— Хайсхиц, из-за чего весь этот шум? — спросил командующий рыцарским орденом.

— Мы обсуждали первое за почти десять лет состязание в диттере против господина Фердинанда…

Когда я принялся рассказывать о великолепии господина Фердинанда, командующий одарил меня пристальным взглядом, после чего произнёс:

— Смена караула.

Собрание герцогов было в самом разгаре. В комнате для чаепитий Дункельфельгера проходила дискуссия между Дункельфельгером и Аренсбахом, в то время как я находился в зале ожидания с другими рыцарями сопровождения, ожидавшими своей очереди нести стражу.

— Обсуждение, касающееся бывшего Веркштока, завершилось? — спросил я, вернув лицу серьёзность.

Самой важной темой собрания герцогов этого года стало произошедшее во время состязания герцогств нападение, за которым стоял бывший Веркшток. Территорией этого бывшего герцогства управляли Дункельфельгер совместно с Аренсбахом, а потому в начале весны к нам для проведения расследования прибыла группа рыцарей Центра. Они выясняли, что нам известно о месте обитания и особенностях танисбефаленов, а также обследовали земли, где когда-то жили повстанцы.

После того как на собрании герцогов были представлены результаты расследования, обсуждения в основном велись касательно пересмотра контрмер с учётом реакции и мнений других герцогств. Но даже так, рыцари, что собрались в зале ожидания, сейчас выглядели куда более расслабленными, чем до собрания герцогов. Я и сам несколько увлёкся, но и про основную тему обсуждения не забыл.

— Вопрос бывшего Веркштока закрыли, но хватает и других тем, которые нужно обсудить, — ответил командующий орденом. — В конце концов, есть ещё помолвка принца Хильдебранда и госпожи Летиции, о которой объявили вскоре после дебюта принца. Будьте начеку.

Под пристальным взглядом командующего рыцарским орденом мы покинули зал ожидания. Снаружи мы пересеклись со слугами, которые так же сменялись со своими коллегами.

Во время этого собрания герцогов состоялся официальный дебют принца Хильдебранда. Так как его мать, третья жена короля, леди Магдалена, родом из Дункельфельгера, среди всех детей короля принц Хильдебранд оказался ближе всего к нашему герцогству. Таким образом, впредь Дункельфельгер будет служить ему важной опорой и, вероятно, станет чаще вести переговоры с Аренсбахом, придерживаясь интересов Центра.

— Это, скорее всего, надолго, — не скрывая недовольства на лице, пробормотал один из рыцарей.

Я был в какой-то мере с ним согласен. Чрезвычайно утомительно постоянно следить за всем вокруг и оставаться начеку, чтобы в случае возникновения чрезвычайной ситуации выступить незамедлительно. С переворота прошло уже около десяти лет, и в наших рядах становилось всё больше молодёжи, которая никогда не сталкивалась с внезапными или вероломными нападениями. Некоторые даже говорили нечто вроде: «В работе рыцаря нет ничего сложного, достаточно просто стоять на страже». Называть таких деревянных болванчиков рыцарями сопровождения даже язык не поворачивался.

— Просим прощения. Позвольте налить вам ещё чаю.

Войдя в комнату для чаепитий вместе со слугами, я огляделся. Меня интересовало: сколько здесь собралось людей из Аренсбаха и где именно они находятся? Сколько из них обладают схожим с моим количеством магической силы? Пронесли ли сюда какие-либо опасные магические инструменты, воспользовавшись сменой караула? Придерживаясь хорошо знакомых нам процедур, я и мои товарищи оценивали рыцарей сопровождения Аренсбаха, а те аналогичным образом оценивали нас.

Закончив высматривать что-либо подозрительное, я обратил внимание на герцогскую чету Аренсбаха. У ауба Аренсбаха и его первой жены, госпожи Георгины, была значительная разница в возрасте, что весьма удивило меня в то время, когда она впервые посетила собрание герцогов как его первая жена. Впрочем, со временем я перестал обращать на это внимание.

— Во время встречи также было объявлено о помолвке принца Хильдебранда и госпожи Летиции… — заговорила леди Зиглинда, первая жена ауба Дункельфельгера.

