от отца. Что касается его губ, то они были похожи на губы матери, хотя и немного со своей изюминкой.
Выглядел парень так, словно был отфотошоплен.
Видя, как его сын не отходит от своей бывшей комнаты, господин Тан спросил:
— Горошек, ты уже познакомился с Юнь До?
— Да, она меня видела, — ехидно хмыкнул Тан Ибай.
Господи Тан не уловил потаенного смысла в его фразе.
— И чего ты у двери стоишь? Даже не думай приставать к девочке!
— И не собирался, — ответил Тан Ибай, отойдя от двери.
Сев на диван в гостиной, он достал телефон и проверил профиль Юнь До. Свой прошлый пост она удалила. Тан Ибай ухмыльнулся и отправил ей сообщение.
[Тан Ибай: А я скриншот сделал.]
Юнь До его проигнорировала.
— Я знаю, что у тебя на уме. Увидел, какая Юнь До красавица и теперь слюнки потекли? Даже не думай, что я буду терпеть, твои домогательства до нашей квартирантки, только потому что ты мой сын, — предупредил господин Тан.
— Пап, я ничего не делал и не буду. Успокойся, — глубоко вздохнув, сказал Тан Ибай.
— Ну ладно, — холодно ухмыльнулся господин Тан. — Ты всегда был тем еще Казановой. Даже в детстве. Помню, в первом классе ты привел домой одноклассниц, чтобы им с уроками помочь. Сразу троих!
— Ты всю жизнь мне это припоминать будешь? И я их не приводил, они сами за мной увязались, — возмутился Тан Ибай.
Когда парень только начал ходить в школу, родители его не провожали и не забирали с занятий, потому что сама школа находилась довольно близко к дому.
Однажды, когда мальчик возвращался после уроков, за ним увязалось несколько одноклассниц. Он наивно полагал, что все просто идут с ним одной дорогой и даже купил девочкам конфеты на карманные деньги, чтобы подсластить путь домой. Однако, доев конфеты, девочки не пошли домой, а дружно проследовали за ним до самого порога и, проводив, сказали, что хотят вместе с ним посидеть за домашним заданием.
Таким образом, когда господин Тан вернулся домой, то обнаружил, что в его доме внезапно завелось еще несколько маленьких детишек. Он был безумно рад, что у его сына так много друзей (еще и девочек), поэтому он не поленился и наготовил им еды. Однако, странное предчувствие все не покидало его. Спросив девочек, заходили ли они домой после школы, оказалось, что они даже не сообщили родителям о том, что зашли к однокласснику в гости.
Все пошло наперекосяк. Господин Тан быстро бросился звонить родителям девочек, а затем и в школу. Родители были в ужасно обеспокоены, куда пропали их дети и даже дозвонились до школы, чтобы узнать, не задержали ли их на занятиях. Господину Тан пришлось долго извиняться перед ними.
Родители долго ругали мужчину и говорили, что он должен правильно воспитывать своего ребенка, иначе из него вырастет негодяй и оболтус.
Тан Ибаю тоже досталось. Помимо родителей его еще и в школе отчитали. Учителя даже пригрозили ему, сказав, что если что-то подобное повторится, то он может забыть о красном дипломе. Репутация Тан Ибая сильно пострадала из-за тех девчонок...
Сейчас он не хотел вспоминать свое ужасное прошлое.
— Мам, когда завтрак? — сменил тему Тан Ибай.
Госпожа Лу была женщиной слова. Если она обещала угостить Юнь До завтраком, значит все так и будет. Вчера вечером ее сын спросил, почему они не заставляют квартирантку работать по дому и готовить им самим. Госпожа Лу хотела лично увидеть, как Юнь До влепит ее сыну пощечину, когда он ее об этом спросит.
— Юнь До, ты уже проснулась? — поинтересовалась госпожа Лу, постучав в ее дверь.
После некоторого ожидания дверь легонько приоткрылась. Юнь До прислонился к дверному проему и тихо сказала:
— Тетушка...
— Что такое? У тебя все лицо красное, — удивленно посмотрела на нее госпожа Лу.
— Я себя как-то не очень хорошо чувствую.
— Может тебе в больницу лучше? Тебя отвезут.
— Нет-нет-нет! Не нужно! Я сейчас выйду...
— Хорошо. Сходи умойся, тебе сразу полегчает. А после завтрака ляжешь и отдохнешь.
Госпожа Лу произнесла это так, словно отдавала приказы.
— Как скажете, — подчинилась ей Юнь До.
Выйдя из ванной, девушка увидела, что господин Тан накрывал на стол. На нем уже стояла каша из проса и ямса, кукуруза на пару, жареные яйца, сяолунбао* и немного фруктов. Каша была приготовлена еще перед утренней пробежкой Тан Ибая, а сяолунбао купили в ресторане возле дома. Юнь До села за стол и молча принялась завтракать. Тан Ибай сел рядом с ней, а его родители напротив.
п.п.: Сяолунбао – китайские пельмени на пару.
Госпожа Лу прочистила горло и обратилась к квартирантке:
— Юнь До, я забыла тебе представить своего сына. Его зовут Тан Ибай.
Молодой человек тихо вздохнул и немного печальным тоном произнес:
— Порой мне кажется, что вы совсем за моей жизнью не следите.
Если бы они видели его недавние интервью, то знали бы, что они с Юнь До были как минимум знакомы.
— Если бы мы за тобой не следили, ты бы не вырос такой дылдой! — фыркнул господин Тан.
В конце концов, женщина все же уловила намек.
— Подождите. Вы что, знакомы?
— Я работаю в спортивном новостном агентстве, поэтому знаю Тан Ибая, — сделав небольшую паузу, ответила Юнь До. — Хотя и не очень хорошо.
— Да ладно, не смущайся, — тихонько засмеялся Тан Ибай.