Этим утром Саюки стояла в своей комнате в поместье Токихара, снимая пижаму. Она одела новое нижнее белье, затем блузку, которую заранее подготовила, и застегнула ее. После этого она добавила ленту сверху и надела синюю юбку. Наконец, она просунула руки в рукава пиджака, застегнула его и была готова.

— Ну всё, идеально.

Она последний раз взглянула в зеркало, схватила школьную сумку и вышла из комнаты. Она немного быстрее, чем обычно, пошла по коридору. Направляясь к выходу, она начала надевать обувь, когда раздался голос.

— Саюки-чан, ты уже уходишь?

Сзади стояла ее мама, Токихара Мифую, в ярко-красном кимоно. Саюки нежно улыбнулась и кивнула.

— Да, я сегодня решила раньше выйти.

— Да, твоя униформа выглядит прекрасно, но...

— Хи-хи, я как всегда само совершенство.

— Конечно, но, может, тебе стоит сначала привести в порядок свои волосы?

— Что? Нет, не может быть...

На самом деле, Мифую была права. Саюки достала зеркальце из сумки и увидела, что пряди волос торчат в разные стороны.

— Этого не было в зеркале, когда я проверяла... Внезапная атака...

Она убедилась, что все волосы на месте, но, похоже, ее привычкв вертеться во сне была особенно активна сегодня. Она попыталась привести свои волосы в порядок с помощью пальцев.

— Папа сегодня придет, да?

— Да. Даже твой папа домосед решил увидеть этот важный момент в твоей жизни. Он все еще не решается выйти на улицу, но я принудительно вытащу его, когда придет время.

— Как надежно.

Даже строгий отец не мог противостоять своей жене. Саюки не очень хорошо ладила с папой, но эта его черта была милой.

— Но, Саюки-чан, ты все еще довольно рано. Едва 7 утра, знаешь ли?

— Ничего страшного. Я хочу прийти пораньше сегодня.

Приведя в порядок свои волосы и положив руку на дверную ручку, она повернулась, и сказала.

— Есть кое-что, что мне нужно сделать.

*

10 марта, суббота, озаренная ясным и прекрасным небом. Частная старшая школа Момосава провела свою церемонию выпуска без каких-либо проблем. Даже речь, произнесенная представителем третьего курса Шихо, была идеальной. Во время речи нынешнего президента студенческого совета Аяно, которая расплакалась на полпути, многие другие ученики тоже не смогли сдержать слезы.

— Фух, речь Фудзимото-чан была потрясающей.

— Я тоже едва сдержал слезы.

— Здесь почти прорвало дамбу, да.

После официальной церемонии Кейки вернулся в свой класс с одноклассниками, делясь впечатлениями о мероприятии с Мегуми и Шомой. По расположению, Кейки и Шома сидели за одной партой, а Мегуми поставила свою рядом. Пока трое увлеченно хвалили свою общую подругу Аяно, Мао появилась сзади них.

— Кирю, у тебя есть минутка? — спросила она, протянув ему пластиковый пакет. — Вот, держи. Обязательно проверь.

— О, спасибо большое, — Кейки принял пакет.

Он открыл пластиковый пакет, размером подходящий для тетради, и, проверив содержимое, удовлетворенно кивнул.

— Отлично, это идеально.

— Чёрт, скажи мне чуть раньше, если собираешься делать что-то подобное. Мне пришлось заканчивать это дома.

— Извини, я придумал это всего пару дней назад.

— Ну, я успела сделать это вовремя, так что всё в порядке... Что будешь делать теперь? Я собираюсь поговорить с мастером Кохару и с сенпаем Иноокой, а потом пойти в клубную комнату.

— Мне тоже нужно поговорить с другими сенпаями.

— Поняла. Тогда остальное на тебе, Кирю.

— Да. Я ведь сам это придумал.

Когда Кейки закончил разговор с Мао, к ним присоединилась Мегуми.

— Нанджо-чан, если ты идешь в клуб исследования манги, могу я присоединиться? Я тоже хочу с ними поговорить.

— Я не против. Увидимся позже, Кирю.

— Да, позже.

Кейки наблюдал, как они покидают класс.

— Ах да, Онидзука-сан же член клуба исследования манги, да?

— Хотя она не появляется там часто из-за своей работы в студенческом совете.

Принцесса Отаса теперь была вице-президентом студенческого совета. Ее отношения с Наоей развивались гладко, придавая ей странное, но блестящее очарование в последнее время. В то же время члены клуба потеряли мотивацию после того, как их принцесса ушла. Причина, по которой Мао пошла в ним клуб, заключалась в том, что они помогли ей с мангой для журнала ранее.

— Что ты собираешься делать сейчас, Шома?

— Я собираюсь поговорить с сенпаями в своем теннисном клубе, а потом встретиться с Кохару-чан.

— Тогда давай пройдемся вместе немного.

Он положил пластиковый пакет в свою школьную сумку, накинул ее на плечо и вышел из класса вместе с Шомой. Пройдя немного, они быстро заметили, что атмосфера в школе резко изменилась. Школьные дворы были заполнены людьми, третьегодки с бутоньерками на груди разговаривали с кохаями. При таком количестве людей классы третьегодок и здание клуба, должно быть, также переполнены. Среди этой толпы Шома заметил знакомое лицо.

