— И я выйду. — Веор усадил Зиму на стол и с грохотом поднялся со своего места. — Только у трусов и предателей нет чести.

– И я. – Славка незаметно подмигнул мне и тоже вскочил на ноги. – Друзей не бросаем!

Я даже немного удивился. Не то, чтобы предательство уже успело стать чем-то привычным, но все же приятно. Оба моих спутника — и заново обретенный Славка, и неведомо откуда взявшийся Веор — предпочли схлестнуться с целым отрядом высокоуровневых наемников и загреметь на «Окончательную», а не отсиживаться в корчме. Только много ли мне будет пользы от подобной верности, когда я снова потопаю через «Чистилище»?..

– И я выйду.

Из-за соседнего стола поднялся один из лесорубов. Кажется, из тех, кто до этого в целом помалкивал. Явно постарше остальных – лет пятидесяти с небольшим, но еще крепкий. Вряд ли от его топора будет так уж много пользы в драке с всадниками уровня тридцать плюс – но хоть что-то.

– А вы чего сидите? – Лесоруб развернулся к остальным. – Сами Зимушку едва не дочкой величали, а как беда пришла — так и рты позакрывали. Или думаете, ведуна прибьют, да и ускачут, поганые?

– Тебе почем знать? – буркнул один из скандалистов -- тот самый, который предлагал мне выйти наружу. – Может, и ускачут. Чего с нас взять-то?

– Голову твою дурную. – Старый лесоруб опустил ладонь на лезвие топора за поясом. – Я, Савка, поболе твоего на свете живу, всякого повидал. Да только ни разу не видывал, чтобы тати поганые ушли, избу не подпалив. Как ведуна саблями развалят, так и за нас примутся. Всех поубивают за то только, что один мед в ним пили, никого не пожалеют, даже Зимушку – и ту не пощадят. К коню привяжут – да протащат по большаку, покуда все мясо с косточек не сойдет!

Уж не знаю, что сыграло большую роль – то ли красочное описание грядущих зверств, то ли сам по себе авторитет седобородого лесоруба – его товарищи один за другим поднимались с мест и брались за топоры. Сидеть остались только самые упрямые – человек пять, не больше.

– Вот это, отец, славно. – Веор радостно оскалился. – Одно плохо – мне нечем сражаться!

– Там возьми. – Славка кивнул в сторону стены. – И под твою руку найдется.

Действительно, на лавке у стены поблескивали сразу несколько бесхозных топоров. Веор засунул за пояс сразу четыре, но, похоже, остался недоволен.

– Маленькие они все какие-то. – Он с тоской огляделся по сторонам. – Как игрушки. Мне бы что потяжелее…

– А бери оглоблю, коли не шутишь, – усмехнулся старый лесоруб. – Сам я едва подниму, а тебе, никак, в самый раз будет.

Под одобрительные смешки Веор вытащил из-под лавки огромную – дубину чуть ли не в полтора человеческих… – то есть нормальных человеческих роста. Самому гиганту его оружие – какая-то часть упряжи – судя по ремешкам – оказалась разве что немного выше макушки. Я бы даже не смог толком обхватить толстую деревяшку, но могучим ручищам Веора она пришлась впору. Интересно, какой у этого бревна урон? Базовый, вероятнее всего, так себе – но пересчитанный на показатель Силы в двадцать плюс…

– Ведун! – снова раздался голос снаружи. – Выходи! А то дверь с петель снимем, да всех порубим!

Сейчас начнется.

На улицу под легкий снежок я выбирался в настроении если не приподнятом, то уж точно не в настолько паршивом, как пару минут назад. Веор встал от меня по левую руку, главарь лесорубов – по правую. А Славку я вдруг перестал видеть даже «Истинным зрением» – уже начала работать запредельно крутая маскировка. И правильно – ему с луком куда лучше будет остаться за нашими спинами, а то и вовсе залезть на чердак и уже оттуда расстреливать легкобронированные цели.

