Праздник весны проводился спустя несколько дней после распродажи книг. Поскольку во время него должна была состояться церемония крещения Мельхиора, я попросила Лизелетту и Брюнхильду отправиться в храм и забрать оттуда мои одежды и прочие необходимые мелочи.

— Госпожа Розмайн, к нашему прибытию Фран и Моника уже всё подготовили, — с улыбкой сказала Лизелетта, осматривая церемониальные одежды главы храма и аксессуары.

Насколько я поняла, к тому времени, как Лизелетта и Брюнхильда добрались до храма, наши с Фердинандом слуги уже принесли к дверям весь багаж, предусмотрительно разделив его на небольшие части, чтобы было проще везти на ездовых зверях.

— А это подарок от детей из приюта, — добавила Брюнхильда, показывая мне маленькую баночку. — Мне сказали, что это сок пару́.

— Зимняя сладость. Пожалуйста, отнеси Элле.

Брюнхильда кивнула и направилась на кухню.

— Фран беспокоился, всё ли хорошо у вас со здоровьем, и если да, то не забываете ли вы о физических упражнениях, — сказал Дамуэль, сопровождавший девочек в храм. — Я успокоил его, сказав, что вы посещаете тренировочную площадку рыцарей и выполняете лёгкие упражнения.

Я также расспросила о том, как дела у Моники и остальных. Похоже, у них всё обстояло как обычно, так что я могла ни о чём не волноваться.

Когда мы закончили разговор, вернулась Оттилия.

— Госпожа Розмайн, — обратилась она ко мне, держа в руке приглашение, — госпожа Шарлотта и господин Вильфрид приглашают вас на чаепитие. Приглашение может показаться довольно неожиданным, но они хотели бы познакомить вас с господином Мельхиором до его церемонии крещения.

В приглашении Шарлотта написала, что была очень рада устроить чаепитие со мной, её старшей сестрой, перед церемонией крещения. Вот только наше с ней первое чаепитие из-за вмешательства Вильфрида на середине превратилось в допрос, так что я не могла назвать воспоминание приятным. Тем не менее, похоже, в памяти Шарлотты та наша встреча осталась счастливым воспоминанием.

«Да и я не могу отрицать, именно то чаепитие позволило мне узнать, насколько же Шарлотта на самом деле милая».

Я никогда раньше не разговаривала с Мельхиором, а потому мне и самой хотелось встретиться с ним хотя бы раз перед его церемонией крещения. Дав своё согласие, я стала ждать чаепития, попутно работая над рукописями вместе со своими служащими.

«Мне нужно много работать, чтобы стать для Мельхиора хорошей старшей сестрой!»

***

— Добрый вечер, сестра.

— Спасибо за приглашение, Шарлотта. Было приятно получить его.

Обменявшись приветствиями с Шарлоттой, организатором этого чаепития, я перевела взгляд на Мельхиора, который стоял рядом с Вильфридом и ждал, когда нас представят. У него были фиолетово-синие волосы, как и у отца, и голубые глаза, унаследованные от матери. Чертами лица он тоже пошёл в мать, а потому лицо Мельхиора выглядело добрым и нежным. При этом я заметила кое-что куда более важное.

«Я выигрываю! — обрадовалась я, поняв, что немного выше. — Пусть и ненамного, но всё же выше! Даже если мы выглядим на один возраст, со стороны старшей выгляжу я! Йе-ху! И да, я не вытягивала спину!»

До встречи с Мельхиором я очень беспокоилась, что могу оказаться ниже, но теперь, когда стало понятно, что я действительно выгляжу старшей сестрой, моё волнение резко возросло.

— Это наш младший брат Мельхиор. Надеюсь, вы с ним поладите, — представил его Вильфрид. — Мельхиор, это Розмайн, твоя старшая сестра, а также глава храма. Она благословит тебя во время церемонии крещения.

