Но, конечно, мать хорошо знает дочь. Услышав ее возбужденный тон, Сунь Дунцин помрачнела и прошептала беспощадно:

- Если только ты не хочешь вылететь из школы. Иначе...

Директор Чен не был знаком с Е Инь, но первое, на что он обращает внимание, чтобы составить первое впечатление, - это взгляд человека.

Директор, тайно наблюдавший, улыбнулся и мягко указала на любовное письмо, оставленное Чжань Бином, и спросил без капли спешки:

- Студентка Е Инь, я уверен, вы имеете представление об этом письме.

- Да, - опустила взгляд Е Инь. Она сжала обе ладони в кулаки, ее голос дрожал, когда она продолжила: - Я написала это письмо от имени Е Цзянь. Директор, если вы хотите наказать меня... пусть так. Потому что у меня не хватило влияния остановить сестру, пожалуйста, наказывайте меня, а не ее.

Директор Чен медленно закрыл глаза. Нетрудно было понять, что он разочаровался в лучшей ученице.

Когда он отрыл рот, чтобы ответить, его голос звучал глухо и слабо:

- О, тогда почему бы вам не объяснить, почему было необходимо писать письмо, а не позволить ей разбираться самой?

- Ха, директор, вы, может, не знаете, но моя племянница, у нее почерк отвратительный. С таким почерком она сама ни за что бы не смогла написать любовное письмо сама, - Сунь Дунцин была удовлетворена хладнокровием дочери, и пусть так и будет!

Она этого не признавала, но школа не могла ничего сделать без давления со стороны.

Под взглядом директора Чена Е Инь сжала губы, но кивнула мгновение спустя. Ей не нужно было раскрывать рта, чтобы показать, что она тихо приняла слова своей матери.

Сунь Дунцин постепенно встала со своего места и продолжила повторять слова дочери:

- Директор, моя Инь Инь никогда не лжет, она очень честный ребенок. Посмотрите на ее оценки, всегда отличные!

Учительница Ке смотрела вверх, потирая лоб и слушая, как Е Инь разразилась потоком. Кто бы знал... что взрослый ничем не лучше ребенка!

- Учеба, да, она превосходная. Но что до остального... - директор Чен сделал короткую паузу, бросив взгляд, - Е Цзянь, спрашивай! Я вижу, что даже в моем присутствии кто-то смеет ложно обвинять тебя!

Это значило лишь одно: он на стороне Е Цзянь.

Сердце Е Инь билось нонстопом, желая выскочить из кабинета директора. Под давлением обвинений она крепко сжала руки, а мозг начал работать на предельной скорости.

Директор Чен был полностью убежден словами Е Цзянь. Тогда она совершенно точно не могла следовать словам матери!

Сразу после она повернулась к Сунь Дунцин и спросила с озадаченнм видом:

- Мама, вы с папой пришли сюда только из-за какого-то любовного письма? Оно было написано мной от лица Е Цзянь, без сомнений, но это обычное дело для нас, девчонок, писать такие письма в тайне от всех, для нас самих, чтобы перечитывать и восхищаться. А вы опять раздуваете из мухи слона?

Е Цзянь всегда знала, насколько хитра эта девочка, но подумать, что она ради собственного блага она разрушит репутацию собственной матери, она не могла.

Эгоистка, как Е Чжифань.

Сунь Дунцин не могла выдерживать скорость дочери, она была ошарашена. Она еще не оправилась, когда Е Чжифань нарушил тишину:

- Сунь Дунцин, ты можешь перестать наживать проблем для моей дочери! Разве это не просто маленькая девочка, записавшая свои мысли письмом? Действительно нужно было всему миру дать знать об этом! Подумать только, а я и правда считал, что моя племянница соблазняет учителя!

Услышав это, Е Инь прикрыла рот рукой и выдохнула:

- Соблазнить учителя? Мама! Что за чушь ты рассказываешь!

Е Инь с тенью шока на лице, как будто она вот-вот потеряет сознание, внезапно схватила руку Е Цзянь и попыталась объяснить:

- Сестра, я уверена, ты знаешь, как моя мама на самом деле. Она любит рассказывать чушь. Тебе стоит игнорировать ее.

Только взгляните. Такова Е Инь. Всегда найдет способ выбраться сухой из воды.