Ведь легкобронированные? Похоже на то. Все двадцать с чем-то всадников встроились на большаке полукругом в два ряда, и у них в руках оказалось достаточно факелов, чтобы я мог кое-как разглядеть каждого. Они то ли уже приготовились забросать огнем крышу корчмы, то ли все-таки нуждались в свете. Я прошелся по отряду «Истинным зрением» и выцепил несколько снайперов с луками, но остальные, вероятнее всего, способностью видеть во мраке не обладали. Даже несмотря на уровень двадцать плюс далеко не все наемники могли похвастаться Восприятием и Волей выше четырех-пяти пунктов. Зато Подвижность почти у всех оказалась на десятке и выше. Вполне закономерно – создатели клана явно делали упор на мобильность и молниеносные атаки с наскока.

Никаких тяжелых доспехов, маленькие круглые щиты – и те разве что у половины. Из вооружения – луки, копья, сабли и длинные мечи, явно предназначенные скорее рубить на скаку, чем драться в пешем бою. Тонконогие изящные кони наверняка быстро выдохлись бы под весом полностью упакованного в броню латника, но под седоками в кольчугах могут без устали мчаться с внушительной скоростью не один час. Такой отряд мало годится для масштабного сражения в строю, но идеально подойдет для набега на беззащитную деревню.

Или для поиска одиноко бредущего по большаку хромого ведуна. «Крысы» наверняка промышляли чем-то подобным если не с самого релиза «Гарды», то уж точно год с лишним. И, судя по всему, каким-то чудом умудрялись оставаться неуловимыми, избегать сражений с крупными отрядами и серьезных конфликтов с князьями, баронами и прочими представителями правящего класса. Скорее всего потому, что умели не оставлять свидетелей… Не случайно конунг Сивый выбрал в «дубль» к неведомым именно их.

– Вот ты какой, ярл Антор. – Главарь «Крыс» тронул поводья, и его конь переступил чуть вперед. – Я-то ожидал встретить прославленного воителя… А встретил бродягу.

– Иногда внешность бывает обманчива, – усмехнулся я. – А иногда – нет. Может быть, ты ищешь кого-то другого?

Внимание! Вы сопротивляетесь способности «Истинное зрение»!

Внимание! Вы сопротивляетесь способности «Истинное зрение»!

Внимание! Вы сопротивляетесь способности «Истинное зрение»!

Ох как… Сразу три раза? Или это трое разных?.. Кто-то – то ли сам предводитель «Крыс», то ли один из его людей – попытался «просветить» меня. И все три раза неудачно. Впрочем, они и так прекрасно знают и кто я такой, и на что способен, и что следует забрать с моего холодного тела.

– Я бы сказал, что конунг Сивый заплатил за твою голову… и не только золотом, – произнес главарь. – Но твоя вшивая башка никому не нужна, ведун. Отдай то, что ищет конунг, и можешь убираться.

Как будто кто-то всерьез собирается оставлять меня в живых. Нет, если я вдруг окажусь достаточно наивным, чтобы выложить этим головорезам содержимое сумки на боку, моя голова отделится от тела довольно быстро.

Впрочем, что изменится, если я откажусь?

– Откуда мне знать, что ищет конунг? – Я пожал плечами. – И откуда тебе знать, что я ношу с собой, а что спрятано так далеко отсюда, что всей армии самозванца Сивого не отыскать и за сто лет?

Довольно наивный блеф. Но все-таки…

– Теперь я точно узнал тебя, ярл Антор. – Главарь отпустил поводья и сложил руки на груди. – Конунг предупреждал, что именно это ты мне и скажешь. А еще он сказал, что тебе не хватит духу выпустить из рук свое сокровище.

Йотуновы кости… Похоже, я все-таки успел забыть, что имею дело не с наивным юношей, не с геймером и даже не с матерым кланлидом, а с главой огромной корпорации. Конунг Сивый мог не знать того, что рассказывал мне о «Светоче» Романов, но думать умеет уж точно не хуже меня – и к его услугам умы лучших аналитиков, которых только можно нанять за деньги. И он уже сам успел убедиться – любой осколок, который уплывает из рук, тут же попадает в чужие.

Смог бы ли я оставить хоть один из них в тайнике, пусть это хоть в тысячу раз разумнее, чем таскать с собой?