— Старшая сестра Розмайн, я ещё не прошёл церемонию крещения, а потому не могу дать должное благословение, но, пожалуйста, позволь мне поприветствовать тебя, — с несколько нервным выражением лица произнёс Мельхиор и, выйдя вперёд, преклонил колено и склонил голову. — Я Мельхиор, сын ауба Эренфеста. Могу ли я помолиться о сей радостной встрече, что состоялась в суровую пору, которой испытывает нас бог жизни Эйвилиб?

— Ты можешь.

— О бог жизни Эйвилиб, благослови мою старшую сестру Розмайн. Пусть наши отношения будут долгими и процветающими, — сказал Мельхиор.

Подняв глаза, он с удовлетворением от того, что сделал всё так, как его учили, взглянул на Вильфрида и Шарлотту, словно желая спросить, насколько хорошо справился. Те с нежными улыбками взглянули на младшего брата.

— Думаю, вышло хорошо, — похвалил Вильфрид Мельхиора.

— Верно, — согласилась Шарлотта. — Я тоже волновалась во время первого приветствия. Ты молодец.

Картина того, как по-детски открытый младший брат искренне радуется похвале старших брата и сестры, казалась мне очаровательной. Сразу становилось понятно, что его воспитание проходило под наблюдением Флоренции. Просто смотря на то, как он улыбается, я чувствовала, что и сама не могу удержаться от улыбки.

— Сестра, после того, как ты переехала в северное здание, в детской комнате стало совсем одиноко. Мне очень хотелось поскорее переехать вслед за тобой, — признался Мельхиор. — Я так рад, что теперь мы сможем устраивать совместные чаепития.

— Я тоже очень рада, что после столь долгой разлуки снова смогу проводить с тобой время, — ответила Шарлотта, нежно поглаживая младшего брата по голове, из-за чего его волосы слегка колыхались.

— Хм? А ведь Мельхиор и Розмайн действительно походят на родных брата и сестру благодаря схожему цвету волос, — заметил Вильфрид, прикоснувшись к волосам Мельхиора и сравнив их с моими.

Действительно, если сравнивать с Вильфридом и Шарлоттой, волосы которых светлые, то унаследованные от Сильвестра фиолетово-синие волосы Мельхиора были по цвету ближе к моим.

«Интересно, Камилл тоже вырос похожим ребёнком? Ему ведь уже почти пять? Скорее всего он растёт, окружённый любовью папы, мамы и Тули, а потому должен быть похож», — подумала я, попутно вспоминая последний раз, когда видела Камилла у дверей храма. Память подсказывала, что волосы Камилла и правда походили на мои и Сильвестра.

«Как бы мне хотелось, чтобы Камилл точно так же называл меня старшей сестрой. Но это желание никогда не сбудется…»

— Мельхиор, сестра принесла сладости, которые ты ещё не пробовал, — сказала Шарлотта, после чего предложила нам присаживаться.

Так началось наше чаепитие. Каждый попробовал принесённые сладости и отпил чаю. Со своей стороны я принесла баваруа.

Когда компания «О́тмар» доставила фунтовые кексы для состязания герцогств, мне также подарили желатин, который закончили готовить незадолго до этого. Я тут же попросила Эллу приготовить мне баваруа, однако сейчас я впервые угощала им кого-то другого. Краем глаза я заметила, как Брюнхильда спокойно наблюдает за тем, как мои сестра и братья оценивают вкус баваруа.

— Оно так нежно проходит по горлу. Сладкое и вкусное, — отметила Шарлотта. — Могут ли у него быть другие вкусы?

— Да, вкусы могут быть самыми разными. В данном случае используется зимняя сладость — пару, — ответила я и положила в рот ещё немного баваруа.

Вкус пару́ вызывал у меня ностальгию по нижнему городу. Чувствуя, как во рту медленно распространяется сладость, я невольно улыбнулась.

— Да, оно сладкое, но текстура какая-то странная, — поделился мнением Мельхиор.

