— Что это?

— Мы в самом разгаре диттера!

Когда я уже было задумалась, не перепутали ли новоприбывшие тренировочную площадку, в нашу сторону полетели магические инструменты. Нас явно атаковали. Рыцари-ученики подняли над головами щиты, созданные с помощью гетайльта, готовясь обороняться.

Ворвавшиеся не принадлежали к одному герцогству: я видела оранжевые и тёмно-фиолетовые плащи. К тому же все были в доспехах и с оружием.

— Святая Эренфеста принадлежит победителю! Не позволим Дункельфельгеру завладеть ею!

— Как вы смеете вмешиваться! — взревел Лестилаут, разъярённый тем, что наш диттер прервали.

Рыцари-ученики Дункельфельгера, пылая от гнева и с оружием наготове, тут же устремили ездовых зверей вверх.

— Вы забыли, что предыдущий союз средних и малых герцогств так и не смог ничего нам противопоставить?!

Атаки с неба обрушивались одна за другой, однако я не представляла, о чём думали нападавшие, и насколько хорошо они подготовились. Не могла сказать я и что-либо насчёт того, сможет ли Дункельфельгер быстро их разгромить и вернуться к диттеру.

— Эренфест, возвращайтесь под щит! И возьмите с собой раненых!

«В первую очередь, лечение».

В сражении с Дункельфельгером наши рыцари-ученики получили ранения, некоторые даже упали без сознания. Исцелить их было важнее, чем драться с нападавшими. К тому же в нашем состоянии мы всё равно не смогли бы дать нормальный бой.

Все, кто могли двигаться самостоятельно, откликнулись на мой призыв. Даже те, кто имели незначительные травмы, помогли собрать раненых и вернулись с ними под щит Шуцерии. Принесли и Юдит, всё ещё связанную полосами света рыцарей-учеников Дункельфельгера. Такие путы могли перерезать только те, кто обладали большей магической силой, чем набросивший их. Я тут же с помощью «меса» создала нож и перерезала полосы света, освобождая Юдит.

— Мне очень жаль. Я…

— Оставь извинения на потом, — прервала я Юдит. — Сейчас, пожалуйста, поторопись и проверь, не остались ли ещё раненые.

Её, казалось бы, потухшие фиолетовые глаза снова засияли решимостью. С коротким: «Есть!» — она взмахнула плащом и умчалась.

Вскоре Вильфрид вернулся вместе с Ханнелорой.

— Розмайн, можем ли мы укрыть здесь и госпожу Ханнелору? Её бросили в лагере совсем одну.

— Госпожа Ханнелора, пожалуйста, скорее входите. О чём только думали ваши рыцари сопровождения, оставляя кандидата в аубы одну?! Ваша безопасность явно важнее, чем борьба с незваными гостями.

Я сердито посмотрела на синие плащи, собирающиеся в небе, где одна за другой обрушивались магические атаки, и пропустила Вильфрида с Ханнелорой внутрь.

— В таких обстоятельствах диттер придётся начать заново. Мы не можем продолжать, — сказал Вильфрид.

— Полагаю, Дункельфельгер прогонит вторгшихся и захочет возобновить диттер, но вот мы уже вряд ли соберёмся с силами. Мы использовали бо́льшую часть магических инструментов и выпили слишком много лекарств восстановления, — отметила я и воспользовалась заклинанием «Штрейтколбен», чтобы превратить штап в посох Фрютрены. — Да будет даровано исцеление Лонгшмер.

Стоило мне исцелить всех, кто находился под щитом, как вверх ударил столб зелёного света. Для участвовавших в диттере рыцарей-учеников Дункельфельгера и Эренфеста подобные столбы уже стали чем-то обыденным, но вот наши незваные гости в небе явно удивились такому зрелищу.