Пожалуй, нет. Чертовы железки, выкованные демиургами этого мира еще до начала времен, сохранили первозданный холод Йотунхейма. Они не нагревались, даже когда их носили на своих телах могучие воители и прекрасные девы – и не оттого ли так стремились снова почувствовать тепло человеческих пальцев? Покидали одни руки лишь для того, чтобы тут же попасть в другие, запуская шестеренки очередной войны и неизменно стремясь друг другу?

Я уже один раз чуть не потерял их на Барекстаде – и не собираюсь делать это снова. Моя Прелесть должна оставаться со мной. Каждый осколок, все до единого – и тогда они непременно притянут другие. «Светоч» не прощает ошибок – и конунгу это известно даже лучше, чем мне самому.

– Конунг уже не раз ошибался, гоняясь за мной. – Я осторожно перехватил посох левой рукой. – Только глупец недооценивает врагов.

– Может, и так, ярл. А может, и нет. – Главарь негромко рассмеялся. – Конунгу лучше знать, чего от тебя ждать. А мне платят не за то, чтобы…

– Берегись! Опасно!

Вопль Хиса вихрем ворвался в сознание, и только это меня и спасло. А заодно и разом избавило от привычки думать, что враг не станет нападать, пока говорит. Главарь «Крыс» еще не взялся за оружие – зато полностью оттянул на себя все внимание. А его товарищи уже начали действовать. Конунг действительно платил им не за болтовню.

Я успел выставить «Щит» за мгновение до того, как в воздухе засвистела смерть. Вышло довольно эффектно. Прозрачная полусфера, расходящаяся от моей ладони, расцвела огненными всполохами и подчистую спалила три или четыре стрелы, а метательные ножи и короткое копье со звоном отбросила в снег. Умение поглотило весь урон, но разом высосало три четверти очков духа. Зато я уцелел – и когда весь отряд «Крыс» с места сорвался в галоп, ударил в ответ.

Огненная плеть сверкнула в темноте, целясь в главаря, но встретила лишь сталь. То ли он тоже умел разгоняться до сверхчеловеческих скоростей, то ли сказался опыт и уровень на десятку с лишним выше моего – его сабля выплюнула целый сноп искр, но отвела удар вбок. Куда меньше повезло тому, кто скакал следом. Колдовское пламя ужалило его прямо в лицо, и всадник с громким воплем свалился с коня. Я крутанулся на месте, уходя от гудящего в морозном воздухе лезвия, и краем глаза успел заметить, как вступил в бой Веор.

Несмотря на не самый выдающийся показатель Подвижности, действовал он весьма проворно. Две стрелы, засевшие в плече, гигант попросту проигнорировал. Он рванул из-за пояса два топора разом и метнул – обеими руками одновременно. И обеими попал – два алых силуэта отделились от коней и тут же погасли. Похоже, мой новый спутник умел не только размахивать кулаками, но и швыряться острыми железками так, что они ваншотили не самые хлипкие цели даже сквозь броню. Не успев взяться за дубину, Веор с неожиданной ловкостью перехватил нацеленное в него копье, выдернул всадника из седла и швырнул с такой силой, что тот пролетел шагов пятнадцать и впечатался шлемом в стену ближайшего дома. С таким звуком, что я даже не стал переключаться на «Истинное» – характерный хруст лопающихся костей черепа сложно спутать с чем-то другим. После такого не поднимаются даже в «Гардарике». Еще минус один.

Славка тоже не дремал – я так и не понял, куда он спрятался, но еще один из «Крыс» свалился в снег со стрелой в горле. У лесорубов шли не так эффектно, но как будто тоже неплохо. Двое свалились, не успев увернуться от мечей, но предводитель – тот самый, который первый собрался драться на моей стороне – взмахнул топором, и по ушам резанул жалобный вопль раненого животного. Длины рукояти явно не хватало, чтобы зацепить вооруженного саблей всадника, но лесоруб и не пытался – он изначально целился куда ниже. Остро отточенное лезвие одним взмахом срезало ногу лошади почти под самым брюхом, и она свалилась набок, по инерции проскользила еще несколько шагов, заливая утоптанный снег хлещущей во все стороны кровью, и с хриплым ржанием завертелась на месте, размахивая уцелевшими копытами. Одно из них пришлось в грудь пытавшемуся подняться всаднику – и его аура тут же погасла.

