— Этого достаточно, — сказал Анастасий.

Послышался всплеск, когда он вытащил из чаши сеть с магическими камнями. Прежде прозрачные большие и маленькие магические камни окрасились в красный — цвет жидкости в чаше. Продемонстрировав всем, что камни изменили цвет, впитав магическую силу, Анастасий заявил:

— Мы намерены использовать собранную в ходе этого ритуала магическую силу, чтобы напитать ею Юргеншмидт.

— Выражаю искреннюю благодарность каждому из вас, — произнёс король.

Услышав слова благодарности от самого короля, студенты с гордостью улыбнулись. Некоторые из них упали в обморок перед королевской семьёй, потратив во время ритуала слишком много магической силы. Отчасти, чтобы извиниться перед ними и поблагодарить их за усилия, я решила раскрыть кое-какую информацию:

— То, что я сейчас скажу, будет обнародовано во время состязания герцогств, однако я хочу поделиться основной информацией с вами прямо сейчас. Наши исследования показали, что проще всего получить божественную защиту, молясь при восполнении Основания, а также до и после занятий, требующих всей силы, таких как смешивания или тренировки. Также, похоже, полезно молиться, наполняя магической силой амулет, с выгравированным на его магическом камне символом бога, защиту которого вы хотите получить.

Я перевела взгляд на Ханнелору. Она улыбнулась и показала висящий на запястье амулет Дрефангуа. Очевидно, его ей сделала кто-то из её слуг.

Служащие-ученики не имели возможности молиться при восполнении магического Основания, как кандидаты в аубы, а потому встретили новость с горящими глазами.

— В таком случае мы можем молиться, не посещая храм?

Я бы очень хотела, чтобы остальные изменили мнение о храме, но сначала всё же требовалось, чтобы они привыкли к молитвам. Если дети научатся получать обильную божественную защиту, то, взрослые, возможно, начнут более благосклонно относиться к храму.

— Вы сказали, что через молитвы можно обрести больше божественной защиты, но я уже провёл ритуал. Молитвы мне уже не помогут, — сказал Ортвин.

Большинство участников, как и Ортвин, уже провели ритуал. В результате их предвкушение сменилось унынием.

Им ответил король. Он медленно поднял руку, привлекая всеобщее внимание, а затем спокойным голосом произнёс:

— В таком случае, как насчёт того, чтобы дать участникам право повторить ритуал получения божественной защиты после выпускной церемонии. Это также позволит нам подтвердить эффективность исследований Дункельфельгера и Эренфеста.

Лица всех просияли. У Ортвина тоже загорелись глаза. Многим студентам до выпуска оставалось ещё несколько лет. Я не сомневалась, что если они будут усердно молиться, то немало из них получат новую божественную защиту.

— До окончания учебного года осталось не так долго, так что выпускники в невыгодном положении, — отметила я. — Однако, должна сказать, ауб Эренфест всего за год молитв получил покровительство богини сватовства Либесхильфе и бога испытаний Глюклитата, после чего обрёл желанную первую жену из герцогства выше рангом. Я призываю вас возносить молитвы и жертвовать богам магическую силу, стремясь к достижению своих целей.

Рассказав о полученной Сильвестром божественной защите, я тихонько усмехнулась. Я надеялась, это поможет остальным увидеть его в лучшем свете.

«Несмотря на кучу просчётов, всё закончилось благополучно. Я так рада».

Наблюдая, как участники с довольными лицами покидают Сокровенный зал, я несколько раз сжала и разжала кулак, чтобы убедиться, что моя магическая сила успокоилась. Наконец, я с облегчением похлопала себя по груди.

***

После того как студенты покинули зал, вошли студенты Эренфеста и Дункельфельгера, чтобы навести порядок. Пока я наблюдала за ними, меня окликнул Анастасий:

— Розмайн, объясни, как тебе вообще удалось создать сразу два божественных инструмента?

Остальные члены королевской семьи кивнули, тоже ожидая ответа, но я сомневалась, что мне поверят, если я честно отвечу, что всё благодаря силе воли.

