С тех пор, как она пошла в начальную школу, Мегуми называли «Онико». Фамилия Онидзука, казалось, была редкой, поэтому ей часто говорили что-то вроде «Они-сан~» и так далее. Оглядываясь назад, она понимала, что это не было чем-то особенным. Это было просто довольно особенное прозвище, произошедшее от ее фамилии, но Мегуми действительно ненавидела его.

Она не выбрала это имя, и не могла ничего сказать против, оно просто было совсем не милым. Поэтому, когда ее так называли, она просто отвечала: «— Я не Онико!», что было плохим решением. Злость, это была та самая реакция которую другие хотели вызвать. Поэтому в конце концов Мегуми перестала что-либо говорить. Даже если ее называли Онико, дочерью демона, она ничего не говорила. И в это время перед ней появился принц.

Мальчик внезапно переехал в ее район, и ему удалось остановить толпу мальчишек, нападавших на Мегуми, прежде чем она успела это заметить. Дело не в том, что он был сильным, но поскольку он был на год старше, его тело было немного выше и лучше сложено, вот и все. Тем не менее, для молодой Мегуми он был не чем иным, как героем.

— Называть тебя Онико и все такое просто очень грубо.

Это были слова, которые он произнес после ее спасения.

— Ты не демон. Ты больше похожа на принцессу, Мегуми-тян.

— Принцесса?

— Да. Я имею в виду, ты действительно очень милая, в конце концов.

— ………

Это был первый раз, когда мальчик сказал ей такие слова. После ее спасения он даже назвал ее принцессой. Она не могла быть счастливее. Слезы, которые она никогда не показывала когда над ней смеялись, внезапно потекли по ее щекам. В ответ на это у мальчика появилось довольно обеспокоенное выражение лица. Лишь несколько лет спустя она наконец поняла, что он был ее первой любовью.

*

Прошло несколько минут с тех пор, как Ринко принес результаты расследования рейтинга одобрения в комнату студенческого совета, и теперь в комнате царила довольно тяжелая атмосфера. Члены студенческого совета окружили стол, каждый из них с омраченным выражением лица. Тактик предвыборной кампании Айри наконец нарушила тишину.

— Это плохо. Я никогда не думала, что Онидзука-сенпай сможет собрать столько голосов.

— Да, я никак не ожидал такой реакции на малоизвестного кандидата…

— Я тоже думал, что между ними будет большая разница.

— ……

Кейки и Ринко высказали схожие мнения, а Аяно просто уставилась на бумагу в абсолютном молчании. Рейтинг одобрения Мегуми был невероятно высок. Сейчас он составлял 38%, и поскольку это был только второй день избирательной недели, она наверняка преодолеет 40%. Что-то явно не так с Аяно, нынешним вице-президентом, раз у нее нет большего отрыва.

Есть ли какой-то трюк, который она использует, о котором мы не знаем?

В чем причина того, что у Мегуми было так много сторонников, хотя она не была известным кандидатом? Если бы они могли это выяснить, они могли бы придумать какие-то контрмеры.

— Эм, насколько мы можем доверять расследованию газетного клуба? Что, если есть вероятность, что люди, которых они опрашивали, были в основном просто сторонниками Онидзуки?

— Я не верю что это так.

— Я тоже так не думаю.

И Ринко, и Айри отвергли гипотезу Кейки, и Айри объяснила ему причину.

— Наш газетный клуб постоянно стремится публиковать только самую точную информацию. Все репортеры великолепны. Я считаю, что эти цифры также очень точны.

— Тогда, что, если внутри самого газетного клуба есть сторонники Онидзуки-сан?

— Этого не может быть. Нынешний президент клуба ненавидит нынешнее состояние СМИ, с тем, как много они догадывают и пытаются повлиять, поэтому у него есть политика всегда публиковать правду такой, какая она есть.

— Ясно…

Это означало бы, что президент клуба не поддастся на деньги или другой подкуп. Судя по всему, этому рейтингу одобрения что был перед ними можно доверять. Пока Кейки все еще размышлял над этим, Ринко заговорил.

— Но тогда как Онидзука-сенпай умудрилась получить так много голосов? Кажется, все против запрета романтических отношений.

— Да, почему так?

Его мнение было точно таким же вопросом который Кейки себе задавал. Мегуми открыто заявила на своих плакатах, что она планирует запретить романтические отношения. Почему все старшеклассники в расцвете сил согласились с ней? Влюбиться в прекрасного представителя противоположного пола, провести время в счастье и блаженстве… Школьная жизнь, которой все всегда восхищались, пойдет прахом такими темпами.

— Что... А что, если все наоборот? — спросила Айри.

— Наоборот?

Когда Кейки выразил свое замешательство, Айри мягко кивнул.

— Если посмотреть на это в более широком масштабе, то только несколько пар открыто это показывают, верно? Большинство студентов здесь одиноки, и поскольку они не могут найти себе возлюбленного, может быть, они пытаются помешать тем, кто нашел счастье?

— Понятно... Так, может быть, это обида...?

Кейки подумал, что это возможно, поскольку он сам ненавидел пары.

— Я думаю то же самое. Когда я вижу, как пары открыто флиртуют друг с другом, мне иногда хочется, чтобы они просто взорвались от счастья.

— Кирю-сенпай, ты хуже всех...

— Я всего лишь человек.

Даже когда его друг Шома и его девушка флиртовали перед ним, были времена, когда он думал: «Делайте это дома». Так бывает с теми, кто озлоблен тем что не может найти такое же счастье.

— Если ты сам не можешь найти себе девушку, то просто хочешь чтобы все остальные расстались, да?

— Предвыборное обещание Онидзуки-сан может быть действительно задело студентов, которые чувствуют себя одинокими.

Ринко и Кейки еще больше задумались над этой идеей. В то же время Айри нахмурила брови, как будто она пришла к сложному выводу.

— Даже если предположить, что это так, все равно трудно получить так много голосов за такой короткий промежуток времени. Должно быть, она действительно хорошо понимает желания других.

— Да, она не просто так называет себя «Принцессой Отаса».

Она знала, как чувствуют себя непопулярные парни, что делало ее еще более сильным противником.

