В ожидании, пока меня вызовет королевская семья, я работала не покладая рук. В рамках совместного исследования с Дункельфельгером я составила анкету для рыцарей-учеников, а затем поручила своим служащим переписать её. Также я велела им подготовить бланки для ответов и потренироваться в анкетировании.

Далее, я навестила лабораторию Хиршуры и купила у Раймунда чертежи одобренного Фердинандом инструмента для записи звука. Я планировала использовать их, чтобы создать магический инструмент для себя. Тот должен был выйти достаточно компактным, чтобы я могла держать его одной рукой. И если в изначальной версии для прослушивания записи требовалось открыть крышку, то в окончательной — крышки не было вовсе, и звук воспроизводился от простого поглаживания камня. Кроме того, Раймунд сказал, что теперь можно записывать несколько сообщений, а не одно.

— Однако чем больше записей вы хотите, тем качественней вам понадобится магический камень, обладающий сильными атрибутами Ветра, Земли и Жизни, — объяснил Раймунд.

— Всё в порядке.

Место сбора Эренфеста было богато магической силой. Возможно, из-за того, что я часто его восстанавливала. Согласно отчётам рыцарей-учеников, качество растительных ингредиентов улучшилось, а те, в свою очередь, привлекали более сильных магических зверей. Кроме того, чтобы подготовиться к диттеру, проводимому в рамках исследований с Дункельфельгером, рыцари-ученики в последнее время ежедневно охотились на месте сбора. Я легко могла купить всё необходимое.

— Эх... Хотел бы и я иметь возможность легко доставать магические камни… — простонал Раймунд.

— Скоро сможешь. Если кому-то ещё потребуется магический инструмент, для которого ты разработал эти чертежи, я отдам тебе десятую часть, как плату за информацию.

Когда я рассказала, что как и в случае авторских прав, с чертежей со временем будут идти отчисления, Раймунд удивлённо моргнул. Казалось, он меня не понял.

— М-м? Но, госпожа Розмайн, вы же уже купили эти чертежи. Что вы имеете в виду под дополнительными отчислениями?

— Если чертежи достаточно хороши, чтобы получить широкое распространение, то они достойны дополнительной оплаты, не правда ли? Покупая их дёшево, не удастся взрастить хороших исследователей, готовых упорно трудиться над новыми проектами.

От моих слов глаза Раймунда и Хиршуры загорелись.

— Госпожа Розмайн, ваша идея превосходна.

Казалось, прежде никто даже не думал что-либо доплачивать за чертежи.

После этого я засы́пала в котёл магические камни и под руководством Раймунда получила свой магический инструмент для записи звука.

— Интересно, можно ли поместить его внутрь мягкой игрушки: так, чтобы, поглаживая её по животу или лбу, воспроизводить запись? — спросила я.

— Не думаю, что к этому есть какие-то препятствия, пока вы оставляете камень открытым. Однако какой смысл помещать магический инструмент внутрь мягкой игрушки? — Раймунд непонимающе наклонил голову.

Стоящая рядом с ним Лизелетта, тёмно-зелёные глаза которой уже сияли энтузиазмом, не преминула отметить:

— Разве это не мило, что можно услышать записанный голос, погладив мягкую игрушку?

— Ты тоже так думаешь? В таком случае красная панда…

— Шмил хорошо подойдёт, не правда ли? Думаю, так будет милее всего, — взволнованно смотря на меня, выпалила Лизелетта. — Если вы собираетесь делать мягкую игрушку, позвольте мне помочь.

К сожалению, я не могла похвастаться хорошими навыками в рукоделии, а потому проглотила слова о том, что «красная панда, на мой взгляд, тоже будет смотреться мило», и поручила Лизелетте сделать шмила.

«Ничего не попишешь. Пусть красные панды и милые, но самостоятельно я игрушку никак не сделаю», — мысленно вздохнула я сдавшись.

***

Время шло, и, наконец, настал день встречи с королевской семьёй. На этот раз меня не приглашали на чаепитие, а именно «вызывали к себе», так что в качестве подарка я взяла лишь немного сладостей. Мой багаж был лёгким, но вот груз на сердце — тяжёлым.

— Никогда бы не подумала, что мне придётся вновь посетить личный дворец члена королевской семьи в такой короткий срок, — проворчала я.

Брюнхильда с Рихардой натянуто улыбнулись.

— Госпожа Розмайн, вы сами решили всё рассказать, хотя могли бы помалкивать.

— Юная леди, я слышала, ауб Эренфест тоже встревожен. Однако, если сведения и правда могут помочь королевской семье, даже совсем немного, их не следует утаивать. Я считаю, ваше суждение было правильным.

Перед чаепитием любителей книг мои последователи услышали от Анастасия о трудной ситуации королевской семьи, а потому сочувствовали нынешнему королю, который взошёл на престол, не получив должного образования, и теперь вынужден лезть из кожи вон, наполняя Основание магической силой. Вероятно, его ситуация казалась им схожей с моей: я выросла в храме и не получила дворянского образования, однако стала дочерью герцога и главой храма и теперь вынуждена усердно работать, чтобы обеспечивать Эренфест магической силой.

«Хотя, думаю, мне приходится не так тяжело, как королю».

В отличие от королевской семьи, утратившей многие знания и теперь блуждающей в потёмках, я могла положиться на множество людей, способных направить меня. Окружённая их заботой, я чувствовала себя поистине благословлённой.

— Пусть я и получила приглашение от королевской семьи, но то, что меня вызвал именно принц Анастасий, несколько успокаивает.

Я уже много где напортачила: например, беспечно заговорила с Анастасием о его истинных чувствах к Эглантине и потеряла перед ним сознание. Однако он великодушно простил меня. То, что меня вызвал именно Анастасий, а не кто-то ещё из королевской семьи, успокаивало. В конце концов, даже если я расскажу о чём-то важном, о чём другим не следовало бы знать, то не окажусь мгновенно заподозренной в измене или стремлении к престолу.

— Юная леди, вам всё же не стоит терять бдительность, — укоризненно сказала Рихарда, когда мы остановились перед дверями, ведущими к дворцу.

За ними нас уже ожидал Освин.

— Мы ждали вас, госпожа Розмайн Эренфестская.

Нас провели в комнату, где ждали трое. Хильдебранд встретил меня улыбкой, Анастасий тихо пробормотал: «А вот и она», но вот сидящий между ними человек оказался мне незнаком. Светло-золотистые волосы того же оттенка, что и у Анастасия, тёмно-зелёные глаза и нежная улыбка. По тому, где он сидел, и по одежде я быстро догадалась, кто он.

«О-о не-е-ет! Это же первый принц! Эй-эй, принц Анастасий, неужели нельзя было заранее меня предупредить?!»

Я и подумать не могла, что Сигизвальд тоже придёт. Но сколько бы я ни жаловалась про себя, меня всё же вызвали на разговор, а не пригласили на чаепитие. В таких делах участников не предупреждают заранее.