— Поэтому я предпочитаю печенье, — сказал Вильфрид.

Шарлотте баваруа понравился, но вот мальчики нашли его несколько странным. Вне всяких сомнений, требовалось ещё поработать над рецептом, прислушиваясь к мнениям других, в противном случае не стоит даже думать о том, чтобы подавать баваруа в дворянской академии.

«Пудинг поначалу тоже не пользовался популярностью, так что неудивительно, что и с баваруа та же история», — подумала я.

— Мельхиор, завтра у тебя церемония крещения. Ты не волнуешься? — спросил Вильфрид.

Тема разговора естественным образом переключилась на неукоснительно приближающуюся церемонию крещения Мельхиора.

— Мне говорили, что мне придётся идти одному… — тихо ответил Мельхиор.

— Во время церемонии крещения я тоже очень нервничала из-за того, что на меня смотрело множество дворян. Но когда я увидела, что на сцене меня ждёт сестра, то немного успокоилась. Мельхиор, тебе не нужно ни о чём беспокоиться. Просто подойди к ней, — с улыбкой сказала Шарлотта, развеивая беспокойство Мельхиора.

— Вот только, Шарлотта, твоя церемония крещения проходила зимой, так что рядом с тобой шли и другие дети, — сказал Вильфрид. — Мельхиор будет идти один, как и я. В такой ситуации нервничаешь куда больше.

Зимняя церемония крещения у дворян проходила одновременно с дебютом, но вот церемонии крещения с весны до осени проводились приглашённым священником в домашней обстановке. Похоже, родившимся весной приходилось идти через зал в одиночестве. Это напомнило мне, что во время моей церемонии крещения Карстед и Эльвира сопровождали меня, идя впереди. Гостей в тот раз было много, но всё же не настолько, как при церемонии крещения в замке, когда собираются практически все дворяне.

Вильфрид и Шарлотта объясняли нервничавшему Мельхиору, как проходит церемония крещения, время от времени споря друг с другом: «Лучше сделать вот так», «Нет, лучше так», я же просто с улыбкой наблюдала за ними.

— Мельхиор, а что тебе нравится? — поинтересовалась я.

— Сестрица Розмайн, мне нравятся игрушки, которые ты делаешь. Это ведь ты сделала их все, верно? Так мне сказали брат и сестра. Сестрица Розмайн, ты такая потрясающая.

Благодаря Флоренции и Шарлотте, которые приносили и читали ему сделанные мной книги, а также Вильфриду, научившему его играть в каруту и карты, Мельхиор стал думать обо мне как о замечательной старшей сестре.

«У меня отличный старт в роли старшей сестры! Огромное спасибо вам, Вильфрид, Шарлотта!» — Я взволнованно сжала кулаки под столом, укрепившись в решимости стать для Мельхиора хорошей старшей сестрой.

Мельхиор очаровательно улыбнулся и сказал:

— Сестра, книги, которые ты сделала, такие интересные. Если у тебя есть и другие, я бы хотел прочитать и их тоже. Я очень люблю книги.

«О-о-о-о! Он захвалит меня до смерти! Он только что с улыбкой сказал, что любит мои книги! Иметь младшего брата-книжного червя — просто чудесно! Мне хочется здесь и сейчас воздать богам похвалу за столь милого младшего брата!» — дрожа, я пыталась сдержать готовую вырваться наружу магическую силу. Рихарда, должно быть, заметила это и с обеспокоенным видом подошла ко мне. Ввиду того, что сегодня проходило всего лишь чаепитие между братьями и сёстрами, я не взяла с собой подаренное Фердинандом ожерелье, в котором можно хранить магическую силу.

— Юная леди, пожалуйста, успокойтесь.

— Всё в порядке, Рихарда. Я всё ещё могу продолжать…

Посетив в дворянской академии несколько чаепитий с моими друзьями, любящими книги, я научилась до некоторой степени сохранять самообладание. Теперь, даже находясь на грани смерти, я бы приложила все силы и порекомендовала Мельхиору ещё больше книг, чтобы он стал самым милым младшим братом-книжным червячком.

