Часть 1:

В ресторане быстрого питания, находящегося недалеко от школы, у окна сидели три человека: совершенно унылый мальчик Кирю Кейки, симпатичный парень с лёгкой улыбкой на лице, Акияма Шома, и маленькая девочка, с собранными в косичку волосами, Отори Кохару.

Это было после школы. После того, как закончилась клубная деятельность Шомы, они встретились и вошли в ресторан. Шома, проголодавшийся после занятий в клубе, заказал сет гамбургеров, девочка с маленьким животиком – свою любимую картошку фри, а Кейки выбрал тарелку куриных котлеток. Шома сел у окна, Отори – рядом с ним, а Кейки – напротив них. Чтобы скрыть свою ленточку третьеклассницы от Шомы, Отори застегнула толстовку до самого верха.

— А что касается финала плей-оффа на олимпийских играх...

— Это была жаркая битва. Я была так рада, когда узнала, что они взяли золотую медаль для Японии.

Темы их разговора постепенно менялись от тенниса до школьных вещей и других тем, не имеющих какой-то важности.

"Есть ли хоть какой-то смысл мне здесь сидеть?.." — подумал Кейки, пережовывая куриный наггетс.

Двое за столом весело болтали, не обращая на него никакого внимания. Но всё дело в том, что Кохару попросила Кейки пойти с ней, ведь она пока боится оставаться с Шомой наедине. Кейки понял её чувства и согласился.

— Акияма-сэмпай, у тебя соус на щеке.

— Правда?

— Не двигайся. — Кохару вытерла соус салфеткой.

Любой мужчина расценил бы её действие как довольно решительный подход. К удивлению Кейки, Шома немного смутился.

Ну а Кейки, недавно поимевший неудачу в своём расследовании, смотрел на эту сцену так, как и любой другой девственник без девушки.

Я начинаю завидовать.

— Кажется, они забыли обо мне?

Кейки был рад, что им удалось так быстро сблизиться. Как только Отори решит, что сердце Шомы завоёвано, она освободит Кейки от роли купидона в их отношениях. Всё оказалось не так легко, как думал Кейки. Акияма Шома лоликонщик, а Отори Кохару старше его на год.

Поэтому и пришлось прятать ленточку, показывающий её год. Любимый Кохару продолжал оставаться в неведении.

Часть 2:

После окончание уроков во 2 «Б» классе находились всего двое.

Совершенно обычный мальчик Кирю Кейки и броско одетая Нанджо Мао с каштаново-рыжими волосами.

Чем они занимались? Наш принц сидел на стуле и позировал для Мао, которая делала его наброски.

Как только закончился урок, его попросили подработать натурщиком. Кейки, со своей стороны, вынужден был согласиться.

В качестве примечания, вот отрывок из их разговора:

— Эй, Кирю. У тебя сейчас есть какие-то дела?

— Да нет.

— Мне нужен материал для моего нового релиза, так что не мог бы ты попозировать для меня?

— Я категорически не согласен.

— Если ты не поможешь мне, на нашего хрупкого Кики могут напасть сильные мужчины

— Поскольку этот Кики-кун не имеет ко мне никакого отношения, меня это не волнует.

— Даже если я поделюсь своей работой со всеми нашими одноклассницами?

— Ты что, дьявол?

И вот так у Кейки не осталось другого выбора, кроме как согласиться.

Прямо сейчас он находился наедине с девушкой в этой тихой классной комнате. Обычно подобные ситуации могли бы стать приятной страницей истории его все ещё продолжающегося подросткового возраста. Вместо этого он застрял, наблюдая за злой волшебницей, которая яростно иллюстрировала свою яой мангу. При этом со стороны Мао всё равно была очень красива. Её длинные ресницы, пухлые губы, чистая белая шея... каждый раз, когда она попадала в поле его зрения, он начинал засматриваться на неё.

Когда Кейки послушно застыл на месте, как модель, руки девушки внезапно остановились.

— Ты закончила?

— Спереди – да. Хотя я хотела бы иметь несколько вариаций.

— И что мне делать?

— Как насчёт того, чтобы начать раздеваться?

— Прости?

— В этом позировании нет никакого смысла, если ты не разденешься.

— Например, верхнюю часть моего тела?

— О чём ты? Конечно же нужно полностью обнажиться.

— Что ты говоришь?!

— Тсс. Всё ещё не годится, хе.

— Если я тут полностью разденусь, это сделает меня извращенцем.

— Полагаю, с этим ничего не поделаешь. Тогда не мог бы ты повернуться боком? Хочу зарисовать тебя в профиль.

— …Понял.

После этого прошло довольно много времени в тишине.

— Эй, Нанджо? – спросил Кейки

— Что такое?

— А разве фотографии не достаточно для этого?

— Можно, конечно, но когда я риую с натуры, выглядит куда лучше. Рисовать живые объекты – хорошая практика. Это помогает развивать навыки художника.

— Я думаю, что твои навыки и так уже очень хороши, — сказал Кейки.

— В мастерстве нет предела развития. Никогда не помешает повторить основы.

— Правда?

— Я не использую это как предлог, чтобы побыть с тобой наедине, так что, пожалуйста, не пойми меня неправильно.

— Кто вообще может о чём-то таком подумать? — пробормотал Кейки, чем заслужил взгляд Мао.

Что?..

Будучи обычным старшеклассником без опыта в отношениях, Кейки совершенно не понимал девушек.

— Скажи, а тебе нужны эскизы Шомы?

— Ммм, нет. Модельных красавчиков рисовать куда легче, а вот людей с обычными лицами, таких как Кирю, гораздо сложнее.

— Обычное лицо…

— Ну хотя-бы не уродливое.

— Впервые такое слышу от кого-то.

Нормально ли говорить такое человеку, который любезно согласился помочь тебе?..

— Что касается манги, я действительно очень благодарна за это. Но, чтоб ты понимал, спаривание двух модельных красавчиков не интересно, а поскольку Кики – часть истории, Шото выходит на передний план.

— Значит, единственный смысл существования Кики-куна в том, чтобы Шото выглядел на его фоне лучше?

