Рет

Он всегда ненавидел всё это.

С каждым ударом барабанов, он чувствовал, словно ему в кожу впиваются острые клыки дикого зверя, разрывающие его плоть на куски.

И хотя он понимает, что его народ нуждается в исполнении этих древнейших традиций, что позволяют им ощутить связь со своими предками, в глубине души он ненавидит Ритуал Выживания. Жестокий. Нецивилизованный. Смертоносный. Вот каким он считает этот ритуал.

Поэтому, каждый шаг, приближающий его к кругу, кажется ему пыткой. Он ненавидит то, что будучи королём, он не может высказаться против этого варварского обычая, и вынужден наоборот, защищать древние традиции своего народа…какими бы ужасными они ни были. Его терзает мысль о том, что этой ночью его руки снова окропит чья-то кровь, а рот наполнится противным медным привкусом.

Рет позволил низкому рычанию вырваться из его горла. Услышав это, идущий рядом с ним барабанщик настороженно посмотрел на своего короля.

Медленно, без спешки, они приближаются к ритуальной поляне. Племя верит, что Чистые люди лишены истинной силой, и не столь умны, как остальные создания. Наверняка, родись он простым человеком, без крови зверя, текущей по его венам, он бы никогда не стал Королём, который должен наблюдать за тем, как женщины сражаются за право стать его женой.

В каком-то смысле, они правы.

Барабаны стучали до тех пор, пока Рет не сделал свой первый шаг в круг. Он величественно прошёл вперёд и его люди тут же перестали перешёптываться и опустили свои головы в уважительном поклоне. Большинство из них. Он знает, что некоторые из поклонившихся гневно оскалили зубы, как только он появился… что ж, по крайней мере, им хватило ума скрыть это.

Рет неспешно осмотрел круг, дав шанс каждому из присутствующих ощутить его запах альфы, что должно пробудить в них чувство верности. Его пристальный взгляд прошёлся по каждому из присутствующих, пока не остановился на избранной Чистой.

Когда их взгляды встретились, сердце Рета пропустило удар. Ему показалось, словно некая невидимая сила вонзила свои когти ему в живот. Только годы тренировок и строгая дисциплина удержали его того, чтобы раскрыть рот от шока.

– Элия? – беззвучно выдохнул он.

Это невозможно. Это просто не может происходить на самом деле.

Разве такое совпадение возможно? И всё же, никто не знает. Но если она здесь… она обречена на погибель.

От этой мысли в его груди что-то оборвалось.

Она застыла под его пристальным взглядом, но по иной причине… она не узнала его, но его появление пробудило в ней инстинкт, кричащий об опасности. Она отреагировала на его силу, а не личность.

Как такое могло случиться? Почему она оказалась тут?

Он инстинктивно обернулся и посмотрел на Волков. Чутье подсказывает ему, что это было подстроено именно ими. Но он не может показать им, что он относится к ней иначе… или дать Волкам понять, что им удалось выбить его из колеи. Поэтому, он сразу же перевёл свой властный взгляд на остальные племена, встретившись взглядами с их Альфами. Но его мысли всё время возвращались к ней.

– Приветствую тебя, Анима! – прокричал он, разрывая ночную тишину, и в ответ ему последовал хор лая, криков и аплодисментов. – Ты пришла в эту ночь, чтобы почтить память наших предков. Сегодня, в свете полной луны, прольётся кровь жертв, что позволит самой сильной крови и дальше течь в жилах Вождей Анимы. Эти жертвы будут почитаться поколениями. Вождь Клана и его отец, и отец его отца благодарят тебя.

Он сделал паузу для эффекта…и чтобы получить их аплодисменты… но, эта пауза была также необходима, чтобы сделать глубокий вдох и

собраться духом. – Сегодня, будущее Анимы сделает шаг вперёд. Сегодня Племена примут свою Королеву!

Человеческому уху их ответ показался бы хаотичным рычанием или воем, но Рет смог различить предостерегающее пение птицеподобного клана Авалинов, покорное ржание Эквинов лошадиной крови, волчье рычание Люпинов… даже жабоподобные Амфины заквакали вместе с другими племенами. Сегодня вечером тут собралась вся Анима, и несмотря на разные ожидание от этой ночи, все с нетерпением ждут следующего шага.

Даже Рет.

Он понятия не имеет, как Волки нашли Элию, но он точно знает, что стратегия Люпинов не имеет себе равных. Сейчас он ничего не может сделать, чтобы спасти её, не вызвав подозрения у других. Эта мысль вырвала из его горла рычание, которое эхом разнеслось по поляне и заставило всех замолчать.

Он позволил тишине повиснуть в воздухе, напомнив Волкам, кто тут Король.

До сих пор ему удавалось не отразить ни единой эмоции на своём лице, но он знает, что эти звери пристально наблюдают за ним.

– Только в эту ночь, раз в поколение, мы приводим Чистых к Аниме, чтобы дать им шанс доказать силу своей крови. И поэтому я призываю Племена признать нашу человеческую сестру, Чистую.

Он махнул рукой в сторону Элии, и Племена ответили ему шипением, карканьем, воем и блеянием.

По традиции, они дали жертве, Чистой, шанс произнести слова, которые они должны будут помнить и чтить. И когда все затихли, даже Рет затаил дыхание, заставив себя притвориться, будто его совершенно не волнует то, что она скажет, несмотря на то, что всей душой он жаждет подойти ближе к ней.

А в это время, разинув свой рот, Элия переводила взгляд с толпы на Короля и обратно. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, чего они хотят. И только Рет с замиранием сердца жаждал услышать её голос.

– Я…я даже не знаю вас, люди! Почему я здесь?!

В толпе поднялся шум и гам… местами недовольный, а где-то удивлённый. Существовало огромное множество мнений о продолжении традиции призыва Чистых для Обряда, но даже невзирая на мягкосердечность Анимы, она всегда презирала тех, кто проявляет трусость.

Но от зоркого глаза Рета не скрылось то, с каким взглядом Люсина, жертва из Клана Люпина, посмотрела на Элию, проведя пальцем по своему горлу.

Рет кивнул головой и барабанщик, стоявший рядом с ним, трижды громко ударил палкой по барабану.

– Да начнётся Обряд! – объявил Рет, и толпа ответила ему бурными овациями, а женщины из круга приготовились к вознесению… или, если точнее, к своей смерти.

Под эти крики и возгласы, Рет развернулся, чтобы занять своё место в кругу. Он знает, что не должен выдавать свою жалость к Элии. Но это именно то, что он чувствует в этот момент. Жалость к ней и ненависть к волкам, которые выследили её. А также ненависть к самому себе…

Элия слишком слаба, чтобы победить своих противников, и она не заслужила смерти.