Для возвращения из дворянской академии в родное герцогство не обойтись без круга перемещения. Чувствуя дурноту из-за того, как мир идёт рябью при перемещении, я плотно зажмурила глаза.

— Розмайн, с возвращением!

Услышав выкрик Бонифация, я поняла, что уже в Эренфесте.

— Отец, ни шагу дальше.

— Наставник, пожалуйста, остановитесь.

Когда я открыла глаза, то увидела встречающего меня с улыбкой Бонифация и сверлящих его взглядами Карстеда и Ангелику. Я вспомнила прошлый год, когда Бонифаций на радостях чуть не швырнул меня в потолок, и мгновенно заняла оборону.

— Отойдите в сторону! Почему вы препятствуете мне похвалить мою внучку, которая становится первой на своём году два года подряд?!

— Потому, отец, что иначе она умрёт!

Мои рыцари сопровождения поддержали Карстеда. Столкнувшись с исходящими со всех сторон увещеваниями Бонифаций уныло опустил плечи. Как бы я ни ценила его страстное желание похвалить меня, но собственная безопасность была мне дороже.

— Дедушка, пожалуйста, разожми руку вот так. И ни в коем случае не сжимай.

Я попросила Бонифация разжать руку и взяла его указательный и средний пальцы. Мне бы очень хотелось взяться с ним за руки по-нормальному, но это было невозможно, поскольку руки Бонифация слишком больши́е.

— Сейчас мне нужно вернуться в свою комнату. Давай пройдёмся вместе до северного здания.

— Л-ладно, — неуверенно ответил Бонифаций.

— Наставник, прошу, ни в коем случае не вкладывайте в руку ни капли силы, — предупредила Ангелика.

— Господин Бонифаций, если вы сожмёте руку, то тут же сломаете госпоже Розмайн пальцы, — добавил Дамуэль.

Несмотря на то, с какой опаской наблюдали рыцари сопровождения, я всё же совершила великий подвиг и прошла до северного здания за ручку с Бонифацием.

— Дедушка, давай поговорим ещё за ужином, — напоследок сказала я, ненадолго прощаясь.

***

Вернувшись в свою комнату, я представила недавно присоединившегося к моей свите Родериха тем моим последователям, которые во время моего пребывания в академии оставались в замке:

— Это Родерих, служащий-ученик, посвятивший мне имя. С этого момента он будет жить в рыцарских казармах как мой последователь. Дамуэль, пожалуйста, чуть позже проводи его туда. Я уже говорила с аубом Эренфестом, так что для Родериха должны были подготовить ​​комнату.

— Понял.

— Родерих, расспроси, пожалуйста, Хартмута и Филину о работе, которую выполняют служащие.

Мы все только-только вернулись из общежития академии, а потому каждому требовалось разобрать багаж. Таким образом, работа у моих несовершеннолетних последователей начнётся лишь завтра.

— Госпожа Розмайн, чай готов, — сообщила Оттилия. — Вы не против перейти в комнату для чаепитий? Ваши брат и сестра тоже подойдут.

Похоже, Оттилия позаботилась о том, чтобы мы с Вильфридом и Шарлоттой смогли скоротать время за чаем, пока наши последователи разбирают багаж.

Когда я вместе с Ангеликой и Оттилией пришла в комнату для чаепитий, расположенную в главном здании, то обнаружила, что Вильфрид и Шарлотта уже пили чай.

— Пока мы были в дворянской академии, для Мельхиора подготовили комнату, — сказал Вильфрид.

С церемонии крещения и до совершеннолетия дети герцога жили в северном здании. Как и в общежитиях дворянской академии, наверху располагались девочки, а внизу — мальчики. До сих пор Вильфрид единственный жил на своём этаже, а потому присоединение Мельхиора его, кажется, обрадовало.

Шарлотта тоже улыбнулась и, кивнув, сказала:

— Мельхиор говорил, что хочет как можно скорее начать жить с нами в северном здании.