— Ах, это же Митани-кун?

— Ты прав. Это Ринта... Нет, подожди, это Ринко на этот раз.

Сегодня Рин носила форму девочек, что делало ее «Ринко» версией. Упомянутая Ринко сейчас разговаривала с девушкой с каштановыми волосами и бутоньеркой на груди.

— Интересно, кто это? Размер ее груди внушителен.

— Даже целая группа Кохару-чан не сможет соперничать.

Даже издалека было видно, что девушка хорошо сложена. Естественно, она не могла бы соперничать с Саюки, но определенно имела больше, чем Мидзуха. В тот момент, когда они гадали ее размеры, девушка ушла. Они подошли к Ринко, который осталась стоять, и позвали его.

— Привет, Ринко.

— Ах, Кейкун-сенпай, Аки-сенпай!

Парень, переодетый в девушку, обернулся к ним, показывая улыбку, которая была неоправданно милой для мальчика.

— Какое совпадение, что мы встретились здесь, — сказала Ринко.

— Мне итересно, почему ты сейчас переодет в девушку?

— Поскольку сегодня выпускная церемония, я решила надеть свой формальный наряд.

— Ношение юбки — это формальный наряд для тебя?

Хотя он явно был мальчиком, тот факт, что юбка выглядела на нем лучше, чем на большинстве девушек, был совершенно пугающим.

— Ты посетил выпускную церемонию, выглядя вот так, Митани-кун?

— Мой классный руководитель ничего не сказал. Ну, мои одноклассники были все в восторге и говорили: «Слишком мило» и «Я возбуждён, глядя на него» и тому подобное.

— Разве это не большая проблема?

— Полагаю, Мао-чан была бы счастлива это услышать.

Это точно станет отличным материалом для её BL манги. Самое странное, что он совершенно не чувствовал дискомфорта, надев женскую форму.

— Так что ты делал, Ринко? Мы видели, как ты разговаривал с той девушкой.

— Ах, я только что признался ей.

— Хм? Признался? Ты знал ее?

— Нет, это была наша первая встреча. Я даже не знаю ее имени, но ее грудь была такой огромной и красивой.

— Ты признался кому-то, кого даже не знаешь...

Признаваться в любви только из-за размера груди — это было новым дном даже для этого парня. Он действительно походил на инопланетянина с планеты груди, ведь землянин никогда бы не решился на такое.

— Я сразу влюбился в её идеальные груди, поэтому решил признаться в своих страстных чувствах...

— Понятно...

— А она сказала, что я не тот, кто ей нужен.

— Ну, это вполне логично.

Если честно, этот ответ казался слишком добрым для извращенца, который так беспардонно приставал и признавался. Она, должно быть, была мягким человеком.

— Несмотря на это, я не сдался и доказал ей, что я парень. А потом...

— А потом...?

— Она сказала, что подумает над этим, если я буду кастрирован.

— У тебя, похоже, нет никаких шансов, а?

На самом деле, у Ринко практически не осталось шансов добиться успеха, независимо от того, что он делал.

— Я поступил так, как сказал Аки-сенпай, и похвалил её.

— Тем не менее, не стоит ходить и хвалить чужие груди.

Особенно с кем-то, кого ты едва знаешь.

— Почему ты вообще признался девушке, с которой едва встречался? — спросил Кейки.

— Один парень из моего класса сказал, что девушки становятся особенно эмоциональными во время выпускного, поэтому их легче завоевать. Если просто прошептать им что-то милое, они сразу влюбятся. Я заметил девушку с большими грудями, которая пришлась мне по вкусу, и изо всех сил постарался.

— Понятно. Ты, на самом деле, худший человек на свете.

Его действия и попытки были абсолютно бесстыдными и за гранью разумного. Хотя, с другой стороны, для здорового старшеклассника это было почти образцово.

— В таком случае, я продолжу пробовать свою удачу!

— Конечно, удачи тебе, — Кейки проводил Ринко с доброй улыбкой.

По какой-то причине он почувствовал странное желание поддержать единомышленника, любителя больших грудей.

— Эй, Шома, как думаешь, сможет ли он завести девушку?

— Хм... Если он избавится от своей одержимости большими грудями, я уверен, это будет возможно.

— Ринтаро ведь неплохой парень...

У девушек, как правило, есть свои мысли по поводу парня, который увлекается большими формами. Так что в данный момент Кейки сомневался, что, учитывая скрытые мотивы Рина, у него есть хоть какой-то шанс. Пожалуй, ему потребуется несколько лет, чтобы завести девушку.

После этого Кейки попрощался с Шомой и направился к своей первоначальной цели, находившейся на третьем этаже учебного корпуса — в офис студенческого совета. Постучав в дверь, он услышал изнутри слабое «Входите~», и открыл дверь.

— …А? Ничего себе, это Кейки-кун.

— Привет, Такасаки-сенпай.

Его встретила бывший президент студенческого совета Такасаки Шихо. Она стояла рядом с окном.

— Тут только ты, сенпай? Где Фудзимото-сан?

— Аяно-чан, вероятно, сейчас бродит по школе и общается с сенпаями. У нее много связей среди них, как среди бывших членов комитета, так и среди школьного совета.