— Насколько знаю, рыцари-ученики могут использовать одновременно оружие и щиты, так что не думаю, что я сделала что-то необычное.

— Но разве для этого не нужно пройти курс рыцарей?

«Вот оно как…»

— Можно сказать, у меня были хорошие учителя, — ответила я с улыбкой. — В записях старого короля в подземном архиве упоминалось об одновременном использовании копья и щита, и я видела, как кое-кто создавал несколько щитов Ветра одновременно.

Анастасий поморщился, явно недовольный моим ответом.

— Значит, оружие и щиты рыцарей для тебя всё равно что божественные инструменты? — спросил Сигизвальд, и его мягкая улыбка сменилась натянутой.

— Заклинание одно и то же, так что не думаю, что в этом есть что-то необычное… наверное?

— Госпожа Розмайн... ваш взгляд на мир, определённо, уникален, — заметила Адольфина.

Она и Эглантина выглядели шокированными, так что я решила, что не стоит развивать эту тему дальше.

— Однако исцеление было необходимо, не так ли? — спросила я. — Упасть перед королевской семьёй и быть не в силах даже встать на колени — серьёзная ошибка. Я не могла оставить высших дворян в таком состоянии.

Я должна была всех исцелить, иначе высшие дворяне из других герцогств подумали бы, что я их унизила. Да и цвет лица кандидатов в аубы и членов королевской семьи после исцеления улучшился. Другими словами, исцеление не было напрасным.

— Кроме того, я хотела даровать исцеление зенту.

— Отцу?

— Пусть я встречаюсь с ним впервые, однако вижу, что он переутомлён.

Чертами лица король напоминал Анастасия, но измождённый вид и стойкий запах лекарств восстановления неизбежно напоминали мне о Фердинанде. Я прекрасно понимала, что лезу не в своё дело, но если дворянин не мог скрыть своё переутомление за маской невозмутимости, естественно, стоило за него побеспокоиться.

— Да, мне стало лучше. Благодарю, — сказал король.

— Для меня честь быть полезной зенту, — ответила я и улыбнулась.

Я сумела ограничиться лишь словами, подобающими кандидату в аубы, без добавления неуместного: «Вам нужно нормально есть и высыпаться». Я определённо росла, не так ли?

— Между прочим, что нам делать с магической силой, оставшейся в священной чаше? — спросил Анастасий, бросив на неё взгляд.

Похоже, королевская семья не принесла достаточно пустых магических камней, чтобы поглотить всю магическую силу. Той оказалось в избытке. Впрочем, не стоило удивляться, ведь я тайком добавила излишки своей.

— Я не могу всё время поддерживать штап в форме священной чаши. Раз мы объявили, что вся магическая сила будет предложена королевской семье, думаю, лучше всего использовать остатки на благо всех в дворянской академии.

— На благо всех? Госпожа Розмайн, у вас есть какая-то превосходная идея? — спросила Адольфина, в янтарных глазах которой читался интерес.

Взгляд оранжевых глаз Эглантины также устремился на меня.

— Давайте используем остатки для библиотеки. Изначально обеспечением её магической силой занималось трое служащих из высших дворян, и ещё несколько средних помогали им. Однако в последние годы вся работа легла на одну лишь госпожу Соланж, среднюю дворянку. Из-за этого даже магия сохранения в архивах перестала действовать. Будет ужасно, если важные документы придут в негодность.

Несмотря на то что в последнее время первая жена командующего рыцарским орденом Центра, Гортензия, прилагала к работе все силы, библиотеке не хватало ещё двоих высших дворян. Я тоже не могла прийти, во-первых, потому, что это могло помешать передаче прав на Шварца и Вайса, и, во-вторых, из-за приказа Сигизвальда.

— Я прошу вашего разрешения использовать магическую силу для сохранения важных документов, а также прошу позволить мне посещать библиотеку, — заключила я.

Король ненадолго задумался, а затем кивнул. Вероятно, решение было обусловлено тем, что теперь он знал о подземном архиве с документами, крайне важными для королевской семьи.

