«Мы и без них тебя на куски порвём!» — прогремел в ответ оглушительный рёв.

Владыка Дао стоял на вершине острова, словно неприступная крепость, противостоящая мощи Небесного двора.

Это был не кто иной, как Каламити[1], чей панцирь способен остановить что угодно.

«Смелое заявление», — раздался голос, и пространство треснуло под тяжестью невероятной силы, выпуская на свет богоподобного исполина.

Этот культиватор был исполинских размеров, доставая до звёзд. Его пламя отличалось от прочих императорских огней.

Оно походило на бесконечную пустоту, способную поглотить целую галактику и переплавить её в ничто. Он был владыкой этой тюрьмы, обладающим абсолютной властью над судьбой узников.

«Бессмертный Император Фу Мо!» — узнать его было легко благодаря столь уникальной внешности.

Он происходил из Сияния, древнего царства, породившего двух Бессмертных Императоров — Яо Гуана и его самого.

Яо Гуан, основатель, был блистательным императором. Фу Мо же, напротив, сильно ему уступал.

Но в нынешние времена всё перевернулось с ног на голову. Хотя Яо Гуан и был весьма силён, ему ещё было далеко до вершинного уровня. Его потомок, Фу Мо, каким-то образом превзошёл его, находясь на шести континентах.

Они также выбрали разные стороны. Яо Гуан встал на сторону Народа, тогда как Фу Мо присоединился к Расе, став одним из её сильнейших бойцов.

В глазах обычных культиваторов император стоял на вершине. Особенно это было верно для девяти миров и Восьми Пустошей. Однако это был лишь начальный этап.

Потому нередко случалось, что блистательные предки впоследствии оказывались превзойдены своими потомками. Яо Гуан был одним из примеров, другим — Владыка Дао Бога Войны. Быть гением не означало, что в будущем они сохранят то же доминирование.

Древняя аура Фу Мо устрашала слабых противников, но не Каламити, который лишь усмехнулся в ответ: «Старый хрыч, ты, может, и стоишь на вершине, но по сравнению со своим предком, Яо Гуаном, у тебя и позвоночника-то нет».

«Юнец, мы просто идём разными путями, вот и всё», — Фу Мо не чувствовал ни малейшего стыда за свой союз с Небесным двором.

«Разными путями, мою задницу», — отрезал Каламити. — «Небесный двор скоро будет уничтожен. Вы, идиоты, сами лезете в пасть к смерти и должны бы это понимать, раз уж вы из девяти миров».

«Хм, а что могут сделать такие, как ты?» — фыркнул в ответ Фу Мо.

«Терпеть не могу твою рожу, старый хрыч, получай!» — сияние Ню Фэня вспыхнуло, когда он поднял свой панцирь, словно оружие. Раздался металлический резонанс, и активировались мириады решений Дао.

Остров едва не погрузился в воду от его шага, прежде чем он рванул вверх.

«Бум!» — он сокрушал пространство на своём пути. Его ударные волны породили колоссальное цунами.

«Давай!» — взревел Фу Мо, призывая посох длиной в тысячу миль, размером с горную цепь.

Он преградил путь атаке, подняв посох горизонтально. Брызги искр разлетелись во все стороны, падая, словно звёзды.

«Моя очередь!» — он перешёл от защиты к нападению, совершив взмах, способный уничтожить множество островов.

Ню Фэнь поднял панцирь, чтобы блокировать удар.

«Грохот!» — панцирь выдержал безжалостный шквал, но океан внизу пришёл в бурное волнение.

Более слабые культиваторы содрогнулись от ужаса, став свидетелями этой первой размены ударами.

«Старый хрыч, у тебя полтуловища уже в могиле, наверное, даже стоять ничего не может», — Ню Фэнь был лишён манер, приличествующих Владыке Дао, предпочитая изрыгать ядовитые оскорбления.

Что касается возраста, Фу Мо был значительно старше. Ню Фэнь происходил из девяти миров, но прославился лишь во времена Восьми Пустошей.

Фу Мо не мог не раздражаться, ведь ни один мужчина не хочет признавать, что он не справляется.

«Посмотрим, как долго твой панцирь продержится, юнец!» — проревел Фу Мо, обрушивая на панцирь Ню Фэня удар за ударом.

«Бам! Бам! Бам!» — безжалостные удары исполинского посоха лишили мир красок.

Однако плоды Дао Ню Фэня усиливали его панцирь — ни единой трещины не было видно, несмотря на весь этот натиск.

«Вперёд!» — Фу Мо вдохнул в посох истинное пламя и призвал свою истинную судьбу, активируя силу анимы.

«Сокрушись!» — следующий удар стал достаточно мощным, чтобы разорвать ткань реальности, низвергнув всё в хаос и повергнув зрителей в трепет от чистого разрушения.

=====================================================

[1] Calamity - Катастрофа/Бедствие. Пусть будет транслитерация, звучит больше как имя, нежели событие. Хотя Ню Фэнь то еще бедствие)