— Ты бы хотел родиться моделью?

— Ну, я бы точно не стал жаловаться

— Правда?

— Я уверен, что тебе не знакомо это чувство.

— Почему? — спросила Нанджо.

— Ты весьма привлекательна, знаешь?

— Эээ…

Всё остановилось. И время, и карандаш Мао.

Со слегка покрасневшими щеками, она сузила глаза.

— Кирю действительно идиот.

— Почему? Оскорбление – это моя награда за комплимент?

Сделав глубокий вдох, Мао вернулась к своей работе. Никто не заметил, что её губы начали слегка дрожать.

— Ну, думаю, в следующей работе я смогу нарисовать тебя более привлекательным.

— Прости. Я не могу заставить себя радоваться этому.

— Но знаешь, BL – это не только про пару мальчиков.

— Почему ты так быстро сменила тему?

Кейки не испытывал ни малейшего интереса к тонкостям BL. Но видя, как Мао снова начала говорить с довольным выражением лица, Кейки искренне подумал, что она выглядит мило.

Её лицо, когда она говорит о чём-то, что ей нравится, действительно привлекательно... хотя содержание её рассказа явно не такое.

Если бы разговор шёл не о BL, она выглядела бы ещё более очаровательной. Он действительно не хотел знать больше о том, как глубокий и страстный поцелуй между двумя мальчиками стал для неё лучшим событием в жизни.

Эта красивая цундере иногда она может быть очень милой, и её улыбающееся лицо такое милое, что это несправедливо. Но весь её мир вращается вокруг яой манги. Это действительно позор. Даже такой небольшой недостаток может полностью разрушить образ человека, и она была идеальным примером этого.

— Итак, Кирю.

— Мм?

— Есть одна девушка, с которой Акияма очень близок, верно?

— ...

— Я расцениваю это молчание как "да".

— О чем ты говоришь? Я не знаю.

— Нет необходимости лгать. В конце концов, я видела вас. Когда вы с удовольствием ели вместе в том ресторане.

— Так ты видела, что...

— Она идеальная подружка для лоликонщика. Они встречаются?

Мао сказала Кейки, что постарается помешать любым отношениям между ним и другой девушкой. Если Кейки будет встречаться с девушкой, он будет проводить меньше времени с Шомой, что уменьшит количество материала для её манги. Хотя то же самое должно произойти, если Шома начнет встречаться с девушкой. Если Мао сейчас узнает, что они встречаются, она может стать им помехой. И если это случится, Кейки провалит свою работу в качестве купидона Кохару, и она, конечно же, обнародует ту опасную фотографию, на которой он был слишком близок с Саюки. Если это попадёт в интернет, социальная жизнь Кейки будет разрушена.

Таким образом, Кейки пришел к выводу: Он должен обмануть Мао, иначе все будет кончено.

— Хм, не думаю, что они встречаются. Они оба просто рады, что у них есть кто-то ещё, с кем они могут поговорить о теннисе.

— Хмм?.. А что насчёт тебя?

— А, я?

— Кроме президента клуба и Юики, в последнее время ты сблизился с вице-президентом студенческого совета, не так ли?

— ...

— Так ты встречаешься с Фуджимото Аяно?

— Нет, не встречаюсь. Правда, нет.

Фуджимото Аяно не была Золушкой. Она была просто человеком, которого возбуждают запахи. Кейки считал совершенно неприемлемым то, что его заставили выпить снотворное только потому, что она хотела его нижнее белье. Он интересовал её только потому, что её возбуждал его запах. Ни о каких романтических чувствах не было и речи. Но Мао, должно быть, поняла близость Аяно к Кейки как любовные отношения.

— Это так? Ну, как я тебе уже говорила, близость с парнями это здорово, а вот с девушками непозволительно.

— Знаю, знаю... Я только не знаю, почему ты заходишь так далеко.

— Правда? Если ты так говоришь...

Мао встала со своего места, подошла к Кейки и снова села. Не на стул, а на его колени. Лицом к нему. Видимо, это оказалось недостаточно, и она положила руки ему на шею. Внезапно оказавшись в таком положении, словно приклеенный к Мао, Кейки в замешательстве подумал, что они, должно быть, выглядят как пара.

И, оказавшись достаточно близко, чтобы поцеловать Мао, Кейки пробурчал.

— У-у-у... Нанджо-сан? Что это значит?

— Это всё для моих данных. Я хочу увидеть смущённое выражение лица Кики, когда Шоуто загонит его в угол.

— Я... это так?

— Да. Так что не отводи глаза, хорошо? — С этими словами Мао наклонилась ещё ближе, её лицо почти касалось лица Кейки.

Возможно, это были её духи, но сладкий запах атаковал клетки мозга Кейки. Хоть он и знал, что она просто притворяется, его сердцебиение не замедлилось. Это действительно выглядело так, будто она собирается поцеловать его...

— !

Кейки сдался и закрыл глаза.

— ...Эй, я же просила тебя не глазеть по сторонам.

— Ха?!

Мао ущипнула его за нос. Возможно, потому что была немного зла на него. Когда он открыл глаза, Мао выглядела забавной.

— Фу-фу-фу. Ты действительно думал... что я тебя поцелую?

— Н-нет, это не так!

— Ну, я рада, что ты так отреагировал. Ага. Это похоже на Кики. Я чувствую, что могу написать хороший сценарий после этого.

— ...Я рад, что смог быть полезен.

Услышав эти слова Кейки, Мао весело хихикнула. В следующее мгновение она собрала свои материалы, запихнула блокнот в сумку и повернулась со словами: "Хорошо".

— Спасибо за сегодняшний день, Кирю. Это твоя награда.

Поцеловав его, она радостно вышла из класса. Скорее всего, она сразу же отправится домой и будет работать над своим сценарием.

— ...Это правда удивило меня. Я думал, что она собирается поцеловать меня.

Увидев слезящиеся глаза и раскрасневшиеся щеки Мао, Кейки полностью лишился способности думать. На её лице было такое выражение, будто она действительно влюблена в Кейки.