— Хорошо. Вы можете использовать оставшуюся магическую силу для библиотеки. Всем вместе нам туда идти незачем. Анастасий, Эглантина, я прошу вас выступить наблюдателями.

— Как пожелаете.

— Остальное я оставляю вам. Мы возвращаемся.

После этого королевская семья и рыцари Центра покинули зал. Их присутствие помешало бы нам навести порядок, так что король, вероятно, проявил вежливость. Мы все преклонили колени, провожая его, а затем принялись обсуждать наши ближайшие планы.

— В таком случае, господин Анастасий, я пошлю ордоннанц в библиотеку, — сказала Эглантина.

Анастасий тепло улыбнулся и ответил: «Полагаюсь на тебя». Естественно, столь добрая улыбка предназначалась только жене — когда он повернулся к нам, выражение его лица вновь стало обычным.

— Ханнелора, я прошу тебя как представителя Дункельфельгера пойти с нами. Полагаю, тебе тоже нужно проследить за передачей магической силы, верно?

Ханнелора вздрогнула, услышав своё имя.

— П-пойти с вами? Разве в этой ситуации не следует моему брату…

Лестилаут небрежно отмахнулся.

— Тебе доверили один из ключей, так что ты самый подходящий кандидат для этой работы. Я же как представитель Дункельфельгера прослежу здесь за уборкой.

Ханнелора кивнула и принялась выбирать последователей, которые отправятся с ней в библиотеку. Я обернулась и посмотрела на своих.

— Матиас, Лауренц — вы понесёте чашу. Остальные выступят моим эскортом. Из слуг со мной пойдут Рихарда и Брюнхильда. Лизелетта, Гретия и служащие-ученики, пожалуйста, помогите Хартмуту здесь.

— Как пожелаете.

Все последователи, что учились со мной в академии, кивнули, а вот на лице Хартмута отразилось изумление.

— Госпожа Розмайн, я бы тоже очень хотел пойти с вами…

— Ох, Хартмут, но ты ведь главный священник, и тебе разрешили прийти только для того, чтобы позаботиться о ритуальных принадлежностях. Ты не можешь свободно уйти. К тому же у тебя и так мало времени, которое ты мог бы провести с Клариссой. Думаю, тебе следовало бы поговорить с ней.

Я старалась быть внимательной, но Хартмут почему-то выглядел крайне разочарованным. Мы собирались в библиотеку просто, чтобы передать магическую силу, а не для проведения какого-либо ритуала, а потому я хотела, чтобы Хартмут сосредоточился на уборке.

— Вильфрид, не мог бы ты как представитель Эренфеста присмотреть здесь за всем. Когда уборка закончится, свяжись, пожалуйста, с принцем Хильдебрандом и попроси его закрыть зал.

— Хорошо.

***

Оставив уборку на Вильфрида и Шарлотту, я направилась в библиотеку. Как и всегда, я не могла идти быстро, но всё же старалась не слишком отставать от Ханнелоры и её свиты.

Когда мы прибыли со священной чашей, Гортензия и Соланж тепло встретили нас. Похоже, нехватка магической силы была острой.

— После ритуала посвящения у нас осталась лишняя магическая сила, и зент дал разрешение использовать её для библиотеки.

— Если возможно, влейте магическую силу в этот магический инструмент, — сказала Гортензия. — Насколько я понимаю, это самый важный инструмент для работы библиотеки, но, кажется, одной моей магической силы недостаточно.

Как выяснилось, Раймунд подходил к Гортензии и много расспрашивал её о библиотечных магических инструментах. Однако, будучи только что назначенной, она могла ответить далеко не на все вопросы, а потому, оставив основную часть повседневных дел на Соланж, Шварца и Вайса, она вместе с Раймундом исследовала структуру библиотеки и магические инструменты.

— Просмотрев записи бывшего библиотекаря и изучив потребности библиотеки в магической силе, мы пришли к выводу, что этот магический инструмент, заброшенный после того, как не стало старших библиотекарей, самый важный. Сегодня я подсчитала, сколько магической силы в нём осталось, и пришла к выводу, что она может иссякнуть менее чем за год. Я надеялась обсудить этот вопрос с королевской семьёй уже завтра.

