В ту же секунду вспыхнуло ослепительно-белое пламя, испепеляющее все на своем пути. Свет вышел настолько ярким, что невозможно было даже осознать масштаб катастрофы. Послышались звуки испарения — короткие, звонкие хлопки; так звучит закипающий металл. В этом неистовом сиянии Орфен закрыл лицо руками. От обжигающего ветра кожу пронзила такая острая боль, будто ее сдирали заживо. Когда свет погас, половина деревни исчезла. Воцарилось молчание. А затем...

— А-а-а-а-а?! — раздался испуганный крик Клео, переходящий в плач.

«Одним лишь взглядом... стер деревню с лица земли?!»

Орфен в отчаянии уставился на Глубинного Дракона. Среди толпы поднялся скорбный гул — удар погубил не только постройки, в магическое пламя попало и множество жителей.

— Магия Тьмы... значит. — он пробормотал это едва слышно.

«Противнику такого уровня невозможно противостоять.»

Маджик, бессильно привалившийся спиной к его коленям, издавал звуки, похожие на судорожную икоту.

— Ч-ч-что... — мужчина схватил дрожащего Маджика за плечо, помогая ему подняться, и закричал. — Клео! Какого черта ты забыла на спине дракона?!

— Но я... — девушка выкрикнула в ответ, едва не плача. Она указала на маленького дракона в руках. — Мама малыша сказала, что уничтожит деревню, и велела мне отойти... Я хотела ее остановить, и вот мы вместе оказались здесь...

— Твою же... — хотел он выругаться, но осекся: п почувствовал, как некое присутствие пытается вторгнуться в его разум.

Доверившись интуиции, перевел взгляд и встретился глазами с чудовищем. Зеленые зрачки Глубинного Дракона вспыхнули.

— «Вы посмели нарушить табу. — этот голос... он не сотрясал воздух, но был Орфену знаком. Те же ощущения он испытал от дракона, совершившего на него ментальную атаку в ночь их проникновения в деревню. Глубинный Дракон, Фенрир, продолжал обращаться к жителям поселения, проименнованным Великим Сердцем. — А потому подлежите искоренению.»

Сначала в толпе повисла тишина непонимания, но по мере того, как слова дракона проникали в сознание людей, на смену молчанию пришла волна истерии. Начиналась стремительная резня.

«Табу?..» — недоумевая, Орфен спрыгнул с крыши.

Еще один взгляд дракона изверг невероятный поток жара. Колдун отчетливо видел, как в этом сиянии исчезли больше десятка человеческих теней. Белоснежное пламя, способное подпалить сами небеса, рассеялось в атмосфере.

— О... — ступив на землю, он сжал кулон на груди. Неодолимый импульс заставил его легкие содрогнуться. — О-о-о-а-а-а-а-а! — сорвав цепочку, Орфен направил кулон на дракона, словно это было оружие. Он прокричал существу, которое, игнорируя его, вновь готовилось испустить свой губительный зеленый взор. — Я танцую в небесных чертогах!

На сей раз с помощью заклинания перемещения с места двинулся не он сам, а только его холодный серебряный кулон. Эмблема в виде дракона в мгновение ока исчезла из его ладони и с резким звуком возникла в пространстве позади существа. Иными словами, она прошила тело дракона насквозь.

Пространственное перемещение не означает прыжок через само пространство в буквальном смысле — это лишь магический обман массы и придание колоссального ускорения. То есть, если на пути встретится преграда, предмет в нее врежется, даже если он невидим глазу. И при столкновении на такой скорости удар будет страшен. Более того, поскольку с точки зрения массы объект как бы не существует, сам он не разрушается, а вся энергия высвобождается при разрыве.

Взрыв произошел где-то в районе горла дракона. Ударная волна — вернее будет сказать, взрывной таран — опрокинула Глубинного Дракона на бок. Орфен увидел, как Клео и Рейнджеры с криками посыпались с его спины. С секундной задержкой кулон, подскочивший в воздухе, издал высокий звонкий звук «пи-и-ин». Словно по этому сигналу, черный дракон начал медленно поднимать голову.

«Даже это его не взяло?..» — Орфен пошатнулся, чувствуя, как его накрывает оторопь.

Это был своего рода козырь. Прием, который он обычно не использовал: против человека это означало бы неминуемую смерть без возможности сопротивления или защиты. Впрочем, Глубинный Дракон, похоже, подавил даже сей взрыв своими заклинаниями.

Поднявшийся иссиня-черный зверь и Орфен замерли, глядя друг другу в глаза. Магические вспышки Глубинного Дракона не прекратились. Десятки сородичей, окружавших деревню, начали действовать. Время от времени свет разрезал воздух, а вибрации сотрясали землю... В деревне царила паника, до колдуна уже никому не было дела. Жители разбегались кто куда, бесследно исчезая в ослепительных вспышках. Он замер, не сводя глаз с дракона. Сильнейшие воины континента... раса драконов, охраняющая лес.

«Один взгляд — и просто исчезну из сего мира.» — онвдруг поймал себя на мысли, что напуган до смерти. Ему ни за что не победить.

— Орфен!

От окрика вздрогнул. Каким-то чудом прорвавшись к нему, сзади подбежала Клео. Она все еще прижимала к себе маленького дракона, Маджик был рядом. Не оборачиваясь, почувствовал, как девушка встала плечом к плечу с ним.

— Я помогу тебе! — решительно заявила она, а затем растерянно спросила. — ... Что нужно делать?