Как и ожидал наш командующий, после того как слуги налили всем нового чаю, всплыла тема помолвки. Выступая эскортом, я также прислушивался к разговору, поскольку поднятая тема имела важное значение для обоих наших герцогств.

Госпожа Летиция — внучка ауба Аренсбаха по линии его первой жены. Насколько я понял, девочку забрали из Древанхеля, чтобы та стала следующим аубом. Что до становления принца Хильдебранда её женихом и последующего переезда в Аренсбах, то, похоже, это делалось в качестве компенсации за наложенное после переворота наказание, из-за которого аубу Аренсбаху пришлось понизить своих наследников до высших дворян.

«Из обстоятельств брака леди Магдалены я уже знал, что принца Хильдебранда воспитывали как вассала... но совершенно не ожидал, что решение о помолвке будет принято так скоро», — подумал я. Судя по всему, королевская семья посчитала хорошей идеей, чтобы принц Хильдебранд, связанный кровью с Дункельфельгером, отправился в качестве жениха в Аренсбах, поскольку оба герцогства в настоящее время совместно управляют территорией бывшего Веркштока. Итогом стало решение, что госпожа Летиция, в которой течёт кровь Древанхеля и Аренсбаха, станет невестой принца. Также это дало всем понять, что именно она станет следующим аубом.

— Это принесёт мир и стабильность следующему поколению. Я чувствую, словно с моих плеч свалился огромный груз, — сказал ауб Аренсбах, с видимым облегчением поглаживая бороду.

Прошло десять лет с тех пор, как он потерял своих преемников в результате переворота. Насколько тяжёлый это удар для ауба? Даже Дункельфельгеру пришлось очень нелегко, хотя наша герцогская семья весьма большая и мы мало пострадали от переворота. Ауб Аренсбах же, вероятно, столкнулся и вовсе с невообразимыми трудностями.

— Однако из-за этого стало сложнее подобрать мужа моей дочери Дитлинде. Кандидат должен быть в состоянии действовать от лица ауба, если произойдёт что-то чрезвычайное, — обеспокоенно нахмурившись, сказала госпожа Георгина.

Я что-то слышал о том, что у неё есть дочь, которая вскоре должна закончить дворянскую академию, но с её женихом до сих пор не определились, поскольку позиция госпожи Летиции оставалась неясной. Выходило так, что в Аренсбахе, герцогская семья которого мала, решили увеличить её, приняв к себе жениха дочери госпожи Георгины, чтобы в будущем у госпожи Летиции имелась бо́льшая поддержка.

«Должно быть, госпожа Георгина обеспокоена будущим дочери, и всё же ради будущего герцогства она терпеливо ждёт, пока следующий ауб не укрепит свои позиции».

Хотя я уважал её отношение как первой жены большого герцогства, вот только мало кто согласится жениться на девушке-кандидате в аубы, у которой нет абсолютно никаких шансов стать следующей герцогиней. Найти высшего дворянина в своём герцогстве вполне возможно, но вот найти члена семьи герцога из другого герцогства, который смог бы выполнять обязанности супруга герцогини — уже значительно сложнее. Большинство студентов старших курсов определялись с партнёром ещё до окончания дворянской академии. В вопросах брака с девушкой проще, ведь она может перебраться в другое герцогство, чтобы стать второй или третьей женой, но вот в случае мужчины, если он женат, то уже никак не может рассматриваться в качестве кандидата в женихи.

«Чтобы мужчина из герцогской семьи согласился жениться на женщине, у которой нет шансов стать следующей герцогиней, ему нужно либо действительно любить её, либо же быть отягощённым какими-то обстоятельствами, мешающими заключить нормальный брак», — раздумывал я.

Впрочем, все эти трудности меня никак не касались. Но затем из уст ауба Аренсбаха прозвучало имя потенциального кандидата в зятья:

— Я бы хотел, чтобы господин Фердинанд Эренфестский стал её женихом. Вы знаете его?

«Господин Фердинанд?!» — удивился я и уставился на ауба Аренсбаха. Чувствуя, как кровь приливает к голове, я ощущал восторг. Идея была просто замечательной. В дворянской академии я учился вместе с господином Фердинандом, и его талант невозможно было отрицать: он каждый раз становился лучшим на своём году обучения, проявлял себя как исключительный служащий и не имел себе равных в диттере. Кроме того, у него отличные навыки игры на фешпиле и он хорош собой.