Оценив ситуацию с холодной головой, я огляделась, отмечая, как обстоят дела у рыцарей-учеников под щитом. Между тем Брюнхильда пришла в себя после обморока. Поднявшись, она чуть поморщилась, заметив грязь и траву, прилипшие к волосам, после чего поспешила привести себя в порядок вашеном.

«Вот оно что… Дворяне не отряхиваются руками, а используют вашен…»

Несколько секунд, и Брюнхильда снова стала чистой, словно ничего и не случилось. Она держалась с таким достоинством, что трудно было поверить, что у нас, вообще-то, рядом бушует битва. В то же время я смогла чётко ощутить, что значит «шарм истинной дворянки». Выходило, мне основательно не хватало элегантности.

Пока я размышляла над этим, мир перед глазами мигнул.

— А-а?

Это продлилось лишь краткое мгновение, но сигнал был ясен: тело начало протестовать против такого обращения. Времени осталось мало. Следовало закончить сражение как можно скорее. Я окинула взглядом рыцарей учеников. Исцеление Лонгшмер залечило их раны, но вот магическая сила ещё не восстановилась.

— Пожалуйста, воспользуйтесь лекарствами восстановления. Затем проверьте, сколько магических инструментов и лекарств осталось…

Пока я раздавала указания, со стороны зрительских мест послышались громкие крики: «Опасно!», а затем: «А-а-а-а!» Я тут же обернулась и увидела, как падает лишившийся ездового зверя рыцарь-ученик Дункельфельгера. С глухим стуком он ударился о землю и больше не двигался.

— Я отправляюсь ему помочь! Эскорт!

Юдит, увидев, как я коснулась магического камня пандочки, тут же превратила штап в щит. Леонора создала ездового зверя и, оседлав его, огляделась. Затем она принялась отчитывать остальных рыцарей сопровождения, слишком ошарашенных происходящим, чтобы двигаться.

— Матиас, Лауренц! Не витайте в облаках!

Я забралась в пандочку и направилась к потерявшему сознание рыцарю-ученику. В идеале я хотела бы занести его под щит. Однако пусть доспехи из магического камня и защищали от ударов, падение с большой высоты — это серьёзно. Весьма вероятно, рыцарь-ученик ударился головой, а потому было бы опасно бездумно перемещать его.

— Госпожа Розмайн, вы готовы рисковать своей безопасностью, чтобы помочь студенту Дункельфельгера?!

— Конечно! Передо мной раненый, и у меня есть силы, чтобы исцелить его!

Добравшись, я выбралась из пандочки, и мои рыцари сопровождения прикрыли меня щитами. Затем я воспользовалась кольцом, чтобы использовать «исцеление Лонгшмер». Когда на рыцаря-ученика упал маленький шарик зелёного света, до меня донеслось бормотание Лауренца: «Кто-нибудь, скажите, что мне это просто кажется».

Подняв взгляд, я обнаружила, что не только Лауренц, но и все мои рыцари сопровождения уставились вверх. Я пригляделась, желая понять, в чём дело, и увидела взлетающих ездовых зверей. Студенты Дункельфельгера, пришедшие посмотреть диттер, один за другим присоединялись к сражению.

— Да вы издеваетесь… — проговорил Матиас. — Эти ребята из Дункельфельгера, конечно, могут постоять за себя, но если студенты на зрительских местах полезут в битву…

Матиас так и не успел закончить своё пугающее предостережение: магические атаки, лившиеся с неба на арену, устремились и к зрительским местам.

— Не вмешивайте их в сражение! — закричала я.

В отличие от Дункельфельгера, где даже служащие и слуги имели боевую подготовку, а потому все зрители уже подняли щиты, в Эренфесте студенты не отличались особой боеспособностью. Да и кто у нас остался: измученные служащие-ученики, из которых Хартмут выжал всё, заставляя создавать магические инструменты; слуги-ученики, пусть и способные создать щиты, но не имеющие ни боевой подготовки, ни твёрдости духа, чтобы не растеряться и суметь защитить себя; юные рыцари-ученики, пусть и способные сражаться, но не настолько, чтобы участвовать в диттере; и, наконец, Шарлотта, наш третий кандидат в аубы.