— Как и полагается президенту студенческого совета, я полагаю.

Даже после завершения церемонии она была так же занята, как и всегда.

— Ты что-то хотел обсудить с Аяно-чан?

— Ах, нет, не совсем…

— Ах, ты пришел признатся мне в любви?

— Ни в коем случае. Почему ты вообще об подумала?

— Я это каждый год вижу, знаешь ли? Кохаи признаются в любви своим сенпаям, поддаваясь настроению выпускной церемонии. Кажется, что это снижает барьеры для признаний, ведь это их последний шанс и всё такое.

— Не знаю, хорошо это или плохо…

Ринко только что признался, так что, возможно, это действительно так.

— Я всегда готова тебя принять.

— Нет. Я просто хотел поздороваться, вот и всё.

Шихо расправила руки в стороны, и это немного смутило Кейки. Однако, увидев его смущенную реакцию, Шихо опустила руки и надула губы.

— Хмф. Как ты можешь не быть довольным такой прекрасной и очаровательной Сестрёнкой?

— Дело не в том, что я недоволен, но у меня уже есть девушка, и ты это знаешь.

— А такой человек, как ты, не должен довольствоваться только этим, а должен стремиться к гарему!

— Я не король гарема, несмотря на то, что думают люди, так что я вполне доволен одной девушкой. На самом деле, я довольно счастлив сложившийся ситуацией… Эхехехе…

— Фу, какое ужасное выражение лица у тебя, Кейки-кун.

— Ой, не обращай на это внимания, — Кейки собрался и взял себя в руки.

Каждый раз, когда он думал о своей милой девушке, у него не получалось удержать улыбку.

— Так, Такасаки-сенпай, поздравляю тебя с окончанием учебы.

— Спасибо. Скоро я стану студенткой университета!

— Университет, да? Я даже не могу это представить.

— Лучше будь осторожен, ладно? Как только ты станешь третьегодкой, не успееш моргнуть, и вот уже выпускной.

— Буду иметь это в виду. — Кейки с благодарностью принял советы сенпая.

Шихо, казалось, была удовлетворена этой реакцией и счастливо улыбнулась.

— Фух, эти три года пролетели как один миг… Так много всего произошло, но самое захватывающее — это время, когда ты был временным членом студенческого совета, наверное?

— Я это до сих пор хорошо помню.

— Инцидент с костюмом девушки-кролика, нецелевое использование бюджета клуба и много других беспорядков.

— И виновником этих проблем всегда был один и тот же человек.

Костюмы девушки-кролика, созданные для соблазнения Кейки, израсходовали слишком много клубного бюджета, и всё это было вызвано бывшим президентом клуба Саюки. В конечном итоге это привело к тому, что Кейки был продан в студенческий совет, чтобы он мог погасить долг.

— Спасибо, что помогли нам тогда.

— Не беспокойся об этом. Студенческий совет наконец-то стал немного более живым благодаря тому, что ты был рядом.

— Я сам получил удовольствие.

— Я тоже… И я никогда не ожидала, что ты окажешься таким замечательным человеком.

— В каком смысле?

— Я знала, что ты популярен среди девушек, но теперь, когда у тебя есть девушка, мне удалось попробовать вкусного настоящего NTR в конце~

— Ах, это ты…

— Особенно на прошлой неделе. Парень, который меня интересует, побывал на горячих источниках со своей девушкой. Мне было так хорошо просто от мысли об этом~

— Подожди, это именно поэтому ты дала мне билеты?!

— Хи-хи, когда я услышала слух о том, что ты остался там на ночь, моё возбуждение не имело границ.

Какой же она тактик! Она шла на многое, чтобы удовлетворить свои причуды. Теперь сложив руки за спиной она подошла к Кейки.

— Эй, Кейки-кун?

— Что на этот раз?

— Знаешь, ты мне на самом деле нравишся.

— А?!!

Она могла быть извращенкой, но она всё равно была красавицей, так что Кейки покраснел, услышав это признание.

— Видишь ли, твоя реакция, и то как ты сразу краснеешь, просто заставляет меня хотеть дразнить тебя, потому что ты такой милый. С тобой никогда не бывает скучно.

— Ах…

Увидев счастливую улыбку Шихо, Кейки понял, что она просто дразнит его.

— Должно быть, всё дело в том, что ты постоянно играешь «честного» человека. Твои реакции так весело наблюдать. Я уверена, что именно поэтому все девушки продолжают тебя дразнить.

— Как тяжело…

Кейки не играл в «честного» человека, потому что ему это нравилось. Так что если это привело к тому, что его окружали извращенцы, он не был этому рад ни на каплю. Кейки почувствовал усталость после всего этого, поэтому решил уйти.

— В любом случае, я закончил прощаться, так что мне пора идти.

— Что? Ты уже уходишь?

— У меня есть другие сенпаи, с которыми нужно поговорить.

— Понимаю… как жаль.

— Тогда... — Кейки развернулся, собираясь покинуть комнату, положив руку на дверную ручку.

— Ах, подожди секунду!

— Что на этот раз?

Кейки остановился и обернулся, увидев, что Шихо улыбается ему совершенно по-другому.

— Спасибо, что пришел. Давай поиграем еще раз как-нибудь.