— Вести себя так с мальчиком, к которому она даже не испытывает никаких чувств... Мао, должно быть, настолько обожает свою мангу.

Как же сильно она хотела получить новый материал для яоя?..

К сожалению, мальчик не знал, что за дверью стояла сама девушка, яростно краснея от того, что дошла до предела.

Часть 3:

В тот день Кейки и Кохару стояли перед воротами школы после уроков. На повестке дня было послешкольное свидание. Сегодня был день, когда у одного мальчика не было занятий в теннисном клубе. Их целью на сегодня было углубление отношений между Кохару и этим мальчиком — Шомой.

Остаться наедине со своим возлюбленным для Кохару пока было слишком страшно, поэтому они решили устроить двойное свидание. Тем не менее...

— Отори-сэмпай, ты нервничаешь?

— Т-ты поверишь мне, если я скажу, что нет?

— Вовсе нет, нет. Даже твой голос слегка дрожит. Расслабьтесь, расслабьтесь.

Пока они ждали, появился третий человек: Чёрноволосая студентка. Лента на её форме указывала на её год обучения. Точнее, была синей, что означало, что она учится на третьем курсе. При каждом шаге девушки её длинные черные волосы и большая грудь колыхались. Большегрудую девушку звали Токихара Саюки. Она была президентом клуба каллиграфии, и многие видели в ней сексуальную сестрёнку.

— Я заставила тебя ждать?

— Нет, не беспокойся об этом.

Причина, по которой Кейки пригласил Саюки, была проста: ёе большая грудь.

Если бы Кейки пригласил Юику, лоликонщик (Шома) мог бы уставиться на её маленькую грудь. Большая грудь – естественный враг лоликонщика.

— Я очень рада, что ты пригласил меня. Я не была на свидании с тех пор, как мы ходили в то кафе.

— Однако на этот раз мы не одни, - сказал Кейки, указывая на девушку в капюшоне позади него.

И, увидев эту особу, Саюки удивленно повысила голос.

— О, это же Отори-сан.

— Ты знаешь её, Саюки-сэмпай?

— Мы учились в одном классе в первый год. А почему Кейки-кун знает её?.. А?! Не говори мне, что Кейки-кун лоликонщик...

— Ты ошибаешься.

— Я слышала, что в конкурсе будут участвовать четыре человека, но, возможно, господин Отори нацелилась и на Кейки-куна?

— Нет, Кирю-кун не моя цель. Не говоря уже о том, что он даже не в моем вкусе.

— В этом есть смысл. Он действительно не имеет большого влияния.

— Верно. Я бы тоже предпочла кого-то с более перспективным будущим.

— А... Вы оба... Вам весело дразнить своего Кохая?

— Фу-фу, мы просто шутим. У Кейки-куна тоже есть хорошие стороны, знаешь?

— Да, верно. Я думаю, что Кирю-кун – хороший человек.

— Когда ты так говоришь, это звучит не так, как будто я хороший человек, а больше как человек, который не имеет значения, хотя...

Он вспомнил, как прочитал в Интернете статью под названием "Девочки действительно страшные".

Пока эти двое продолжали дразнить его, подбежал Шома.

— Привет, извини за опоздание. Уборка заняла немного больше времени, чем ожидалось.

— Мы вовсе не ждали, Акияма-сэмпай.

Услышав эту фразу, Саюки наклонила голову.

— Акияма-сэмпай...? Но ведь Отори-сан - тре... Мгху?! — Кейки быстро прикрыл ей рот, прежде чем она успела произнести запретные слова.

Хоть он и был немного ошеломлен мягкостью её губ, он не мог позволить ей говорить дальше.

— Что случилось, Кейки? —  спросил Шома.

— Ничего! Саюки-сэмпай собиралась сказать какую-то глупую шутку, и я остановил её заранее!

— Неужели? Вы двое действительно близки.

Кейки легко обманул его. Единственное, чего не хватало Шоме в жизни, так это прямолинейного друга.

— Ну что ж, раз уж мы все в сборе, давайте пойдем.

— Да, давайте.

Шома и Кохару начали проходить через школьные ворота, а Кейки и Саюки последовали их примеру, но немного медленнее. Кейки все ещё прикрывал рукой рот Саюки, и её щёки слегка раскраснелись. Когда он убедился, что они находятся достаточно далеко, чтобы Шома не мог его услышать, он отпустил её.

— Вот так внезапно заставить девушку замолчать... как грубо. Но именно это и делает Кейки таким замечательным. Ты станешь моим хозяином?

— Я отказываюсь.

Она была все той же мазохистской извращенкой, как и всегда. Похоже, она действительно наслаждалась этим.

— Но всё же, почему Отори-сан называет Акияму-куна "сэмпай"?

— На то есть некоторые причины. Для него он первокурсница.

— Я действительно не понимаю...

Он объяснил ей ситуацию тихим голосом, рассказав о лоликон наклонностях Шомы и их план свести его с Кохару.

— В общем, Акияма-кун думает, что Отори-сан – его кохай. Она пытается скрыть тот факт, что старше его, потому что Акияма-кун – лоликонщик. В этом есть смысл, да.

— Всё так.

— Понятно. Я буду молчать об этом. Хотя в качестве платы я бы хотела немного тайского якинику.

— Спасибо за сотрудничество.

Шашлык из мяса на гриле был небольшой ценой за защиту влюбленной девы.

— Теперь я понимаю, почему вы пригласили меня, а не Когу-сан.

— Прости, что использовал тебя, Саюки-сэмпай. Ты ведь не сердишься?

— Я из тех девушек, которые радуются, когда ты меня так используешь. Это скорее награда для меня.

— Верно.

— Но как же Нанджо-сан? Разве ты не мог пригласить её вместо меня?

— Ну, Нанджо могла быть даже более опасной, чем Юика, в некотором смысле.

Конечно, она постарается сделать всё возможное, чтобы сблизить Шому и Кохару. Но, наверное, это всё равно скоро произойдет, подумал Кейки. Это лишь вопрос времени. И это была не единственная проблема. Кохару, вероятно, не смогла бы долго держать свой возраст в секрете от Шомы.