Вот только господин Фердинанд оказался в неприятной ситуации. У него не было матери и, следовательно, и поддержки со стороны дворянства, а вдобавок его невзлюбила первая жена предыдущего ауба Эренфеста. В результате после смерти отца, единственного кровного родственника, на которого он мог положиться, господина Фердинанда заставили уйти в храм. Многие люди просто завидовали его безграничному таланту.

Прошло около десяти лет с тех пор, как господин Фердинанд появлялся на публике во время состязания герцогств. А учитывая, что браки членов герцогских семей заключаются во время собрания герцогов, факт, что о господине Фердинанде ничего не было слышно, явно указывал — тот всё ещё не женат.

«Разве брак с Аренсбахом не прекрасная возможность спасти господина Фердинанда?!» — задумался я, сжимая кулаки от волнения.

Вот только в следующий момент плечи ауба Аренсбаха поникли.

— Учитывая его таланты, он идеальный кандидат на роль жениха, и я бы хотел спасти его от текущего бедственного положения и вызволить из храма, вернув под солнечный свет. Но, к сожалению, переговоры оказались сопряжены с огромными трудностями…

Ауб Аренсбах просил освободить господина Фердинанда из храма и предоставить ему возможность в полной мере использовать свои таланты, однако ауб Эренфест отказался.

— Он просто не может высказать свои истинные мысли перед аубом, — сказала госпожа Георгина. — Мы попросили ауба Эренфеста на время оставить нас, чтобы господин Фердинанд мог честно выразить своё мнение, но эта просьба также была отклонена. В результате господину Фердинанду пришлось покинуть собрание, так толком ничего и не сказав.

Похоже, Эренфест намеревался и дальше держать господина Фердинанда в бедственном положении. Это невероятно злило.

— Я пытался связаться с господином Фердинандом с тех пор, как заметил его на свадьбе моей племянницы и дворянина Эренфеста. Когда мы узнали, что господин Фердинанд прибыл на состязание герцогств, то хотели, воспользовавшись возможностью, поговорить с ним наедине, но…

Ауб Аренсбах замолчал и многозначительно посмотрел на ауба Дункельфельгера. Смысл этого взгляда сразу же стал мне понятен. Прежде, чем ауб Аренсбах успел лично переговорить с господином Фердинандом, мы увели того состязаться в диттере.

«Не может быть! Получается, я помешал светлому будущему господина Фердинанда?!»

У меня даже и в мыслях не было вредить господину Фердинанду, но, похоже, мои действия поставили того в невыгодное положение. Мне хотелось хотя бы ненадолго покинуть свой пост и просто схватиться за голову, но в следующий момент до меня долетели слова госпожи Георгины:

— Дункельфельгер всё ещё поддерживает с ним контакты, не так ли? Если у вас есть личные связи, не могли бы вы нас представить? Мне действительно жаль господина Фердинанда…

— Да, в обмен на согласие Аренсбаха на проведение расследования, связанного с нападением, я намерен попросить короля поспособствовать тому, чтобы господина Фердинанда отправили к нам в качестве жениха, — сказал ауб Аренсбах. — Если возможно, то я бы хотел, чтобы Дункельфельгер оказал мне поддержку.

Меня тронуло желание госпожи Георгины спасти господина Фердинанда из его бедственного положения. Я также чувствовал безмерную благодарность аубу Аренсбаху за готовность обратиться с просьбой к самому королю и едва сдерживал волнение, поскольку просто не мог упустить шанс улучшить положение господина Фердинанда.

— Леди Зиглинда, пожалуйста, давайте будем сотрудничать с Аренсбахом и спасём господина Фердинанда! — заявил я. — Работая вместе, мы сможем загладить грубость леди Магдалены, которую та в прошлом проявила к нему.

Когда я попросил леди Зиглинду, первую жену нашего ауба, поддержать прозвучавшее предложение, она обратила на меня пристальный взгляд красных глаз.