— Мы не можем относиться к этому легкомысленно, не так ли?

Результаты рейтинга одобрения стали серьезным ударом для фракции Аяно. Аяно все еще побеждала на данный момент, но теперь им нужно было быть осторожнее с возможным резким поворотом событий.

— В любом случае, нам нужно придумать какие-то контрмеры. Сейчас это самое главное.

Они решили сделать небольшой перерыв перед собранием по экстренным мерам противодействия. Кейки решил выйти из комнаты студенческого совета за дозой сахара, поэтому он направился к ближайшему торговому автомату. Он быстро вставил монетку и набрал свой заказ. Хотя в самой комнате студенческого совета также был кофе и чай, он хотел именно отсюда.

—Кирю-кун.

— Ува?! ...А, это ты Фудзимото-сан.

Прямо когда он наклонился, чтобы достать свой заказ из автомата, кто-то позади него окликнул его по имени.

— Ты тоже пришла за дозой сахара?

— Нет, — покачала головой Аяно. Она открыла рот и тихо заговорила. — Я хотела поговорить с Кирю-куном.

— Со мной?

Поскольку она следовала за ним всю дорогу сюда, это было чем-то, о чем она не могла говорить в офисе студенческого совета. Кейки не имел ни малейшего представления о чем она хотела поговорить.

Аяно опустила голову в извинении.

— Извини. Я не очень надежна и я продолжаю создавать вам проблемы...

— Аааа...

Кейки наконец все понял.

— Ты говориш о рейтинге одобрения?

— ………

С грустным лицом Аяно просто кивнула.

Теперь, когда он подумал, Аяно ничего не сказала за все время, пока они говорили об рейтинге. Все эти разговоры, должно быть невероятно беспокоили ее.

— Я не думаю, что Фудзимото-сан сделала что-то неправильно. Другая сторона просто сильнее, чем мы ожидали, но мы все еще имеем преимущество.

— Кирю-кун... — Аяно медленно подняла голову.

Однако ее подавленное выражение лица быстро вернулось.

— Но я не смогла ничего сказать. Пока вы все говорили об этом... Это просто заставило меня осознать, что я, возможно, не подхожу на пост президента студенческого совета... и, возможно, именно поэтому меня не все принимают.

— Ну...

Если бы не было выборов изначально, это сомнение могло бы вообще никогда не возникнуть. Появилась соперница Мегуми, ее в итоге стали сравнивать с ней, и это заставило ее усомниться в том, что она действительно достойна быть президентом студенческого совета. Результаты рейтинга одобрения в конечном итоге стали похожи на то, как люди одобряют ее как личность, и она проецировала их на себя. С таким давлением было нелегко справиться.

— Я думаю, что ты должна быть немного более упрямой и уверенней в себе.

— Упрямой?

— Саюки-сенпай уже говорила мне об этом раньше. Что лидер может быть немного более настойчивым и высокомерным. Если ты плохо отдаешь приказы, то можешь просто предоставить это Нагасе-сан. Я уверен, что Ринтаро был бы более чем счастлив выполнять мелкую работу и случайные поручения, так что тебе нет нужды нести всю ношу. Даже Такасаки-сенпай использует других людей, чтобы помочь сделать работу более эффективной.

— А...

— И если ты все еще волнуешься, то эти выборы могут помочь тебе убедиться в этом самой. Если ты победишь у Онидзуки-сан, это просто значит, что ты лучше подходишь на должность президента студенческого совета, верно?

Кейки закончил свои слова с нежной улыбкой, и Аяно была ошеломлена. Однако это длилось недолго. Она улыбнулась.

— Я думаю, что Кирю-кун слишком упрощает.

Конечно, это были его честные чувства. В глубине души Кейки верил, что его студенческая жизнь и жизнь других студентов станут еще веселее, если Аяно станет президентом студенческого совета.

— Но спасибо. Я чувствую, что благодаря тебе я преодолела свои сомнения.

— Приходи и проси меня о помощи, когда станет тяжело. В конце концов, я сейчас твой секретарь.

— Тогда у меня есть просьба…

— А, давай.

Вместо ответа Аяно прижалась к Кейки.

— Позволь мне… подзарядиться?

— В такое время? …Ну, я не против.

Странное ощущение, когда тебя обнюхивает кто-то другой, но если это помогает ей придать энергии, то можно немного подыграть.

— И еще, пожалуйста отдай мне свое нижнее белье, если я выиграю выборы.

— Нет.

Однако он тут же отклонил эту просьбу.

Они спланировали все, что должно было произойти во время избирательного процесса. Во-первых, им нужно было вывесить предвыборные плакаты, чтобы имя Аяно стало известно. После этого шел ее публичный имидж. Если бы все могли увидеть кандидата, все бы, естественно, захотели ее поддержать.

В этом смысле идея Айри провести сеанс рукопожатия была очень эффективной. Возможность пожать руку такой милой девушке как Аяно, сделала бы парней счастливыми. Некоторые люди даже были готовы платить большие суммы денег за сеансы рукопожатия с айдолами. После того, как эта информация была озвучена на встречи по контрмерам.

— То, чего хотят дети в наши дни, — это волнение и мотивация! Что-то по-настоящему новое!

Короткий перерыв подошел к концу, и после того как все члены — за исключением Шихо, которая была занята — заняли свои места в офисе студенческого совета, Ринко продолжил.

— Мы должны создать что-то с эффектом новизны, которое вернет обратно голоса фракции Онидзука!

— Это хорошая идея, учитывая что она исходит от Митани...

— И что именно мы собираемся делать?

— Мы заставим Аянон-сенпая переодеться в мужчину! Разве это не отличная идея?!

Он хлопнул рукой по столу.

Айри и Кейки одновременно разочарованно вздохнули. Хотя все нынешние члены студенческого совета отлично справлялись со своей работой, никто из них раньше не сталкивался с выборами. Абсолютно никто из них не имел об этом никакого представления.

— У нас действительно нет никаких идей о том, что делать с рейтингом одобрения...

— Выборы — это довольно сложно.

Кейки кратко подвел итоги, и Аяно согласилась.