— Вот почему я пытаюсь свести их как можно ближе, пока этот секрет не всплыл наружу.

Если ему это удастся, Шома может пересмотреть свою позицию в отношении легальных лоли и принять Кохару. Остаётся надеяться, что он будет достаточно близок, чтобы не отвергнуть её, как он отвергал всех остальных девушек, которые признавались ему. И сегодняшнее свидание было самой важной частью плана Кейки.

Место, к которому они шли вчетвером, было боулинг-клубом рядом с железнодорожной станцией.

— Эй, Кейки-кун.

— В чём дело, Саюки-сэмпай?

— У меня не было возможности сказать тебе об этом раньше, но это мой первый раз в боулинге.

— Какое шокирующее признание. Неужели ты никогда раньше не играла в боулинг?

— Не хочу хвастаться, но я действительно совсем не спортивная. Если честно, я ненавижу спорт. Когда девочки из моего класса приглашают меня поиграть, я всегда придумываю какую-нибудь отговорку.

— Вау...

Плохо убирается, плохо занимается спортом... Похоже, даже у Саюки есть слабые места. Хотя всё это уходит на второй план, когда она сёрьезно работает над своей каллиграфией.

— А? Но почему ты приняла мое приглашение сегодня?

— Это... эм, Кейки-кун пригласил меня, в конце концов...

— А? Это значит...

Видя, что Саюки смотрит на него ожидающими глазами, Кейки не мог не предвкушать какого-нибудь любовного ответа.

— Если хозяин скажет, то собака может даже начать драться с медведем.

— Мы теперь сравниваем боулинг со схваткой с медведями? И вообще, я тебе не хозяин.

Это сладкое чувство ожидания тут же исчезло.

Как долго это будет продолжаться?

После того, как все прибыли в боулинг, каждый взял себе пару обуви, выбрал шар для боулинга и приготовился к началу раунда. Кейки и Саюки встали по одну сторону дорожки, а Шома и Кохару сели напротив них. Когда игра началась, Саюки предложила соревнование.

— Обычная игра не будет слишком весёлой, так может, как-нибудь накажем того, кто займет последнее место?

— Думаю, звучит забавно, но вы не против? Саюки-сэмпай, ты ведь впервые играешь?

— Всё в порядке. Пока я выигрываю, всё в порядке.

— Эта особа... она вскрывает все карты просто так...

— Ага, похоже, результат уже предначертан судьбой.

Видя беспочвенную самоуверенность Саюки, мальчики кивнули друг другу.

— Фу-фу, интересно. Это правда, что я полный профанв спорте, но в этот раз нужно учитывать ещё и Отори!

— А, я?

— Отори-сан не может быть хороша в боулинге. Сможешь ли ты удержать шар для боулинга с таким телом?

— Не стоит беспокоиться. Здесь есть и легкие.

Хоть она и выглядела как ребенок, она вела себя как взрослый человек, и не реагировала на явные провокации Саюки. Заметив это, Кейки задумался, действительно ли они одного возраста.

— Саюки-сэмпай, каково же будет наказание?

— Как насчет того, что человек, занявший первое место, имеет право написать что угодно на лице человека, занявшего последнее место? Стыдное прозвище или что-то ещё. И стирать его до дома не разрешается.

— Звучит жестоко...

— И, кроме того, победитель имеет право отдать приказ человеку, занявшему третье место.

— Разве это не хуже, чем быть на последнем месте?

Тело Кейки на секунду задрожало, представив, что будет, если Саюки займет первое место.

— Я не против, но как насчет Кохару-чан?.

— Звучит интересно, так что я в деле.

— Тогда, похоже, решено.

Все согласились на игру на наказание, и игра в боулинг началась, но с непредсказуемым развитием событий.

— Ещё один страйк! Ты потрясающая, Кохару-чан!

— Действительно, ты потрясающая, Отори-сан.

— Этого не может быть...

К всеобщему удивлению, Кохару выигрывала.

— Мой отец любит играть в боулинг, поэтому я часто хожу в боулинг с семьёй.

— Думаю, в этом есть смысл.

— Как это могло случиться?..

Столкнувшись с таким неожиданным препятствием, Саюки полностью напряглась. Несмотря на то, что Кейки научил её основам, её несуществующие спортивные навыки дали о себе знать, и ей становилось всё труднее избежать предстоящего наказания.

— ...Как и следовало ожидать от Шомы, он не проявляет никакого интереса к груди Саюки-сэмпай.

Каждый раз, когда она бросала шар для боулинга, её груди неистово колыхались. Казалось, что они обладают собственным гравитационным притяжением, и ни один нормальный мальчик-подросток не смог бы отвести взгляд. Однако Шома не сводил глаз с Кохару.

— Это напомнило мне, Кохару-чан.

— Да?

— Ты говорила, что боишься солнечного света, верно? Разве тебе не жарко здесь в кофточке?

—?!

Несмотря на то, что Шома сказал это без всякого умысла, Кохару начала паниковать, в то время как Кейки мог придумать, что сказать. Хотя с точки зрения Сёмы, это был вполне разумный вопрос. В этой тяжелой ситуации Кохару придумала отговорку.

— Ну, мне неловко, ведь моя грудь такая маленькая".

— Гха?! — Услышав ответ Кохару, Шома издал крик, как будто ему выстрелили в грудь.

В следующее мгновение Шома стал похож на буддиста, достигшего просветления.

— Ты слышал это, Кейки? Милая фразочка Кохару.

— Слышал, слышал. У каждого свои проблемы, так что давай пока оставим это.

Она не только разрешила тяжелую ситуацию, но и увеличила очки привязанности к Шоме. Отори Кохару – какая опасная женщина.

— ...Акияма-кун действительно извращенец.

— Но он всё равно не проиграл бы Саюки-сэмпай.

Даже лоликонщик проиграл бы жёсткой мазохистке, которая хочет принадлежать своему хозяину.

— Я не ожидала, что Шома будет хуже меня.

— Вообще-то, я всегда был довольно плох в боулинге.

— Хочешь, я научу тебя кое-чему?