— Шарлотта!

Стоило мне закричать, как из-под щита Шуцерии донеслись приказы Вильфрида, подгоняющего остальных.

— Все оправившиеся рыцари-ученики, выдвигайтесь на защиту зрителей Эренфеста! Приведите их сюда! Те, кто ещё не восстановились, оставайтесь здесь и охраняйте лагерь!

— Есть!

Рыцари-ученики, которые успели прийти в себя, бросились к зрительским местам. Если бы зрители укрылись под щитом Шуцерии, а заодно и подняли свои щиты, обеспечить всем безопасность стало бы гораздо проще. «Всё будет хорошо», — убеждала я себя, сосредоточившись на лечении раненого передо мной.

— А... я…

Стоило рыцарю-ученику Дункельфельгера прийти в себя, как он тут же вскочил на ноги. Я вздрогнула от неожиданности, а затем потянула его за плащ.

— Вы были без сознания. Пожалуйста, отдохните немного.

— Нет. Ваше святое исцеление залечило мои раны. Теперь со мной всё в порядке. От всего сердца благодарю вас, — рыцарь-ученик преклонил колено в знак признательности, после чего вновь взмыл в небо.

Меня, конечно, радовало, что ему стало лучше, но, с другой стороны, я чувствовала себя какой-то… обманутой. Словно и не имелось никакой необходимости поспешно выпрыгивать из-под безопасного щита, чтобы вылечить этого парня.

Когда я смотрела, как он улетает на ездовом звере, мир перед моими глазами снова мигнул. На несколько секунд всё потеряло цвет, став чёрно-белым. Вероятно, причина крылась в использовании двух лекарств восстановления подряд и постоянной растрате магической силы.

— Госпожа Розмайн, вы выглядите не очень хорошо. Давайте вернёмся под щит. Пожалуйста, сядьте на моего ездового зверя, — встревоженная Леонора подобрала меня, и мы направились к щиту Шуцерии. — Госпожа, хотите выпить лекарство восстановления?

— Я уже выпила слишком много.

Леонора прижала меня чуть крепче. Я не могла просто бросить всё и вернуться в общежитие. Шарлотту и остальных вели в наш лагерь. Безопасность всех некомбатантов зависела от щита Шуцерии.

***

По возвращении я обнаружила, что Вильфрид всеми силами пытается остановить схватку в небе.

— Госпожа Ханнелора, в текущих условиях о продолжении диттера можно забыть. Что вы думаете о том, чтобы успокоить всеобщий пыл ритуалом Богини Морей? — спросил он.

— Да, это будет лучше всего. Диттер всё равно уже закончен, — ответила Ханнелора, печально глядя в небо.

— В таком случае, пока вы проводите ритуал, мы создадим масштабный вашен, чтобы гарантировать, что никакие атаки вам не помешают. Исидор, Брюнхильда, ваша магическая сила восстановилась, не так ли?

Вильфрид велел Исидору подготовить магический инструмент для крупномасштабной магии, а затем оглядел рыцарей-учеников, остававшихся за щитом, явно ища тех, кому мог бы доверить охрану Ханнелоры.

В следующий момент раздался громкий металлический лязг.

— И-и-и! — взвизгнула я.

— Ох?! — удивился Вильфрид.

В отличие от нас, окружающие рыцари-ученики выпрямились и устремили взгляды вверх, на Руфена. Даже те, что сражались на ездовых зверях в небе, немедленно прекратили атаковать и сели ровнее.

— Внимание! — прогремел голос Руфена. — Почему рыцарский орден Центра находится в дворянской академии?! И почему вы вмешиваетесь в диттер?! Никто из нас не приглашал вас, и через ордоннанц я подтвердил, что от королевской семьи приказов также не поступало!