Орфену вдруг захотелось рассмеяться без всякой причины. Бросить всё, сдаться... Но в то же время чувствовал, как внутри него зреет холодная решимость.

«... Еще не время.»

Глядя на лица Клео и Маджика, которые, кажется, все еще верили, что он на что-то способен, Орфен вновь вперил яростный взор в дракона. Сейчас всё было иначе, чем в те времена, когда он звался Килиланшело... Слишком многое стояло на кону. Не отрывая взгляда от врага, произнес:

— Нам не победить столько драконов в открытом бою. Ни внезапные атаки, ни хитрости, ни блеф тут не сработают — они читают наши сердца.

— И-и что же тогда делать? — спросила Клео.

Мужчина тяжело вздохнул. Он бесцеремонно схватил за загривок дракончика, который с недоумением смотрел на него из рук девушки.

— Он будет заложником.

— О... Орфен! — вскрикнула Клео.

Маджик тоже уставился на него с изумлением. Похоже, они не ожидали от него такой подлости, как использование ребенка в качестве щита, но сейчас было не до благородства.

— Ты ведь понимаешь, Глубинный Дракон, что не шучу. — сказал Орфен, зная, что его мысли открыты. — Я не спрашиваю, почему вы напали. Просто убирайтесь из этой деревни. Живо.

Глубинные Драконы понимают речь, точнее, считывают суть мыслей. Заметив, как в глазах исполина промелькнуло колебание, Орфен внутренне выдохнул. Ради спасения Клео и Маджика он бы не раздумывая свернул шею хоть детенышу, но если бы действительно это сделал, сама Клео его бы на куски и разорвала. Сам виновник торжества, маленький дракон, кажется, не понимал серьезности ситуации. Когда его схватили за шею, он лишь довольно зажмурился.

«Этот дракон... Лидер? Она — вожак всей этой стаи?»

Стоило ей замереть, как остальные драконы тоже прекратили атаки. Внезапно воцарилась тишина, пропитанная таким напряжением, что оно казалось осязаемым.

— Если уйдете сейчас, я отпущу мелкого. Решай быстрее... Я колдун, обученный искусству убийства. Если сказал, что сделаю — значит, сделаю.

Пока Орфен говорил, дракончик доверчиво потерся головой о его запястье. Ответа не последовало... Глаза дракона перед ним сузились. После долгого молчания она произнесла: «Поступай как знаешь».

— Что? — не поверив своим ушам, переспросил Орфен. Дракон безучастно продолжил:

— «Не недооценивай нашу магию... Мы способны воскрешать мертвых. Мы раса воинов. Ранить и исцелять раны — вот наша суть... — зеленые глаза широко распахнулись. — Слейпниры властвуют над пустотой, над первоначалом. Норнилы ведают созиданием и управлением. А мы, Фенриры, эффективно устраняем врагов. Наша раса существует не просто так. Мы не такие, как вы. Вы сами сделали себя бессмысленными и никчемными.»

— Никчемными... говоришь? — проскрежетал зубами Орфен. Не то чтобы он верил в свою исключительную ценность — ое был настолько оптимистом или дурачком. Но... — Те, кто убивает людей, не имеют права произносить такие слова. — вспоминая тени, исчезнувшие в огне, маг разжал пальцы на шее дракончика. А затем решительно вытянул руку в сторону огромного Глубинного Дракона. — Я буду твоим противником. Пока жив, не смей трогать никого другого.

— Орфен... — прошептала Клео. Он проигнорировал ее, хотя в душе был благодарен за поддержку.

— «Я хвалю твою смелость. Но ты так ничего и не понял. — дракон произнес это спокойным голосом. А затем добавил еще тише. — Прощай.»

В следующий миг их взгляды встретились.

В истории не было человека, который бы выжил, встретившись взглядом с представителем расы Глубинных Драконов. Если Глубинный Дракон хочет убить, он убивает наверняка, и если человек попадает в сферу действия его колдунства, сопротивляться невозможно. Ведь сие существа, которых почитают как богов. Однако в это первое мгновение дракон не нанес удара. Орфен резко развернулся и бросился прочь.

По толпе жителей, которые еще не успели прийти в себя и сбежать, пронесся гул. Он ворвался в поредевшую толпу и побежал. Со всех ног, прямо к своей цели. Он не спасался бегством. Он ожидал удара в спину, который покончит с ним, но атаки не последовало. Не теряя времени на раздумья, запрыгнул в еще дымящуюся хижину. Ту самую, на крыше которой его недавно зажали селяне и которую он взорвал магией вместе с ними. Оказавшись внутри, огляделся. Среди обломков мебели и мусора нашел то, что искал. Грубый железный пистолет, который, должно быть, выронил кто-то из жителей, когда падал с крыши.

Он молча подобрал его, откинул барабан, проверяя патроны. От жара пожара они не сдетонировали. Четырехзарядный. Впрочем, вещица была настолько дрянной, что при быстрой стрельбе барабан мог деформироваться от нагрева и взорваться в руке. В Королевской столице подобные модели вышли из употребления больше десяти лет назад.

«Магия бесполезна. — он тяжело выдохнул. — Против врага такого уровня не поможет подобная безделушка бесползена. В рукопашную тоже не сойтись. Против них не помогут даже самые хитроумные человеческие планы. — добавил он про себя. — Ведь Глубинный Дракон читает мысли.»

С щелчком Орфен вернул барабан пистолета на место. Он сжал рукоять не в левой руке, как обычно, а в правой, до белизны в костяшках.

«Ты готов?» — голос внезапно прозвучал прямо в голове.