— Тогда давайте напитаем его.

Когда мы внесли священную чашу, Гортензия сказала, что нужно медленно влить магическую силу в большой магический камень. Матиас и Лауренц наклонили чашу, и из неё потекла красная жидкость. Попадая на большой магический камень, она сразу впитывалась. Не пролилось ни капли.

Почти прозрачный магический камень постепенно окрасился в радужные цвета. Я не понимала, почему так? Жидкость, которую мы вливали, была красной. С сомнением наклонив голову, я не сводила взгляда с магического камня.

Тем временем Гортензия с облегчением вздохнула.

— Цвет возвращается! Сколько бы магической силы я в него ни вливала, ничего не менялось. Я так боялась, что библиотека может прекратить свою работу уже при мне. Премного вам благодарна.

Соланж тоже обрадовалась и отметила, что она наконец сможет расслабиться.

— На сегодняшнем ритуале посвящения присутствовали члены королевской семьи, кандидаты в аубы и высшие дворяне, потому мы получили так много магической силы. Я рада, что мы смогли использовать её часть на пользу библиотеке.

Удостоверившись, что мы вылили всю магическую силу, Анастасий и Эглантина коротко кивнули, после чего я произнесла: «Рюкен», чтобы развеять опустевшую священную чашу. В этот момент я почувствовала удовлетворение от того, что смогла помочь библиотеке.

Между тем наша помощь обрадовала не только Гортензию и Соланж: когда мы собирались уходить, Шварц и Вайс весело подпрыгивали.

— Юная леди принести много магической силы.

— Дедушка очень радоваться.

Принимая во внимание, что «юной леди» для них теперь была Гортензия, я поняла, что та усердно работала для блага библиотеки. Это меня искренне тронуло.

— Госпожа Гортензия, вижу, Шварц и Вайс рады полученной от вас магической силе.

— Учитывая, сколько магической силы требуется библиотеке, мой вклад незначителен, — ответила Гортензия.

Она говорила скромно, ведь мы находились в присутствии членов королевской семьи, но я не сомневалась, что Гортензия, так старающаяся ради библиотеки, — очень хорошая.

Мы обменялись с ней улыбками, и тут внезапно заговорил Анастасий:

— Что важнее, кто этот «дедушка»?

Взгляд его серых глаз стал пристальным. Гортензия и Соланж переглянулись: вероятно, у них не было ответа, который удовлетворил бы члена королевской семьи. Вместо них заговорили Шварц и Вайс:

— Дедушка — это дедушка.

— Он старый, великий.

Ответ оказался тем же самым, что я слышала от них прежде. С удовольствием наблюдая, как дёргаются их ушки, я отдавала себе отчёт, что не могла найти в сказанном никакого смысла. Я взглянула на Анастасия и Эглантину, гадая, понимают ли они как члены королевской семьи, о каком «дедушке» речь, но обнаружила их в такой же растерянности.

— И… что это значит?

Анастасий, по-видимому, решил, что нет смысла ожидать внятных объяснений от шмилов, и вновь обратил внимание на библиотекарей.

Гортензия и Соланж выглядели растерянными, явно не зная, как ответить.

— Госпожа Соланж, прежде вы говорили, что это может быть куда более древний магический инструмент, чем Шварц и Вайс, верно? — вмешалась я.

Соланж кивнула.

— Да, госпожа Розмайн, но это лишь моё предположение. Я думала, что это может быть ещё какой-то магический инструмент с именем, как Шварц и Вайс. Вот только ни в одном из имеющихся у нас документов об этом нет никаких упоминаний. Магические инструменты указываются по назначению. Сомневаюсь, что нам удастся определить, назывался ли какой-то из них «дедушка».

Как я поняла, при составлении документов прозвища для магических инструментов не использовались, чтобы избежать путаницы, когда эти прозвища выходили из употребления.

— Правда? Но в записях библиотекаря, которые я брала у вас ранее, Шварц и Вайс указывались под своими именами…

— Да, но это личные записи, а не официальный документ.

Выходило, что от предшественников осталось не так много личных заметок.

