— Секретная Оценка это услуга, при которой результаты Оценки остаются известны клиенту и оценщику. При этом присутствует наблюдатель, но наблюдатель приносит клятву о том, что сохранит в тайне всё, что случилось в комнате. Вопрос к вам, нормально ли, что при таких условиях информация о результатах Оценки становится известна правителю города?

— Разумеется. У него есть право и обязанность узнавать обо всех предметах из Подземелья.

— Да? Тогда почему результаты оценки на обычных стойках передают чиновникам?

— Чтобы занести результаты в записи.

— А почему результаты Секретной Оценки не вносят в эти записи?

— Чтобы сохранить информацию в секрете.

— В секрете от кого?

— От... Любых людей, которые могут получить доступ к записям. Авантюристов, например, или работников Управления.

— А правитель города, по вашему, является исключением?

— Разумеется.

— Но когда мне рассказывали об этой услуге, никто не сказал о том, что правитель города является исключением. На самом деле, я хотел сохранить всё в тайне как раз от правителя города. Когда правитель города узнаёт эту информацию, он может передать её любым своим подчинённым и поданным. В этом случае теряется смысл Секретной Оценки.

— Любая попытка утаить информацию о предмете из Подземелья от маркиза является актом измены.

— Я не спрашивал вашего мнения, старший администратор. Я говорю от лица клиента, оплатившего эту услугу. Мне сказали, что информация останется в секрете ото всех, включая маркиза. Именно поэтому я заплатил за это большую золотую монету.

— Вы просто придираетесь к словам.

— Тогда почему старик рассердился?

— Этого я не понимаю.

— Старик сказал мне, что результаты Секретной Оценки остаются между клиентом и оценщиком. Оценщик обязан хранить всё в тайне до самой смерти. В его словах чувствовалась гордость за свою работу, он определённо собирался сохранить тайну даже от маркиза.

— Это лишь ваши домыслы.

— Он записывал ответы на мои вопросы, чтобы наблюдатель не мог ничего подслушать. Он бы не стал этого делать, если бы не пытался сократить утечку информации.

— Мы не разглашаем, что его превосходительство маркиз получает эту информацию.

— Так вы просто обманываете оценщиков.

— Это не обман. Им просто ничего не рассказывали.

— Ответь тогда на это: хоть кто-то согласился бы заплатить одну большую золотую монету за Секретную Оценку, если бы знал, что эта информация не останется в секрете?

— Полагаю, не многие бы согласились на это.

— Так ты поняла. Наконец-то.

— Я бы попросила вас, если возможно, не смотреть на меня с таким презрением.

— Отдельная комната, наблюдатель, который стоит в том месте, откуда он не сможет подглядеть результаты Оценки, клятва. Всё это лишь уловки, чтобы заставить авантюристов платить больше. Старик почувствовал, что стал участником мошенничества. Поэтому он так разозлился.

Похоже, эти слова дошли до Элизы. Она задумалась.

— Так значит правителю города нельзя пытаться узнать о предметах, полученных в его Подземелье?

— Да дело не в этом. Ладно, вот другой вопрос: кто договаривается о сохранении тайны во время проведения Секретной Оценки?

— А? Клиент и оценщик, конечно же.

— И плата за эту услугу принадлежит оценщику?

— Нет, она принадлежит его превосходительству маркизу.

— Ага, так и думал. Оценщики проводят оценку, но делают это по просьбе правителя города.

— Так и есть.

— И наблюдатель сидит там не потому что хочет, а потому, что он представляет правителя города. Оценщик и наблюдатель работают от имени маркиза, значит доверие к ним, это доверие к маркизу.

— Верно.

— Тогда и соглашение о сохранении тайны заключается с самим маркизом. Маркиз же нарушил это соглашение. Нет, это соглашение изначально было ложью. Разве хоть один уважающий себя оценщик захочет работать на такого маркиза?

Элиза замолчала. Она пыталась переварить всё услышанное.

— Работа правителя города - устанавливать правила, которым люди будут следовать. Проблемы начинаются тогда, когда они начинают думать, что к ним самим эти правила не относятся. Фасад сохраняет свой вид только тогда, когда его постоянно поддерживают.

— Фасад?

— Да. Секретная Оценка это лишь фасад, который ни в коем случае нельзя было разрушать. Вы хвалились тем, что узнали результаты Секретной Оценки, что ваш человек сам всё видел. Это были те слова, которые произносить не стоило. Следовало сделать всё возможное, чтобы об этом никто не узнал.

— Но я должна была предъявить доказательства, чтобы вы не могли продолжать притворяться несведущим.

— Это всё-равно нельзя было говорить. Если тебе были нужны доказательства, тебе следовало раздобыть их, воспользовавшись полученной информацией. Следовало намекнуть мне, что я, возможно, получил что-то где-то. Вместо этого ты просто раскрыла факт нарушения клятвы со стороны маркиза и показала себя как человека, которому нельзя доверять.

Элиза погрустнела и замолчала. Спустя довольно длительную паузу заговорил Золтан:

— Юная леди, теперь вы должны были понять за что вы должны извиниться перед старейшиной. Немедленно отправляйтесь к нему.

— Но я ещё не получила прощение многоуважаемого Лекана...

— Это не то, что можно так просто получить. Вам нужно честно рассказать старейшине о прошедшем разговоре. Пересказать что сказал многоуважаемый Лекан и что вы ему отвечали. После этого искренне извинитесь. Не пытайтесь приукрашивать. Просто извинитесь. Только тогда ты сможешь начать думать о том, что делать дальше.

— Я поняла.

Элиза встала и обратилась к Лекану:

— Я благодарна за объяснения, которые вы мне дали, многоуважаемый Лекан. Кроме того, вы очень хорошо изучили поведение и образ мыслей авантюристов. На мгновение мне даже показалось, что я разговариваю с настоящим авантюристом. Действительно впечатляет. Ну что ж.

— Юная леди, я останусь здесь.

— А? А, хочешь пообщаться с хозяином трактира, не так ли? Я поняла.

— Постой. Чуть не забыл.

— Что такое, многоуважаемый Лекан?

— Старик вернул одну большую золотую монету, которую я ему заплатил. Вероятно, она из его собственного кармана. Если это так, ты должна с этим разобраться.

— Поняла. Благодарю.

Элиза ушла а Золтан остался.