— Мельхиор, а какие истории тебе нравятся? Возможно, истории о рыцарях? Сейчас у нас есть много историй из других герцогств. Они пока ещё не превращены в книги, но я могу их показать, — широко улыбаясь, предложила я.

Если мой младший брат чего-то желал, я была готова приложить все силы, чтобы удовлетворить его просьбу.

Мельхиор чуть наклонил голову, а затем с улыбкой ответил:

— Больше всего мне нравятся истории о богах. Когда я учился играть в каруту, я просил последователей читать мне священные тексты с картинками. А ещё брат говорил, что для того, чтобы стать похожим на тебя, мне следует больше узнать о богах.

«Ему нравятся священные тексты в картинках?» — задумалась я. В Эренфесте их считали лишь учебными пособиями. Пусть дети и читали их регулярно, чтобы побеждать в каруте и запоминать имена богов, но мало кто сказал бы, что им действительно нравятся истории о богах.

— Поняла. Если тебе, Мельхиор, так нравятся истории о богах, то я приложу все силы, чтобы дать их тебе. Рихарда, нужно прямо сейчас доставить из храма священные тексты главы храма...

Прежде, чем я договорила, Рихарда похлопала меня по плечу.

— Юная леди, я понимаю, что господин Мельхиор настолько очарователен, что вы потеряли голову, но, пожалуйста, успокойтесь. Разве юный господин Фердинанд не говорил вам, что не следует так беспечно показывать другим священные тексты главы храма?

Священные тексты, над страницами которых парили странный текст и магический круг, действительно не следовало показывать другим по простой прихоти.

— Может, тогда просто сделанную с них копию?

— Боюсь, текст там будет пока слишком сложным для господина Мельхиора. Юная леди, вам стоит просто рассказать ему те истории, которых ещё нет в книжках с картинками.

«Я всего лишь хотела показать ему книгу...» — грустно подумала я. Однако доводы Рихарды показались мне весьма разумными, а потому я просто решила рассказать Мельхиору историю о богах, которой не было в книжках с картинками. Мельхиор внимательно слушал меня, и его голубые, как у Флоренции, глаза ярко сияли. Я не могла не задаться вопросом: не стоит ли мне срочно сделать новую книгу для моего нового младшего брата?

***

Я получила огромное удовольствие от общения с новым младшим братом. Когда он с его последователями вернулся в главное здание, я обратилась к Вильфриду и Шарлотте, благодаря которым состоялось чаепитие:

— Мельхиор действительно милый ребёнок. Мне хочется сделать всё от меня зависящее, чтобы окружить его любовью.

В ответ на такое моё решительное заявление Шарлотта недовольно надула губки.

— Почему-то у меня такое чувство, будто Мельхиор украл у меня старшую сестру…

— Шарлотта, просто Розмайн излишне добра к тем, кто младше неё, особенно к девочкам. При нашей с ней первой встрече её отношение было совершенно иным. Я впервые вижу, чтобы она была столь добра с кем-то, — угрюмо смотря на меня, ответил Вильфрид. — Розмайн, ты должна вести себя мягче по отношению ко мне. Разве я не твой жених?

— Ох, но господин Фердинанд всегда говорил, что я излишне мягка к тебе, дорогой брат.

— Э-э? — Вильфрид издал странный звук и в замешательстве наклонил голову. — А почему я не помню ни одного случая, когда ты была бы со мною мягка?

— Перед нашим дебютом и во время инцидента с Белой башней. В обоих случаях меня упрекнули в том, что я вела себя с тобой слишком мягко. Возможно, ты бы предпочел, чтобы тогда я проявила более жёсткую позицию?

На это Вильфрид ошарашенно распахнул глаза.

