Я зажмурился, выдохнул и одним глотком втянул в себя отвар.

Который должен меня убить. На этот раз никаких заговоров и сложных ритуалов — все куда проще… И сложнее. Зелье, способное заставить дух на время покинуть тело, Молчан варил сам — и не поделился рецептом ни со мной, ни со Златой. Слишком опасное колдовство, слишком сомнительное. Малейшая ошибка — и я уже не смогу вернуться и отправлюсь прямиком к Хель.

Я ожидал чего-то омерзительно-горького, но смерть оказалась почти безвкусной. Прокатилась по языку, скользнула в глотку, а потом в желудок – и так же быстро начала действовать. В глазах стремительно темнело, а движения стали вялыми, будто я вдруг попал в воду… или скорее в густой кисель. Стоит поторопиться – ночи уже морозные, и холод убьет мое бездыханное тело ничуть не хуже меча. Я с третьей попытки развернул меховое одеяло, рухнул на него и едва смог укрыться вторым. Кисти рук уже занемели, а теперь паралич поднимался выше, сковывая сначала руки, а потом и плечи. Я попытался призвать верный Гунгнир, но копье только едва шевельнулось в нескольких шагах. Мне все равно не взять его туда, куда я собираюсь идти – но все же как-то спокойнее покидать тело, оставляя его с оружием в холодной ладони.

Через несколько мгновений я ослеп, а потом на грудь будто бы обрушилась скала — воздух выдавило из легких, и я никак не мог снова вдохнуть. Зеленая полоска стремительно уползла в ноль, а за ней и красная. Интерфейс мигнул на прощание и потух, и я уже ожидал увидеть печальную для любого игрока надпись…

Но вместо нее увидел звездное небо над Каменцем. Полоски здоровья, выносливости и духа и большая часть элементов интерфейса пропали, но зрение вернулось — а вместе с ним и способность двигаться. Я поднялся на ноги и ощутил легкое дуновение ветерка. Ночной воздух мягко гладил кожу, но не холодил, будто бы проходя сквозь меня. Странно. Сейчас все странно – я сбросил не только доспехи и одежду, но и саму плоть.

То, что еще минуту назад было мной, лежало на земле в паре шагов от Рагнара. Нет, я и ожидал чего-то подобного, но наблюдать свой почти-труп оказалось неприятно и страшновато. И не потому, что я так испугался не отыскать дорогу назад – просто с трудом мог уложить в голове, как ЭТО может быть моим. Побледневшее лицо с впавшими щеками показалось чужим. Грудь грозного ярла Антора не вздымалась под мехами, а биение сердца замедлилось настолько, что случайно проходящий мимо человек непременно принял бы его за покойника… Йотуновы кости, он… я и буду покойником! Пока через несколько часов действие зелья не закончится, и бездыханное тело не потянет меня обратно… если сможет. Даже короткий путь через Навь едва ли окажется простым, а Рагнар уже успел уйти далеко.

Стоит поспешить. Я без труда отыскал на примятой во время побоища траве его следы. Они терялись среди прочих – многие покинули это место бестелесными духами – но все же поблескивали чуть ярче. Я видел их без всякого бесполезного здесь «Истинного Зрения» – теперь мне дано видеть скрытое.

Скрытых. Таких же, как я мертвецов. И одного их них мне предстоит догнать прежде, чем он перейдет через реку Гьелль по мосту, через который никому – будь то смертный, йотун или бог-ас — не суждено вернуться обратно.

Я пошел по следу Рагнара, а вскоре и перешел на бег. Мертвые не чувствуют ни тепла, ни холода, не знают боли и усталости – но двигаться умеют куда быстрее самого проворного из живых. Я мчался через ночной Каменец, и повсюду видел только закрытые ставни. Молчан строго-настрого запретил местным выходить на улицу до рассвета – мало ли каких тварей привлечет недавно закончившаяся здесь битва?

