Рыцарь Органо на мгновение застыл, прежде чем резко взмахнуть рукой и попытаться выбить из руки Лекана чашку.

Лекан перехватил его свободной рукой.

Органо изо всех сил дёрнулся, пытаясь стряхнуть руку Лекана, но она даже не шелохнулась.

Чашка в левой руке Лекана слегка потряслась, но её содержимое не пролилось.

— Парение. Сдвиг.

Повинуясь магии Лекана, блюдце с чашкой взмыло вверх и приземлилось на стол.

— Ч-что? — Органо следил за чашкой, не веря своим глазам. Лекан отпустил его руку, чувствуя, что все силы покинули тело рыцаря.

Не отрывая взгляда от чашки, Органо выхватил меч и обрушил на Лекана удар.

"Что?"

Скорость, с которой он сделал это, была невероятной. У него на поясе висел длинный, широкий рыцарский меч. Он должен быть довольно тяжёлым.

И всё же, он ударил так быстро, что взглядом было не уследить. Не было даже никаких признаков того, что он собирается атаковать.

Не только обычные, даже действительно опытные мечники не смогли бы уклониться от такого удара или заблокировать его.

Но скорость реакции Лекана обострилась после сражения с Волком Белого Пламени. Он стремительно шагнул вперёд и рубанул ладонью по правому запястью Органо, выбив у него из руки меч. Затем он схватил его за руку.

Меч рассёк воздух и вонзился в стену совсем не с тем звуком, который ожидал Лекан.

Меч Органо оказался довольно странным. Только рукоять и ножны были как у рыцарского меча, сам клинок оказался как у короткого.

"Теперь понятно. Его снаряжение, приёмы и манеры - всё было нужно, чтобы спровоцировать врага и мгновенно убить подлым приёмом."

Потому Лекану и показалась странной его походка. Центр его тяжести не соответствовал тому, который должен быть при таком снаряжении.

Всё ещё удерживая Органо за запястье правой руки, Лекан применил магию:

— Молния. — После чего разжал руку.

Рыцарь оказался полностью парализован и упал на пол.

Лекан правой рукой схватил чашку, подошёл к Органо, и левой рукой сжал его рот с двух сторон, заставляя открыть.

Органо пытался сопротивляться, но не смог ничего сделать, будучи под действием Молнии.

— Пей. Если он отравлен - ты труп. Если нет, будешь жить. Попробуй своё же лекарство.

Глаза рыцаря широко раскрылись от страха. Он смотрел на чашку и пытался пошевелиться, чтобы отвернуться. Лекан не позволил ему такой роскоши.

Чашка приблизилась ко рту Органо, и Лекан начал наклонять её.

Гаскоел не смог просто смотреть за происходящим и, наконец, заговорил.

— Постойте. Пожалуйста, подождите многоуважаемый Лекан.

Лекан посмотрел на него.

— Чай и правда отравлен?

— Если я лгу, Органо не умрёт. Просто сиди и смотри.

— Но если там и правда яд, то он умрёт!

— Если он умрёт, это будет означать, что Дом Зайдмаль не против отравить чай своего гостя, чтобы обобрать его.

— Ты смеешь оскорблять нашу Семью?!

— Тогда сам стань судьёй.

Гаскоел выглядел ошеломлённым, но затем на его лице появилась решимость.

Лекан встал и поставил чашку на стол.

Органо зашевелился в очередной тщетной попытке сбежать.

— Молния.

Заклинание Лекана обездвижило его.

Гаскоел взял чашку и наклонил её прямо над лицом Органо.

Органо отчаянно дёргался с испуганным выражением лица. Несколько капель чая упали рядом с его лицом.

Он беззвучно закричал.

— Так это правда.

Гаскоел замер, после чего поставил чашку и слегка кивнул Лекану.

— Приношу свои извинения, многоуважаемый Лекан.

В этот момент у входной двери послышался шум.

Вернулся назначенный королевским рыцарем Эзак.