Сдерживая желание опуститься на корточки и схватиться за голову, я улыбнулась и поприветствовала сперва Анастасия и Хильдебранда, а затем преклонила колено перед Сигизвальдом и склонила голову.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, принц Сигизвальд. Могу ли я помолиться о сей радостной встрече, что состоялась в суровую пору, которой испытывает нас бог жизни Эйвилиб?

— Ты можешь.

— Я Розмайн, кандидат в аубы Эренфеста. Надеюсь, нас свяжут добрые отношения.

Осторожно, чтобы не переусердствовать, я благословила Сигизвальда. Когда мы закончили с первыми приветствиями, я получила разрешение встать. Пусть Сигизвальд и сидел, мне всё равно пришлось поднять глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. По сравнению с Анастасием, он казался очень спокойным. У меня сложилось впечатление, что он серьёзный человек, привыкший сталкиваться с трудностями. Образец благовоспитанного старшего сына. Сложно было представить, что он вообще стал бы бороться с Анастасием за Эглантину ради престола. Возможно, это просто последователи нагнетали обстановку.

Когда наши взгляды встретились, Сигизвальд посмотрел на меня с тёплой улыбкой.

— Так ты и есть Розмайн? Святая Эренфеста, два года подряд занимающая первое место в учёбе среди сверстников, но при этом столь хрупкая, что оба раза пропустила церемонию награждения... Давно хотел с тобой познакомиться.

— Я тоже с нетерпением ждала церемонии награждения, однако обстоятельства не позволили мне их посетить. Я слышала, это почётное событие, когда можно получить похвалу лично от короля.

Подражая опечаленному выражению лица Ангелики, я изо всех сил старалась создать впечатление, что вовсе не избегала посещать церемонии, а наоборот, очень их ждала. Я просто не могла признаться, что на первом году с радостью согласилась остаться в общежитии, подкупленная предложением Фердинанда почитать книги.

— А теперь, пожалуйста, присаживайся и расскажи нам, что тебе известно о находящемся в библиотеке архиве. Сейчас королевской семье будут полезны даже крупицы информации.

Я взглянула на Анастасия и Хильдебранда. Оба смотрели на меня с интересом, но всё же не так ожидающе, как Сигизвальд. Тот пусть и тепло улыбался, но я чувствовала насколько пристальный у него взгляд.

— Пожалуйста, отвечай честно. В архив, для открытия которого требуется три ключа, могут войти только члены королевской семьи, избранные кандидаты в аубы и магические инструменты библиотеки. Там содержатся документы, которые нам, членам королевской семьи, необходимо прочитать. Всё верно?

— Вероятно, но не могу сказать наверняка, — честно призналась я.

Сигизвальд моргнул, а Анастасий схватился за лоб.

— Розмайн, что ты имеешь в виду?

— Когда я сообщила в Эренфест, что сменила роль хозяйки Шварца и Вайса на хранительницу одного из ключей к архиву, то также выразила радость от предстоящей возможности ознакомиться с книгами, которые одобрит для меня библиотекарь. Однако мне ответили, что ситуация с архивом какая-то странная. Поскольку я передаю лишь то, что слышала, у меня нет возможности сказать наверняка, что именно находится в архиве, пока сама там не побываю.

— Понятно, — кивнул Сигизвальд.

Сидящий рядом с ним Анастасий вздохнул и сказал: «Ты, как и всегда, предельно честная». Казалось, мне следовало быть тактичнее.

«Но ведь я получила прямой приказ принца отвечать честно, разве нет», — подумала я.

— И всё же это странно, — проговорил Сигизвальд.

— Что вы имеете в виду?

— Почему один лишь Эренфест знает об архиве, требующем трёх ключей? Ни Центр, ни большие герцогства не знают о нём.

Я с сомнением склонила голову: неужели и правда никто ничего не знал? Мне казалось, что пережившие чистку члены королевской семьи должны были хотя бы что-то слышать об архиве.

— Разве учитель, преподававшая курс для кандидатов в аубы до прошлого года, ничего не знала? — спросила я.

— Её муж, похоже, посещал библиотеку в молодости, но она сама даже не подозревала о существовании того архива. Мы также консультировались с аубами Классенбурга и Дункельфельгера, но ни один из них никогда не посещал библиотеку дворянской академии.

Я уже знала, почему кандидаты в аубы не ходят в библиотеку: им пришлось бы брать с собой свиту, и в итоге они заняли бы множество каррелов. Это непременно создало бы неудобства для всех остальных. По сути, библиотека дворянской академии предназначалась для учителей, хранящих там результаты исследований, и студентов из средних и низших дворян, которые, не имея собственных книг, не могли учиться или зарабатывать на их переписывании. Именно из-за неудобств, которые можно доставить окружающим, мои последователи советовали мне воздержаться от посещения библиотеки.

Вот только мне так нравилось читать там книги, что я и не думала прекращать. Правда, год оказался довольно насыщенным в плане исследований, да и смена хозяйки Шварца и Вайса протекала не так гладко, так что я постаралась набраться терпения и временно ограничить себя.

— Как я слышала, кандидаты в аубы, когда им требуются какие-то книги или документы, в большинстве своём поручают эту задачу служащим-ученикам, а потому редко посещают библиотеку лично. Возможно, причина в этом.

— А в Эренфесте вас туда идти заставляют, да? — явно подавляя смех, спросил Сигизвальд.

Поняв, что он только что указал на то, какие в Эренфесте странные кандидаты в аубы, я отвела взгляд.

— Что до меня… То я хожу туда, потому что мне нравятся библиотеки и книги. Другие наши кандидаты в аубы не разделяют моих увлечений. И Вильфрид, и Шарлотта редко туда заходят.

— Всё верно. Розмайн просто обожает книги, — попытался поддержать меня Хильдебранд. — К тому же она снабжала Шварца и Вайса магической силой, а потому часто заходила в библиотеку.

И всё же Сигизвальд, казалось, продолжил воспринимать меня как весьма странного кандидата в аубы. Тем не менее я была благодарна Хильдебранду, а потому с улыбкой кивнула ему.

— В Эренфесте был кандидат в аубы, который часто приходил туда. Он увлекался исследованиями, и к тому же его наставница регулярно поручала найти ей необходимые материалы. Ему недоставало надёжных последователей, так что он не мог рисковать, доверяя нужные книги другим…

После того как я кратко обрисовала ситуацию, все три принца выглядели изрядно сконфуженными. Возможно, я сказала лишнего.

— Насколько мне известно, он узнал о том архиве случайно, — продолжила я. — Когда он задумчиво пробормотал, что ему нужны некие документы, Шварц и Вайс проводили его в архив. Старшие библиотекари без лишних вопросов открыли ему дверь, так что архив не должен быть особо секретным, не так ли?

Правда, подтвердить это как-либо было невозможно: кандидаты в аубы редко посещают академию, и никого из старших библиотекарей того времени не осталось. Однако, если архив всё же считался секретным, предназначенным только для королевской семьи, старшие библиотекари ни за что не открыли бы Фердинанду дверь.