Гортензия, не так давно изучавшая магические инструменты вместе с Раймундом, задумчиво подняла взгляд к потолку.

— Я лично исследовала магические инструменты библиотеки и могу подтвердить, что этот «дедушка» нигде не упоминался. Однако если сегодняшнее пожертвование магической «радует дедушку», то, возможно, этот магический инструмент и есть «дедушка».

— Понятно. А для чего именно он служит?

— Его можно назвать Основанием библиотеки. Несомненно, его создали в эпоху, намного более древнюю, чем когда создали Шварца и Вайса.

— Если он служит Основанием, то и правда должен быть старым и великим, — Анастасий кивнул, удовлетворившись ответом, а затем развернулся, чтобы уйти.

Я поспешила окликнуть его.

— Принц Анастасий, когда мы в следующий раз пойдём в подземный архив? Вы должны сообщить заранее, чтобы библиотека успела подготовиться.

В этот раз я смогла прийти только потому, что король дал мне разрешение. Я с волнением ожидала нашего следующего визита.

Анастасий чуть приподнял бровь, а затем небрежно ответил, что никаких планов на посещение архива пока нет.

— Но почему? Если сегодняшний ритуал помог вам осознать важность религиозных церемоний и божественной защиты, то разве исследование архива, полного ценных документов, не должно стать вашим приоритетом?

Ради этого я и вовлекла королевскую семью в ритуал. Да, отчасти я стремилась успокоить ворчавших, но моя истинная цель заключалась в том, чтобы королевская семья убедилась в важности ритуала и сказала нечто вроде: «Нам непременно нужно изучить все важные документы в подземном архиве!»

«Ритуал прошёл гладко, так почему?! Где же я ошиблась в своих расчётах?!»

— В ближайшее время будет много дел. Нужно использовать полученную магическую силу на благо Юргеншмидта, — объяснил Анастасий.

Вполне естественно, что у королевской семьи после ритуала появилось много работы. Усталость на лице короля давала понять, что тот уделял основное внимание снабжению страны, а не чтению документов. Вероятно, он предпочёл бы передохнуть, после того как израсходует полученную магическую силу, копанию в старых документах.

«Не-е-ет! Я так ошиблась!»

Мой план чаще посещать архив под предлогом помощи королевской семьи с треском провалился.

— Но зент дал мне разрешение прийти в библиотеку...

— И вот ты здесь. Отец ничего не сказал о том, что ты сможешь войти в архив или что мы назначим дату следующего посещения.

«Я и правда не получила обещания! Я такая растяпа! Такая идиотка!»

Увидев моё подавленное состояние, Эглантина нежно улыбнулась.

— Госпожа Розмайн, вы правы в том, что просмотр старых документов важен, однако от снабжения магических и божественных инструментов магической силой в это время года сильно зависит будущий урожай. Нам нужно поторопиться и пополнить запасы магической силы до наступления весны. Пожалуйста, потерпите немного.

— Я понимаю.

Я была главой храма, а потому знала, насколько важен зимний ритуал посвящения. Мне хотелось попасть в архив (очень, очень хотелось), но мне не оставалось ничего, кроме как набраться терпения.

— Розмайн, разве ты не относишься к Эглантине с гораздо бо́льшим уважением, чем ко мне? — многозначительно спросил Анастасий.

— Вовсе нет. Если бы королевская семья оставила проведение религиозных церемоний на храм Центра, то я бы хотела, чтобы вы уделили основное внимание изучению документов в архиве. Но если вы сами поставляете магическую силу, то, как глава храма, я не могу вмешиваться.

Несмотря на некоторое разочарование, я могла потерпеть. Выбора всё равно не было: без разрешения меня бы не пустили внутрь.

— Придёт время, когда нам придётся снова посетить архив. Пока что выбрось его из головы, не делай ничего ненужного и просто сосредоточься на подготовке презентации ваших исследований. Эренфест понял меня? Дункельфельгер это тоже касается, — надавил Анастасий, обращаясь не только ко мне, но и к Ханнелоре.

Ханнелора вздрогнула, когда её внезапно втянули в разговор.