Судя по всему, подготовка комнаты Мельхиора началась раньше обычного. Я не приходилась Мельхиору старшей сестрой по материнской линии, будучи принятой в семью, а потому не могла прийти в его комнату в главном здании. Я виделась с ним только после ужина, когда его приводили в обеденный зал, чтобы он мог обменяться со всеми пожеланиями спокойной ночи, однако мы с ним никогда не общались.

Стоит отметить, что чертами лица и общим впечатлением он очень походил на Флоренцию. При этом Мельхиор обладал почти таким же сине-фиолетовым оттенком волос, что и Сильвестр, из-за чего походил на отца больше, чем Вильфрид. Однако, если первое впечатление о Вильфриде у меня было, что тот — «миниатюрный Сил», то в случае Мельхиора ни о чём таком я не подумала.

— Между прочим, от приёмного отца я слышала, что крещение Мельхиора состоится во время пира в честь прихода весны.

— Верно. Мельхиор же родился весной. Как и я. У меня тоже церемония крещения проходила во время весеннего пира. В то время бабушка… — с ностальгией проговорил Вильфрид, но затем осёкся и с неловким смешком посмотрел на меня.

Желая поскорее избавиться от возникшей паузы, я снова перевела тему на церемонию крещения Мельхиора:

— Как и во время церемонии крещения Шарлотты, я собираюсь дать благословение в качестве главы храма.

— Мельхиора это наверняка обрадует, — ответила Шарлотта. — Когда я стояла на сцене, твоя улыбка, сестра, придавала мне уверенности.

Затем, пока последователи не пришли сообщить, что наши комнаты готовы, Шарлотта рассказывала мне о том, как обустроили комнату Мельхиора. В итоге я чувствовала, что мне не терпится встретиться с младшим братом.

***

Для Бонифация, исполнявшего обязанности герцога, пока тот отсутствовал, и Фердинанда уже стало обычным делом ужинать с нами в день нашего возвращения из академии в Эренфест. Я, как и раньше, сидела рядом с Бонифацием и обсуждала с ним состязание герцогств, диттер с Дункельфельгером, нападение во время церемонии награждения и танец с мечом Корнелиуса. Оглядываясь назад, я не могла не заметить, как же много всего случилось за несколько дней.

— Несмотря на то, что использовать чёрное оружие запрещено, рыцари-ученики всё равно просили твоего благословения? Они что, пытались подставить своего собственного кандидата в аубы?! Они вообще понимают, кого должны защищать?! Пусть они и смогли стать лучше в диттере, но всё ещё слишком мало смыслят в том, что значит «быть рыцарем»! — разгневанно проговорил Бонифаций, услышав о действиях рыцарей-учеников во время церемонии награждения. Затем, после небольшой паузы, он с серьёзным видом продолжил: — Не лучше ли в следующем году вместо Фердинанда отправиться мне?

На такое предложение Фердинанд нарочито усмехнулся.

— Я был бы очень признателен вам за это. Сам я далёк от сражений и демонстрации грубой силы.

«Главный священник, вы — лжец! — мысленно запротестовала я. — Разве вы не хороши в том, что касается сражений и демонстрации силы?»

Но что бы я там ни думала, важно то, что нам пришлось бы нелегко без Фердинанда во время состязания герцогств и выпускной церемонии. Так что, по правде говоря, я очень хотела, чтобы он был с нами и в следующем году.

— Вот и хорошо, — сказал Бонифаций. — Тогда в следующем году на состязание герцогств отправлюсь я. Розмайн, что бы ни случилось, я позабочусь о твоей безопасности.

— Но если дяди не будет, кто выступит лекарем Розмайн? — паникуя, попытался остановить Бонифация Вильфрид.

Сильвестр кивнул, полностью разделяя мнение сына. Я тоже их понимала: нет никого, кто понимал бы моё здоровье лучше, чем Фердинанд. Да и во время состязания герцогств все так заняты, что вряд ли кто-то мог бы присматривать за мной, учитывая, что мне недостаёт здравого смысла и я сама порой не знаю, что могу натворить. Такая работа, пожалуй, всё же не для Бонифация.