— Я много раз бывала в библиотеке дворянской академии и как хозяйка Шварца и Вайса довольно часто общалась с ними, но до сих пор ничего не слышала о том архиве. Полагаю, о нём не скажут, если не искать очень специфические документы.

Я регулярно просила Шварца и Вайса принести мне книги, которые раньше не читала, но никогда не спрашивала о каких-то конкретных. Тех, что стояли на полках в читальном зале, мне было вполне достаточно.

— Если бы я прочитала все книги в читальном зале и в закрытых архивах, откуда можно брать книги, то, возможно, Шварц и Вайс провели бы меня и в тот архив. Однако, учитывая, сколько времени мне осталось до выпуска, не думаю, что на это стоит рассчитывать.

Я намеренно воздержалась от указания того, кто предоставил мне всю эту информацию, но, похоже, Сигизвальд и Анастасий сами догадались. Сигизвальд продолжил улыбаться, но его тёмно-зелёные глаза блеснули.

— Почему этот человек до сих пор держал столь важную информацию при себе?

— Вероятно, он не предполагал, что королевская семья ничего не знала об этом архиве. Он сказал, что в таком случае мне лучше вам сообщить. Потому я и отправила ордоннанц. Кроме того, он отметил, что подобная неосведомлённость королевской семьи настолько неестественна, что это подозрительно. Как если бы кто-то намеренно держал вас в неведении.

Фердинанд, разумеется, понимал, что если я всё расскажу, то это вызовет определённые подозрения. Тем не менее в архиве хранилась важная информация, и потому ей следовало поделиться. Сама я думала, что гораздо конструктивнее было бы отправиться в библиотеку и ознакомиться с хранящимися там документами, чем вести этот бесполезный разговор.

— Если не возражаете, я бы тоже хотела кое о чём спросить королевскую семью.

— Постой.

Анастасий попытался остановить меня, но Сигизвальд дал разрешение:

— Говори.

Я улыбнулась Сигизвальду и продолжила:

— Вы вызвали меня сюда, чтобы узнать, что за человек предоставил мне информацию и сколько именно мне известно? Или вы надеетесь услышать о документах, которые, по его словам, должна изучить королевская семья? Я никогда не была в архиве, а потому ничего не могу сказать в отношении того, что именно там хранится.

Последователи зашумели, Сигизвальд распахнул глаза, а Анастасий отметил, что я была чересчур прямолинейна. Я же считала, что весь наш разговор — пустая трата времени.

В заметках бывшего библиотекаря, которые я взяла у Соланж, имелась запись о том, как достигший совершеннолетия член королевской семьи посетил библиотеку во время собрания герцогов и старшие библиотекари вышли, чтобы приветствовать его. У меня сложилось впечатление, что прежде посещение библиотеки было важным событием для королевской семьи.

«Командующий рыцарским орденом Центра забрал эти записи, так что, полагаю, королевская семья их видела. Так ведь? — задумалась я. — Уверена, они уже знают о важности архива».

В общем, я пыталась сказать, что вместо того, чтобы и дальше тратить время на расспросы про источник информации, им лучше было просто пойти в библиотеку. И мой намёк, казалось, поняли: Сигизвальд и Анастасием переглянулись и коротко кивнули.

— Присутствие всех старших библиотекарей для приветствия лишь подкрепляет вероятность того, что местом назначения служил архив, для открытия которого необходимы три ключа, — заключил Сигизвальд. — Если мы войдём туда сами, то сможем убедиться, насколько именно ценна хранящаяся там информация. Анастасий.

— Понял. Я вызову в библиотеку кандидата в аубы Дункельфельгера.

Анастасий подозвал Освина и поручил отправить ордоннанц Ханнелоре.

— Освин, пожалуйста, передайте госпоже Ханнелоре, что следует взять лекарство восстановления, — поспешила указать я.

— Лекарство восстановления?

Я кивнула.

— Как я слышала, регистрация ключа требует значительного количества магической силы. Лучше подготовиться, не правда ли?

— Если так подумать, Гортензия упоминала что-то такое, — согласился Анастасий. — Освин, сделай, как она говорит.

Освин отправил ордоннанц, и вскоре пришёл ответ от Ханнелоры: «Поняла. Я сейчас пойду в библиотеку».

Уведомив ещё одним ордоннанцем библиотеку, что туда придут трое принцев, мы выдвинулись.

По пути мы так сильно выделялись, что мне хотелось сбежать, но, будучи хранителем ключа, я не могла поступить подобным образом. К счастью, мы шли вместе недолго: из-за моей скорости ходьбы, я вскоре отстала от взрослых принцев. Наблюдая, как они постепенно удаляются, я тихонько вздохнула от облегчения. Тогда шедший с моей скоростью Хильдебранд окликнул меня:

— Розмайн, ты знаешь, что находится в этом архиве?

— Я слышала, там хранятся материалы по курсу подготовки кандидатов в аубы и документы, касающиеся старинных ритуалов. Мы в Эренфесте изучаем один такой ритуал, и, похоже, в архиве может находиться что-то, связанное с ним. Наш ауб посетил библиотеку во время собрания герцогов, но Шварц и Вайс сказали, что он не сможет войти, поскольку нет ни библиотекарей, ни ключей.

Я хотела донести до королевской семьи важность библиотеки и надеялась, что те пришлют хотя бы ещё одного-двух старших библиотекарей.

Хильдебранд хлопнул в ладоши и улыбнулся, словно ему в голову пришла блестящая идея.

— В таком случае, почему бы нам не воспользоваться возможностью и не поискать вместе нужные вам документы.

— Это очень заманчивое предложение, но чтобы избежать ненужных проблем, мой опекун запретил мне входить в архив.

Мне лучше было остаться снаружи, чтобы Эренфест не заподозрили в чём-то ещё, а я на радостях от посещения архива не разразилась благословениями.

«И пусть умом я это понимаю, но мне всё равно не терпится туда войти!» — подумала я. Честно говоря, я просто изнывала от мысли ворваться в архив и прочесть хранящиеся там документы. Вот только Рихарда, скорее всего, не позволила бы мне этого, а Фердинанд точно бы рассердился.

***

Когда мы прибыли в библиотеку, нас встретили Шварц и Вайс.

— Розмайн прийти.

— Хильдебранд прийти.

Шварц и Вайс впервые обратились ко мне по имени, и это ощущалось странно. Да, я понимала, что так и будет, но всё же немного расстроилась от того, что меня больше не называли «юная леди».

— Мы ждали вас, так что попросили остальных уйти, — сказала Гортензия.

Очевидно, они с Соланж ожидали нас после того, как им отправили ордоннанц, что трое принцев уже в пути. Я мысленно посочувствовала студентам, которых оторвали от учёбы, но для них же лучше было поспешить и уйти, чем оказаться втянутыми в неприятности с королевской семьёй.

Пока мы с библиотекарями обменивались приветствиями, сзади подошла Ханнелора. От вида трёх принцев разом её красные глаза расширились.

«Быть вызванной принцем Анастасием уже плохо для сердца, а тут собралось сразу три принца. Неожиданно, да? Прекрасно понимаю. Я тоже удивилась», — я мысленно посочувствовала Ханнелоре, пока та обменивалась с Сигизвальдом первыми приветствиями.