— И все же, есть ли смысл так паниковать? — продолжила Айри, когда энтузиазм всех угас. — Мы все еще лидируем в опросе по рейтингу одобрения, и резкое изменение нашей позиции может только ухудшить ситуацию. Я также сомневаюсь, что фракция противников романтических отношений будет расти дальше.

— Это правда, те у кого есть парень или девушка, будут против Онидзуки-сан.

Естественно, легальная лоли и ее парень-лоликонщик также были против фракции Онидзуки. Они не хотели, чтобы кто-то испортил им приятное времяпрепровождение вместе. Таким образом, все пары в школе определенно отдали бы свои голоса Аяно. Вдобавок ко всему, поскольку она уже была довольно популярна, у Аяно были и другие сторонники. Было более чем очевидно, что Мегуми находится в невыгодном положении по всем фронтам.

— Это значит что мы можем просто продолжать в том же духе...

— Но Кейкун-сенпай. Другая сторона сумела получить большую поддержку за такой ограниченный промежуток времени. Тебе не кажется, что у них может быть какая-то скрытая стратегия?

— Хм...

Аргумент Ринко также был весьма разумным. Излишняя самоуверенность была медленным и коварным убийцей.

— Я хочу сделать все возможное.

— Фудзимото-сан…

Поскольку вице президент сказала это, Кейки мог только согласиться. Как ее секретарь, он должен был придумать что-то новое.

— Проблема в том, как мы можем обратиться к избирателям. Я полагаю, что простое произнесение публичных речей и все такое не сильно изменит ситуацию.

— У меня может быть идея… Как насчет того, чтобы превратить Аянон-сенпая в айдола?

— Ты хочешь превратить ее в айдола?

И снова Ринко придумал что-то безумное.

— Сами выборы основаны на популярности кандидата, верно? Так что если бы один из участников был айдолом, это увеличило бы его рейтинг одобрения, не так ли?

— Но как именно мы это сделаем?

— Айдолы и звезды часто загружают фотографии в социальные сети, верно? Я просто воспользуюсь силой Интернета, чтобы показать всем очарование Аянон-сенпая.

— Понятно. Мы могли бы разместить их на сайте студенческого совета.

Человечество продвинулось вперед к эпохе Интернета. После объявления выборов больше людей начнут посещать домашнюю страницу, показ фотографий и прочего связаного с Аяно поможет привлечь посетителей сайта на ее сторону.

— Если нам нужно сделать фотографии, я могу одолжить цифровую камеру у Кохару-сенпай.

— Фуфу. В этом нет необходимости, Кирю-сенпай.

По какой-то причине Айри встала со своего места. Она продолжила говорить, показывая всем экран своего телефона.

— У меня много фотографий нашей любимой Аяно-сенпай. Каждая из них заставит ваше сердце биться от умиления!

— Зачем они тебе, Айри?

— Я тайно делала эти фотографии при каждой возможности.

— Не делай так больше!

— Но сейчас они пригодятся. В конце концов, фотографирование — это то, что может занять много времени.

Как и указал Ринко, их время сейчас было драгоценно, поэтому они отложили расспросы Айри о том, почему эти фотографии вообще существуют. Вместо этого они все собрались вокруг нее, выбирая хорошие фотографии которые могли бы использовать. Ее коллекция была довольно большой, и фотографии варьировались от фотографий Аяно разгуливающей во дворе до фотографий где она потягивает бананово-апельсиновый сок и фотографий где она дремлет в офисе студенческого совета.

— Ах, эта фотография действительно милая.

— Эта фотография Аяно-сенпай высунувшей язык как кошка действительно милая, правда?

На некоторых она высунула язык после того, как попробовала горячий рамен в школьной столовой. Все они имели высокий потенциал как материал для раскрутки айдола.

— Эта, вот эта тоже очаровательна. Она делает кошачью лапу бродячей кошке.

— Ох. У тебя наметан глаз, Митани.

— Нагасе-сан, это…

— …Я чувствую, что умру от смущения.

Аяно, в свою очередь, казалось, получала огромный урон, пока все смотрели на фотографии ее самых неловких моментов. И пока все четверо были заняты, полностью поглощенные, лидер поддержки, Шихо, вошла в комнату.

— …О? Что вы все делаете?

Айри и Ринко обернулись, чтобы ответить ей.

— Мы решаем, какие фотографии Аяно-сенпая мы будем загружать на домашнюю страницу.

— Так мы определенно получим более высокий рейтинг одобрения!

— А? Но разве не плохо загружать свое настоящее имя и фотографию в Интернет…?

— А……

Один вопрос Шихо разрушил весь их «План айдол». В конце концов, они решили просто провести второй сеанс рукопожатия.

*

— Я дома~

— Добро пожаловать, Братик.

Было уже больше 7 вечера когда Кейки наконец вернулся домой после всей предвыборной работы. Мидзуха сидела на диване в гостиной и читала книгу.

— А, что ты читаешь?

— Это? Люди из клуба исследования манги раздавали ее.

— Клуб исследования манги?

Он взял ее у Мидзухи и просмотрел, похоже это была короткая манга созданная клубом исследования манги. Она была длиной около 20 страниц. Обложка была простой, а название гласило «История любви невозможной ночи».

— Это действительно интересно. Хотя немного грустно, — сказал Мидзуха.

— Ох... Могу я одолжить ее на некоторое время?

— Конечно, я уже читал ее бесчисленное количество раз.

Кейки быстро вернулся в свою комнату и немедленно начал читать. Просматривая ее, он узнал, что это история о любви одинокой девушки. Место действия — страна в Европе в Средние века. Персонажами истории были юноша и девушка, которые горячо любили друг друга, но не могли быть вместе, потому что это было запрещено, что привело к их несчастью.

Хотя она была короткой, она была превосходного качества и показывала читателю плюсы и минусы «Чистой любви». Противопоставляя двух главных героев, в истории также была супружеская пара, которые были их друзьями. Эта пара жила мирной и счастливой жизнью, до такой степени, что читатель думал: «Нормизы должны взорваться» во время чтения.