Город опустел и будто вымер -- только на самой окраине я встретил спешившую обратно в дом девчонку с ведром в руках. Не послушалась, вышла – и теперь ковыляла, сжимая слабенькими еще ручонками норовившую вырваться из пальцев дужку.

Непорядок!

– Давай домой! – прошипел я, чуть замедляя шаг. – Бегом!

Вряд ли она смогла разобрать слова – скорее услышала в дуновении ночного ветра тихий шепот – но послушалась. Негромко взвизгнула, бросила ведро и пулей помчалась к спасительной двери. И хорошо – одному Всеотцу известно, что случилось бы, попадись он не мне, а кому-нибудь вроде сухопутной версии Дармидонта. Сам Водяной Дед вряд ли пожалует в Каменец – слишком далеко отсюда осталась Вишинева.

Следы Рагнара не таяли в Нави, а как будто даже стали чуть ярче. Могучее тело еще жило и еще пыталось ухватить шагающую прочь душу конунга – но без моей помощи ему не справиться. Но все равно хорошо – теплящаяся в жилах жизнь заставляет Рангара шагать чуть медленнее, даруя мне драгоценные минуты. Успею! Ведь что мне уже почти не нужно смотреть на поблескивающую дорожку следов, чтобы не сбиться с пути. Каждый сам прокладывает себе тропу через Навь – но я следовал чужой.

Рагнар шел домой. На север. Через оставшийся за спиной город, через поле, через ручей – прямо к видневшемуся вдали лесу. Далеко… Молчан говорил, что покойник способен одним шагом покрывать чуть ли не целые версты, но я считал это скорее красивыми словами, чем правдой… пока не убедился сам. Я тоже разгонялся и уже буквально летел над землей, едва касаясь ее ногами, но все равно собственная скорость казалась мне ничтожной по сравнению с путем, который еще предстояло пройти. Если Рагнар дойдет до моря...

Нет, не дойдет. Еще через полверсты деревья расступились, а потом и вовсе пропали. Земля подо мной стремительно менялась, будто сбрасывая мох и траву и превращаясь в холодный серый камень. А еще через сотню шагов дорога пошла вниз – туда, где в полумраке ночи клубился туман.

Где-то там заканчивалась Навь и начиналось Чистилище. Его я узнал сразу, издалека – по отзвукам тишины, которой ни в мире живых, ни в обители духов быть не могло. Я едва не потерял след Рагнара, и теперь медленно шагал, пригибаясь и неотрывно смотря себе под ноги. Стоит хоть на мгновение ошибиться, заплутать – и все. Искорки чужой жизни потухнут, и придется возвращаться, чтобы отыскать их снова. Без этой ниточки, тускло поблескивающей в темноте, мне никогда не отыскать…

Лестницу.

Туман чуть расступился, и я разглядел уходившие еще глубже вниз узкие каменные ступени. На них след Рагнара потерялся окончательно – но все равно никакой другой дороги здесь нет.

Опоздал. Молчан предупреждал – того, кто ушел за черту мира духов, уже не вернуть, даже истратив всю свою силу. И я тоже не вернусь, если пойду дальше. Это верная смерть. И не поддельная, вызванная колдовским отваром, а самая настоящая. Окончательная. Пора признать, что не все в этом мире в моей власти, хоть я и собрал уже ровно половину осколков «Светоча». И иногда стоит отступить.

А иногда – нет.

– Да пошли вы все, умники, – пробормотал я, опуская бестелесную ногу на первую ступеньку, ведущую в никуда.

Первые шаги дались без труда, но потом что-то будто ухватило меня за шиворот и потянуло назад. Умирающее в далеком уже человеческом мире тело отчаянно сопротивлялось, но я все равно шел, переставляя едва помещавшиеся на узенькой каменной лесенке ноги…

– Антор! Антор, брат, помоги мне!

Я едва не споткнулся, услышав голос снизу. Откуда?.. Кто еще мог взывать ко мне ОТТУДА?! Я опустил глаза.

Прямо на меня из темной ледяной пустоты смотрел Хроки.