— Точно так же, как Фрютрена и Лонгшмер лечат по-своему, моя доброта к тебе, Вильфрид, как следующему герцогу и к моим младшим брату и сестре отличается. Поскольку ты мой жених, я должна помогать тебе расти над собой. На мой взгляд, тебе не нужна та же доброта, которую я проявляю к Шарлотте и Мельхиору.

После моего заявления Вильфрид потерял дар речи.

***

Настал день церемонии крещения Мельхиора. В отличие от прошлого года, я, будучи главой храма, входила в зал не с Вильфридом и Шарлоттой, а с Фердинандом, главным священником.

— Розмайн, используй укрепление тела, чтобы двигаться уверенно… — шёпотом предупредил меня Фердинанд, шедший позади в синих церемониальных одеждах.

Последовав совету, я позволила магической силе растечься по телу. Если не принимать во внимание длину ног, из-за чего на один шаг Фердинанда приходилось три моих, шла я достаточно размеренно и элегантно.

Идя через большой зал, в котором собралось много дворян, я несколько нервничала, пусть и проводила такую церемонию не впервые. Под столькими взглядами я непроизвольно старалась держать спину ровнее, впрочем, всё происходящее казалось уже некоторой рутиной. Пожалуй, я тоже смогла немного вырасти над собой.

На сцене установили алтарь, слева от которого расположились герцогская чета и их последователи. Когда мы с Фердинандом поднялись на сцену, Сильвестр встал со своего места и прошёл к центру.

— Чистые потоки богини воды Фрютрены смыли бога жизни Эйвилиба и спасли богиню земли Гедульрих. Да будет благословенно таяние снега!

Праздник весны начался с объявления лучших студентов и их награждения:

— В первую очередь я хочу огласить имена студентов, ставших отличниками в этом году. И таких немало. Тринадцать студентов смогли добиться отличных результатов.

Из зала донеслись возгласы удивления и недоверия, а также аплодисменты. Похоже, я единственная, кто занял первое место, но тем не менее многих признали отличниками: Леонору, Корнелиуса и Хартмута, Вильфрида и троих его последователей, Шарлотту и пару её последовательниц, а также Матиаса и ещё одного студента из бывшей фракции Вероники.

— Молодец, Розмайн. Вот подарок. Надеюсь, в будущем он окажется тебе полезным, — сказал Сильвестр.

Я отметила, что памятный магический камень был меньше, чем в прошлом году, и задумалась: может ли так быть, что отличников оказалось больше, чем ожидалось, и бюджета не хватило? Чуть улыбнувшись, я приняла магический камень.

После награждения отличников последовало оглашение результатов, которых Эренфест достиг в дворянской академии. В диттере состязания герцогств мы заняли десятое место. Такой итог мог бы показаться разочаровывающим, учитывая, что наше время в учебном бою — шестое. Впрочем, Сильвестр отметил, что противником выступал хундертейлун — малоизвестный магический зверь, для победы над которым требовалось много усилий, и рыцарей-учеников похвалили за то, как выросла их координация.

— Принимая во внимание различные инциденты, произошедшие в дворянской академии в этом году, Бонифаций и дальше продолжит обучать рыцарей-учеников и новобранцев рыцарского ордена, — сообщил Сильвестр. — Желаю всем хорошо постараться.

Сильвестр также отметил достижения служащих-учеников и рост навыков слуг-учеников. Влияние Эренфеста неуклонно росло благодаря нашим деловым сделкам с Классенбургом и Центром, а также тому, что мы смогли привлечь к себе много внимания во время состязания герцогств.

— В этом году количество запросов на брак из других герцогств увеличилось. Мы внимательно рассмотрим данный вопрос и сделаем выводы. Кроме того... во время сезона общения мы представили дворянской академии книги Эренфеста, и их хорошо приняли. Я надеюсь начать продажу этих книг в следующем году, так что всем тем, кто в это вовлечён, не следует медлить с подготовкой.