— Так вот почему рейтинг одобрения Онидзуки-сана был таким высоким…

Эта манга, должно быть, является причиной движения против романтических отношений. Это была оригинальная манга, которую клуб создал, используя все свои усилия. Вдобавок ко всему, для тех, кто не успел получить печатную копию, она также была загружена на домашнюю страницу клуба исследования манги.

— У них даже есть ссылка на онлайн-версию... Если я правильно помню, они сделали несколько додзинси во время фестиваля культуры, которые были очень популярны, так что они могли получить несколько поклонников.

Это объясняло, почему Мегуми не отставала в опросах рейтинга одобрения. Им удалось собрать голоса, используя этот невероятный метод. Вдобавок ко всему, на внутренней обложке книги было написано, что это оригинальная история, написанная Онидзукой Мегуми.

— Так вот что придумала Онидзука-сан.

Ребята из клуба, похоже, помогли с рисованием и всем остальным. Когда Кейки проверил на смартфоне, то узнал, что манга была опубликована на домашней странице клуба исследователей манги примерно неделю назад. Создание истории и рисование всей манги, должно быть, заняли много времени. Учитывая это Мегуми, должно быть давно готовилась к этим выборам.

Рисунки были чистыми, а история была превосходной. По правде говоря, она была лучше, чем некоторые манги, которые можно было увидеть в магазинах.

— Даже Мидзухе она очень понравилась.

Просмотр фильмов был одним из хобби Мидзухи, поэтому ей было довольно трудно угодить. Если она хвалила что-то, то оно должно быть особенным.

Почему же она так решительно настроена на запрет романтических отношений?

Фракция Онидзуки относилась к этим выборам очень серьезно. Одна эта манга это доказывала. Однако это все еще не объясняло причину предвыборного обещания Мегуми.

— … Думаю, мне придется копнуть немного глубже.

Он не планировал искать слабость, которую он мог бы использовать. Ему просто было любопытно, какую ценность для нее имело ее предвыборное обещание, и о чем думала девушка, когда писала эту историю.

*

Была среда, третий день выборной гонки. Чтобы выяснить цель Мегуми, Кейки внимательно следил за ней все утро. У нее были друзья в классе, и всякий раз, когда наступало время перемены, она разговаривала с ними. Во время урока она всегда усердно делала свою работу, а когда шла в туалет, ее всегда сопровождала другая девочка.

— Хм... На самом деле, нет подходящего времени, чтобы поговорить с ней.

Так что обеденный перерыв наступил, а он так и не добился никакого успеха. Закончив обед, Мегуми вышла из класса, на этот раз одна.

Ладно! Это мой шанс!

Когда появился этот возможно единственный в жизни шанс Кейки встал со своего места и последовал за Мегуми. Когда он начал идти, он увидел, что Мегуми уже довольно далеко ушла и торопливо спускается по лестнице. Хотя ему удалось последовать за ней, его поглотила волна людей, возвращающихся из кафетерия, и в процессе он полностью потерял цель.

— Куда она ушла...?

В такие моменты он жалел, что они не обменялись контактными данными во время школьной поездки. Пока он бродил по первому этажу, он проклинал свои плохие коммуникативные навыки.

— ...Хм? Эти пушистые волосы там...

Вне здания школы он заметил знакомую девушку, стоящую на холодном декабрьском ветру во дворе и пристально за чем-то наблюдающую. Хотя она стояла спиной к Кейки, там мог быть только один человек с такими характерными волосами.

— На что она смотрит?

Он мог видеть ее со своего места, но не мог точно сказать, на что она смотрит. Поскольку она не показывала никаких признаков движения, Кейки решил пойти туда сам. Не снимая школьных туфель, он подошел к девушке.

— Онидзука-сан?

— Вахааа?!

Когда он окликнул ее, она подпрыгнула в воздух, как испуганный котенок.

— Кто?! …А, о, это Кирю-ши…

Когда она увидела, что этот человек был ее одноклассником, на ее лице появилось легкое раздражение.

— Не пугай меня так, ладно~

— Ну, я не думал, что ты так испугаешся.

Кейки сам был немного шокирован тем, что она так бурно отреагировала.

— Что ты вообще здесь делаешь, Онидзука-сан?

— …Ничего.

— Ты разве не смотрела в одно из окон в здании школы?

— Я-я не смотрела! …Если у тебя нет ко мне никаких дел, то я уйду отсюда!

— П-подожди секунду!

— Э?! П-почему ты так паникуешь…?

Мегуми попыталась поспешить обратно в здание школы, но Кейки снова окликнул ее, чтобы остановить. Он говорил немного громче обычного, и Мегуми была немного озадачена.

— Я хочу, чтобы ты спокойно меня выслушала... Онидзука-сан, если ты вернешься в школу в таком виде, все закончится проблемами.

— Что ты имеешь в виду?

— Сложно сказать, но твоя юбка полностью задралась...

— Аа...?!

Когда она отпрыгнула от шока, юбка должно быть застряла в верхней части ее формы. Благодаря этому, если бы она вернулась в школу в таком виде, ее желтое нижнее белье было бы на виду у любого, к кому она повернулась спиной. Поспешно поправив его она быстро поклонилась Кейки.

— ...Б-большое спасибо. Ты действительно спас меня.

— Никаких проблем.

Кейки был рад, что ему удалось избежать трагедии с демонстрацией трусиков.

— Но я бы хотела, чтобы ты сказал мне немного раньше.

— Я запомню это на следующий раз.

— Следующего раза не будет! — запротестовала Мегуми. — …В любом случае, я сейчас вернусь в класс.

— Подожди секунду. Могу я поговорить с тобой?

— Зачем? Это признание?

— Нет, мне просто нужно кое о чем поговорить.

— …Ну, ты мне помог, так что думаю выслушать смогу…

Поскольку было слишком холодно, чтобы долго оставаться на улице, они решили вернуться внутрь. Кейки купил две банки горячего кофе в торговом автомате перед входом и протянул одну Мегуми.

— Я угощаю.

— Спасибо, — Мегуми с благодарностью приняла его.

Облокотившись спиной на стену, она просто держала банку в руке, не открывая ее.

— Разве ты сейчас не исполняешь обязанности секретаря Фудзимото-тян? А вдруг пойдут какие-нибудь странные слухи, если люди увидят, что мы так близко?