Гневный голос Руфена эхом разносился по тренировочной площадке. Присмотревшись, я, и правда, обнаружила, что среди разноцветных плащей есть и несколько чёрных. Мне казалось, что вмешательство герцогств в наш с Дункельфельгером диттер было довольно безрассудным шагом, но, видимо, их поддерживал рыцарский орден Центра.

— Королевская семья обеспокоена, что святую Эренфеста может забрать Дункельфельгер. Наш долг как рыцарей — развеять тревоги королевской семьи! — громко заявили рыцари в чёрных плащах.

Представители средних и малых герцогств тут же поддержали их:

— Это то, чего желает королевская семья.

— Если мы победим, то получим святую Эренфеста.

Руфен даже опешил от подобных доводов рыцарей Центра, считавших, что правда на их стороне, и поведения явно подстрекаемых рыцарей-учеников.

— И поэтому вы решили действовать без королевского приказа?! Как ни посмотри, разве это не ненормально?!

— Рыцарский орден Центра служит зенту! Мы те, кто развеивает тревоги зента! Те, кто повергает врагов зента! Мы сразим всех, кто встанет на нашем пути!

Один из рыцарей тут же бросился на Руфена. Нападение на учителя дворянской академии – того, кто также перешёл в Центр и носил чёрный плащ – ошеломило всех. Руфен единственный сохранял спокойствие. Он быстро уклонился от атаки, а затем окинул взглядом рыцарей-учеников в разноцветных плащах. Продолжая сражаться с рыцарем Центра, он прокричал:

— Немедленно отступайте! Я подтвердил, что король не отдавал приказа! Если вы поддержите рыцарей Центра, зная об этом, за вас уже никто не заступится! Улетайте, пока не прибыла королевская семья!

Незваные гости не действовали от имени королевской семьи, и когда Руфен ясно дал понять, что за такое их могут наказать, рыцари-ученики из средних и малых герцогств разбежались, словно паучата. Небо мигом очистилось, оставив только троих рыцарей Центра в чёрных плащах и рыцарей-учеников Дункельфельгера в синих.

— Прерывать диттер без королевского приказа — возмутительно! — выкрикнул Лестилаут. — Свяжите их! Пусть они предстанут перед зентом!

Рыцари-ученики Дункельфельгера немедленно вступили в бой, стремясь захватить рыцарей Центра. Однако тех не просто так перевели в рыцарский орден Центра. Они были элитой с признанными достижениями. Рыцари-ученики Дункельфельгера, сколь бы ни было подковано их герцогство в бою, оставались учениками и не могли сравниться с рыцарями Центра.

К тому же, чтобы захватить рыцаря, потребовалось бы обладать большей магической силой, чем противник. Единственным, кто мог это сделать, был Лестилаут, кандидат в аубы, приближавшийся к совершеннолетию. Дождавшись, пока Руфен и несколько рыцарей-учеников загонят одного из рыцарей Центра в угол, Лестилаут быстро связал того полосами света.

— Госпожа Розмайн, не могли бы вы помочь и связать их? — спросила Ханнелора.

— К сожалению, я не смогу этого сделать, если не подойду ближе, но сейчас я отдаю все силы на поддержание щита Шуцерии.

Даже если на меня возлагали ожидания, мои возможности не были безграничны. Если бы я чувствовала себя хорошо, то помогла бы, но в данный момент я с удовольствием передала бы даже задачу поддержания щита кому-нибудь другому. Меня начинало тошнить. Честно говоря, я не хотела продолжать использовать магическую силу.

И пока я, размышляя над своим положением, наблюдала за происходящим в небе, появились ещё чёрные плащи. Они двигались в идеальном строю, указывая, что это, определённо, рыцарский орден Центра. Я инстинктивно напряглась, опасаясь, что прибыло вражеское подкрепление.

Внезапно от всё увеличивающейся группы чёрных плащей донёсся голос Анастасия:

— Я поспешил сюда, как только получил ордоннанц от Руфена. Что здесь вообще происходит?!

