— Хоп! А вот и последний. — небрежно бросил он.

От этого удара, пришедшегося прямо в кончик носа, Клео негромко вскрикнула и плюхнулась на землю. Они находились в самой чаще леса, куда лишь изредка пробивались тонкие лучи солнца. У подножия исполинских деревьев, взмывающих ввысь на многие метры, было тихо. Хотя тракт пролегал совсем рядом, случайные путники вряд ли могли их заметить. Запах леса, предвещавший скорое наступление середины лета, обычно успокаивал, но сейчас на лице упавшей юной наследницы рода Эверластин заиграла ярость. Её тёмно-пурпурная кофта и короткие спортивные шорты — обновки, купленные в недавно-посещенном городе — явно пострадали. Раздражённо цыкнув из-за того, что новые шортики испачкались в земле, Клео впилась в собеседника гневным взглядом.

Однако Орфен лишь усмехнулся, проигнорировав её ярость. Он, тёмный маг, лет двадцати с довольно циничными чертами лица: чёрные волосы, чёрные глаза, среднего вида телосложение — на первый взгляд в нём нет ничего примечательного. Одетый почти во всё чёрное, он носит на шее серебряный кулон в виде одноногого дракона, обвивающего меч. Его взгляд острым наподобие заточенного клинка — или даже слишком суровый, граничащим с вечным прищуром. Пощёлкивая в руках тонкой древесной веткой, он самодовольно продолжил:

— Пари выиграл я. Есть возражения?

— Нет у меня возражений... — сквозь зубы выдавила Клео. Семнадцатилетняя девушка с золотистыми волосами до пояса, сияющими на свету, выглядела благородно. Её блонд и голубые глаза, отражающие цвет неба, были типичными чертами аристократии континента, хотя сама она к знати не принадлежала. Впрочем, она упоминала, что в её жилах течёт кровь предков-дворян. Убрав в ножны изящный клинок с защитным чехлом на лезвии, девица поднялась, отряхивая грязь и обиженно надула губы. — Да как так-то! Это просто несправедливо!

— «Несправедливо», говоришь? — он небрежно отбросил ветку за спину и потёр пальцами висок под банданой. — Спор есть спор. Условия были чёткими: серия из десяти схваток, касание тела противника оружием — одно очко. Проигравший должен один раз исполнить любое желание победителя.

— Да знаю я! Думаешь, забыла?! Ты только что разгромил меня всухую! — Клео в негодовании топнула носком кроссовка по земле. — Я к тому, что разница в силе слишком велика! Это как-то неправильно. Неужели я не могла взять хотя бы одно очко? — она снова сердито уставилась на него и продолжила. — Послушай, Орфен, я вообще-то вполне уверена в своих навыках фехтования...

— Слушай сюда. — Орфен перебил её на полуслове: ответил он с явным разочарованием. — Не равняй меня со своим ученическим уровнем. Я как-никак колдун Башни. — с этими словами продемонстрировал висевший на груди кулон. Эмблема с драконом, расправившим крылья, была знаком тех, кто изучал чёрную магию в Башне Клыка — вершине магического искусства на континенте. Иными словами, доказательство высшего мастерства. — Боевая подготовка с оружием, методы самообороны против вооружённого противника, тренировка мгновенных решений в критических ситуациях... Много чего ещё. Я не просто так протирал штаны в учениках столько лет.

— Хм... Понятно. Значит, ты заманил невинную меня сладкими речами в заведомо проигрышный спор, чтобы, прикрываясь нечестным уговором, достичь своих подлых и мерзких целей.

— Ты начала говорить точь-в-точь как тот паскуда Волкан... — пробормотал паренек, сощурившись. Клео в ответ лишь высунула язык. Тяжело вздохнув, продолжил. — К тому же, это ведь ты сама напросилась на пари.

— Ладно, поняла я! — выпалила белокурая краса, расправила плечи и вызывающе добавила. — Ну, давай! Приказывай хоть сорняки полоть, хоть посуду мыть! Я всё сделаю!

— Да нет... Честно говоря, мне от тебя особо ничего и не нужно.

Для Орфена любая просьба к этой девице казалась затеей сомнительной. Почувствовав это, она подозрительно вскинула бровь.

— Что за тон такой? Хочешь сказать, мне вообще ничего нельзя поручить?

— Если говорить прямо, то как-то так. — невозмутимо ответил мужчина да повернулся, чтобы идти к карете, оставленной у обочины.

— Это ещё что значит?! — Клео тут же преградила ему путь. Она ткнула тонким пальцем ему в грудь и возмущённо выкрикнула.

— А то и значит! — Орфен почувствовал, как у него дёрнулась щека. — Твою мать... Неужто ты забыла, что случилось в прошлый раз, когда я попросил тебя зашить мою порванную рубашку?!