— Правда? Я с радостью соглашусь.

И вот так Кохару начала учить Шому.

О, какая приятная атмосфера у них там.

Похоже, они стали еще ближе.

— …Хм?

В этот момент Кейки показалось, что он увидел небольшое отражение, исходящее из сумки Кохару. Присмотревшись, он увидел маленькую камеру со снятым объективом, но Кейки сделал вид, что ничего не заметил.

— Это, должно быть, она снимает видео...

Кейки ещё раз вспомнил о настоящей сущности Кохару. Даже сейчас он не мог забыть то жуткое чувство, которое испытал, когда впервые увидел комнату астрономического клуба.

— Неужели эта любовь может принести плоды?.. — пробормотал купидон, наблюдая за тем, как эти двое смеются.

И он почувствовал тяжесть своего греха. Он продал своего друга девушке-сталкерше только из-за одной фотографии, которая могла полностью разрушить его социальную жизнь.

Ну, не то, чтобы Отори-сенпай была плохой девушкой или что-то в этом роде, просто она слишком настойчива...

И вот так игра закончилась. В отличие от ожиданий, Кохару оказалась на вершине таблицы лидеров, а Саюки – на самом дне.

— И третье место занимает Шома.

— Да. Ну, это логично.

Хоть Кохару и научила его паре приёмов, всё равно невозможно было за один день настолько прокачаться, чтобы победить Кейки. Человек, занявший последнее место, получает надпись на лице, а человек, занявший третье место, должен подчиниться приказу человека, занявшего первое место.

— Итак, победительница Кохару, твой приказ для Шомы, если хочешь.

— Д-да.

— Пожалуйста, не будь жестокой, Кохару-чан.

— Нет необходимости сдерживаться. Суровое требование от неудачника – самое лучшее.

— Сейчас, Саюки-сэмпай. Люди на последнем месте должны молчать

Миниатюрная девушка в балахоне с капюшоном сжала руки в кулаки, набираясь смелости, чтобы отдать приказ.

— Эм, с этого момента я могу называть Акияму-сэмпая... Шома-кун...?

— Гхаааа?! — Красавчик снова получил удар в грудь от этого милого приказа.

Похоже, эта фраза, прозвучавшая из уст лоли, слишком сильно подействовала на лоликонщика.

— ...Кейки, — сказал Шома.

— Что?

— Думаю, теперь я могу спокойно умереть.

— Тогда умри, мне всё равно.

И вот так было решено, что Кохару будет называть Шому «Шома-кун». Поскольку они сблизились, Кейки решил назвать это двойное свидание успешным.

В качестве примечания, Кохару написала: «Моя грудь слишком большая» на щеке Саюки в качестве наказания. Это, наверное, было даже более позорно, чем прозвище, особенно потому, что многие люди увидят её на обратном пути. Кейки считал, что она заслужила это. По дороге домой он получил письмо от Саюки.

«По дороге домой все смотрели на меня эротическими глазами. Это было лучше всего».

— Это уже даже не наказание...

Действительно, это была ещё одна награда для мазохистки, женщины растлительницы.

Часть 4:

После уроков Кейки позвали в "дом ужасов". Это было место, где стены, и даже потолок были увешаны фотографиями Акиямы Шомы. А именно, это был кабинет астрономии.

— Кажется, здесь ещё больше фотографий, чем было раньше?.. — пробормотал Кейки, входя в комнату.

— Это твоё воображение, — с улыбкой ответила Кохару.

— Я почти уверен, что их стало больше...

Казалось, что "коллекция Акиямы" Кохару будет расти дальше.

— Разве другие члены клуба не против всего этого?

— Все остальные члены клуба — призраки. А советник слишком расслаблен, чтобы приходить сюда.

— А, значит, здесь никого нет, чтобы остановить это, как я вижу...

Кохару могла делать с этой комнатой всё, что ей заблагорассудится. Решив пока оставить это в стороне, Кейки сел за стол лицом к Кохару.

— Отори-сэмпай, что ты делаешь с этой видеокамерой?

— Я просматриваю видео, снятое в боулинг-центре.

— А, так ты действительно снимала это...

— Это первый раз, когда я смогла снять видео так близко с Шома-куном. Я смотрел его всю ночь и напролёт.

— Я рад, что ты живёшь на полную.

— Сближение с Шома-куном... Возможность записать его голос с близкого расстояния... Такое чувство, что он всегда рядом со мной, даже когда я дома. Для меня даже стало привычкой слушать его голос на ночь перед сном.

— Тебе лучше позаботиться о том, чтобы Шома никогда ничего об этом не услышал.

Это, вероятно, разрушит всё, что они создали. Даже если она выглядит как влюбленная дева, в глубине души она всё равно сталкерша.

— Ну что, случилось что-то хорошее, сэмпай?

— Эхехе, неужели это так очевидно?

— В конце концов, ты сейчас выглядишь очень счастливой.

— Вообще-то... Шома-кун пригласил меня пойти с ним на свидание в следующий день, когда у нас не будет школы.

— Ооо, вот это хорошие новости.

Определенный прогресс. Купидон Кейки был очень рад услышать эту новость.

— В последнее время мы переписываемся по вечерам и разговариваем друг с другом по телефону.

— ...Я рад это слышать.

Сейчас они ещё больше походили на пару. Шома также начал называть Кохару "Кохару-чан". Похоже, Кохару действительно старалась изо всех сил, даже не имея рядом Кейки. Такими темпами она может больше не нуждаться в его поддержке.

— ...

Почувствовав, что ему почему-то стало одиноко, Кейки ещё раз оглядел комнату астрономического клуба. Шторы были открыты, и в комнату проникал солнечный свет раннего лета. Свет плясал по поверхности большого телескопа и бинокля. Несколько различных типов камер лежали на столе у стены вне досягаемости солнечного света.

— Это безумное количество камер. Они все принадлежат астрономическому клубу?.

— Нет, большинство из них принадлежит мне.

— Они принадлежат тебе... не слишком ли они дорогие?

— Не стоит беспокоиться. Может, это и не выглядит так, но я дочь президента компании.