Наконец-то она высказала свои истинные чувства с искренней улыбкой.

— Я действительно не понимаю, о чем думает Такасаки-сенпай.

Покинув кабинет студенческого совета, Кейки направился в клубный корпус, бормоча себе под нос. Если подумать, она вела себя лицемерно с самого начала. Она увидела потенциал Кейки как короля гарема в клубе каллиграфии и работала из тени, чтобы подпитывать свой NTR-фетиш. Чтобы полностью насладиться желаемым, она также лгала о существовании сталкера. В рождественском инциденте Шихо также действовала из тени. В каком-то смысле, NTR был смыслом её жизни. Она была на совершенно другом уровне по сравнению с садистами и мазохистами, которых знал Кейки. Конечно, только Кейки знал об этой стороне Шихо... Возможно, она чувствовала себя более одинокой, чем кто-либо другой.

Я должен пригласить ее поиграть как-нибудь.

С этими мыслями Кейки направился к клубному корпусу. Здесь было не так людно, как в учебном корпусе, но по коридорам все равно проходило много людей. Здесь Кейки заметил знакомую девушку.

— Кохару-сенпай.

— Ах, Кирю-кун. — Кохару ответила с улыбкой.

Сегодня она не носила свой фирменный худи, а вместо этого облачилась в обычную школьную форму, чтобы была видна бутоньерка.

— Поздравляю с окончанием.

— Большое спасибо.

— Ты уже встретилась с Шомой?

— Нет, еще нет.

— Значит, он все еще в теннисном клубе.

— Скорее всего. Но мы обещали встретиться.

— Как мило.

— Ой, ты называешь нас самой лучшей парой в школе? Не нужно~

— Я этого не говорил.

Она была такой позитивной, что Кейки стало немного лучше.

— В любом случае, я рад, что встретил тебя. Я собирался посетить астрономический клуб, так как всё это время ты заботилась обо мне.

— Мы много говорили, не так ли?

— Да, произошло много всего.

Даже их первая встреча была чем-то необычным. Из-за фотографии, на которой Кейки сунул руку прямо в декольте Саюки, она вызвала его в клуб астрономии, и тогда Кейки увидел фотографии Шомы, висящие на стенах.

— Я думал, что мне конец, когда увидел все эти фотографии Шомы.

— Хе-хе, я была немного одержима, да. — Кохару вспомнила то время и показала ностальгическую улыбку.

— Этот год был таким веселым. С Токихарой-сенпай, Мидзухой-сенпай и всеми из клуба каллиграфии я наслаждалась каждым днем, и у меня даже есть замечательный парень сейчас. Всё это благодаря тебе, Кирю-кун.

— Это потому, что ты так старательно работала, Кохару-сенпай.

— Нет. Без тебя я бы просто смотрела на Шому издалека, и этого бы хватило для нашей связи. Так что, пожалуйста, позволь мне хотя бы поблагодарить тебя. — Она мягко улыбнулась.

— Кохару-сенпай…

Кейки чувствовал, что он должен был благодарить её. Она дала ему так много советов и даже однажды позаботилась о Мидзухе. Будучи девушкой Шомы и человеком, близким к Мидзухе, он, конечно, мог видеть её время от времени. Но даже так, это последнее «Спасибо» оставило Кейки с печалью внутри. Хотя они знали друг друга всего год, Кейки действительно начал ценить её.

— Я рад, что встретил Кохару-сенпай.

— Что?

— Вначале я видел в тебе кого-то страшного, но после общения я понял, как сильно ты заботишься о Шоме. Ты всегда помогала мне и ценила Мидзуху так же, как и я… так что время, проведенное вместе, — это воспоминания, которые я никогда не забуду.

— Кирю-кун…

— Вот почему я буду счастлив, если мы сможем по-прежнему видеться время от времени после твоего выпуска!

— Да, конечно!

Они обменялись рукопожатиями и счастливо улыбнулись друг другу. Это действительно была трогательная сцена, где как сенпай, так и кохай, готовились пустить слезу. Если бы это была телевизионная драма, эта сцена, безусловно, стала бы хитом, а с хорошим фоновым музыкой атмосфера была бы даже... Внезапно за спиной Кейки почувствовал зловещее присутствие.

— Кейки-кун…

— Ах, Саюки-сенпай?

Обернувшись, Кейки встретил знакомую красавицу с черными волосами. Она была с бутоньеркой на груди и смотрела на двоих, нахмурив брови. Она указала на рукопожатие между Кейки и Кохару и заговорила.

— Разве это не должна быть я?

После этого Саюки отвела Кейки в кабинет клуба каллиграфии на втором этаже. Она убрала все свои личные вещи, из-за чего клубный кабинет выглядел гораздо аккуратнее, чем обычно, и теперь сидела на стуле, скрестив ноги с недовольным видом. Она также скрестила руки, что подчеркивало ее грудь. Кейки, с другой стороны, не мог сесть и просто стоял на ногах, подвергаясь допросу.

— Ты и Отори-сан действительно близки, да?

— М-мы?

— Так ты лжешь насчет своей любви к большим грудям? Ты лоликонщик в глубине души?

— Вовсе нет.

— Тогда почему ты оставил меня в одиночестве, разговаривая с Отори-сан? Я удивлялась, почему ты так долго не приходил. Я для тебя настолько не важна?

