— Вот так и утек? — Молчан хлопнул себя по коленям. — Чего говорить – оплошал ты, боярин.

– Да сам знаю, – буркнул я. — Почем мне знать, что Дед Водяной так скакать умеет? Я слова молвить не успел — а он уже в речку и прыгнул… чтоб ему пропасть.

– А ты чего думал? – Молчана, похоже, искренне веселило то, как хитро обставил меня Водяной Дед. – Навь – она завсегда хитрит, с ними нужно ухо востро держать. Ладно утек – а мог бы и тебя самого утащить, пока ты на русалок любовался… Сколько парней так в былые годы сгинуло – не счесть!

— Довольно тебе насмешничать! – Я с размаху опустил кулак на траву. – Самому тошно, так ты еще…

-- А ты рычать меня не смей! – Молчан нахмурился. – Молод еще! Поживешь с мое – сам додумаешь, что наука когда через доброе слово, а когда и через битие дается. Меня старый ведун так иной раз хворостиной потчевал – три дня сесть не мог. Оттого и дожил до своих годков, что накрепко все запомнил. А ты разиня! Был бы отроком – вот как есть бы тебя выпорол, не испужался бы чину боярского!

– Ты говори, да не заговаривайся! – Я тоже понемногу начинал заводиться. – Сам, небось, немало годков дело ведовское учил, а меня на первый день Деда Водяного ловить отправил! Мудрено ли оплошать?

– Немудрено, боярин, – вздохнул Молчан. – Ты не смотри, что лаюсь, как пес старый – тебе же добра желаю. Ну как утянули бы тебя русалки – что бы я конунгу твоему говорил? Как бы девице твоей в глаза глядел?

Начало-о-ось… Еще один!

– Какой такой девице? – проворчал я. – Неужто ты про Видану Рыжую? Так я…

– Не про эту. – Молчан махнул рукой. – Видана собой хороша, и ты ей люб, боярин, да другая у тебя на уме. Сам я всего-то разок видывал, да гриди конунговы сказали – служит тебе девица, что гидьей промеж них зовется. И до чего же чудная! И пригожа, и травам разным обучена, и говорит ладно – а ходит незаметно. Вот вроде только была, а оглянешься – поминай, как звали. Все про тебя выспрашивала, как ты отлучался… Непростая девица, да, видать, тебе по сердцу пришлась, боярин…

Однако. Гидья, обучена травам, говорит ладно и обладает поистине фантастическим даром появляться неведомо откуда и так же пропадать… Как говорится, сложите два плюс два. Молчан говорил о Кате. Выходит, супершпионка не только ныряла в вирт, но и зачем-то скрывалась от меня.

Зачем? Тайком встречалась с Гримниром-Романовым? Пыталась выведать что-то от местных? Или просто заскучала сидеть в гостиничном номере?.. Гадать можно бесконечно – и уж точно безуспешно. Но пока понятно только одно: списывать ее со счетов, как возможного конкурента в борьбе за «Светоч» еще рановато… особенно учитывая недавно открывшиеся обстоятельства. Слишком уж ценная ставка – бессмертие. Безлмитное и безболезненное счастье для всех и даром. За такое добрая девочка-доктор запросто выпустит кишки кому угодно. Даже мне – и хорошо, если только в вирте. Йотуновы кости… Впрочем, мне ли привыкать никому не верить?

– Не до девиц мне сейчас. – Я устроился поудобнее, подтянув колени поближе. – Вернутся князь с конунгом – опять служба моя начнется. Да и учиться надобно…

– Верно говоришь, боярин. Надобно! – Молчан одобрительно закивал. – А девки – тому помеха. Только вред один от них! Ведовство покоя требует да терпения, а какой покой, ежели одни косы на уме?

Так вот он какой – Путь Видящего… Терпение, созерцание, ворчание (в исполнении Молчана), и, судя по всему, еще и воздержание. Но, как говорится, назвался груздем – полезай в кузовок.