— А? Дочь президента компании?

— Вы знакомы с компанией "Отори Констракшн"?

— Наверное, я видел рекламу, да...

Её манера есть фаст-фуд выглядела очень благородной, а движения – утонченными, но Кейки не ожидал, что она из такой важной семьи.

— Несмотря на то, что ты такая маленькая, Отори-сэмпай действительно многого добилась.

— Мне кажется, что это не комплимент...

Хоть и на мгновение она выглядела удрученной, её губы расплылись в милой улыбке.

— Кирю-кун, спасибо тебе.

— А?

— Поскольку Шома-кун – лоликонщик, я бы никогда не смогла сблизиться с ним, если бы не спрятала свою ленту, — она мягко коснулась ленты на своей груди. Это всё благодаря Кирю-куну. Быть так близко к любимому человеку сделало меня счастливее, чем я когда-либо могла мечтать.

Чувствуя легкое смущение, Кейки почесал щеку.

— На самом деле я ничего не сделал... Я помог тебе только для того, чтобы ты удалила ту фотографию.

— А, та фотография. Я удалил её в тот день, когда ты обещал мне помочь.

— А? Почему?

— Я подумала, что Кирю-кун похож на человека, который выполняет свои обещания. В конце концов, ты же близкий друг Шома-куна.

Значит, Кохару доверяла Кейки с самого начала. Услышав это, он почувствовал тёплое, пушистое чувство в груди.

— Но я больше не буду полагаться на Кирю-куна.

— Сэмпай?

— Я подготовилась. Сегодня я надену розовое нижнее бельё.

— Розовое бельё?

— Это популярный талисман удачи у женщин. Когда они надевают розовое бельё в день, когда хотят признаться любимому парню, это приносит им успех.

— О, я никогда не знал, что такой талисман существует.

Кейки впервые слышал об этом, но он знал, что у девочек много подобных суеверий.

— А? Но если ты надела его сегодня, то…

Услышав слова Кейки, Кохару кивнула.

— Думаю, я наконец-то набралась достаточно смелости. Хватит с меня милой маленькой Кохару.

— Сэмпай...

— Я признаюсь в своих чувствах Шома-куну, буду собой настоящей.

Кейки показалось, что её глаза сияют.

— Кохару-сэмпай.

— Да?

— Не надо больше шантажировать меня фотографиями, хорошо?

— Не буду! ...Но, а? Ты только что назвал меня Кохару-сэмпай?

Отори Кохару приняла решение. Теперь Кейки мог сделать только одно.

— Постарайся, пожалуйста. Я болею за тебя, Кохару-сэмпай.

— …Да, я постараюсь

Он мог только провожать её, надеясь, что её чувства дойдут до Шомы.

Дождавшись окончания теннисной тренировки Шомы, она приступила к операции.

— О, Кохару-чан?

— Шома-кун. Можем ли мы пойти домой вместе?

Не имея явных причин для отказа, они вместе пошли домой. У Кохару, решившей признаться парню, слегка раскраснелись щеки, и она постоянно поглядывала на Шому. Не представляя, что произойдёт, парень просто продолжал говорить с Кохару обо всём, что приходило в голову. И только один человек следил за ними, наблюдая за этой подростковой сценой своими глазами.

— Почему-то я теперь чувствую себя сталкером, — удивлённо пробормотал Кирю Кейки. — Кохару-сэмпай сказала, что с ней всё будет хорошо, но я всё равно немного волнуюсь...

Не обращая внимания на преследующего их купидона, двое продолжали идти. Улица, по которой они шли, была такой же, как и все остальные, и её освещало медленно заходящее солнце. Они шли мимо светофоров, и казалось, что вокруг них образовался пузырь, отражающий проходящих мимо людей. Чем дальше они шли, тем больше менялся пейзаж. И вот прошло около 10 минут после того, как они вышли из школы...

На аллее с деревьями  Кохару остановилась.

— Кохару-чан? Что случилось? — спросил Шома, обернувшись. Ответа он не получил.

Под зелёными деревьями, сквозь которые слегка пробивался солнечный свет, девушка просто смотрела на мальчика.

— Ты помнишь? Год назад мы с Шома-куном встретились именно в этом месте.

— А?

— В тот день Шома-кун вернул мне мою шляпу, которую унесло ветром, — сказав это, она медленно расстегнула молнию на своей толстовке.

И вместе с её белой блузкой стала видна лента. Как только светлая лента появилась в поле зрения, магия, наложенная на девушку, исчезла. Перед ним стояла девушка, которая была на год старше своего возлюбленного. Ученица третьего класса средней школы Отори Кохару.

— Кохару-чан, эта лента...

— Прости, что солгала тебе. Я хотела быть ближе к тебе, несмотря ни на что.

На том месте, где они встретились в первый раз, Кохару воплотила свои чувства в слова.

— С тех пор как мы встретились, я всегда... всегда... любила Шома-куна.

Это были те чувства, которые она хранила глубоко в своём сердце весь этот год. Едва сдерживая их, она наконец-то смогла выпустить их наружу. Наконец-то она набралась смелости и призналась. Её признание было настолько сильным, что даже Кейки почувствовал удар.

Но как только он увидел лицо Шомы, он понял, что последует дальше.

—...Прости, Кохару-чан. Я всё-таки лоликонщик...

Эти слова он произносил каждый раз, когда отказывал девушкам.

— Я не могу пойти с тобой на свидание.

После этого Шома, оставшись один, не пошёл домой, а отправился в близлежащий парк. Присев на пустынную скамейку, он не шевелился. Заходящее солнце медленно погружалось во тьму, и небо постепенно становилось всё темнее и темнее.

Услышав звук приближающихся шагов, он поднял голову.

— Привет, ледикиллер. Как ты себя чувствуешь после того, как отказал такой милой девушке, как она?

— Кейки... так ты видел.

— Да. Вообще-то, всё это время я был купидоном Кохару-сэмпая.

— ...Ясно, теперь я понимаю, — Шома издал небольшой смешок, но не рассердился.

Это была та эмоция, которую сейчас чувствовал Кейки – гнев.