— Разговаривать с одноклассником — это совершенно нормально, не так ли?

— Ну, это имеет смысл.

Мегуми наконец открыла банку, сделала глоток и перевела взгляд на Кейки. Она выглядела слегка настороженной.

— Так о чем ты хотел поговорить?

— Есть кое-что, о чем я хотел тебя спросить, Онидзука-сан.

— Что?

— Почему ты так стремишься запретить романтические отношения?

Она хотела изменить текущие школьные правила, так что, должно быть, она была чем-то недовольна. Текущий школьный совет изо всех сил старался, чтобы у каждого ученика была приятная студенческая жизнь. Атмосфера на территории школы была приятной, и Кейки очень нравилась эта школа. Вот почему он не мог придумать ни одной причины, по которой Мегуми зашла бы так далеко.

— Почему... а?— Голос Мегуми дрожал, и ее эмоции звучали так, будто они вот-вот выплеснутся все одновременно. — Потому что все причинили боль Нао-куну.

— Нао-кун...?

— Ты должен был видеть его раньше, Кирю-ши. Его обманул нынешний член школьного совета Митани Рин, и он был отвергнут. Он был президентом комитета культурного фестиваля.

— Президент... комитета культурного фестиваля...?

Когда он услышал эти ключевые слова, он вспомнил одного человека, который подходил под это описание.

— Не говори мне... Это его отверг Ринтаро?!

Да, в середине октября во время культурного фестиваля произошла трагедия. Президент комитета, который имел интеллектуальный вид, принял Рина, который был в женской одежде, за девушку и в результате признался. Естественно, Рин отверг его.

— Именно так. Президент комитета культурного фестиваля — Инуи Наоя — мой друг детства.

— Я понятия не имел...

Подумать только, что этот инцидент может быть связан с этим. Мир действительно иногда может быть таким маленьким.

— Но почему это заставило тебя зарегистрироваться в качестве кандидата на выборах в студенческий совет?

— После того, как Митани-ши отверг его, Нао-кун был действительно подавлен. Ну, кто может его винить? Он был влюблен в парня, который просто переоделся.

— Ну, это имеет смысл...

Никто не ожидал бы, что тот, к кому у тебя есть чувства, окажется парнем, переодевшийся в женскую одежду. Нечто подобное без сомнения заставило бы большинство людей запереться в себе на месяца.

— Я изо всех сил старалась его подбодрить, но он даже не слушал. Он посмотрел на меня мертвыми глазами и сказал: — Я больше никого не полюблю. Он был как какой-то японский певец, понимаешь.

— Л-ладно…

— Когда он был на самом дне, вынужденый смотреть как все эти пары флиртуют в школе. Как думаешь, что он чувствовал в это время?

— Это…

Несомненно, он подумал бы: — Нормизы должны просто взорваться. — Выслушав ее, даже Кейки должен был понять чувства Мегуми.

— Вот почему я решила разлучить все пары в школе. Я хочу стать президентом совета и запретить любые романтические отношения.

— Понятно…

Он понял причину действий Мегуми. Она пыталась изменить нынешнюю школьную атмосферу ради своего друга детства.

По сути, вся эта ситуация вина Ринтаро.

Но он решил пока отложить эту проблему. До этого Кейки должен был кое-что прояснить со своим одноклассником, который стоял перед ним.

— Онидзука-сан, тебя это действительно устраивает?

— Что ты имеешь в виду?

— После того, как я тебя выслушал, похоже, что тебе нравится Инуи-сенпай, да?

— Фунья?!

Когда он спросил ее прямо, все лицо Мегуми стало ярко-красным. Эта реакция была очевидным ответом.

— Т-тебе что-то не нравится?!

— Нет, совсем нет, но…

— Но что?!

— Если ты запретишь романтические отношения, ты не сможешь встречаться с Инуи-сенпаем, верно?

Предположим, что Мегуми выиграла выборы, и что она сможет сделать это правилом. Правило не только коснется каждого ученика. Естественно, оно распространится и на саму Мегуми. Это будет означать, что даже если ей удастся признаться Инуи, они не смогут встречаться.

Или так думал Кейки, но реакция Мегуми была довольно простой.

— А, так вот что ты имеешь в виду…

— Хм…?

— Это правда, что мне нравится Нао-кун с самого детства. Однако я так и не набралась смелости признаться. Даже после всего этого времени.

— ………

— Я думала, что признаюсь в своих чувствах после того, как начну ходить в старшую школу, но всякий раз когда у меня появлялся хороший шанс я всегда трусила…

Признание в своих чувствах любимому человеку никогда не бывает легким делом.

— Потом я начала реже видела Нао-куна, и мы как бы отдалились друг от друга… Мне даже показалось, что он избегал меня, а потом он так увлекся Митани-ши… только чтобы быть отвергнутым…

— Ну, мне жаль за Митани…

Его увлечение переодеванием серьезно испортило жизнь Мегуми.

— …Мои одноклассники всегда дразнили меня. Поскольку моя фамилия Онидзука, они называли меня Онико, и я действительно ненавидела это. Я имею в виду, Они, понимаеш? Это те существа, которые всегда делают ужасные вещи в историях и так далее.

— Да, я понимаю, почему тебе это не нравилось.

Они и демоны, которые появляются в историях, никогда не производили хорошего впечатления. Должно быть, Мегуми было тяжело, когда ее высмеивали в детстве из-за ее фамилии.

— Примерно в то время Нао-кун переехал в мой район. Он позаботился о мальчиках, которые меня изводили, и поскольку мы учились в одной школе мы естественно ходили туда и обратно вместе, и мы часто ходили друг к другу в гости... Хотя я не осознавала, что он мне нравится, до некоторого времени.

Она поняла, что у нее есть чувства к нему, когда перешла в среднюю школу. Однако, хотя она осознавала свои чувства, она так и не смогла открыто признаться ему, и они проводили время вместе как друзья детства.

— И таким образом, поскольку я не могла встречаться с Нао-куном, я стала этой принцессой Отаса.

— Ээ, ты из-за этого вступила в клуб по исследованию манги?