— Если Розмайн согласится не посещать состязание герцогств, то мы можем просто оставить её отсиживаться в общежитии вместе с господином Бонифацием, — предложил Фердинанд. — Так что, Розмайн, пожалуйста в следующем году побудь в общежитии.

Сильвестр тут же возразил:

— Но, Фердинанд, не ты ли говорил, что всё же жестоко заставлять Розмайн отказываться от участия в состязании герцогств?

— Жестоко, но бывают ситуации, когда ничего не поделаешь.

После разговора в библиотеке с командующим рыцарским орденом Центра Фердинанд начал вести себя странно. У меня возникло сильное ощущение, что впредь Фердинанд хотел держаться подальше от дворянской академии, и наш текущий разговор только подтверждал мою догадку.

«Так что же означает эта “Адальгиза”?» — думала я. Мне было любопытно, но, чувствуя исходящее от Фердинанда напряжение, я не смела легкомысленно озвучивать свой вопрос. Единственное, что мне оставалось: пока сдаться и просто наблюдать.

— Не лучше ли отложить это до следующего года? Сейчас нам нужно обсудить предстоящий весенний молебен, — сказала я, меняя тему. — К следующему году я, возможно, и сама научусь следить за своим здоровьем и мне не потребуется полагаться на господина Фердинанда.

— Такого не случится, — не согласился Фердинанд.

«Главный священник, я стараюсь быть внимательной к вам, а вы всё портите!»

Рыча про себя и сопротивляясь желанию огрызнуться, я продолжила говорить о весеннем молебне. Мне требовалось подготовиться к долгой поездке, а также обсудить детали с Вильфридом и Шарлоттой. То, что Фердинанд тоже присутствовал, делало представившуюся возможность весьма удобной. Сперва я спросила у Сильвестра, какие земли выбрали для развития полиграфии, и, учитывая перемещение Гутенбергов, принялась планировать, кто куда отправится.

— Отец, присоединится ли к нам Мельхиор во время весеннего молебна? — спросил Вильфрид.

— Мельхиор пока не освоился с управлением магической силой. Лучше подождать с такой работой до следующего года, разве нет?

Из-за того, что в результате нападения я заснула в юрэве, Шарлотте пришлось отправиться на весенний молебен, хотя время её обучения управлению магической силой тогда ограничивалось лишь зимними кругами общения. Мельхиор пока и вовсе не имел практики, так что мы решили, что в этом году он не будет участвовать в весеннем молебне.

— Кстати, вы нашли какие-нибудь сведения, касающиеся создания сцен для проведения весеннего молебна? — спросила я Сильвестра.

— Сколько ни пытался, ничего найти не удалось. Я продолжу поиски, но, думаю, это будет непросто.

Насколько я поняла, в этом году Фердинанд во время весеннего молебна собирался отправиться в Хальдензель вместе с группой служащих, чтобы изучить церемониальную сцену и магический круг.

— Мне нужно вернуться в храм. Мне потребуется церемониальная одежда и прочие мелочи для церемонии крещения, — предупредила я.

— Если тебе нужно лишь доставить всё сюда, то ты можешь просто доверить работу слугам. Для чего, по-твоему, я разрешил им посещать храм?

Когда Сильвестр указал мне на эту возможность, я хлопнула в ладоши. Мне даже в голову не приходила такая идея. Я вообще никогда не рассматривала возможность того, что могу доверить вопросы, связанные с религиозными церемониями и ритуалами, на усмотрение слуг замка.

— Я планировал отправить Юстокса в храм, чтобы он забрал всё то, что мне необходимо, так что ты можешь послать кого-то из своих слуг вместе с ним, — сказал Фердинанд. — Я отправлю Франу магическое письмо и велю ему подготовить багаж.