— Нет, подожди...

Тон Саюки был ужасно жестким. Казалось, что Кейки полностью испортил настроение своей сенпай.

— Поскольку ты так задержался, я бы предположила, что ты, возможно, даже посетил другую девушку перед Отори-сан? Например… Такасаки-сан, может быть?

— Угх…

— Похоже, я попала в точку. — Саюки кивнула сама себе. — Черт побери, я не думала, что ты такой равнодушный кохай. Ты пришел навестить меня последней, только после того как пофлиртовал с другими девушками.

— Я не флиртовал…

— О? Так ты просто хотел меня смутить? Похоже, что я всё это время танцевала под твою дудку. Я знала, что в тебе скрывается жестокий садист.

— Я определенно не садист.

— Ты что-то сказал, Кейки-кун? Ты представлял, как я засовываю свой диплом между грудей, Кейки-кун?

— Я определенно этого не представлял!

— Но ты только что это сделал, правда?

— Да, представил! Эта трубка определенно поместится между этими огромными грудями!

И каков бы это был вид. Это определенно было бы произведением искусства. Воображая это всё, особенно идею быть окружённым её грудями, Кейки чуть не наклонился вперёд, но с трудом удержался.

— Ты игнорируешь меня в такой важный день. Мне кажется, что ты не достаточно проявляешь любви к своему дорогому питомцу, Кейки-кун.

— Кто мой дорогой питомец, еще раз?

Она, возможно, и не была его питомцем, но Кейки всё равно заботился о ней. Как она и сказала, он оставил её одну на некоторое время, и ему стало немного неловко.

— Я не пренебрегал тобой, просто… Я хотел закончить все дела, чтобы потом спокойно поговорить с тобой, Саюки-сенпай…

— Что… — Глаза Саюки заколебались. — Ясно… какой замечательный подход.

Словесная ловкость Кейки мгновенно подняла ей настроение.

— Саюки-сенпай, поздравляю с окончанием учёбы.

— Ох, спасибо. — Саюки подарила ему соблазнительную улыбку. — Но ты ведь закончил учёбу раньше меня.

— Что?

— Потеряв девственность… с Мидзухой-сан.

— Простите!?

Это утверждение было просто ужасным, учитывая ситуацию и настроение.

— Хе, хе. Дразнить тебя действительно весело, Кейки-кун. Хотя я и мазохистка, я не могу удержаться от игры с тобой.

— Не знаю, почему, и это не важно.

— О, кстати, есть кое-что, что я хотела тебе показать.

— Она даже не слушает меня…

Кейки не был уверен, должен ли он радоваться или беспокоиться, тому что у девушки поднялось настроение. Саюки, тем временем, встала и направилась к небольшому татами. Она подняла бумагу для каллиграфии с низкого стола и принесла её Кейки.

— Вот, ты можешь это взять.

— Это…

Кейки принял бумагу, на которой были написаны слова «Будь собой». Буквы были разбросаны, казались не на месте, но в то же время создавали общий баланс, что делало их приятными для взгляда.

— Когда ты это вообще успела сделать?

— Я практиковалась некоторое время, но закончила только сегодня утром. Я пришла в школу пораньше, чтобы успеть. Не хотела, чтобы все видели, как я это делаю, во второй половине дня.

— Да, это имеет смысл.

— В качестве сенпая я хотела оставить после себя результаты своего труда. Что-то крупное, вероятно, бы помешало, так что я сделала его небольшим.

— Большое спасибо. Мы им воспользуемся.

Оно было достаточно маленьким, чтобы повесить его почти где угодно. Стена, вероятно, была бы лучшим местом.

— Но почему «Будь собой»?

— Потому что клуб каллиграфии был тем местом, которому я принадлежала. Правда, мой последний год был самым приятным в моей жизни на данный момент, но это потому, что мне не нужно было скрывать свои пристрастия. Я могла быть тем, кто я есть, и именно это сделало эту комнату такой комфортной.

— Мне кажется, ты была слишком честной с собой.

Место, которое позволяло ей быть собой… Вот почему она чувствовала себя так комфортно в клубе каллиграфии. Причина, по которой здесь собралось множество извращенцев, не была чем-то более чем совпадением, а их связь как родственные души возникла просто из-за инцидента с Золушкой, позволив всем открыто быть собой.

Будь то мазохистска, которая желала стать питомцем, или садистска, которая хотела сделать других мужчин своими рабами, или фудзёси, ценящая любовь между мужчинами, или эксгибиционистка, желающая, чтобы другие видели её нагой… В этой комнате, с этими людьми, им не нужно было ничего скрывать.

Лично я был бы не против, если бы они немного сдерживались…

Позиция Кейки не изменилась с самого начала. Он не хотел снова пробовать на вкус трусики и не хотел видеть себя как материал для BL-манги. Однако он начал принимать даже эти недостатки. Конечно, он не собирался становиться их хозяином или рабом. Однако он также не хотел разрушать дружбу, которую они имели. Даже если их ценности различались, не было необходимости отвергать друг друга. Понимание и сочувствие не всегда важны, если ты заботишься о другом человеке. Так Кейки провёл прошлый год со всеми этими извращенцами.