— Прошу прощения за внезапный вызов, но я хотел бы попросить вашей помощи как члена библиотечного комитета.

— Буду рада помочь, — с улыбкой согласилась Ханнелора, оставшись невозмутимой перед столь внезапной просьбой члена королевской семьи.

«Как и ожидалось от кандидата в аубы большого герцогства. Мне стоит брать с неё пример».

— Ключи находятся в этом кабинете, — сказала Гортензия. — Однако там недостаточно места для такого количества людей. Пожалуйста, ограничьте количество сопровождающих до двух рыцарей и одного служащего.

Учитывая, что в нашей группе было три принца и два кандидата в аубы, все наши последователи просто не вместились бы в кабинет. Я выбрала Леонору, как рыцаря из высших дворян, Лауренца, как наиболее искусного бойца в ближнем бою и Филину, как наиболее опытную среди моих служащих.

— Вот ключи от подземного архива, — войдя в кабинет, сказала Гортензия.

Ключи звякнули, коснувшись стола. Гортензия нашла их в комнате старших библиотекарей, и, похоже, на одного человека можно было зарегистрировать лишь один ключ.

— Госпожа Розмайн, госпожа Ханнелора, вам нужно зарегистрировать их на себя. Пожалуйста, возьмите по ключу и влейте в них магическую силу.

Мы с Ханнелорой последовали указанию и, взяв ключи, зарегистрировали их с помощью магической силы. Процедура ничем не отличалась от регистрации ключа к священным текстам, так что я закончила всё в мгновение ока. Гортензия взглянула на меня с изумлением.

— Так быстро.

Я улыбнулась и поблагодарила её. Ханнелоре тоже не потребовалось много времени, чтобы завершить регистрацию.

— Всё же разница в способностях между кандидатами в аубы и высшими дворянами разительна…

— Гортензия, они обе крайне талантливы даже среди кандидатов в аубы. Не стоит сравнивать себя с ними, — утешающе сказала Соланж, после чего достала из шкатулки ещё два ключа и объяснила, что те от закрытого архива и двери, ведущей дальше. — Никогда не думала, что настанет день, когда я поприветствую членов королевской семьи и воспользуюсь этими ключами…

По словам Соланж, в прошлом, когда члены королевской семьи приходили в библиотеку, встречали их только старшие библиотекари. Сама она оставалась в тени, поручая слугам задачи вроде приготовления чая и еды.

Взяв ключи, мы направились в читальный зал, где воссоединились с нашими последователями, которые не могли войти в кабинет. Резко возросшим составом мы проследовали через первый этаж библиотеки.

— Госпожа Розмайн, книга, которую я одолжила вам на чаепитии любителей книг, была из этого закрытого архива, — с ностальгической улыбкой сказала Соланж, открывая дверь в задней части читального зала.

Я чувствовала волнение, впервые входя в закрытый архив. Слегка пыльный воздух, наполненный запахом пергамента, казался невероятно чарующим.

Мы все прошли в не особо большой архив, после чего Соланж открыла ещё одну дверь в глубине. За дверью зажёгся свет, и я увидела лестницу, ведущую в подвал. Всё вокруг было белым, а потому казалось весьма ярким.

— Шварц. Вайс. Пожалуйста, проведите их, — сказала Соланж.

— Проводить.

— Важная работа.

Последовав указанию Соланж, Шварц и Вайс начали спускаться по лестнице.

— Гортензия, пожалуйста, следуй за ними. Как средняя дворянка, я не могу пойти дальше. Если возникнут вопросы, пожалуйста, обратись к Шварцу и Вайсу.

Гортензия спустилась по лестнице, а за ней последовали принцы. Однако, не только Соланж не могла идти дальше: то же касалось и некоторых последователей. Несколько человек из свиты принцев, похоже, наткнулись на некий прозрачный барьер. Все принадлежали к средним дворянам.

— Те, кто не может спуститься, подождите нашего возвращения в читальном зале, — велел Сигизвальд.

Вслед за принцами и их свитой к лестнице направилась Ханнелора. Учитывая ранг наших герцогств, я шла последней. Мои последователи, включая Филину и Родериха, не смогли пройти. Со мной остались лишь Рихарда, Леонора и Брюнхильда. По сравнению с королевской семьёй и Ханнелорой, у меня было довольно мало последователей из высших дворян.

— Как вижу, госпожа Розмайн, ваша свита в основном состоит из средних дворян, — обернувшись, сказала Ханнелора, когда мы спускались по лестнице.

— В Эренфесте помимо меня есть ещё Вильфрид и Шарлотта. К тому же подрастает наш младший брат, Мельхиор. Нам, как кандидатам в аубы, приходится соревноваться за последователей.

— При четырёх кандидатах в аубы, учёба которых в дворянской академии выпадает на одно время, подобная нехватка последователей понятна.

— Да. До сих пор это не вызывало проблем, но, как оказалось, могут возникнуть и такие ситуации, как сейчас, когда меня могут сопровождать только высшие дворяне. Для меня это ново, — неловко сказала я, слегка хмурясь.

Ханнелора улыбнулась и отметила, что она и сама сталкивается с такой ситуацией впервые.

***

Мы спустились по слабоосвещённой белоснежной лестнице и оказались в столь же белоснежном зале, достаточно большом, чтобы вместить всю нашу свиту. Там стояло несколько столов и стульев, словно в комнате для чаепитий, однако, в отличие от подобных комнат, которыми пользуются герцогства, не было ни ковров, ни гобеленов. Пол и стены оставались чисто-белыми.

Оглядев белое пространство, я заметила, что одна стена казалась металлической. На этой стене на равном расстоянии друг от друга располагалось три выступа. Словно подчёркивая своё присутствие, все они были богато украшены.

— Три в ряд.

— Открыть.

Шварц и Вайс похлопали по стене и указали на декорированные секции. Получалось, металлическая стена — на самом деле дверь, а декоративные секции — замочные скважины. Подойдя ближе, я увидела, что ключ не вставлялся, как в обычной двери, а вкладывался в выемку в форме ключа.

Мы с Гортензией и Ханнелорой переглянулись и, кивнув друг другу, осторожно вложили ключи в выемки.

— Держать ключи, — предупредил Шварц.

Сделав, как он велел, мы придержали ключи, чтобы те не выпали. В тот момент, как все три ключа оказались на своих местах, раздался тихий щелчок и наша магическая сила потекла в магические камни на ключах. Камни засияли, и по всей стене побежали красные линии.

— Отойти, — велел Вайс.

Я медленно отступила, в результате чего моим глазам предстала вся стена. Её постепенно покрывали сложные магические круги. Как только они завершились, раздался скрип. Стена разделилась на три секции, которые начали двигаться, образуя створчатые двери. Двери медленно сдвинулись и, повернувшись на сто восемьдесят градусов, снова соединились, после чего мгновенно исчезли.