Когда прозвучало предупреждение герцога, гибы и их приближённые, занимающиеся полиграфической и бумажной промышленностью, заметно напряглись. Сейчас наиболее важной их задачей стало то, насколько хорошо они смогут подготовиться до начала продаж.

Наконец, состоялся пир в честь новых взрослых, окончивших дворянскую академию, во время которого также объявлялось, кто где будет работать. Для объявления выпускники поднялись на сцену. Для Корнелиуса и Хартмута, как моих последователей, практически ничего не поменялось. Они продолжили служить мне, только впредь к ним будут относиться уже не как к ученикам, а как к полноценным взрослым.

— Теперь мы проведём церемонию крещения моего сына Мельхиора. Глава храма, прошу.

После пира настало время для церемонии крещения. Осторожно, стараясь не наступить на подол своих одежд, я поднялась по лестнице, ведущей на сцену, и сменила Сильвестра. Фердинанд встал рядом со мной и провозгласил:

— Добро пожаловать, новое дитя Эренфеста!

Голос Фердинанда эхом раздался по большому залу, и музыканты тут же начали играть. Двери зала медленно открылись, и появился ожидавший за ними Мельхиор, на лице которого играла чистая детская улыбка. Наряд Мельхиора, зелёный, с чуть голубоватым оттенком, хорошо сочетался с цветом волос. Мельхиор не выглядел слишком нервничающим, возможно, прислушавшись к совету Шарлотты «сосредоточить внимание на старшей сестре». Не отводя от меня голубых глаз, Мельхиор направился прямо к сцене.

— Мельхиор, подойди, — сказала я и передала ему магический инструмент для проверки магической силы, обёрнутый тонкой кожей, не пропускающей магию.

Мельхиор взял магический инструмент, и вскоре тот засиял. Собравшиеся дворяне разразились аплодисментами, после чего я зарегистрировала магическую силу Мельхиора на белой медали.

— Мельхиор, пять богов даровали тебе свою божественную защиту. Ты обладаешь склонностью ко Тьме, Воде, Огню, Ветру и Земле. Посвятив себя тому, чтобы стать достойным такой защиты, ты сможешь получить ещё много благословений.

После завершения регистрации медаль немедленно поместили в ящик, за который отвечал Фердинанд. В это время Сильвестр вышел в центр сцены и вручил Мельхиору ещё один важный магический инструмент — кольцо с зелёным магическим камнем.

— Я дарю это кольцо Мельхиору, который с этого момента признан моим сыном обществом и богами. Поздравляю, Мельхиор.

— Благодарю, отец.

Сильвестр, наблюдавший за счастливой улыбкой сына, поднял глаза и посмотрел на меня. Я слегка кивнула и, наполнив кольцо магической силой, сказала:

— Мельхиор, да благословит тебя богиня воды Фрютрена.

«Ой, не слишком ли обильное благословение у меня вышло?» — смущённо подумала я.

Возможно, потому, что я давала благословение моему милому младшему брату, который любил книги, из кольца вылетело гораздо больше зелёного света, чем я ожидала.

«Это ведь всё ещё в пределах допустимого, да? Главный священник, всё ведь в порядке?» — Бросив быстрый взгляд на Фердинанда, я заметила, что тот холодно смотрит на меня, словно говоря: «Ты идиотка».

«Ой-ой, кажется, я всё же переборщила», — осознала я, но, увы, запоздало. Уже данное благословение назад не забрать.

Тем временем получивший благословение Мельхиор сам начал вливать магическую силу в кольцо.

— Благодарю, — сказал он, и ко мне полетел шарик зелёного света.

Когда Мельхиор вернул благословение, церемония крещения подошла к концу.

Вот так в северном здании появился ещё один житель, а моя жизнь в замке стала более насыщенной и весёлой.

«Отпразднуем же появление у меня любящего книги младшего брата и восславим и возблагодарим за это богов!»