— В той истории с леди Магдаленой это вы все вели себя грубо. Действуя на эмоциях и совершенно не думая о будущем, сначала беспокоили господина Фердинанда, а затем и многих других. Уже забыл, в какой ярости была леди Магдалена?

Когда леди Зиглинда отругала меня, я немного испугался. Ещё во времена учёбы в дворянской академии я планировал вызволить господина Фердинанда из Эренфеста путём его брака с леди Магдаленой, кандидатом в аубы нашего герцогства. Эти двое были хорошими соперниками друг для друга, когда дело доходило до выработки стратегии диттера, однако их не связывали какие-либо романтические отношения. Господин Фердинанд и сам хотел покинуть Эренфест, но не питал каких-либо чувств к леди Магдалене.

Тем не менее условия жизни господина Фердинанда были чрезвычайно тяжёлыми. Многие рыцари, как и я, уважали его за силу, проявленную в диттере, и желали, чтобы он присоединился к нашему герцогству. Поэтому мы старались убедить предыдущего ауба Дункельфельгера поженить господина Фердинанда и леди Магдалену. Мы давили, давили и давили. В итоге ауб согласился, что действительно стоит спасти из бедственного положения человека, который так силён в диттере, ведь это соответствует духу Дункельфельгера.

«До этого момента всё шло хорошо».

Мы так и не получили одобрения леди Магдалены. Более того, она пришла в ярость, когда предыдущий ауб обратился к ней с предложением прислушаться к нам и выйти замуж за господина Фердинанда. В результате она воспользовалась ситуацией, чтобы выйти замуж за пятого принца, нынешнего короля, любовь к которому хранила до того времени втайне.

— Почему я должна потратить свою жизнь на то, чтобы спасти кандидата в аубы из какого-то захолустья? — спросила она тогда. — Тот, кого хочу спасти я, — другой человек. Если, как вы говорите, господин Фердинанд недоволен своим положением, то ему достаточно использовать свой ум, чтобы поскорее устранить первую жену ауба Эренфеста. То, что он этого не сделал, — его собственный выбор. Поэтому, пожалуйста, не вовлекайте меня в склоку герцогства низкого ранга.

Вхождение леди Магдалены в королевскую семью ознаменовало конец политическим распрям. В итоге выгоды, которые получил Дункельфельгер, многократно превысили то, чего можно было бы ожидать, если бы она вышла замуж за кандидата в аубы Эренфеста. Вопрос помолвки лишь обсуждался с господином Фердинандом и никаких официальных договорённостей не было, а потому вся история закончилась тем, что наш ауб отправил письмо с отказом аубу Эренфесту. С точки зрения герцогства, выбор вполне очевиден, но вот я сильно сожалел, что так и не смог спасти господина Фердинанда.

— Вот почему я хочу использовать этот новый шанс, чтобы спасти господина Фердинанда из Эренфеста, — объяснил я. — Из-за того, что леди Магдалена вышла тогда замуж за лорда Трауквала, господин Фердинанд не смог покинуть своё герцогство и в итоге провёл последние десять лет в храме.

— Это облегчит испытываемую тобой вину, но ведь на этом и всё, — сказала леди Зиглинда.

Когда она спросила, есть ли какая-то польза нашему герцогству от спасения господина Фердинанда, я принялся отчаянно ломать голову.

— Кажется, дочь господина Редмонда, Кларисса, намеревается выйти замуж за высшего дворянина Эренфеста. Поэтому господин Редмонд желает, чтобы Эренфест установил больше связей с окружающими герцогствами. Таким образом, если господин Фердинанд сможет связать себя браком с больши́м герцогством, то наши отношения…

— Опять же, польза отдельным людям не то же самое, что польза герцогству. Интересы Дункельфельгера имеют первостепенное значение, — покачав головой, возразила леди Зиглинда.

Как бы сильно я ни хотел спасти господина Фердинанда, мне пришлось отступить, пока у меня не найдётся подходящих доводов, с выгодой которых она бы согласилась. Я отдал честь, а затем развернулся и отошёл.

{{Подзаголовок|***}}

— Вот так обстоят дела. Сейчас для меня важнее спасти господина Фердинанда, а не преследовать интересы герцогства.