Образовавшийся проход вёл в комнату, которая и правда напоминала архив. Я увидела стойки для книг, письменные столы и множество книжных шкафов. На полках стояли белые таблички, отдалённо напоминающие грифельные дощечки. Кроме того, на столах с наклонной столешницей я заметила нечто похожее на книги. Таких было около двух десятков.

Пока все с удивлением разглядывали представшую перед ними картину, Шварц сказал: «Открыто» и прошёл внутрь.

Гортензия попыталась последовать за ним, но её остановил такой же прозрачный барьер, как и тот, что не дал средним дворянам пройти к лестнице.

— Я всё-таки не могу войти…

Гортензия остановилась, упёршись в прозрачный барьер.

Вайс взглянул на неё и сказал:

— Юная леди, не дозволено.

— Я хочу посмотреть, смогут ли войти кандидаты в аубы, — сказал Анастасий. — Розмайн, не могла бы ты пройти внутрь.

— Прошу прощения, но мой опекун запретил мне заходить в архив, — ответила я, готовая расплакаться. — Если найдёте что-нибудь, что мне разрешено прочитать, пожалуйста, принесите это сюда.

Вайс замотал головой.

— Выносить нельзя.

— Что?! Как же так…

«Я надеялась, что смогу почитать снаружи! Ужасно!»

Запрет на вынос материалов шокировал не только меня. Гортензия вздрогнула от слов Вайса и зажала рот рукой.

«Я чувствую себя полностью солидарной с госпожой Гортензией».

Увидев, как мы с Гортензией поникли, Анастасий раздражённо вздохнул и перевёл взгляд на Ханнелору, как ещё одного кандидата в аубы.

— Другого выхода нет. Ханнелора, пройди.

— Как пожелаете.

Словно собравшись с духом, Ханнелора глубоко вздохнула и медленно пошла вперёд, вытянув перед собой руку. В отличие от Гортензии, ей ничего не воспрепятствовало.

Шварц, вошедший ранее, казалось, что-то сказал Ханнелоре, поскольку она вопросительно наклонила голову. Барьер, должно быть, блокировал звук, поскольку мы ничего не услышали.

— Похоже, кандидаты в аубы действительно могут войти… — задумчиво пробормотал Анастасий. — Что ж, брат, я пойду первым.

Анастасий прошёл первым, проверяя, нет ли какой-нибудь опасности, после чего обернулся и кивнул. Сигизвальд пошёл следом, но вот члены их свиты, планировавшие сопровождать принцев, пройти не смогли.

— Теперь моя очередь.

С лучезарной улыбкой Хильдебранд попытался последовать за братьями, но не смог. Ему преградил путь всё тот же невидимый барьер. Хильдебранд резко вдохнул и начал колотить по нему.

— Почему?! Почему я не могу войти?! Потому что я помолвлен с кандидатом в аубы Аренсбаха и больше не считаюсь членом королевской семьи?!

Он чуть не плакал. На это Вайс покачал головой.

— Нет, Хильдебранд, недоставать магической силы.

Не только Хильдебранд оказался ошеломлён заявлением Вайса. По сути, тот говорил: «Пусть ты и королевского происхождения, но тебе не хватает магической силы, а потому стой тут». Последователи Хильдебранда с растерянным видом переглянулись, не зная, что сказать.

Прекратив сокрушаться по поводу запрета выносить книги из архива, я подошла к Хильдебранду.

— Принц Хильдебранд, есть записи, что этот архив — место, которое посещают члены королевской семьи, достигнув совершеннолетия. Вы ещё не поступили в дворянскую академию, а потому неудивительно, что у вас недостаточно магической силы. Вы ещё не научились сжимать её, не получили штап и не обрели божественную защиту.

— Розмайн...

— Вам ещё далеко до того, как вы станете взрослым. Почему бы просто не подождать здесь, со мной? Что вы об этом думаете?

Я указала на стулья, стоящие у одного из столов.

Хильдебранд поднял голову и оглядел столы и стулья перед прозрачным барьером.

— Розмайн, ты будешь ждать здесь?

— Мне бы тоже хотелось посмотреть, что там, но ауб запретил мне беспечно входить в архив. Впрочем, с этого места тоже всё хорошо видно, не правда ли? Полагаю, оно главным образом предназначается для последователей. Отсюда они могут наблюдать за своими господами, чтобы убедиться, что тем ничего не угрожает. Я планирую подождать здесь за чаем. Возможно, в архиве найдутся какие-нибудь важные документы.

— Тогда я подожду с тобой, — Хильдебранд улыбнулся и направился к одному из стульев.

Артур, казалось, почувствовал облегчение: он расслабил плечи и с благодарностью улыбнулся мне.

— Брюнхильда, пожалуйста, посоветуйся с госпожой Соланж касательно приготовления чая, — попросила я.

— Как пожелаете.

Развернувшись, Брюнхильда направилась вверх по лестнице. Увидев это, остальные последователи засуетились.

— Принц Хильдебранд, я бы тоже хотел приготовить вам чаю. Вы не возражаете?

— Конечно, Артур.

***

— Я вернулась в общежитие с Лизелеттой, но это всё, что я могла донести одна, — смущённо улыбнувшись, сказала Брюнхильда, принеся лишь часть того, что требуется для чаепития.

— Раз уж тебе пришлось идти до общежития, отдохни немного, — сказала Рихарда и поднялась наверх, чтобы принести остальное.

— После того как приготовишь чай, можешь присесть там и немного отдохнуть, — предложила я.

— Это невозможно. Госпожа Розмайн, я не могу спускать с вас глаз. Кто знает, когда вы броситесь в архив, — усмехнулась Брюнхильда.

Леонора согласилась с ней. Похоже, видя, как я каждый раз ёрзаю, когда смотрю на архив, они сочли, что я не заслуживаю доверия.

«Прямо передо мной находится архив, полный документов и книг, которые я прежде не читала! Естественно, я сгораю от нетерпения и не могу усидеть на месте».

Поскольку для открытия двери необходимо три ключа, неизвестно, когда получится открыть её вновь. На мой взгляд, любой бы согласился, что в таких обстоятельствах устоять перед соблазном весьма трудно.

***

— Как мне увеличить магическую силу? — отпив чаю, спросил Хильдебранд.

Глубоко вздохнув, он поджал губы и уставился на руки.

— Вы изучите, как сжимать магическую силу, в дворянской академии, так что сейчас вам не нужно об этом беспокоиться. Как только вы узнаете подходящий метод, ваша магическая сила значительно возрастёт. Полагаю, предыдущие поколения королевской семьи оставили после себя несколько эффективных.

Насколько я знала, методы сжатия магической силы являлись либо семейной, либо личной тайной. Я нисколько не сомневалась, что у королевской семьи были собственные методы увеличения магической силы. В то же время мне показалось разумным не давать Хильдебранду никаких советов, поскольку тот мог сразу же броситься изучать сжатие. Поэтому я ограничилась расплывчатым ответом и снова сосредоточилась на архиве, где Ханнелора и остальные изучали документы.