— Ах да, у меня есть что-то, что я хочу тебе тоже подарить, сенпай.

Кейки положил бумагу на стол и открыл сумку. Он достал пластиковый пакет и предложил его девушке.

— Это от всех нас в клубе каллиграфии.

— Это… коллекция автографов?

— Да. Поскольку мы часть клуба каллиграфии, мы написали их чернилами.

Приняв бумагу, она пробежала по ней глазами. На ней были сообщения от Кейки, Мидзухи, Юики и Мао, все они адресованы Саюки.

— Этот рисунок в центре… это я?

— Да, я попросил Нанджо нарисовать это.

Это был маленький персонаж, смоделированный по образу Токихары Саюки, нарисованный Мао. Он выглядел как что-то из манги, но всё же сохранял её пропорции.

— Я даже держу маленькую кисточку. Это так мило. Как и следовало ожидать от Нанджо-сан.

— Да, она действительно талантлива.

Несмотря на незнакомую тематику, ей удалось идеально это выполнить. После того, как она насладилась рисунком, Саюки проверила сообщения.

— Спасибо большое за последние два года! Пожалуйста, постарайся в университете и в учёбе!

— Спасибо за всё. У Юики груди будут больше чем у Ведьмы-сенпай, так что готовься!

— Появись на одном из моих мероприятий как-нибудь. Я подготовлю для тебя подписанную книгу.

— Проведение времени с тобой в клубе было очень весело. Большое спасибо.

Эти сообщения не были чем-то особенным, но каждое из них шло от сердца, чтобы поблагодарить кого-то важного для них. Они добавили свои имена в конце, но было очевидно, кто написал какое сообщение. Кейки было любопытно увидеть реакцию Саюки, поэтому он взглянул на неё. Она смотрела вниз на бумагу, тихо смахивая слёзы.

— Саюки-сенпай…?

— …Извини, я просто не ожидала этого, поэтому немного удивлена.

— Ничего страшного, но…

Кейки не знал, что делать, но Саюки вытерла слёзы.

— Я рассказывала тебе о сенпаях из клуба каллиграфии, когда я была первогодкой.

— Да, тех, кто всегда баловал тебя.

Саюки рассказала ему о них во время их свидания в парке аттракционов в прошлом году. Устраивая Кейки подушку для колен, Саюки поведала истории о сенпаях, которые уже закончили учебу. В то время Саюки была единственным кохаем, поэтому они действительно баловали её и постоянно гладили по голове, делая их похожими на добрых и нежных людей.

— Когда они выпускались, все они подарили мне одну и ту же вещь — бумагу, полную сообщений и рисунков для меня.

— Понятно.

— Я также подготовила что-то похожее для них, но поскольку я была единственным кохаем, это было просто что-то вроде автографа… И даже так они были действительно счастливы.

— Они, похоже, отличные люди.

— Ты прав. И я только что вспомнила о том времени.

— А, вот почему…

Услышав причину её слёз, Кейки почувствовал облегчение. По крайней мере, она не плакала от горя.

— Я действительно благословлена. Меня любят как сенпаи, так и кохаи… и даже нашла замечательного хозяина в лице Кейки-куна прямо в самом конце.

— Пожалуйста, не придумывай фальшивую реальность.

— Да ладно, это всего лишь лёгкая шутка, — Саюки надула губы с недовольным тоном.

Однако она сразу же улыбнулась, нежно обняв бумагу.

— Спасибо, Кейки-кун. Я… действительно счастлива.

Это была ослепительная улыбка, ярче солнца, проникающего в комнату. Эта улыбка согрела сердце Кейки. Он решил не плакать, но чувствовал, как слёзы подступают.

— …Я хотел поговорить с тобой подольше, сенпай.

— Да…

— Я хотел остаться в одном клубе немного дольше.

— Да…

— Мне очень грустно, что ты сегодня выпускаешься.

— Кейки-кун…

Кейки признался во всех чувствах, накопившихся у него в груди. Он планировал проводить её с улыбкой, но не смог контролировать свои эмоции.

— Мне приятно слышать, что ты так думаешь, Кейки-кун.

— Саюки-сенпай…

— Ну, я всё равно буду время от времени появляться в качестве специального наставника клуба каллиграфии.

— ……Что?

На мгновение показалось, что время остановилось. Этот неожиданный поворот оставил Кейки в замешательстве.

— Ха? Что? Подожди, специальный наставник?

— Ой, я разве не говорила тебе? Я уже получила разрешение от Окиты-сенсея время от времени появляться в клубной комнате.

— Я впервые слышу об этом?!

Специальный наставник? Кейки даже не знал, что такая должность существует. Хотя, с другой стороны, не редкость, что сенпаи заглядывают в свои старые клубы в качестве тренеров.

— Что за…?

Кейки почувствовал, как вся сила покинула его тело, и он прислонился к столу. Ментально он был слишком истощён, чтобы думать о чём-либо.

— Хе-хе, ты так грустил из-за моего выпуска, Кейки-кун? Ты чуть не заплакал, верно? Ох, какой ты милый мальчик~

— Ах ты… Я чувствую себя преданным и раздражённым… — пробормотал Кейки, когда Саюки коснулась его щёки своим пальцем. — У меня есть целая куча вещей, которые я хочу сказать, но для начала, пожалуйста, верни мне мои слёзы.