— Буду очень вам признательна.

Думая о храме, я невольно задумалась и о нижнем городе, а потому спросила Сильвестра:

— Приёмный отец, а когда мы будем продавать книги компании «Планте́н»?

— Насчёт этого, пожалуйста, поговори с Морицем и слугами, которые приставлены к детской комнате.

— Поняла. А когда мы проведём урок по сжатию магической силы? Шарлотта тоже примет в нём участие, а ещё к числу моих последователей присоединился Родерих. Все участники определены?

— Да. Приглашения уже должны были разослать.

Я попросила, чтобы в список также добавили Родериха и Филину. Договор Филины требовалось изменить с герцогства на всю страну.

— Между прочим, когда ты планируешь продать собранную в дворянской академии информацию подразделениям замка? — спросил Сильвестр. — Хотелось бы, чтобы это было сделано как можно скорее, как только с твоей стороны всё будет готово.

— Я была бы очень признательна, если бы мне дали пару дней, чтобы я могла обсудить детали со служащими.

— Хорошо. Я свяжусь с подразделениями и договорюсь о дате и времени.

Мы с Сильвестром быстро набросали примерный план того, что необходимо сделать, пока дворяне всё ещё находились в дворянском районе. Если бы мы попытались обсудить всё это посредством писем, то нам потребовалось бы слишком много времени и мы бы наверняка не успели к весеннему пиру.

— Розмайн, — окликнул меня Фердинанд.

Когда я повернулась к нему, то увидела, что он смотрит на меня, постукивая пальцем по виску.

— Когда будешь продавать собранную в дворянской академии информацию, то привлеки к работе и Вильфрида с Шарлоттой.

— Зачем?

Я не имела ничего против того, чтобы привлечь их со следующего года, но прямо сейчас это казалось не лучшей идеей. До сих пор они никак не участвовали в том, что касалось подготовки информации для продажи, а потому, если так внезапно привлечь их к работе, то им наверняка окажется сложно быстро войти в курс дела.

Когда я с сомнением наклонила голову, Фердинанд медленно вздохнул.

— Когда ты только начинала, то говорила, что хочешь собрать истории из других герцогств просто потому, что тебе это интересно. Но пусть это изначально и не предполагалось, к тебе стала стекаться и другая информация. Различные подразделения замка оценили её, и теперь все они с нетерпением ждут новой. Ты должна понимать, что такую продажу информации не следует осуществлять без Вильфрида, который станет следующим герцогом.

Вильфрид резко вскинул голову, явно удивлённый прозвучавшими словами. Если бы на ежегодных собраниях по продаже информации, где собирались главы подразделений замка, присутствовала только одна я, то в конечном счёте мне стали бы придавать большее значение, чем любому другому кандидату в аубы.

— Более того, поскольку договоры изменили, полиграфическая промышленность теперь находится под управлением герцога, а сбор историй из различных герцогств стал делом Эренфеста. Розмайн, это больше не то, что может развиваться исключительно за счёт твоих личных средств.

Мне по-прежнему казалось, что полиграфия существует прежде всего для того, чтобы удовлетворять мои увлечения. Однако теперь договоры изменены, и потому впредь финансирование будет вестись уже за счёт бюджета Эренфеста.

— Также, Розмайн, тебе следует переложить часть работы, за которую отвечаешь ты, на последователей Вильфрида и Шарлотты. Прекрасно, что твои последователи так быстро растут, пытаясь поспеть за тобой, в то время как ты взваливаешь на себя всё больше работы, однако, их превосходство над другими последователями становится всё более и более очевидным.

Мне очень хотелось возразить, что причина быстрого роста моих служащих заключается в том, что Фердинанд слишком строг с ними в храме. Тем временем Фердинанд заговорил снова, на этот раз тише, чтобы могла слышать только я:

— Ты станешь первой женой, а не аубом. Не выделяйся так сильно.

Похоже, он намекал, что мне следует помочь Вильфриду укрепить положение следующего герцога.