— Кохару-сэмпай плакала...

Получив отказ, Кохару начала плакать. Когда она развернулась и убежала, даже Кейки смог понять это на расстоянии. Насколько ей было больно, насколько сильную боль она испытывала в тот момент. Вспоминая это зрелище, в глубине груди Кейки всё горело.

— Ты знаешь, насколько серьёзно Кохару-сэмпай отнеслась к этому признанию? Каждый раз, когда она встречалась с тобой, она безумно нервничала. За весь этот год она даже не смогла набраться смелости и поговорить с тобой. А теперь... теперь, когда она наконец набралась смелости, ты отказываешь ей, потому что «ты лоликон»?! Неужели ты думал, что я могу просто пойти домой после просмотра этой комедии?!

Кейки знал, как Кохару была рада их первой совместной фотографии. И насколько серьёзно она относилась к Шоме. Как её купидон, он был самым близким человеком для её чувств.

— Влюбиться в кого-то... встречаться с кем-то... Я считаю, что Шома волен решать всё это. Но отшивать девушку только потому, что она на год старше тебя – это просто...

Невероятно жестоко по отношению к этой крошечной сэмпай.

—... Кейки действительно добр.

— Шома?

— Я помню, как встретил её в том парке.

— Правда?

— Да. Она показалась мне очень милой, поэтому я ходил туда бесчисленное количество раз после этого.

— Вероятно, из-за этого ты выглядел очень подозрительно...

— Я так и не встретил её ещё раз.

Подумав об этом, я понял, что в этом есть смысл. Влюбившись в Шому, она не смогла сдержать свои чувства и превратилась в сталкершу, всегда действуя так, чтобы он никогда её не увидел.

— Я так и не понял, что той девушкой была Кохару-чан. Её волосы были намного короче, чем сейчас.

Только при небольшом изменении длины волос девушки могут выглядеть совершенно по-разному. Как иронично, что он упускал её весь этот год из-за чего-то подобного.

— Шома, почему, когда девушка старше тебя – это плохо?

— ...Да, я ведь никогда не говорил тебе, верно?

Кейки сел рядом с Шомой, продолжая смотреть прямо на него.

— Ты ведь знаешь, что у меня есть две старшие сестры?

— Да, Асахи-сан и Юухи-сан. Они учатся в университете, если я правильно помню.

Когда Кейки приходил играть домой к Шоме, он часто встречался с ними. У них были разные характеры, но было ясно как день, что они обе – прекрасные сестры.

— Эти двое – причина того, почему я превратился в лоликонщика.

— Что ты имеешь в виду?

— Они обе – страшные братолюбки. И не только в обычном смысле.

— В обычном смысле?..

— Был один конкретный случай, ясно? Когда я был в первом классе средней школы, я пошел принять ванну, и когда я вошёл в ванную, они оба ждали меня там.

— Эх...

— В тот день было 14 февраля, день Святого Валентина. Они оба украсили свои голые тела шоколадом и сказали: "Давай, съешь нас". Это привело к тому, что я упал в обморок.

— Оох... это жестоко.

Должно быть, это было тяжело для психики Шомы.

— Представь подобное со своей сестрой.

На секунду Кейки представил себе сцену с украшенной шоколадом Мидзухой, говорящей "Съешь меня?".

— Разве это не награда?

— Давай пока отложим твои сестролюбские наклонности в сторону. В общем, они часто дразнили меня подобными вещами. Прежде чем я осознал это, я заметил, что стараюсь держаться подальше от женщин постарше. Настолько, что я превратился в лоликонщика.

— Хорошо, я понял, как ты превратился в лоликонщика.

Сёстры травмировали его.

У меня нет проблем в общении с девушками постарше, например, как в тот день с Токихара-сэмпай. Но когда дело доходит до настоящих отношений, это становится для меня сложным. Видишь ту девушку, что сейчас прошла мимо? У неё закончился подростковый период роста, и когда она будет ы старшей школе, я, наверное, даже не посмотрю на неё.

— Это, наверное, худший каминг-аут в истории

Красавчик все ещё, к сожалению, был лоликонщиком. Он по-прежнему настаивает на том, что девушки в период роста или вообще нерастущие – самые лучшие. Может быть, быть лоликонщиком – это неизлечимая болезнь. Он откажет любой девушке, если она младше его, но хорошо развита. Он откажет любой девушке, если она выглядит как лоли, но старше его.

— Почему ты делаешь такое лицо, Шома?

— А? Какое лицо я делаю?

— Говоря словами Мидзухи, ты похож на потерянного ребенка.

— Потерянный ребенок... Возможно, это правда. Когда я увидел плачущую Кохару-чан, у меня в груди защемило. Это первый раз, когда я чувствую себя так, когда отказываю девушке.

Вероятно, он чувствовал, что Кохару отличается от всех остальных девушек, которые признавались ему до сих пор.

— Тебе было весело, верно? Когда Кохару-сэмпай была с тобой.

— ...Да.

— И это потому, что это Кохару-чан. А не потому, что она выглядит как лоли.

—... Я знаю. — Его голос был наполнен сожалением.

Но его следующие слова были ещё более шокирующими.

— Я знаю... что я не могу продолжать в том же духе.

Он посмотрел вниз на землю, и казалось, что он принял решение. Он правильно думал о себе и о человеке перед ним, его выражение лица было наполнено решимостью.

Часть 5:

На следующий день после школы. Кабинет астрономии снова был окутан искусственной ночью, как и в первый раз, когда Кейки вошёл в комнату. Единственное, что освещало комнату, был экран телефона, на который смотрела Кохару, а на нём была её первая совместная фотография с Шомой.

— Кохару-сэмпай, ты здесь.

— Кирю-кун...

— Пожалуйста, отвечай на звонки. Я очень волновался

—...Мне жаль, — крепко прижимая смартфон к груди, она ещё раз сказала — Мне жаль. Несмотря на то, что Кирю-кун подбадривал меня, я всё равно была отвергнута.

— Я видел из тени. Кохару-сэмпай действительно старалась изо всех сил. Я думаю, что это Шома виноват.

— Это не...