— Когда отаку лебезят перед тобой, это не так уж и плохо, знаешь ли?

— Угх…

Онидзука-ши на самом деле был довольно необычным человеком.

— Меня не волнуют мои чувства. Я просто хочу, чтобы Нао-кун смог насладиться оставшейся частью своей школьной жизни. Я просто хочу видеть, как он улыбается.

— Онидзука-сан…

Если Аяно была стереотипным кандидатом на пост президента студенческого совета, то Мегуми была совершенно ненормальной. В отличие от Аяно, которая хотела, чтобы у всех была приятная школьная жизнь, Мегуми работала ради одного парня.

— Мне жаль, Онидзука-сан…

Он полностью понимал ее цель. Причину, по которой она хотела запретить романтические отношения, и почему она так страстно относилась к выборам.

Однако.

— Я все равно не могу позволить тебе стать президентом студенческого совета.

— Понятно…

Пробормотав это, Мегуми посмотрела на Кейки с грустной улыбкой.

— Полагаю, нам придется урегулировать этот вопрос посредством выборов.

В тот день, после окончания занятий, четыре члена студенческого совета, за исключением Шихо, встретились в офисе студенческого совета.

— Ого, это действительно заставляет меня выглядеть плохим парнем.

— Боже мой, как ты собираешься загладить свою вину перед нами?

— Давай подумаем о его наказании позже. Инуи-сенпай действительно жертва здесь.

— Мне его жаль...

После окончания занятий Кейки направился в офис студенческого совета и рассказал им все, что услышал от Мегуми. Он немного колебался, стоит ли рассказывать им о ее чувствах, но когда стало известно что в этом замешан Ринтаро, то и весь студенческий совет был тоже.

— Но разве это не его вина, что он неправильно понял? — Парень, который все еще был в юбке, надулся. — В конце концов, я ни разу не говорил, что я девушка.

— Любой может подумать, что ты девушка когда носишь ​​юбку.

— А, ты ведь тоже возбуждался, глядя на мое тело, да? По крайней мере, в начале.

— Я все еще хочу умереть из-за этого, так что не заставляй меня вспоминать, — парировал Кейки.

Он хотел ударить себя за то, что чувствовал хоть какое-то влечение к такому парню, как Ринтаро. Это был один из худших моментов в его жизни, который он хотел навсегда запечатать.

— Я удивлен, что Нагасе-сан вообще испытывает жалость к нему.

Айри ненавидела мужчин лютой страстью. Тем не менее, она все еще, казалось, испытывала симпатию к мужчине который больше не мог любить после того что случилось.

— Кейкун-сенпай, если ты попробуешь тебе даже может понравиться носить женскую одежду, поверь?

— Я никогда этого не сделаю.

— Но Кирю-сенпай, ты ведь раньше носил костюм девушки-кролика, не так ли?

— Откуда ты это знаешь, Нагасе-сан?!

— Потому что Юика показала мне фото, во время нашей ночевки.

— Юика-чаааааан?!

Что Юика показывала другим людям?! Кейки снова пережить тот кошмар, когда его заставили надеть костюм. Это скорее всего был один из трех его худших моментов, который он предпочел бы забыть навечно.

— Я тоже хочу это увидеть, — сказала Аяно.

— Ты не увидишь. Ты точно не увидишь.

Он бы предпочел, чтобы она его понюхала, чем позволила ей увидеть что-то подобное.

— Ну, давайте пока сосредоточимся на выборах.

— Да, тратить время просто так — не лучшая идея.

Их время, которое они могли использовать, было ограничено. Вместо того чтобы обвинять Ринко, им следовало сосредоточиться на подготовке к победе на выборах. Пока Кейки обдумывал проблему, Аяно заговорила.

— Онидзука-сан пытается изменить школу ради человека, который ей нравится, верно?

— Да, именно так она и сказала.

— Если в этом причина, то мы определенно не можем проиграть.

— Да…

Аяно хотела, чтобы каждый студент в полной мере наслаждался своей студенческой жизнью. Это было ее желанием и ее движущей силой. Учеба и налаживание отношений в клубах были важны, но проводить время с любимым человеком также было важной частью развития как личности. Она могла понять чувства Мегуми, но жертвовать счастьем многих ради счастья одного человека было не вариантом.

И с этими чувствами, осталось два дня.

После этого Айри поручила Кейки собрать материалы для выступления, поэтому он направился в библиотеку. Он взял несколько книг, сел у ближайшего окна и начал просматривать каждую из них, делая заметки о важных деталях. Пока он сосредоточился на своей работе, его окликнул голос с места напротив.

— Эй, Кирю-кун. Вот мы и встретились снова.

— …А, привет.

Когда он поднял голову, его снова встретил парень с пронзительным взглядом, с которым он познакомился несколько дней назад. Он, казалось, был старшеклассником, но Кейки все еще не мог понять, где он раньше его видел.

— Эмм… Извини, а мы встречались?

— А, ты не помниш? Мы вместе работали во время культурного фестиваля.

— Культурного фестиваля…?

Что-то мелькнуло в глубине его сознания, но ничего не приходило на ум.

— Хм… Я все еще толком не помню.

— Э-эээ?

Даже когда он просматривал в уме папку культурного фестиваля, человека сидящего перед ним там не было. Его особой чертой был пронзительный взгляд, так что он никак не мог бы забыть его.

— А ты вспомнишь если я сделаю так?

Достав футляр из-под учебных материалов он надел очки. Форма круглых очков в сочетании с лицом носящим их внезапно пробудила воспоминания Кейки.

— А... Аааа?!

Он наконец понял.

— Ты президент комитета культурного фестиваля?!

— Кажется, ты наконец вспомнил. Я Инуи Наоя. Я исполнял обязанности президента комитета культурного фестиваля.

Поскольку на нем не было очков, Кейки вообще его не узнал. Он был главным героем трагедии, произошедшей во время культурного фестиваля: человеком, которого отверг Ринтаро, одетый в женскую одежду.

— Инуи-сенпай, ты надел очки только для вида?

— Мне всегда говорили, что у меня довольно пронзительный взгляд. В результате я совсем не пользовался популярностью у девушек, поэтому я надел очки когда стал учеником третьего курса.

