- Хорошо, я понимаю, что это поставит Брата в затруднительное положение. Тогда как насчет того, чтобы Е Цзянь взяла трубку, и я с ней немного поговорил?

Лицо Е Чжифаня было бледным от подавляемого гнева. Тупая с*ка! Как смела она останавливать его движение к славе и власти! И от нее никак нельзя избавиться.

Отвечая на звонок Е Чжифаня, Е Цзянь, полная обиды на него, крепко сжала телефонную трубку.

Если бы не ее собственный дядя-заместитель мэра, заставить ее уйти из школы было бы невозможно.

С той стороны телефона послышался голос Е Чжифаня:

- Алло?

Несколько лет назад, когда она слышала голос дяди, он был полон авторитетного тона, но сейчас она не была уверена, как он будет говорить и разыграет ли эту семейную карту.

- Дядя, первое, что вы мне сказали, - не поднимать шума, и ругали меня, не принимая мою позицию. Меня обвинила тетя, выгнала из дома - об этом говорит вся деревня, но шум поднимаю я? Дядя, как вы знаете тех, кто не отличает хорошего от плохого, так я больше не хочу возвращаться. А теперь, дядя, простите, тетушка Цю ждет, что я вернусь ужинать, так что я вешаю трубку. До свидания.

В место, которое не за что было называть домом, она точно не хотела возвращаться. Неважно, насколько это было близко, она уже все решила.

Той ночью Е Цзянь домой не вернулась, оставшись у тетушки Цю, спала в одной комнате с ее дочерью, Ли Вен, которая была одноклассницей Е Цзянь.

Старик Джен уже высказался,тогда она будет ждать. Она будет ждать, когда Е Чжифань лично отправит ее в такое место, которое она сможет называть домом.

Вечером воскресенья Е Цзянь и Ли Вен вернулись из школы. Хотя они и учились в одном классе, женские общежития у них были разные, и потому они разделялись, войдя в школу.

Таща свой багаж, Е Цзянь медленно поднималась по лестнице общежития. И хотя она покинула среднюю школу 10 лет назад, она до сих пор помнила расположение комнат и классов.

Е Цзянь даже не успела войти в спальню, когда услышала хихиканье девчонок. Этот голос... Е Цзянь нахмурилась и, подумав мгновенье, вспомнила, кому он принадлежал.

Е Цзянь словно нажала на паузу, толкнув дверь, и хихиканье прекратилось, а все девочки уставились на нее.

- Ае, смотри, да разве это не наша одноклассница Е Цзянь?

Девочка в красном выходном свитере уставилась на нее, особенно пронзительно смеясь. - Первый номер с конца. Ты теперь школьная знаменитость, ты знала? Одинаковая фамилия - Е, но почему такие огромные различия?

Девушка вела себя провакационно, и Е Цзянь, прислонив чемодан к двери, обернулась, усмехаясь Хе Цзямин:

- Правда, у обеих фамилия Е, но почему такие огромные различия?

Она смотрела на Хе Цзямин ярко блестящими глазами. Что крылось за этими словами... Те, кто понял их, в глубине души знали, что она пыталась сказать.

Было два общежития, и оба поддерживали Е Инь.

Этого и следовало ожидать. Студенты с хорошими отметками в целом популярны в школе. Для кого-то вроде Е Цзянь, кто всегда был первым с конца... единственные друзья, которых она могла иметь, должны быть ниже худшего...

Но совпадение заключалось в том, что ученица, которая всегда стояла второй снизу, была также помещена в то же общежитие, что и она, но онаеще не пришла.

Маленькое лицо Е Инь, которая когда-то имела сдержанное выражение, когда ей поклонялись одноклассники, сразу же смертельно побледнела. Ее гордо сиявшие глаза потухли.

Как она могла не понять значение этих слов, если они относились к ней?