Вероятно, Сигизвальд и Анастасий хотели получить общее представление о содержании документов. Все трое, разделившись, доставали белые таблички и, бегло просмотрев, возвращали их на место. Ханнелора покачала головой, а оба принца обеспокоенно нахмурились. Затем Анастасий раскрыл большую книгу, лежащую на подставке, и подозвал Сигизвальда.

«Как здорово. Вот бы к ним присоединиться…»

Пробуя принесённые Рихардой сладости, я наблюдала за архивом, пока оттуда, о чём-то беседуя, не вышли Ханнелора и принцы.

— Эм-м, госпожа Розмайн, не могли бы вы тоже зайти? Там так много старинных документов, что нам самим будет сложно разобраться, о чём они. Вы способны читать историю Дункельфельгера, так что, полагаю, хорошо понимаете старый язык, верно?

— Розмайн, мне жаль, что заставляю тебя нарушить обещание, данное твоему опекуну, но не могла бы ты помочь нам?

От просьбы Ханнелоры и Сигизвальда моё сердце дрогнуло. Я и правда хотела войти. Я хотела прочитать книги. И всё же я не желала, чтобы меня отругали.

— Эм-м, но ведь… Я…

Я оглянулась на Рихарду и Леонору, спрашивая разрешения. Они выглядели обеспокоенными, но опустили глаза, словно говоря: «Нам жаль, но нет». Хильдебранд тоже смотрел на меня с мольбой, не желая, чтобы я уходила.

Затем внезапно раздался голос Анастасия:

— Розмайн, идём.

— Анастасий, не говори таким требовательным тоном, — упрекнул его Сигизвальд. — Мы просим её сотрудничества.

Анастасий, не соглашаясь, покачал головой.

— Ты ошибаешься, брат. Розмайн обязана соблюдать запрет, данный её опекуну в Эренфесте. Поэтому, если она не получит указаний более высокого уровня, таких, как приказ королевской семьи, она не сможет ничего сделать… Итак, Розмайн, помоги нам прочитать документы в архиве. Это приказ королевской семьи.

«Приказ королевской семьи, да? Отказаться просто нельзя! Йе-ху!» — мысленно ликуя, я обернулась к своим последовательницам.

— Рихарда, Брюнхильда, Леонора, раз это приказ королевской семьи, мы ничего не можем поделать, так ведь?

Они дружно вздохнули.

— Юная леди, это не то лицо, с которым говорят, что ничего не поделаешь…

— Вы и правда не можете отказаться от приказа королевской семьи, но всё же...

— Госпожа Розмайн, вы слишком взволнованы.

Не в силах устоять перед властью королевского приказа, я с улыбкой встала со стула.

— Что же, тогда я пошла.

Взволнованная, я шагнула сквозь невидимый барьер. В этот момент Шварц чуть повернул голову и посмотрел на меня.

— Розмайн, недостаточно молитв.

— А? Что? — я в недоумении наклонила голову.

Ханнелора, шедшая за мной, спросила:

— Госпожа Розмайн, Шварц что-то вам сказал?

— Да. Он сказал что-то о том, что мне недостаёт молитв…

— Я тоже не совсем поняла, о чём он. Когда я вошла, он сказал, что мне не хватает атрибутов и молитв.

Ханнелора тоже наклонила голову, не понимая, к чему это было сказано. Между тем принцы, похоже, получили такое же сообщение. Пока я размышляла, что бы это могло значить, Анастасий пожал плечами.

— Если даже Розмайн, главе храма, недостаёт молитв, то нет смысла дальше об этом думать.

— Верно. Давайте взглянем на книги.

Отбросив лишние размышления, я вернулась к мысли, что должна поскорее прочитать книги. Но когда я потянулась к одной из тех, что лежала на наклонном столе, Анастасий остановил меня и подвёл к полке, заставленной белыми табличками.

— Те книги написаны относительно современным языком, так что мы можем и сами их прочитать. Займись теми, что здесь.

— Ханнелора сказала, что ты можешь разобрать, что там написано, но это действительно так? — спросил Сигизвальд.

Анастасий взял с полки одну из белых табличек и протянул мне. Та оказалась сделана из того же белого камня, что и само здание, и содержала старинные письмена. Я предположила, что пока дворянская академия и библиотека снабжаются магической силой, эти таблички никогда не разрушатся.

«Каменные таблички, да? Очень хорошо подходят для сохранения информации», — подумала я. Правда, эти таблички были несколько тяжеловаты, и на них можно было вместить не так уж и много текста. Я провела пальцем по выгравированным символам, читая их.

— Здесь описан очень древний ритуал. Хм-м... Так это о нём писалось на тех страницах священных текстов…

Ритуал основывался на истории о богине морей Феафюремеа¹, охладившей пыл разгорячённых богов, служивших Лейденшафту, когда те так распалились в споре, что это вызвало знойное лето. Если ритуал Хальдензеля — это ритуал для призыва весны, то этот, по всей видимости, предназначался для успокоения летней жары.

В священных текстах были лишь сама история, иллюстрация и песнопения, но вот на белой табличке содержались подробные инструкции к самому ритуалу. Если бы нашлась подобная табличка с инструкциями для ритуала Хальдензеля, мы, вероятно, смогли бы успешно его воссоздать.

— Это очень любопытно, и я бы с удовольствием исследовала связи между священными текстами и ритуалами, но, полагаю, сейчас для королевской семьи написанное здесь бесполезно. Я проверю эти таблички и укажу, о чём они в целом. Шварц, пожалуйста, приноси их мне по порядку начиная с самой левой на верхней полке.

— Хорошо.

Пока я просматривала каменные таблички, которые приносил Шварц, Сигизвальд с Анастасием читали книги, написанные относительно недавно. Что до Ханнелоры, то она медленно разбирала текст на других белых табличках.

Прочитав о проведении нескольких ритуалов, я наконец наткнулась на табличку, с ними не связанную. Обнаружив там кое-что любопытное, я обратилась к принцам:

— Принц Сигизвальд, принц Анастасий, возможно, для королевской семьи это будет полезно? Это мемуары короля, жившего очень давно. В них описаны метод сжатия магической силы и то, защиту каких богов он получил. Последнее, вероятно, будет полезным для нашего совместного исследования с Дункельфельгером.

Эти мемуары походили на практическое руководство вида: «Вот как я стал королём». Там описывались трудности, с которыми пришлось столкнуться на этом пути.

— Однако, поскольку ему требовалось вместить всё на одну табличку, он, похоже, опустил то, что тогда считалось общеизвестным. Из-за этого некоторые моменты я не могу понять.

— Что, например?

— В этой части говорится: «Я кружил снова и снова, вознося молитвы всем богам». Но где и как он кружил? Молился ли он, исполняя танец посвящения? Или в Центре есть нечто, что ему требовалось обойти по кругу?

Пока я пыталась представить, как король мог кружить и молиться, Анастасий хмурился.

— Учитывая твоё положение главы храма, не думаю, что в дворянской академии есть кто-то, кто разбирался бы в молитвах лучше тебя. Есть ли в храме что-нибудь, что подходило бы под описание? Что-то, что требовало бы вращения во время молитвы?