– Рубите головы! – заорал я, вырывая из ножен саблю. – Всем!

Пусть «Крысы» знают, что я не собираюсь шутить и буду сражаться не до обычной смерти, а до «Окончательной», которая вполне может и наглухо угробить аккаунт, на прокачку которого ушел год, если не больше.

– Сто-о-ой! – заорал где-то уже за моей спиной главарь «Крыс». – Давай обратно!

Конный отряд, буквально пролетевший по нам несколько мгновений назад, разворачивался на большаке на второй заход. Я торопливо огляделся по сторонам, подсчитывая потери. Несколько лесорубов остались лежать, но Веор, похоже, почти не пострадал… Да что ему будет, с таким-то Телосложением, да еще и в тяжелой броне. «Крысы» потеряли пятерых убитыми, и еще один бестолково ползал по снегу, сыпля ругательствами – похоже, отбитая саблей главаря огненная плеть выжгла ему глаза. Неплохо – но дальше будет сложнее. Я уже истратил чуть ли не весь запас духа, и он уж точно закончится куда быстрее, чем стрелы и метательные ножи у «Крыс».

Когда они снова помчались на нас, я шагнул вперед, пытаясь прикрыть «Щитом» еще хоть кого-то из уцелевших лесорубов. Магический барьер полыхнул искрами, сжигая стрелы, пропал – и тут же появился снова. Сработало подаренное Молчаном кольцо. Хорошо – теперь у меня снова наполненная под завязку синяя шкала… и плохо – второй раз магическая «дозаправка» уже не сработает. Я взмахнул посохом, раскручивая над головой растущий огненный шнур, и хлестнул им по «Крысам». Одного из всадников удалось сбить, но скакавший следом подставил лезвие меча, и моя плеть лишь обвила сталь. Я не стал пытаться вырвать оружие – просто погасил и зажег заново, целясь в главаря. Он без особых изысков мчался прямо на меня, занося саблю…

Но не забывал и смотреть по сторонам. Когда в воздухе снова засвистело, предводитель «Крыс» вдруг дернул свободной рукой, хватаясь за конскую гриву и свесился вбок – так, что я на мгновение увидел только мелькнувшие в воздухе сапоги со шпорами. И доселе не знавшая промаха Славкина стрела лишь скользнула по опустевшему седлу и умчалась дальше.

Вот зараза! Ловкий – не иначе прокачал какую-нибудь «Верховую езду». За тридцать-то с лишним уровней. Уже через мгновение он снова взлетел в седло, изящно поднырнул под выпущенную мной колдовскую плеть, припав к шее коня, и размахнулся. Удар получился настолько быстрым, что я едва успел подставить под него саблю. Клинки со звоном сошлись, и меня отбросило назад и швырнуло спиной в размолотую копытами и перемешанную со снегом грязь. Прямо над головой мелькнуло брюхо коня – кто-то из «Крыс» скакал сразу следом за главарем, но на мое счастье не успел ни ударить, ни затоптать меня.

Веор тоже уцелел – его лицо заливала кровь, в броне прибавилось стрел, но «Крысам» пришлось куда хуже. Когда я поднимался на ноги, он как раз обрушивал свою страшную дубину на очередного вылетевшего из седла всадника – и того буквально впечатало в грязь. Славка тоже успел кого-то подстрелить, но всех оставшихся «Крыс» главарь уже снова разворачивал на третий заход.

Последний. Я уже вычерпал всю синюю шкалу до дна, и даже подаренные Славкой обновки не успевали откатить ее достаточно быстро, чтобы я смог и закрыться от стрел «Щитом», и бить огненной плетью. Остается надеяться только на надежное оружие…

И на волшебные артефакты!

Сам толком не понимаю, что делаю, я отшвырнул посох и засунул руку за пазуху. И даже прежде, чем Система выкатила инвентарь, мои пальцы наткнулись на что-то небольшое и ребристое. Подарок, который Молчан вручил мне перед той ночь, когда я едва собирался убить Есугея в его собственном походном шатре. Заговоренный гребень оказался слишком легким, чтобы я мог забросить его достаточно далеко – он шлепнулся чуть ли не в десятке шагов перед мчавшимися на нас конями.

И земля под их копытами ожила.