— Хехе, нет, спасибо. Я запру их в своём сердце, чтобы никогда не забыть о них.

— ……

Причина, по которой Кейки не мог произнести ни слова, заключалась в том, что улыбка Саюки была такой красивой, что он на мгновение был очарован.

Чёрт возьми, она действительно может быть милой, если условия совпадут…

Как и следовало ожидать от его первой любви. Эта улыбка заставляла его влюбляться снова.

— Ну, раз так, ничего не изменится, даже если я выпущусь. В наше время я всегда могу связаться с тобой, и если ты позовёшь меня, я прибегу без лишних колебаний, точно как твой милый питомец.

— Тебе действительно нужно было добавить эту последнюю часть?

Оставив в стороне часть о том, что она будет его питомцем, Кейки почувствовал облегчение, услышав, как Саюки это сказала. Теперь не было необходимости грустить, даже если она выпускалась. Как она и сказала, он всегда мог связаться с ней и встретиться с ней когда угодно.

— Надеюсь, мы сможем провести ещё один клубный лагерь в этом году.

— Ты права.

— Я постараюсь принести немного конфет с виски.

— Пожалуйста, не надо.

Во время поездки к морю все девушки напились, потому что у них была слабая стойкость к алкоголю, и начали снимать с себе одежду в безумном порыве. Кейки не хотел переживать этот кошмар снова. Но, как будто в подтверждение слов, в клубную комнату вошли другие члены клуба.

— Привет, мы пришли~

— Здравствуйте!

— Эй, вы двое.

Мао, Мидзуха и Юика вошли в комнату. Первой, кто заметила, что с этими двумя что-то не так, была Мао.

— Хм? Почему вы двое просто так стоите?

— Слушай, Нанджо-сан! Кейки-кун, оказывается, не знал, что я буду специальным наставником клуба, и так расстроился, что я выпускаюсь, что начал плакать!

— Саюки-сенпай?! Зачем ты ей это говоришь?!

Несмотря на то что она сама плакала…

— Ох, правда, Кирю плакал?

— Никто не сказал Братику о специальном наставнике?

— Нет, никто. И я не плакал, — повторил Кейки.

Его глаза были красными, так что это, вероятно, было очевидно, но гордость как мужчины не позволяла ему быть честным. Но его интересовало кое-что другое.

— Юика-чан, почему ты стоишь так далеко от меня?

— Это, должно быть, твоё воображение, Кейки-сенпай, — сказала она, но это, вероятно, было не так.

Несмотря на то что все трое вошли в клубную комнату одновременно, она стояла дальше всех от него.

Наверное, она все-таки избегает меня…

Причина этого, должно быть, была в собрании девушек, но он не мог с этим ничего поделать. Теперь, когда церемония выпуска закончилась, все члены клуба собрались в клубной комнате, и оставалось только одно.

— Теперь, когда мы все здесь, давайте сделаем памятное фото!

Новый президент клуба, Кейки, предложил эту идею.

— Мы вовремя! Оставьте фотосъёмку нам!

— Похоже, мы всё же успели вовремя.

— Э, Окита-сенсей? Тачибана-сенсей?

Вдруг в клубную комнату вошли две учительницы. Одна из них была учительница Окита, выступавшая в роли руководителя клуба каллиграфии, а другая — медсестра Тачибана, красотка из медпункта. Обе держали камеры.

— Вы будете нас фотографировать?

— Да, наша школа отправит альбомы выпускников через несколько дней после церемонии, поэтому мы обходим различные клубы, чтобы сделать фотографии.

— Я просто ассистентка учительницы Окиты, — сказала медсестра Тачибана, но группа была благодарна за приход двух фотографов.

Это было гораздо лучше, чем постоянно полагаться на смартфон Кейки.

— Ладно, тогда собирайтесь и выстраивайтесь, ребята! Давайте сделаем это фото!

— “““““Хорошо!”””””

Все послушались приказов учительницы Окиты и начали собираться вместе. Чтобы создать необходимую атмосферу, они сняли свои тапочки и перешли на татами. Это было идеальное место для группового фото.

— Давай, Ведьма-сенпай, тебе нужно быть в центре.

— Поняла.

— Тогда я встану рядом с сенпай, — заметила Мидзуха.

— С нами и Нанджо сзади, да?

— Хорошо~

Позиции пятерых определились быстро. Саюки сидела в центре, слева от нее была Юика, справа — Мидзуха, все они сидели на коленях, а Мао и Кейки стояли позади них. Среди этой группы Кейки встал за своей младшей сестрой.

— Саюки-сенпай, не хочешь подержать это пока?

— Ты прав, давай так и сделаем.

Кейки передал Саюки каллиграфическую бумагу с надписью «Будь собой». Она подняла ее, а также свой сувенир, полученный от своих кохаев, чтобы камера могла это уловить.

— Ладно, время делать снимок!

— Убедитесь, что все улыбаются!

Учительница Окита направила на них камеру, а учительница Тачибана добавила свой комментарий. В это время сенпай с черными волосами подтянула всех к себе, и все удивленно, но с улыбками смотрели в объектив.

— Ну что, скажите «сыр»!