— Ч-что?! Да в том не было моей вины! Ты просто издеваешься надо мной! Типичное поведение жалкого мужчины с его прогнившими патриархально-фаллократическими замашками, который считает, что раз я женщина, то должна заниматься шитьём...

— Да где ты таких слов набралась?! Я попросил тебя об этом только потому, что ты ныла от скуки в карете! Не подменяй понятия!

— Ничего не подменяю!

— О как! Ну тогда ответь мне — зачем ты в качестве заплатки использовала мой самый дорогой платок, который припрятал на дне вещей?!

— Он просто под руку подвернулся! — Клео мгновенно осеклась и отдёрнула палец: она слегка изменилась в лице и ответила.

— Врёшь! — тут же вскричал Орфен. Тот платок ручной работы он получил в детстве на день рождения от колдуньи, которую любил как старшую сестру. У него было полно другого тряпья, но он был уверен: Клео нарочно выбрала именно чистенький платок из вредности. — А когда я попросил тебя присмотреть за Маджиком, который слёг с простудой? Ты перевернула тазик с водой прямо у его изголовья, залив и одеяло, и спальник! А когда попросил найти книгу в библиотеке? Ты заорала «Нашла!», а в следующий миг просто выдрала страницу и принесла её мне!

— В моей школе в библиотеке все так делали! Что в этом плохого?!

— Всё плохо! Абсолютно! Ах да — случай с закупкой провизии был самым эпичным! Ты ничего не купила, зато притащила какого-то мутного бродячего торговца, который заявил: «Я пришёл забрать плату за товар, приобретённый этой юной леди». Ты вообще о чём думала, когда покупала «унитаз-оберег»?!

— Э-это была ошибка, которая случается раз в жизни!

— Какое там «раз в жизни»! У меня таких историй ещё на целый склад наберётся! Слушай... — Орфен внезапно понизил голос и взял Клео за плечи. — Скажи честно... Ты ведь специально это делаешь, да?

— Ну... не надо так говорить, у тебя аж слёзы в глазах стоят... — Клео растерянно пробормотала.

— Тут зарыдаешь... С чего это я должен каждый божий день на тебя орать по таким поводам...

Когда он закончил свою тираду со вздохом, Клео, ничуть не раскаиваясь, сверкнула лазурными глазами.

— Папа всегда говорил: люди, стремящиеся к истинному взаимопониманию, неизбежно сталкиваются лбами!♥ — она назидательно подняла палец.

— Да нет в этом ничего возвышенного! Совсем ничего! — его руки задрожали от негодования.

— А, точно! — Клео же, пытаясь замять тему, отвела взгляд и хлопнула в ладоши. — Ещё он говорил, что счастливая жизнь — это, по сути, череда весёлых неприятностей.

— А я бы предпочёл спокойную жизнь и умеренное веселье... — угрюмо пробурчал Орфен. По привычке он положил ладонь на её золотистую макушку.

— Ну-ну, не ворчи ты так, будто старик. — девица подняла на него взгляд.

— И по чьей же это вине, а? По чьей?

— Папа умер через три недели после того, как сказал: «Чтобы доказать чью-то вину, порой требуется вся жизнь, а в момент, когда ты её докажешь, обвиняемый тебя частенько пришибает».

— Всё, хватит... Искренне жаль, что не встретил твоего отца при жизни.

Орфен едва не выругался, снимая руку с её головы. Подталкивая девушку в спину, медленно зашагал к тракту. Почувствовав, что гроза миновала (по её собственному мнению), Клео весело прощебетала:

— Да не расстраивайся ты так. Ты просто в последнее время переутомился. О! Раз уж я проиграла пари, сделаю тебе массаж.

— ... Ты?

— А что? Это же щедрое предложение. Ты что, не рад?

— Щедрое... Зная тебя, ты наверняка используешь иголки или что-то в этом роде...

— ТЫ. ЧТО. НЕ. РАД?! — Клео обернулась через плечо, и в её глазах вспыхнул опасный огонёк.

— Да-да, конечно. — Орфен легонько оттолкнул её лицо рукой. — Я просто в восторге. — ответив в своей обычной небрежной манере, он вдруг задумался. Ощущая смутную тревогу, он спросил у идущей впереди девушки. — Кстати... А что бы ты мне приказала, если бы выиграла?

— А? Да ничего особенного. Просто у нас в карете как-то пустовато, не находишь? Я подумала, что если сделать и повесить чучело головы Гванчии, выйдет отличный декор. Вот и хотела попросить тебя добыть одну тушу.

— ... И за это ты предлагаешь мне массаж? Какая-то несоизмеримая разница... — простонал Орфен.

Клео лишь невинно отозвалась: «Правда?». Тёмный маг окончательно осознал, что взывать к её здравому смыслу — пустая трата времени. Они находились в последнем неизведанном уголке континента — Вальхалле, обители воинов, известной как «Лес Фенрира».