— Полагаю, тут речь не о вращении, а об обходе чего-то и вознесении молитв разным богам, — спокойным тоном предположил Сигизвальд.

Его слова помогли мне избавиться от образа кружащегося на месте короля. Я глубоко задумалась, что могли делать люди прошлого, но быстро поняла, что в молитвах разным богам не было ничего необычного.

— Когда я молюсь в храме, мне либо приносят божественные инструменты, либо я сама иду в молитвенный зал. Я никогда не обходила какие-либо места, вознося молитвы различным богам.

Пусть я и путешествовала по землям Эренфеста во время весеннего молебна и праздника урожая, однако везде молилась одним и тем же богам. Не было такого, чтобы в одном месте я молилась одному, а в другом — другому.

Погрузившись в размышления, я вдруг вспомнила разговор с Моникой.

— О! Это напомнило мне: я слышала от служительницы, что в различных частях храма можно найти статуи и резные изображения богов. Если все храмы одинаковы, то, возможно, в прошлом люди обходили храмы, молясь всем этим богам.

— Возможно, так и есть, — с серьёзным видом согласился Анастасий.

Сигизвальд задумался, после чего сказал:

— Эти мемуары кажутся важными, поэтому я бы хотел, чтобы ты переписала их и перевела на современный язык. Служащие, вероятно, смогут перевести текст, если просто переписать его как есть, но, полагаю, многие моменты грамотно передать сможешь только ты, как хорошо знакомая с храмом и молитвами.

— Поняла. В таком случае я схожу в читальный зал и возьму у Филины бумагу и чернила. Боюсь, мои служащие не могут прийти сюда.

— Позвольте мне сходить, — энергично предложила Ханнелора. — Госпожа Розмайн, вы хорошо знакомы со старым языком, так что вам лучше остаться здесь и продолжить проверку документов. Я поговорю с вашими последователями.

— Н-но, госпожа Ханнелора, я не могу просить вас о таком!

Я никак не могла просить кандидата в аубы высокорангового герцогства бегать по поручениям. Когда я, отказываясь, замотала головой, Сигизвальд улыбнулся и кивнул.

— В таком случае мы полагаемся на тебя, Ханнелора. После того как передашь сообщение последовательнице Розмайн, можешь немного отдохнуть. В конце концов, ты усердно работала с тех пор, как мы сюда пришли.

«Ох, понятно, ей нужен перерыв», — осознала я. В отличие от меня, терявшей счёт времени настолько, что забывала об отдыхе и еде, стоило только погрузиться в книги и документы, другим людям перерывы были необходимы.

Проводив взглядом покидающую архив Ханнелору, я снова опустила глаза на белые таблички.

— Розмайн, я слышал, ты исследуешь, как молитвы позволяют добиться защиты большего числа богов, — обратился ко мне Сигизвальд. — И как? Молитвы действительно способствуют большей защите?

— Вне всяких сомнений, молитвы влияют на полученную божественную защиту. Правда, есть некоторые дополнительные обстоятельства, вроде искренности при вознесении молитв, их частоты и регулярности, а также сколько магической силы человек жертвует. Чтобы разобраться с этим влиянием, мы обратились за помощью к Дункельфельгеру, многие рыцари-ученики которого получают защиту Лейденшафта и Ангрифа.

Сигизвальд тихо вздохнул, глядя на мемуары короля.

— Я получил защиту всех главных богов, атрибутами которых обладаю, но не почувствовал каких-либо существенных изменений. Разве что мне стало немного легче использовать магическую силу. Меняет ли что-нибудь получение защиты от подчинённых богов? Я не знаю, стоит ли мне отдавать приоритет молитвам вместо моих текущих обязанностей члена королевской семьи.

Он, вероятно, подразумевал, что не мог позволить себе тратить много времени на изучение документов в архиве, поскольку ему требовалось постоянно предоставлять магическую силу для поддержки Юргеншмидта.

— Принц Сигизвальд, когда нужно срочно куда-то добраться, разумнее выбрать пусть и более долгий, но безопасный путь, чем короткий, но опасный. Вот и в вашем случае, я считаю, следует выбрать более надёжный вариант.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Сигизвальд, непонимающе наклонив голову.

Я улыбнулась.

— Может показаться, что чтение этих документов, изучение методов сжатия и молитвы ради получения защиты от большего числа богов — это излишне долгий и непрактичный путь. Однако бо́льшая магическая сила и обильная божественная защита в конечном счёте уменьшат лежащее на ваших плечах бремя. Так, получив защиту от многих богов, вы почувствуете, что ваша магическая сила расходуется более экономно.

— Насколько ощутимы изменения? — спросил Сигизвальд, тёмно-зелёные глаза которого расширились от удивления.

— Могу сказать только по личным наблюдениям, так что, полагаю, от человека к человеку результат будет отличаться. Тем не менее мой старший брат Вильфрид, получив защиту двенадцати богов, сказал, что теперь, занимаясь смешиванием, тратит около семидесяти процентов от того количества магической силы, которое ему требовалось раньше.

— Около семидесяти? Сколько для этого требуется молиться?

По тому, насколько пронзительным стал взгляд Сигизвальда, я поняла, каким беспросветным, похоже, было положение королевской семьи и как отчаянно они нуждались в магической силе.

— А как насчёт тебя, получившей, как я понимаю, защиту от куда большего числа богов, чем Вильфрид? — хмуро посмотрев на меня, спросил Анастасий.

Поджав губы, я задумалась, стоило ли открывать правду? Или всё же лучше было промолчать? И тем не менее, мне казалось, королевской семье следовало узнать о силе молитв.

— Если ты на собрании герцогов собираешься объявить о результатах, которых достигла, молясь в храме, то я не вижу причин, по которым ты не могла бы рассказать нам об этом сейчас.

— Я слишком выделяюсь на фоне остальных, а потому не планирую привлекать к себе особого внимания, оглашая результаты исследований. Однако я хочу, чтобы королевская семья поняла важность молитв, а потому буду честной. Даже Эренфест не знает точного числа. Пожалуйста, сохраните услышанное в тайне.

— Обещаем, — Анастасий и Сигизвальд кивнули.

— В общей сложности я получила защиту от сорока трёх богов, в результате чего потребление моей магической силы сократилось примерно до сорока процентов от прежнего. Будь то смешивание или наполнение магических инструментов и камней, сейчас я трачу меньше половины того, что требовалось раньше. Из-за этого мне даже стало трудно контролировать магическую силу.

— Меньше половины?! Да как именно ты молишься?

Оба принца настолько удивились моим словам, что стали очень шумными. Настоятельно попросив их держать услышанное в тайне, я принялась писать в диптихе молитву.

— В Эренфесте мы молимся богам, когда снабжаем Основание магической силой. Благодаря этому ауб Эренфест получил защиту нескольких подчинённых богов. Поскольку всё, что требуется — это молиться, когда вы жертвуете магическую силу, то, думаю, даже для чрезвычайно занятой королевской семьи такой вариант вполне приемлем, не так ли?

— И этого достаточно? — Анастасий посмотрел на меня с подозрением.