— Тебе не кажется, что его рассуждения просто абсурдны? Он не может встречаться с тобой, раз ты старше? Что в этом такого?

— Это... может быть правдой, — вспомнив ту сцену, она кивнула, выглядя так, будто вот-вот расплачется.

В ответ Кейки мягко погладил свою сэмпай по голове.

— Этот парень, может, и симпатичный, но характер у него хуже некуда. Он всегда говорит что-то вроде: "Они меня не интересуют, если они не маленькие".

— Ну, мне бы очень хотелось, чтобы у него было немного деликатности, когда дело доходит до этого...

— Правда? Как он может просто взять и сказать: "Я всё-таки лоликон" каждой девушке, которая набирается смелости? Разве это не слишком жестоко?

— Я... я также думаю! Мне очень больно! — закричала девочка.

После этого они вдвоём продолжили ругать Акияму.

— Я действительно не понимаю его, этого Шому! Даже у пожилых женщин есть определенный шарм!

— Верно! Я думаю, что из пожилой женщины получится еще лучшая жена!

— Точно! А нормальные мальчики готовы на всё, лишь бы их баловала женщина постарше!

— Я не понимаю, почему это девушка должна быть моложе его!

— У девушки должна быть большая грудь, в конце концов!

— Нет, даже маленькая грудь прекрасна!

— И что именно он имеет в виду под "лоликонщик"? Любить юных, маленьких девочек – это ужасно!

— Да! Быть лоликонщиком – это преступление!

Эти двое продолжили свою жаркую дискуссию. И как раз в этот момент...

— ...Эм, может, уже хватит? Ещё чуть-чуть, и это точно приведёт к необратимым последствиям. Такое ощущение, что моё сердце вот-вот разорвётся от этого криминального разговора.

— Ш-Шума-кун?!

Прижав руку к груди, в комнату вошёл собеседник. Поняв это, Кохару поспешно встала и начала паниковать.

— Э-эм, я просто ошиблась... Я не хотела злословить на Шому-куна, мне просто нужно было выплеснуть вчерашний стресс!

— Кохару-сэмпай, твоя фальш заметна.

— Ах, мне конец?!

Пока Кохару паниковала, красавчик шагнул вперед. Он мягко взял её за руку, отчего она осталась в полном замешательстве.

— То время, что я провёл с Кохару-чан, было так весело.

— А?

— Я действительно думал, что могу быть в порядке, если это будет Кохару-чан... но для этого мне может понадобиться некоторая реабилитация. Поэтому я хочу попросить помощи у Кохару-чан.

— Итак, значит?..

— В принципе, эм... мы можем начать дружить?

Это правда, что Кохару поселилась в сердце Шомы, но он не мог сразу преодолеть свою лоликонскую натуру, поэтому он решил медленно привыкать к ней.

Это был первый раз, когда юноша так отреагировал после признания. Это было что-то вроде его собственного признания.

Но девушка перед ним лишь смотрела на него холодными глазами.

— Эта фраза, которую используют многие герои ромкомов, хотя...

— А?

— То есть, по сути, не встречаясь со мной, но и не отвергая меня явно, ты просто хочешь держать меня рядом, когда я тебе понадоблюсь? Это действительно хуже всего.

— Гхаа?!

— Шома-кун – худший.

— Худший... Я худший...

Наблюдая за разворачивающейся сценой, Кейки не смог сдержать смех.

— Не смейся надо мной... Кейки.

— Прости, так получилось.

И Кохару тоже начала улыбаться.

— Фу-фу, я просто пошутила. Раз уж ты сказал такую чушь, как "я всё-таки лоликонщик", тебе придётся потерпеть, если я тебя немного подразню.

— Ууу... ты прав. Я действительно сожалею об этом.

Обида, извинения, прощение и начало с нуля...

В ответ на признание парня, девушка посмотрела прямо на своего любимого.

— Я счастлива просто быть рядом с Шома-куном. Давай начнём как друзья.

—...Да. Я с нетерпением жду этого, Кохару-чан.

Хотя все получилось немного не так, как надеялся купидон, это явно был не худший результат.

— Рад за тебя, Кохару-чан.

— Да!.. — Она ярко улыбнулась.

Девушки действительно самые милые существа, когда улыбаются.

— Но почему здесь так темно? Давай откроем шторы.

— Ах, да… Хм? Ха?!

Все клетки мозга в голове Кейки кричали об опасности.

— Подожди секунду, Шома!

Но Кейки чуть опоздал, чтобы дотянуться до Шомы. Солнечный свет проник в комнату, и Шома прищурился.

В следующее мгновение выражение лица мальчика застыло.

— …Эх?

Теперь он увидел бесчисленные фотографии, прикрепленные к стенам и потолку. Коллекция Акиямы, которую Кохару создавала последний год.

Пожалуйста, подумайте об этом.

Какая реакция была бы у мальчика, оказавшись он в такой ситуации?

Обрадовался бы он и закричал: "Значит, я так нравлюсь этой девочке! Я тоже буду её любить!" ?

Нет, нормальной реакцией было бы "Жуть! Что это, черт возьми, такое?!"

И конечно же, Акияма Шома не стал исключением.

Глядя на эту массу своих фотографий, он терялся в догадках. Купидон, со своей стороны, чувствовал то же самое. Кроме того, его охватило чувство безысходности. Спокойная атмосфера, которая была в комнате всего несколько минут назад, изменилась на все 180 градусов, и внезапно атмосфера в комнате изменилась, и стала похожа на похоронную.

— Это Кохару-чан сделала все эти фотографии?

— Да, я сделала все до единой! — Она говорила так, словно хотела, чтобы её похвалили.

В ответ на это глаза её объекта выглядели ещё более мертвыми.

— Может быть, встречаться с девушкой старше меня действительно невозможно...

— Да, возможно, ты прав...

Даже Кейки понимал, что это совершенно неприемлемо. Какой бы милой она ни была, но то, что она такая извращенка, было слишком тяжело для Шомы. Чувства девушки-сталкерши были настолько серьёзными, что даже ас теннисного клуба не мог их отбить.