— В-вот как...?

После того, как старшеклассник представился Кейки, он снова снял очки и сел.

Правда, без очков он выглядит немного пугающе...

Однако, просто поговорив с ним, Кейки понял, что он человек с добрым сердцем.

— Но в последнее время я начал чувствовать себя идиотом. Как будто я притворялся тем, кем не являюсь.

— Да, так ты выглядишь лучше.

— Спасибо... Это напомнило мне, ты был членом студенческого совета, не так ли, Кирю-кун?

— Я был временным членом во время культурного фестиваля, но официально я больше таким не являюсь.

— Тогда ты должен знать, как Митани-кун отверг меня, верно?

— Ну… я знаю общую картину…

Кейки ответил честно, и мальчик в ответ показал безразличное выражение.

— Мне очень понравился Митани-кун. Боги наверху действительно иногда ужасны. Они сделали мальчика таким милым.

— Мне жаль… за многое…

— Ахаха, это не то, за что тебе нужно извиняться, Кирю-кун.

— Я слышал от друга, что это было для тебя настоящим шоком.

— Хм, интересно от кого ты это услышал… Ну, я действительно был в состоянии шока сразу после того, как меня отвергли. Я был так подавлен, что даже начал думать, что это не так уж и плохо, если он милый…

— Это определенно неизлечимая болезнь.

Каким бы милым он ни был, он все равно был мальчиком. У него между ног висел совершенно обычный мясной стержень, даже если этот стержень был скрыт юбкой вместо брюк.

— Но я не мог хандрить вечно. Я начал учиться как сумасшедший, чтобы справиться с шоком.

— Это так...? Хм?

Кейки заметил маленькую деталь.

— Инуи-сенпай, ты всегда занимаешся в этой библиотеке? На этом самом месте?

— Хм? Да, я обычно занимаюсь здесь.

— Даже вчера во время обеденного перерыва?

— Да. Я удивлен, как ты узнал.

— ………

В голове Кейки все соединилось.

Понятно... Значит, Онидзука-сан наблюдал за ним вчера...

Хотя он не знал причины, Мегуми и Наоя отдалились друг от друга. Даже встречаться лично стало неловко, поэтому она должно быть наблюдала за ним издалека. Осознав это Кейки не мог не подумать что она ведет себя очень мило.

— Какую книгу ты читаешь, Кирю-кун?

— Это книга, связанная с публичными выступлениями.

— Публичные выступления?

— Я секретарь кандидата Фудзимото-сан на предстоящих выборах в студенческий совет.

— А, вот почему, — кивнул Наоя в знак подтверждения. — Если говорить о выборах, другой кандидат, Онидзука Мегуми, на самом деле мой друг детства.

— О, это правда?

Когда внезапно всплыло имя Мегуми, Кейки повел себя так, будто впервые об этом услышал.

— Но я был очень удивлен, услышав, что она баллотируется на пост президента студенческого совета. Мегуми-тян не из тех людей, которые показывают свое лицо на публике.

Услышав эту единственную фразу, Кейки был уверен.

Инуи-сенпай не знает, почему Онидзука-сан зарегистрировался в качестве кандидата.

Ну, Кейки не мог представить, что Мегуми рассказала об этом Наое.

Должен ли я сказать ему, что у Онидзуки-сан есть чувства к нему?

Поскольку они были друзьями детства, Наоя должен был хотя бы думать о Мегуми в хорошем свете. Они могли бы начать встречаться, и Мегуми могла бы даже потерять смысл становиться президентом студенческого совета.

...Нет, я не могу. Я не могу просто рассказать ему о чувствах Онидзуки-сан без ее разрешения.

Кейки не смог бы простить себя, если бы сделал это. Рассказать ему о чувствах девушки, которые она держала в тайне уже много лет, было тем, чего он не мог сделать, даже ради общего блага.

...Подождите секунду. А что, если я помогу этим двоим снова сблизиться?

Играть в купидона здесь должно быть безопасно. Поскольку он уже делал это для Отори Кохару и Акиямы Шомы, он по крайней мере имел базовые знания о том как это сделать.

Теперь, когда он принял решение, он начал немедленно.

— Ты знал, Онидзука-сан мой одноклассник.

— О, правда? Какое совпадение.

— Ты, должно быть все еще близок с ней, вы друзья детства, верно?

— Ну... Мы на самом деле мы не так часто встречались в последнее время.

— Почему?

— Ну... немного сложно сказать, но...— Наоя продолжил, почесывая щеку. — Некоторое время назад Мегу-тян нашла порножурналы, которые я прятал в своей комнате.

— Она что?— Кейки не смог сдержать своего озадаченного удивления.

— И, ну... Они были немного необычными...

— Э, немного...?

— Мегу-тян простила меня с улыбкой, но встречаться с ней лично после этого было немного неловко...

— Ээээ?

Поскольку это была такая простая причина, у Кейки возникли проблемы с пониманием ситуации.

Вот почему их отношения стали отчужденными?!

И Мегуми, и Наоя говорили что другой человек избегает их, но Кейки не думал, что это может быть из-за порножурналов. Саму девушку скорее всего вообще не заботило это. Вероятно, она больше беспокоилась о нем и его разбитом сердце.

— Но Мегу-тян была первой, кто связался со мной после окончания культурного фестиваля. Она добрая девушка, так что я уверена, что она пыталась меня подбодрить.

— Да, я тоже так думаю.

Или, скорее, он услышал это от самой Мегуми, так что не было никакой ошибки. Она действительно должна быть доброй девушкой. Иначе она не пыталась бы сделать школу лучше для парня, который ей нравился.

— Если быть совсем честным… Мне нравится Мегуми-тян.

— Хм, это так?

……

…………

…………

— …Эээ?!

Его реакция сильно запоздала.

— Тебе нравится Онидзука-сан, Инуи-сенпай?!

— Да. Но она начала избегать меня и вступила в клуб по исследованию манги. Она начала флиртовать с парнями, поэтому я не мог признаться... Вот почему я искал новую любовь...

— Ах, так вот почему...