Эзак поднялся на верх и вошёл в комнату, после чего сразу изумлённо застыл, глядя на Орегано без сознания и меч, воткнутый в стену. Послушав объяснения Гаскоела и увидев синий камень Лекана, он воскликнул:

— А? Это семейная реликвия Дома Зайдмаль? Это что, шутка?

— Это не так?

— Послушайте, уважаемый Гаскоел. Моя семья служит Дому Зайдмаль ещё со времён моего прадеда. Я могу с уверенностью заявить, что нет никаких семейных реликвий, существование которых бы держалось в секрете. Даже если бы они были, их бы уже продали. Этот синий камень мадам привезла с собой, когда вышла замуж за главу Дома.

— Что? Это правда?

— Кроме того, вы и сами должны помнить, что Органо был одним из рыцарей, переведённым из дома покойной госпожи. Не думаю, что он много знает об истории Дома Зайдмаль. Хотя, вероятно, он мог знать что-то об этом камне. В любом случае, это личная вещь покойной госпожи, которую госпожа Рубианафале унаследовала по её воле. У Дома Зайдмаль нет никаких прав на него.

— Т-тогда почему Органо так настаивал на этом? Я даже поверил.

— Не знаю. Вероятно, он планировал при первой же возможность украсть этот камень и сбежать.

— Сбежать? Разве он может так просто отказаться от всего и сбежать?

— Юный господин, сегодня, после церемонии мне удалось узнать некоторые сведения от канцелярии Премьер-Министра. Похоже, Дом Зайдмаль взял очень много денег в долг у нескольких знатных Домов столицы. Вам лучше вернуть всё как можно скорее, пока слухи об этом не расползлись. Именно поэтому я постарался как можно быстрее вернуться.

— Что? Но я ничего не делал. Я очень бережно относился к деньгам последнее время.

— Это сделал рыцарь Органо. От вашего имени.

— ...

— Позвольте, рассказать об этом. Но сперва. Вы извинились перед Леканом?

— Да, извинился.

— Вы встали, выпрямились и от всего сердца попросили прощения? Вы поклонились ему?

— Зачем мне так унижаться перед ним? Он же простой авантюрист.

— Уважаемый Гаскоел.

— Ч-что?

— Среди авантюристов действительно есть те, кто не отличается от головорезов. Но есть и те, кто заслужил уважение высших слоёв знати. Как вы думаете, к кому относится Лекан?

— П-понятия не имею.

— Должен извиниться перед вами, что не передал вам причину, почему меня однажды вызвали одни высокопоставленные дворяне.

— Да?

— Однажды, меня вызвали в особняк маркиза Смарка. Там мне сказали, что авантюрист Лекан вызван в королевский дворец, чтобы отметить его заслуги в покорении двух Великих Подземелий, и они бы хотели уточнить некоторые факты его биографии.

— Ч-что?

— Как думаете, что произойдёт, если распространится новость о том, что Лекана чуть не отравили и не обокрали люди Дома Зайдмаль, пока он ожидал вызова в королевский дворец?

— Это...

"Я уже был во дворце. И возвращаться не планирую. Значит, они обо всём узнали от Эзака? А ведь и правда, кажется, я рассказывал ему о том, что был сиротой."

— Даже если отбросить это в сторону, Лекан из тех, кто на добро отвечает добром а на жестокость - жестокостью. Что бы вы хотели получить за свои действия? Добро, или насилие? Это вопрос не только про Лекана. Я спрашиваю о том, что вы хотите получить от жизни как дворянин?

— Я бы хотел быть дворянином, которому воздаётся добром.

— Тогда вам следует должным образом извиниться перед Леканом.

Гаскоел встал и выпрямился. Лекан тоже встал.

— Многоуважаемый Лекан, мои действия и действия моего подчинённого чуть не стоили вам жизни. Примите мои извинения. — Поклонился Гаскоел.

— Извинения приняты.

— Позвольте в качестве извинения передать вам это. — Гаскоел протянул Лекану мешочек с монетами.

Лекан взял его. Он планировал позже вернуть его Эзаку. Это будет хорошим подарком к его рыцарскому званию.

— Итак, уважаемый Гаскоел, я расскажу вам, что услышал во дворце. Как поступить с этой информацией - решать вам.