Похоже, вторгшиеся, и правда, действовали без приказа королевской семьи. Анастасий тут же связал двух оставшихся рыцарей Центра полосами света. Как и следовало ожидать от члена королевской семьи, магической силы ему было не занимать.

— Я хочу услышать объяснения. Кандидаты в аубы Дункельфельгера и Эренфеста, их последователи и смотрители общежитийя, останьтесь! Все остальные — вон!

Я бы предпочла, чтобы он перенёс разговор на другой день, но, видимо, получив срочный ордоннанц от Руфена, Анастасий намеревался немедленно допросить всех присутствовавших.

С прибытием Анастасия битва в небе мгновенно завершилась, отчего я, наконец, смогла вздохнуть с облегчением. Но стоило мне расслабиться, как на меня резко обрушилась усталость. Я убрала щит Шуцерии, чтобы больше не расходовать магическую силу, но после этого тошнота только усилилась.

«Будет нехорошо упасть в обморок перед королевской семьёй, да? И что мне делать?» — задумалась я.

— Юная леди! — выкрикнула Рихарда.

Она спустилась со зрительских мест вместе с Шарлоттой и остальными. Увидев в каком я состоянии, она широко распахнула глаза и подбежала ко мне.

— Вы такая бледная! Вам нужно немедленно вернуться в общежитие. Оставьте разговор с принцем юному господину Вильфриду и юной леди Шарлотте.

— Как одной из причастных, принц Анастасий велел мне остаться. Мы не можем идти против приказа королевской семьи.

В ответ на моё возражение Рихарда строго покачала головой.

— Было бы ещё хуже допустить столь грубую ошибку, как потерять сознание перед принцем. Давайте объясним причины и вернёмся.

По её настоянию я спросила Анастасия, могу ли я вернуться в общежитие. Взглянув на меня, он скривился, словно вспомнил что-то неприятное, а затем махнул рукой, прогоняя меня.

— По твоему лицу видно, что ты нездорова. Поспеши в общежитие.

— Благодарю вас, принц Анастасий, — ответила я, опускаясь на колени и сдерживая подступающую тошноту. — Ваша внимательность делает мне…

Раздражённый Анастасий прервал меня:

— Уведите её уже!

Рихарда тут же подхватила меня на руки.

— Леонора и Матиас, как наблюдавшие за сражением, Брюнхильда, как всё время остававшаяся со мной под щитом, и Родерих, как наблюдатель со зрительских мест, поговорите с принцем Анастасием от моего имени… — приказала я, пока меня уносили с арены.

Через плечо Рихарды я видела ошеломлённое лицо Анастасия.

***

По возвращении в общежитие, Рихарда принялась меня ругать.

— Я всё видела сверху. Вы выпили больше лекарств восстановления, чем полагается, не так ли? Юная леди, я понимаю, что вы не могли позволить себе проиграть, но вы не должны равняться на рыцарей-учеников, которые могут рассчитывать как на ваше исцеление, так и на лекарства восстановления. Господин Фердинанд строго ограничил вас в том, сколько лекарств вы можете выпить. И вы не в силах исцелить саму себя. Поэтому, пожалуйста, уделяйте больше внимания своему здоровью.

Рыцарям-ученикам для восстановления хватало и слабых лекарств, которые можно было использовать в любом количестве, но я могла полагаться лишь на лекарства Фердинанда. Вдобавок мне становилось плохо, если я выпивала больше определённой нормы, а потому мне требовалось придерживаться строгих ограничений.

— Учитывая, что ваше состояние, по всей видимости, вызвано употреблением слишком большого количества лекарств, мы не можем позволить вам принимать ещё. Всё, что вам остаётся, юная леди, — это отдыхать в постели, пока вам не станет лучше.

Рихарда и Лизелетта быстро переодели меня и уложили в постель. Я закрыла глаза и наконец смогла расслабиться.