— Многие, вероятно, видели столб света во время сегодняшнего ритуала. Мы больше не собираемся принимать жалобы и вопросы относительно столбов света. Пусть эту задачу возьмёт на себя Дункельфельгер. Если у вас есть время на диттер, то и на это тоже найдётся, не так ли?

Ханнелора съёжилась и сказала, что понимает. Я посочувствовала ей: это рыцари-ученики проводили диттер, но вот отчитывали за последствия её.

— Давайте вернёмся в лекционный зал и проверим, закончена ли уборка, — сказал Анастасий и направился к выходу из библиотеки.

***

— Я так понимаю, они закончили? — отметил Анастасий.

В зале остались только Кларисса и мои последователи. Даже издалека я видела, что Хартмут и Кларисса что-то страстно обсуждают, а остальные мои последователи со стороны наблюдают за ними.

Хартмут, как главный священник, получил особое разрешение на участие в ритуале, хотя при обычных обстоятельствах, поскольку он уже взрослый, его не пустили бы в дворянскую академию. И пускай он помолвлен с Клариссой, мои последователи, видимо, не могли оставить их одних.

«Хотя совершенно ясно, все предпочли бы оставить эту парочку наедине».

Лизелетта, первая заметившая наше появление, подошла, чтобы дать отчёт.

— По окончании уборки мы связались с принцем Хильдебрандом и попросили его закрыть Сокровенный зал. Все, кроме ваших последователей, разошлись, чтобы не мешать Хартмуту и Клариссе. Мы остались, чтобы присмотреть за ними.

— Прошу прощения, что взвалила на вас такую сложную задачу.

Хартмут — высший дворянин, а все оставшиеся с ним последователи принадлежали к средним или низшим дворянам. Никто из них не мог остановить эту чрезмерно ревностную парочку.

«Возможно, мне стоило оставить с ними и Рихарду…» — подумала я, раскаиваясь в принятом решении.

Анастасий смерил меня взглядом.

— В таком случае наша работа закончена, — сказал он и с нежной улыбкой протянул руку Эглантине. — Возвращаемся, Эглантина.

— Да, господин Анастасий.

Убедившись, что уборка в зале закончена, они поспешили вернуться в свой дворец. Сопровождавший Эглантину Анастасий выглядел довольным.

Проводив взглядом счастливых молодожёнов, я вернула внимание к Хартмуту и Клариссе, находящихся словно в собственном мирке.

— Хартмут, Кларисса, мне больно разлучать влюблённых, но скоро пробьёт шестой колокол. Пора возвращаться в общежитие.

Они резко вернулись к реальности и повернулись ко мне.

— Госпожа Розмайн… Ничего не поделаешь, Кларисса, похоже, на сегодня всё.

— Мне хотелось бы поговорить ещё, — с увлажнившимися голубыми глазами ответила Кларисса, держа Хартмута за рукав, словно не желала расставаться с возлюбленным.

Хартмут взглянул на неё с сожалением и, улыбнувшись, сказал, что чувствует то же самое.

— Мне впервые так приятно говорить с кем-то о госпоже Розмайн.

То, как они смотрели друг на друга, давало понять, что они снова ушли в свой маленький мирок. Я не видела ни намёка на прежнее разочарование Хартмута тем, что ему не разрешили сопровождать меня в библиотеку. Пока я раздумывала, что делать, Ханнелора повернулась к Кордуле и подозвала её.

Кордула тихо сказала: «В таком случае, прошу меня извинить…» — и вышла вперёд.

— Кларисса, если ты продолжишь в том же духе, то станешь подобной Эйвилибу, потерявшему Эйвермина.

Кларисса тут же отпустила рукав Хартмута и поспешила присоединиться к свите Ханнелоры. Ханнелора тепло улыбнулась, в то время как я могла лишь моргнуть.

— Госпожа Розмайн, прошу прощения за Клариссу.

— Нет, это я доставила вам неприятности.

Мы пообещали вскоре снова встретиться, чтобы обсудить презентацию нашего исследования на состязании герцогств, после чего разошлись и вернулись в свои общежития.