Им действительно не хватало друг друга. Это была типичная история из сёдзё-манги. Если бы призналась хотя бы одна сторона, всё закончилось бы счастливо.

— Именно поэтому ты влюбился в Ринтаро.

— Именно так. Я хотел отказаться от Мегуми-тян, но, увидев, как сильно она заботилась обо мне и пыталась меня подбодрить... как бы это сказать...

— Ты полностью влюбился в неё.

— Ну, в принципе верно...

— Инуи-сенпай, ты неожиданно прост.

— Прости, что я простой сенпай, ладно?!

— Хм...

Появилось так много неожиданной информации, что у Кейки возникли проблемы с тем, чтобы со всем этим справиться.

Так что в общем-то... они оба нравятся друг другу, да...?

Это было довольно внезапное развитие событий, но он не мог упустить этот шанс, так как он был купидоном на работе.

— Ладно, тогда ты должен признаться Онидзуке-сан! Прямо сейчас!

— Эх, но...

— Тебе нужно поторопиться! Онидзука-сан милая девушка, так что ее может забрать кто-то другой, если ты будешь медлить!

— Но... я пытался сойтись с другой девушкой... И я действительно жалок. Меня даже отверг трансвестит...

— Это не имеет значения сейчас! Я знаю! Как насчет того, чтобы мы потренировались прямо здесь, чтобы потом все было по-настоящему!

— Кирю-кун, почему ты так стараешся...?

— Это потому, что я хочу, чтобы вы двое были счастливы!

Никто из них не знал о другой стороне, но и Мегуми, и Наоя испытывали чувства друг к другу. Если бы он признался ей сейчас, то точно не получил бы отказа. Если бы ее любовь воплотилась в реальность, ей не пришлось бы запрещать романтические отношения, а Аяно смогла бы плавно перейти к должности президента студенческого совета. Это было бы два зайца одним выстрелом.

Чтобы это произошло, Инуи-сенпай должен сделать первый шаг прямо сейчас.

Ключ к всеобщему счастью сейчас был у парня с резким взглядом.

— …Действительно ли нормально, что я признаюсь Мегуми-тян…?

— Конечно, нормально! Любовь — это свобода, в конце концов!

— Любовь… это… свобода…

С серьезным выражением лица Кейки бросил в кучу красивые слова, пытаясь убедить Наою.

— Хорошо, я понял, Кирю-кун! Я признаюсь Мегуми-тян!

— Да, пожалуйста!

— Если возможно, не мог бы ты помочь мне с практикой?

— Конечно!

Председатель комитета наконец решил стать серьезным. К счастью, в данный момент никого не было вбиблиотеке, так что они не побеспокоили бы других студентов, пока они громко разговаривали вот так. В этот момент они оба встали и посмотрели друг другу прямо в глаза.

— Тогда начнем!

— Д-да! ...Т-ты... ты мне на самом деле нравишься!

— Очень плохо! Это вся твоя любовь?! Еще раз!

— Ты мне нравишься!

— Громче! Пусть твой голос ревёт от твоих чувств!

— Я... я на самом деле... — Наоя глубоко вздохнул. — Я люблю тебяяяяяяяяяяяяяяяяя!!!

Вложив все свои чувства в эти слова, он закричал громче, чем когда-либо. Его третье признание было идеальным.

— Ладно!— Кейки сжал кулак.

—Хаа?

Раздался озадаченный голос Нанджо Мао.

— Э, Нанджо?! Почему ты здесь?!

Она держала в руках несколько учебников грамматики и, казалось, возвращала их в библиотеку, но наткнулась на них в самый неподходящий момент.

— К-Кирю... за тобой ухаживает красавчик с резким взглядом?!

— Ухаживает?!

Естественно, как дыхание, фудзёси видела все через яойные очки. По правде говоря, любой, кто проходил мимо в такой момент, подумал бы, что это сцена искреннего признания от парня к парню. С тех пор, как во время школьной поездки произошел несчастный случай с членом, ее глаза выглядели немного безжизненными, но теперь они излучали энергию.

— О нет... Мне нужно немедленно сделать зарисовку этого...!»

— Погоди?!

— БОЛЬШОЕ СПАСИБОООООО!!!

Она была похожа на рыбу, которую вернули в воду после того, как ее выбросило на берег. Получив такой замечательный новый материал, Мао тут же выбежала из библиотеки.

— Как это могло случиться...?

Мао получила еще более опасный материал чем ситуация с Ринтаро.

— Эта девушка только что, твоя подруга, верно, Кирю-кун? Мне жаль. Кажется, она неправильно поняла.

— Нет, это моя вина. Давай просто забудем о Нанджо и продолжим нашу практику.

— В этом нет необходимости, Кирю-кун.

— Инуи-сенпай?

— Когда я думаю об этом спокойно, я действительно не имею права признаваться Мегуми-тян. Это прозвучало бы жалко после того, как я был отвергнут Митани-куном.

— Это не...

— Хотя мне и жаль, ты так меня подбадриваешь, но я сдамся. Мегуми-тян и я просто не подходим друг другу, — улыбка, которую он показал, говоря это, действительно ранила Кейки в грудь.

—Нао-кун и я не подходим друг другу, да?

— А?

Может быть, у нее были дела в библиотеке, или, может быть, она услышала голос Наои, когда он кричал. В любом случае, когда двое парней обернулись, Мегуми стояла там, опустив лицо.

— М-Мегуми-тян…?

— Да, это имеет смысл… Мы действительно не дополняем друг друга… Кто-то вроде меня и Нао-куна никогда бы… Это невозможно, верно…? — Ее голос дрожал, и слезы потекли по щекам.

Судя по всему, у нее было серьезное недопонимание.

— Онидзука-сан, это не…!!

Однако прежде чем Кейки успел сказать ей правду, она убежала.

— Онидзука-сан?!

Она не остановилась после того, как он окликнул ее. Все, что мог сделать Кейки, это смотреть, как она убегает.

— Почему это происходит...?

Если бы купидон любви услышал об этом, он бы разочаровался в Кейки. Вместо того, чтобы помочь им найти любовь вместе как паре, он сделал что-то ненужное и сделал их отношения еще более неловкими.