— Я просто занимаюсь тем, что мне интересно, будь то сбор историй или полиграфия, а потому, на мой взгляд, неправильно перекладывать работу на Вильфрида и Шарлотту, которые даже не являются моими подчинёнными. Ох... Но если учесть, что моих последователей обучали вы, господин Фердинанд, то, возможно ли, что мне теперь следует взять на себя схожую роль, раздавая задания и обучая последователей Вильфрида и Шарлотты? — спросила я, мысленно добавив: «Но, честно говоря, не думаю, что должна заниматься этим».

— Сколько раз я должен тебе говорить, что бы ты не взваливала на себя лишнюю работу? Твои брат с сестрой могут и сами позаботиться об обучении своих последователей. Ты просто должна понимать, что полиграфия — это не только твоя работа, а потому нужно делиться полезной информацией и с остальными.

Со стороны такого скрытного трудоголика, как Фердинанд, предпочитавшего делать всю работу самостоятельно, предложение разделить мою нагрузку с другими казалось несколько странным. Впрочем, он всегда был тем, кто оказывал поддержку герцогу. Пусть и не слишком убеждённая, я пока что решила согласиться.

***

На следующий день я, действуя так, как мне велели, позвала Вильфрида, Шарлотту и их последователей, после чего разделила между всеми информацию, которую удалось собрать в дворянской академии.

— Шарлотта, пожалуйста, займись вот этими расчётами, а ты, Вильфрид, пожалуйста, сведи эту информацию в один отчёт.

Мне в любом случае требовалось объяснить недавно присоединившемуся к моей свите Родериху, что и как делать, а потому моя рабочая нагрузка в целом не увеличилась. Я собиралась обучить всех разом, попутно рассортировав информацию, чтобы её можно было продать в то или иное подразделение замка. Вместе с этим я попросила Филину вести учёт того, сколько чернил и бумаги мы израсходуем, и подсчитать стоимость.

Наблюдая за ходом работы, я видела, как Вильфрид и Шарлотта работали вместе со своими служащими, сверяя результаты. Однако работа продвигалась гораздо медленнее, чем планировалось, поскольку потребовались три человека, чтобы справиться с объёмом работы, который Хартмут мог выполнить в одиночку.

«Как и сказал главный священник, превосходство моих последователей сильно бросается в глаза. Вот только, как преодолеть этот разрыв?» — думала я, но пропасть в навыках казалась настолько большой, что я не представляла, как её уменьшить, если не взять обучение служащих Вильфрида и Шарлотты в свои руки.

После того, как мы закончили систематизировать информацию, я пригласила Вильфрида и Шарлотту поприсутствовать на встрече с главами подразделений замка. Нам требовалось подчеркнуть ценность собранной информации, получить деньги с заинтересованных сторон, а затем распределить выплаты среди тех, кто эту информацию предоставил.

— Ты занималась всем этим в прошлом году, едва оправившись после болезни? — с ошарашенным видом спросил Вильфрид.

— Понятно, почему дядя хочет уменьшить твою рабочую нагрузку, — добавила Шарлотта. — Сестра, пожалуйста, полагайся на нас немного больше.

— Спасибо, Шарлотта, — поблагодарила я её за столь тёплые слова.

Вильфрид кивнул, соглашаясь с сестрой.

— Я ничего не знал об этом, хотя мы и помолвлены. В следующий раз, когда будешь говорить с отцом о работе, пригласи и меня.

— Конечно, Вильфрид. В следующий раз я так и поступлю.

***

После окончания урока по сжатию магической силы Родерих принялся отчаянно сжимать свою, терпя сопутствующий дискомфорт. К этому времени в зимних кругах общения уже распространилась новость о том, что Родерих стал моим последователем, и его отец попросил о встрече со мной, поскольку домой Родерих так и не вернулся.

Просьбу о встрече я, естественно, отклонила, и вместо меня вопрос уладил Сильвестр.