Звук затвора камеры раздался в комнате. Наверняка, никто из них никогда не забудет этот момент до конца своих дней. Они выглядели как совершенно обычная группа членов клуба. Даже если девушки были извращенцами разной степени, они принимали друг друга и ладили. И это одно фото вышло настолько идеальным, что не было нужды его переснимать.

*

Выходные прошли, и вскоре наступил обеденный перерыв в следующий понедельник. Трое членов клуба «Мальчики в плавках» собрались в пустом классе. После обеда Шома позвал ребят вместе, только чтобы обнаружить, что Ринтаро уткнулся головой в руки, распластавшись на столе. Кейки прищурил один глаз и позвал своего друга.

— Что здесь происходит, Шома?

— Он сказал, что рискнул и признался Токихаре-сенпай в день церемонии выпуска, но его отвергли на раз-два.

— Чего?!!

Разговор резко изменил направление. Увидев своего кохая, поверженного на столе, Кейки осторожно обратился к нему.

— Ринтаро... ты признался Саюки-сенпай?

— Да, ну... Я решил попытать удачи...

— Ты так сильно хотел девушку с большими грудями?

Невозможно было поверить, что он даже пошел на такое с Саюки-сенпай. Но, должно быть, ему было очень больно, когда его отвергали снова и снова.

— …Чего? Что вы здесь делаете?

— Ах, Нагасе-сан.

Когда он повернулся к голосу, который звал их, там стояла Айри. Она случайно проходила мимо, и её бежевые двойные хвостики покачивались, когда она вошла в комнату.

— Вы трое. Вы не собираетесь разрабатывать какой-то странный план в плавательных трусах?

— Больше никогда, не переживай.

Тогда с ними было что-то не так.

— Кстати, почему Митани выглядит как шарик, потерявший весь воздух?

— Ахх... Он признался Саюки-сенпай, но его отвергли.

— Ну и дела... — Айри выглядела так, будто ей было все равно.

Она, вероятно, сожалела, что вообще спросила.

— Просто из любопытства, как ты признался ей?

— Я сказал, что влюбился в её улыбку, и хотел бы с ней встречаться...

— …Чего? Это... на самом деле довольно нормально?

— Ты права. Зная Митани-куна, я думал, он скажет что-то о её груди.

— Я не думаю, что сделал что-то плохое в этот раз...

Трое были немного запутаны этим фактом.

— И что сказала Саюки-сенпай, когда отвергла тебя?

— Что ей было некомфортно, когда я смотрел на её грудь всё это время, пока признавался...

— Так ты смотрел на неё?

— Конечно, она бы тебя отвергла.

— Ужас. Ты самый худший, Митани...

В одно мгновение их оценка Ринтаро упала до рекордно низкого уровня. Айри тоже смотрела на него с ледяным взглядом.

— Угх... Я ведь с планеты грудей, в конце концов... Девушки на Земле — это существа, которые не обращают на меня внимания...

— О нет, он действительно начинает хандрить.

— Потому что его отвергли не в первый раз.

— Чёрт, ты никогда не меняешься, Митани... — К их удивлению, Айри подошла к Митани, обратившись к нему мягким голосом. — Слушай, Митани. Ты, может быть, действительно худший из людей, но я думаю, что это достойно уважения, что ты оставался верным своим желаниям, когда признавался, знаешь? Я точно не смогла бы на это решиться...

На секунду казалось, что она взглянула на Кейки, но прежде чем он успел задать вопрос, она снова обратилась к Рину.

— Вот почему тебе стоит сдаться и двигаться дальше. Найди идеальную девушку с огромной грудью.

— Нагасе-сан... — Ринтаро медленно поднял голову, смотря на стоящую перед ним девушку. — ...Ты такая добрая.

— Чего?

— Я, возможно, люблю Нагасе-сан...

— Чего?!

— Не хочешь ли ты выйти за меня замуж?

— Хууууу?!! — Лицо Айри стало ярко-красным, не в силах справиться с неожиданным признанием.

Вместо того чтобы смущаться, она, казалось, не могла следовать за событиями.

— П-подожди?! Ты любишь девушек с большими грудями, верно? Я не такая большая, знаешь!

— Мне больше не важно... Я хочу жениться на Нагасе-сан...!

— Ух, Митани?! Что ты говоришь?!

— Чёрт, это неожиданно.

— Митани-кун легко влюбляется в других, да?

— Эй, вы двое! Почему вы просто спокойно анализируете ситуацию?! Помогите мне!

На самом деле, Ринтаро начал цепляться за Айри, его зрачки превратились в сердечки. Конечно, так как девушка всё еще не могла забыть о своей ненависти к мужчинам, это было настоящим испытанием. Она взглянула на Кейки и Шому с просьбой о помощи, и они помогли разделить их. Айри была ярко-красной, кипящей от злости, но Ринтаро не собирался сдаваться, несмотря на это. Хотя им было жаль Айри, они также немного наслаждались ситуацией. Теперь у них были не только драгоценные сенпаи, которые ушли, но и кохаи, о которых им нужно было заботиться, унаследовав эту роль от Саюки, Кохару и Шихо.

Конечно, Ринтаро снова был отвергнут Айри. После того как он услышал холодное и резкое «Ни за что я не буду с тобой встречаться», сердце Митани Рина снова разбили.