* * *

— О чём вы только думали-и-и!

— ... Не ори. Голова раскалывается.

Орфен лежал прямо на земляном полу подземной камеры и тихо стонал. В ушах стоял непрекращающийся гул, словно в черепную коробку засунули растревоженное осиное гнездо. Тело было ватным, как при тяжелейшем похмелье, и шевелиться не хотелось совершенно. Рана от ножа на левом плече уже затянулась, не оставив и следа, но Орфен чувствовал: если бы не тупая боль в голове, он бы точно провалился в беспамятство. Мучения начались сразу, как только вернулась память.

«Казалось, боль тоже была забыта и теперь всплыла вместе с воспоминаниями.» — иронично подумал Орфен.

Ещё недавно у дверей камеры стояли двое деревенских стражников, но по просьбе девушки по имени Фиена они удалились. Как вкратце объяснил Маджик, в деревне она кто-то вроде жрицы. И она же та самая девочка из его недавнего сна.

— Я на вас полагался, а вы так просто дали себя схватить! И что это за состояние, пошевелиться не можете! — возмущался Маджик, вцепившись в железную решётку.

Орфен заметил на рубашке ученика в районе живота дыру размером с палец и пятно крови, которое кто-то пытался вывести отбеливателем, но пока решил промолчать об этом.

— ... Скажи спасибо, что вообще жив. Глубинный Дракон нанёс мне ментальную атаку.

При упоминании дракона Фиена на мгновение вздрогнула. Впрочем, возможно, тёмному магу это лишь почудилось — в его состоянии галлюцинации были куда вероятнее.

— «Скажи спасибо, что жив»,слишком удобно! — Маджик продолжал наседать. — Мужчина должен добиваться результатов, несмотря ни на что!

— Аргх, заткнись уже. А сам-то что? Тебя ведь первым поймали, без всяких усилий. Я вообще-то тебя спасать шёл.

— И вы мне это припоминаете? — сынишка Багапа, владельца постоялого двора в Тотоканте, неожиданно осмелел и заносчиво фыркнул. — Слушайте и поражайтесь: за последние сутки я трижды выходил из смертельных ситуаций, используя магию!

— Прости... — робко вставила Фиена, дергая юношу за рукав.

— Ну... ладно, в третий раз она мне капельку помогла, но всё же... — он оглянулся на неё, немного замялся и добави

«Этот паршивец совсем распетушился перед девчонкой.» — мрачно подумал Орфен.

«Если бы в тех передрягах был хоть один Глубинный дракон, он бы, так и быть, похвалил его. Проклятье.»

— После такого вы просто обязаны признать меня самостоятельным колдуном! — Маджик не унимался. — И заметьте, я без единой царапины!

— Послушай...

— Ах, ну да, маленькую рану всё же получил, но сейчас в полном порядке. А вот вы, Учитель, выглядите неважно.

— Погоди, вот оклемаюсь, и ты у меня попляшешь...

От этой угрозы Маджик на секунду сник, но желание позубоскалить пересилило страх. Пячусь назад, он всё же продолжил:

— Раз уж всё так обернулось... как насчёт того, чтобы я, как полноправный колдун, вытащил вас отсюда?

— Ещё хоть слово, и найду способ тебе отомстить.

— И как же? В вашем нынешнем состоянии даже в честном бою вас одолею.

— Я заставлю Клео сделать тебе массаж.

— ... И это ваша месть?

— Попробуешь — поймёшь. И вообще, помыкать беспомощным наставником это, по-твоему, честно?

— Ну, может и нет... Но Учитель, что это за ментальная атака такая?

— Название говорит само за себя. — Орфен горько вздохнул, глядя в потолок. — Одного его взгляда хватило, чтобы личность начала стираться. И при том, что в Башне нас муштровали, обучая контролю разума. Обычный колдун на моём месте в лучшем случае стал бы овощем, а в худшем — его тело просто рассыпалось бы в прах.

— Хм... Но почему от ментальной атаки должно рассыпаться тело?

— А почему ты думаешь, что оно не должно? — вопросом на вопрос ответил Орфен.

— Ну... это же дух, разум... разве нет? — Маджик озадаченно нахмурился.

— И что же такое, по-твоему, «разум»?

— ... — Маджик скрестил руки на груди и некоторое время задумчиво созерцал потолок. — Не знаю.

— Вот именно. Для нас, колдунов, слово «разум» имеет два значения. Первое — психологическая установка, то есть работа с памятью и нервными импульсами. Второе же — и оно основное — общее название для всего, что не имеет физической формы.

— А-а... — Маджик выдал нечто среднее между пониманием и полным замешательством.