Я решил собрать в обеденном зале общежития остальных рыцарей и обсудить с ними, какие доводы могут быть достаточно весомы, чтобы убедить леди Зиглинду. В одиночку найти решение сложно, но вот если собраться всем вместе и подумать сообща, то, я нисколько не сомневался: мы сможем придумать несколько хороших идей.

Подняв чашу, наполненную визе, я продолжил:

— На этот раз мы точно вызволим его! Давайте поддержим Аренсбах и попросим короля освободить господина Фердинанда из Эренфеста!

— Да!

В ответ на мой призыв рыцари подняли свои чаши и залпом осушили их. Ощущение жжения алкоголя в горле тут же подняло нам настроение.

— Хм-м… Учитывая, что принц Хильдебранд отправится в качестве жениха в Аренсбах, можем ли мы сделать упор на то, что женихом госпожи Дитлинды следует сделать кого-то, на кого мы имеем влияние? — предложил один из рыцарей.

Казалось, недавний диттер с господином Фердинандом сделал остальных более оживлёнными. Все мои товарищи-рыцари сообща думали над доводами, что смогут убедить леди Зиглинду.

— Верно. Господин Фердинанд не из тех людей, кто одержим властью и статусом. Он даже не подумает о том, чтобы конфликтовать с госпожой Летицией и принцем Хильдебрандом.

— Учитывая, что он также выступает опекуном госпожи Розмайн, я думаю, он сможет стать и великолепным наставником для госпожи Летиции. Если мы сделаем упор на этом, то наверняка сможем привлечь на свою сторону Древанхель, разве нет?

Мысль о том, что можно найти союзников не только в Дункельфельгере, но и в других герцогствах, очень обнадёживала. К предложению действительно стоило прислушаться, а потому я твёрдо решил, что мы должны уговорить Древанхель поддержать нас.

— Поскольку границы герцогств невозможно перекроить, мы с Аренсбахом находимся в одинаковом положении и потому нам важно укрепить наши отношения. Леди Зиглинда, безусловно, и сама об этом знает. Сейчас Аренсбах ссылается на то, что не может заниматься истреблением магических зверей, но если господин Фердинанд станет женихом госпожи Дитлинды, то разве он не примет меры, чтобы сократить численность магических зверей?

— Другими словами, ты предлагаешь охотиться на магических зверей вместе? Возможно, мы даже могли бы устроить диттер! — воскликнул я.

— Успокойся, Хайсхиц. Это полезно только для тебя, а не для герцогства.

Мне сказали, что следует подчеркнуть, что брак господина Фердинанда с госпожой Дитлиндой позволит Аренсбаху начать вести охоту на магических зверей и будет способствовать более тесным отношениям между нашими герцогствами. Понимающе кивая, я тем временем радостно представлял, как истребляю магических зверей на пару с господином Фердинандом. При этом я чувствовал себя так, словно вернулся во времена учёбы в дворянской академии.

— Если мы сможем оказать Аренсбаху услугу, то в будущем это позволит нам получить преимущество в переговорах о приобретении товаров из Ланценавии.

— К тому же, если господин Фердинанд отправится в Аренсбах, есть шанс, что мы сможем получить обходной путь для приобретения пользующихся популярностью товаров Эренфеста, собственные торговые возможности которого весьма слабы. Вы ведь слышали, что именно господин Фердинанд придумал многие ныне популярные тенденции, стараясь поддержать госпожу Розмайн.

— Это правда? Чего и следовало ожидать от господина Фердинанда!

Держать таланты в храме было верхом глупости, и потому со всех сторон доносились возгласы, что столь гениального человека, как господин Фердинанд, следовало вызволить оттуда. Таким образом, я смог собрать идеи, которые в одиночку просто не придумал бы. А если бы ещё удалось заручиться поддержкой Древанхеля, то даже леди Зиглинда согласилась бы на наше предложение.

— Давайте постараемся вместе! На этот раз мы точно спасём господина Фердинанда из храма и вытащим его из Эренфеста!

— О да!

***

Наша решимость и наши усилия оказались вознаграждены. Благодаря совместным усилиям нескольких могущественных герцогств, обратившихся с просьбой к королю, итогом собрания герцогов стал приказ короля господину Фердинанду отправиться в качестве жениха в Аренсбах.