— Конечно, если вы хотите получить защиту большего числа богов, вам следует чаще посещать храм и совершать ритуалы. Однако, я полагаю, у королевской семьи нет на это времени. К тому же если вы внезапно возьмёте на себя проведение ритуалов, это, весьма вероятно, приведёт к конфликту с храмом Центра. Поэтому, думаю, вам лучше начать с простого. Со временем молитвы богам станут для вас настолько естественными, что вы начнёте давать благословения, даже не задумываясь.

Главное в этом деле — привычка. Правда, стоит привыкнуть, как люди начинают странно коситься и даже злиться ни с того, ни с сего. Я испытала это на себе.

— Я ещё не всё изучила в полной мере, но, похоже, божественную защиту можно получить даже после достижения совершеннолетия. Поэтому если вы все будете регулярно молиться, жертвуя магическую силу, то через несколько лет ваша жизнь станет заметно проще.

— Что? Даже достигнув совершеннолетия? Да сколько информации скрывает Эренфест?

— Ничего мы не скрываем. Пока я не провела ритуал получения божественной защиты и не услышала обстоятельства других герцогств, я считала, что молиться, снабжая Основание магической силой, — это норма.

Не говоря уже о том, что бо́льшая часть информации, которую мы якобы «скрывали», исходила от Фердинанда. Так что если кто-то и скрывал, так это он. Но, естественно, я не собиралась говорить ничего лишнего.

***

— Госпожа Розмайн, я принесла вам бумагу и чернила.

— Благодарю вас, госпожа Ханнелора.

Получив от Ханнелоры бумагу и чернила, я принялась за перевод мемуаров короля.

— Мы тоже сделаем перерыв. Ханнелора, пожалуйста, перепиши текст с этой таблички.

— Как пожелаете, принц Сигизвальд.

Проводив взглядом покидающих архив принцев, я, наконец, смогла выдохнуть. Ханнелора тоже вздохнула с облегчением, а затем слабо улыбнулась мне.

— Когда принц Анастасий вызвал меня, я и подумать не могла, что в библиотеке меня встретят три принца. Госпожа Розмайн, вы тоже не ожидали их увидеть, да?

— Да. Я очень удивилась, увидев принца Сигизвальда.

«Правда, момент моего ошеломления пришёлся на более раннее время, поскольку я встретила его не в библиотеке, а в личном дворце принца», — добавила я про себя.

— Ещё я не ожидала, что мне поручат переписывать текст, — продолжила Ханнелора. — Я думала, что от меня потребуется только помочь открыть дверь. Мои познания в старом языке весьма посредственные, поэтому я очень рада, что вы тоже здесь.

— Члены королевской семьи, похоже, сосредоточены на выполнении своих обязанностей и не уделяют время изучению старого языка. Я впечатлена тем, что вы способны читать на нём, даже если и не очень хорошо.

Так мы болтали, пока я переводила текст на современный язык.

— О, это ведь церемония престолонаследия, да? — спросила Ханнелора, смотря на белую табличку перед собой. В храме Эренфеста подобных церемоний не проводилось, а потому я, заинтересовавшись, тоже взглянула на табличку. — Здесь сказано, что новый король должен продемонстрировать Грутрисхайт, так что, думаю, не ошиблась…

— Да, похоже, здесь и правда описана церемония престолонаследия, — согласилась я.

«Интересно, как нынешний король, не имея Грутрисхайта, провёл церемонию», — задумалась я, продолжая читать текст на табличке.

Ханнелора предложила табличку мне, не найдя на ней ничего, что было бы полезно королевской семье, а сама попросила Шварца принести ей новую.

Изучив переданную табличку, я обнаружила, что во время церемонии престолонаследия глава храма надевает божественный инструмент — корону Богини Света. Возможно, причина в том, что Богиня Света как раз была той, кто ведала договорами и обещаниями.

«А это что, заклинание?»

Инструкции по проведению ритуала содержали нечто, напоминающее заклинание для преобразования штапа. Я немедленно записала его в диптих.

Фердинанд, должно быть, часто здесь бывал. На табличках с описаниями других ритуалов я обнаружила заклинания для создания плаща Бога Тьмы и чаши Богини Земли. Я всегда задавалась вопросом, почему только Фердинанд обладал столькими необычными знаниями, и, похоже, наконец нашла ответ: он получил их в этом архиве.

«Я тоже буду стремиться всё здесь прочитать!»

***

Я читала документы до закрытия библиотеки, после чего вернула ключ от архива в шкатулку в кабинете. Время, проведённое в архиве, многому меня научило, включая различные ритуалы и заклинания, необходимые для превращения штапа в любой желаемый мной божественный инструмент. От такого количества документов и новых знаний я почувствовала головокружение, словно была пьяна.

— Для открытия архива достаточно лишь нас как хранителей ключей. А если члены королевской семьи не придут в библиотеку, то нам не понадобится и выгонять других студентов. Другими словами, теперь я буду читать документы вместо крайне занятой королевской семьи.

Рихарда и Анастасий мгновенно отвергли моё предложение.

— Нет, юная леди. У вас есть много других важных дел, таких как совместные исследования с большими герцогствами. Кроме того, я не могу разрешить вам войти в архив, если не будет никого, кто мог бы вас оттуда вывести. Мы, ваши последователи, вынуждены ждать снаружи.

— Слушай то, что говорят тебе последователи. Как только ты начинаешь читать, то перестаёшь слушать всё, что тебе говорят. Отпускать тебя одну просто нельзя. Вдобавок, если за тобой не присматривать, ты настолько увлечёшься чтением, что забудешь про перевод.

Все остальные поддержали их мнения. Оглядевшись, я поняла, что на моей стороне никого нет.

«Как так?! У меня ни единого союзника!»

Я перевела взгляд на Сигизвальда, обладавшего, пожалуй, самым высоким авторитетом в нашей группе. Он с тёплой улыбкой посмотрел на Гортензию и Ханнелору.

— Настоящим я запрещаю кому-либо входить в подземный архив без указаний от королевской семьи. Гортензия, Ханнелора, вам не дозволяется открывать замок, даже если Розмайн попросит.

— Как пожелаете.

Несмотря на то что я открыла для себя столь замечательный архив, в его дальнейшем посещении мне отказали. Подавленная, я поплелась обратно в общежитие.

***

Когда мы вернулись, Рихарда долго-долго ругала меня. За то, что я даже не поднимала глаз на Сигизвальда, когда он меня спрашивал, и отвечала на все его вопросы односложно, а ещё за то, что так вцепилась в документы, что Анастасию пришлось буквально вырвать их у меня из рук, а затем и силой вытаскивать меня из архива.

Поражённый услышанным Вильфрид спросил:

— Розмайн, разве тебе не говорили избегать королевской семьи, насколько это только возможно?

«Вильфрид, не думаю, что в этой ситуации есть моя вина», — только и могла мысленно оправдаться я.

¹ verführen [ˌfɛɐ̯ˈfyːʁən] (нем.) — соблазнять, meer [meːɐ̯] (нем.) — море