— Понятно. Значит, ты присматривал за мной последние три дня.

— Почему они решили убить тебя а не Ширу?

— Если подумать, смерть учителя Основателя не может не вызвать широчайшую огласку, думаю - в этом случае король лично бы приказал расследовать это дело и тогда даже правитель Когуруса не выйдет сухим из воды. А вот смерть от рук убийц правителя маленького города грозит обычной задержкой в строительстве. Можно просто объявить мою смерть гибелью от болезни и быстро назначили мне преемника для продолжения подготовки к визиту Основателя.

— Но какая от этого польза Заку Зайказу?

— Полагаю - это должно было послужить напоминанием правителям городов севера, что не стоит зазнаваться и пытаться налаживать связи со столицей

— Понятно.

— Кроме того, после моей смерти преемником будет назначен Агито, а у него нет опыта, чтобы иметь дело с таким как Зак Зайказ. Вскоре Воука превратилась бы в очередной придаток Когуруса.

— Но столица не закроет на это глаза.

— А вот это ещё большой вопрос. Всё будет зависеть от оценки канцелярии премьер-министра.

— Что?

— Хотя премьер-министр старается сделать всё, чтобы власть короля была непоколебима на всей территории королевства, они всегда оценивают вероятные затраты сил и денег. Если будет принято решение что вмешательство в дела Когуруса приведёт к восстанию северных городов, столица не станет вмешиваться.

— Вот оно что. Значит Зак хочет ещё сильнее ослабить контроль столицы над собой.

— Так и есть. Он решил выразить свой гнев убив меня и поставил на то, что канцелярия премьер-министра не станет вмешиваться.

— Это довольно рискованно.

— Да, но это один из переломных моментов, в которых риск оправдан. Если бы его план удался, он бы получил намного больше привилегий чем простой ремонт дорог.

— Но план не удался.

— Верно. Более того, поскольку ты поймал всех убийц, Зак не скоро поймёт, что покушение провалилось. Тем не менее, рано или поздно он отправит других убийц. Лекан, у меня просьба к тебе, как к Авантюристу золотого ранга этого города.

— Я слушаю.

— Будь моим телохранителем.

— Нет.

— Почему?! Не думаю, что его успех входит в твои планы.

— Мне всё-равно, умрёшь ты или нет и будут ли ремонтировать дороги.

— Чё...?

— Если бы он попытался убить Ширу, то стал бы моим врагом. Но если подумать, ему это не выгодно.

— О чём ты говоришь?

— Он очень хорош в сборе информации, и он должен знать о моих отношениях с Широй. Поэтому он прекрасно понимает, что если навредит ей - я приду за ним.

— Он тебя боится?

— Страх это не совсем верное слово. Он просто не может точно рассчитать мою силу и не рискнёт обратить меня против себя.

— Ты так уверенно говоришь, словно встречал его.

— А я не рассказывал? Я был в Когурусе и разговаривал с Заком Зайказом.

— И каким человеком он тебе показался?

— Для него вся жизнь - сражение. Хотя он и известен как глава торговой компании, торговля для него не более чем средство достижения целей. Он желает увеличить влияние Когуруса и готов пойти ради этого на что угодно - в своих действиях он руководствуется исключительно наличием пользы для его дела. Однажды я встал на пути его планов, но он увидел в этом лишь очередную возможность и захотел нанять меня.

— Что?!

— Пусть он не слишком приятен мне как личность, меня устраивает его деловой подход. Такое мнение сложилось у меня о нём.

— Не может быть... Ты же не собираешься работать на него, не так ли?!

— Я не откажусь от выгодной работы. Но не думаю, что взялся бы за твоё убийство или нечто подобное. Из-за этого у Чейни могут возникнуть проблемы.

— Тебя не беспокоит моё благополучие? Меня же пытаются убить!

— Это лишь закономерные последствия. Ты сам принял помощь тех столичных дурней и навлёк на меня с Широй и самого себя неприятности. Почему я должен о тебе беспокоиться?

— Какие ещё неприятности?! Ты даже не представляешь, какая это огромная честь!

— Зепус Гонкурт говорил нечто похожее...

— Ч-что?

— Когда обманул Эду и похитил её, он говорил что это огромная честь для неё.

— Ты ставишь меня в один ряд с трусливым похитителем?!

— Вы оба продвигаете своё понятие ценности и точку зрения, не принимая во внимание чувства другой стороны. При этом у вас нет никаких сомнений, что вы совершаете благое дело. В чём же разница между вами?

Лекан вообще не собирался вступать в длительные дискуссии с правителем. В какой-то степени он даже был готов признать правителя Воуки, под его правлением этот город и стал домом Лекана. Он был совсем не против помогать правителю, поскольку это было во благо города.

Однако после того, как он услышал мнение Ширы по поводу последних событий, его охватил необоснованный гнев. Шира хотела просто тихо жить в этом городе и помогать людям, но с приездом Скалабела её мир будет разрушен и ей придётся покинуть город.

Именно этот гнев Лекан изливал сейчас в виде резких слов в адрес правителя. Кримус Улбан был возмущён, но он подавил свои эмоции усилием воли, успокоил дыхание и спросил у Лекана самым спокойным голосом, на который был способен.

— Лекан, что чувствует уважаемая Шира? Чего же она желает?

— Как ты думаешь, почему она при всех своих знаниях и мастерстве живёт вдали от других людей? Почему живёт в маленьком городе, хотя намного выгодней было бы продавать лекарства в столице? Почему не соглашалась принимать учеников?

Правитель в замешательстве нахмурился, но ничего не сказал.

— Она желает лишь тихой спокойной жизни.

— Это невозможно... Многоуважаемый Основатель уже оповестил всех о великих достижениях уважаемой Ширы. Невозможно игнорировать такие великие знания и такое мастерство.

"Мне не следует говорить то, что я хочу сказать..." - подумал Лекан. Слова, которые вертелись у него на языке могли навсегда разрушить все те хорошие отношения, которые сложились у него с правителем Воуки, однако он не стал сдерживаться:

— Я понимаю. Ты считаешь, что тот кто добился высот в своём деле или обладает талантом просто обязан быть в подчинении того, кто обладает властью. Раз для дворян вполне естественно похищать пользователей Очищения, значит нет ничего страшного в том, чтобы принести Ширу в жертву ради благополучия Воуки.

По сути, это было лишь ложное обвинение, Лекан понимал это, но в данный момент у него не было другого способа выразить свой гнев не прибегая к насилию.

Кримус не ответил.

— Просто запомни - если ты или Скалабел ещё сильнее навредите Шире или попытаетесь испортить её жизнь, я буду считать вас обоих врагами.

Он сказал то, что говорить не следовало и не собирался брать свои слова назад. Лекан покидал особняк правителя в ужасном расположении духа и чувствовал во рту странную горечь.

Конец двадцать четвёртого тома. Следующий том: "Наивность Сусьяны"

Перевод выполнен с опорой на английский текст с сайта sousetsuka com