— Душа, пророчества, голос сердца, время... — опытный тёмный маг, придерживая раскалывающуюся голову, попытался сесть. — ... всё в таком духе. У людей сия область, подвластная белым магам. Мы же, тёмные маги, работаем с Силой — энергия, материя и информационные смыслы. Совсем другая сфера. Однако, подобно тому как силой можно заставить человека передумать, Глубинные Драконы способны вызывать физические явления прямо из области белой магии. Человеческие белые маги на такое не способны. Ментальная атака против живых существ невероятно эффективна. Поэтому никто не может противостоять Глубинному Дракону, искушённому в Магии Тьмы.

— Неужели они настолько опасны?

— Послушай... ладно, просто посмотри на меня и сделай выводы сам... — Орфен повернулся к девушке, стоявшей за спиной Маджика. Даже от этого простого движения в мозгу вспыхнула резкая боль.

— Фиена... кажется? Хотел спросить.

— Д-да. — девушка запнулась.

Она явно избегала смотреть ему в глаза, уставившись куда-то в пол. Мужчина знал: если то, что случилось с ним, действительно её рук дело — это магия, недоступная человеку.

— Подземелье находится в той самой Башне в центре деревни, так? Я видел рядом какое-то массивное здание. Что за учреждение?

— Оно-о-о-... — она замолчала. То ли ей было запрещено говорить, то ли что-то ещё. В любом случае, явно знала ответ...

— Тогда... дракон. — ... но у Орфена не было сил устраивать допрос. Он спросил о другом. — Вчера в центре деревни появился Глубинный дракон. Как сие понимать?

— Что значит — «как сие понимать»?.. — переспросила она, не поднимая глаз.

— Глубинный Дракон — страж Леса. — вздохнул тот. — По крайней мере, так говорят легенды. Он должен уничтожать любого, кто посмеет войти в Лес. Но вчера в деревне дракон не тронул ни единой души... кроме меня. Только не говори мне, что он и впрямь ваш бог-покровитель.

— ...

— Не хочешь говорить, не надо. И последнее: зачем вашему пророку, Макдугалу, понадобилось нас похищать? Он ведь не ловит всех встречных-поперечных только за то, что они вошли в Лес?

— Потому что... вы колдуны. Ему донесли... Недавно в деревню забрели подземники и сказали Макдугалу, что за ними гонятся колдуны. Что они уже близко. А Макдугал ненавидит колдунов.

— Ах вы... проклятые тануки... вечно от них одни беды... Ай! — от резкого движения голову снова прострелило болью.

В целом, он узнал всё, что хотел. Точнее, о самых важных вещах Фиена всё равно ничего не расскажет. К тому же от разговоров головная боль только усилилась.

«Придётся выяснять самому... Но сначала надо дождаться, когда тело начнёт слушаться... Почему в сем Лесу стоит деревня, поклоняющаяся драконам? Что это за Глубинный дракон? Тот пистолет Макдугала, о котором говорил Маджик, странная магия Фиены и их 'план'... Ну и на десерт, как бы поизощрённее пустить на фарш этих тануки-везунчиков, братьев-земцов... У него уже были кое-какие догадки по каждому из пунктов.»

— Фиена. — не озвучивая их, Орфен лишь негромко позвал.

— Д-да? — она вскинула голову, застигнутая врасплох.

— Спасибо, что исцелила меня. — кратко произнес колдун. — Полагаю, я твой должник.

— Ну что вы...

— Исцелила? Учителя? — Маджик удивленно посмотрел на неё.

— Тогда плохо соображал, но сейчас понимаю. Мой разум был практически уничтожен. — Орфен не собирался ждать, пока она начнёт что-то мямлить в ответ ученику, и продолжил. — Человеческими силами такое не исправить. Ты ведь и сама это знаешь?

— ... Да. — она понуро кивнула.

— Но ты справилась. — заговорил снова, борясь с накатывающей сонливостью.

— ...

Девица не ответила. Лишь слабо сцепила пальцы перед собой и смотрела на землю чуть впереди того места, где он лежал. Видимо, ей было невыносимо смотреть людям прямо в глаза.

— Позволь один вопрос. Можешь не отвечать, но, пожалуйста, посмотри на меня. Я сам всё увижу.

— Учитель, это уже на допрос какой-то похоже...

— Я отвечу. — Маджика прервал не Орфен, а сама Фиена. Она решительно подняла взгляд и посмотрела прямо на него. — На то... на что смогу ответить. — её голос к концу фразы почти затих.

— Тогда скажи. — маг понимал, что вещей, на которые она «не может ответить», наверняка куда больше. Но всё же спросил. — Обладая такой силой, чего тебе вообще нужно бояться?

— ... — девочка промолчала. И на её лице, застывшем, словно маска жрицы, он не смог прочесть ровным счётом ничего.