– Ты научишь меня ходить в Навь, как положено? – Я откусил еще кусочек приготовленного Златой оладья. – Поди, сдюжу, ежели с Дедом справился.

– Уж так справился… – проворчал Молчан. – Научу. Да только ты ешь покамест, боярин, сил набирайся. Навь та гиблая да опасная, там живому человеку не место. Сама тепло из жил все вытянет, да и захолодит до смерти, ежели вовремя не уйдешь.

Похоже, Молчану не хотелось отрываться от припасенного заботливой Златой завтрака. Мед, молоко и оладьи – что еще нужно ведуну? Мы сидели в поле на собственных плащах, но пока что урок сводился к «разбору полетов» вчерашней охоты на Водяного и поглощению пищи. Да уж… Молчан прожил две с половиной сотни лет и давно научился никуда не спешить. И ценить такие нехитрые прелести жизни, как традиционные склафские блинчики. Тоже мне, Кунг-фу Панда… В отличие от многомудрого ведуна, у меня-то времени не так уж много. Рагнарек близится, йотун его забери, и мне надо быть во всеоружии. Даже если это самое оружие придется выпрашивать у вредного старикана.

– Так хоть расскажи покамест, – Я пожал плечами и потянулся за кувшином с молоком, – как в Навь зайти, да как выйти.

– Умеючи то несложно. – Молчан пожал плечами. – Я ж не зазря тебе про ручей говорил. Оно вроде того и есть. Меж Явью и Навью раздел стоит. Стало быть, мы по одну сторону, а чудища, вроде Деда Водяного – по другую. Как тебя ведьма свейская вдоль раздела ходить учила – то мне неведомо. Может, убоялась чего – а тебе, боярин, бояться нечего. Ежели в тебе огонь Сварожий есть – всякую навь прогонишь.

Это, конечно, обнадеживает. Но…

– А ходить иначе нужно. – Молчан протянул руку. – Что видишь?

– Вишиневу, – буркнул я. – Траву. Тень свою вот вижу.

– Вот, – кивнул Молчан. – Всюду тень за тобой бегает, черная да страшная – выходит, самая Навь в любом человеке и есть. Через нее путь за раздел и идет. Встанешь супротив солнца – так и шагай туда. Да только…

Договорить Молчан не успел – исчез. На его месте вдруг появился раскаленный чуть ли не добела столб огня. Звуки стихли, а все вокруг нас затянула серая дымка…

А тени на земле пропали. Будто их и вовсе не было.

Внимание! Изучено новое умение «Путь за раздел»

Почти все, в ком есть хоть искра колдовского дара, могут чувствовать мир духов, а то и заглянуть в него внутренним оком. Но лишь самым могущественным из Видящих дано шагнуть туда и ходить среди его обитателей так же, как среди людей.

Эффект: заклинатель переходит в мир духов, становясь невидимым для человеческого глаза и приобретая способность проходить сквозь стены или запертые двери. В мире духов заклинатель практически неуязвим для обычного оружия (вычет урона увеличен до 90% вне зависимости от базового и снаряжения), однако получает полный урон от зачарованного соответствующим образом. Расход очков духа при использовании любых умений увеличивается вдвое, а скорость их восстановления уменьшается на 30%. Также заклинатель подвергается перманентному действию эффекта «Холод» (не блокируется снаряжением). Стоимость (базовая) – 120 очков духа. Переход обратно в человеческий мир не требует затрат очков духа, однако происходит автоматически, если их запас исчерпан.

Ого! Да я же только что…

– Ты что, белены объелся? – На месте огненного столба появился ничуть не менее грозный Молчан. – Разве ж можно так вот, сразу?! Иные по десять годков в Навь ходить учатся, а ты…

– Сам же говорил, что у меня дар особый. – Я огляделся в поисках оладий, но они, похоже, остались там, в мире людей. – Вот и сдюжил.

– Обратно ступай, – проворчал Молчан. – Тут с непривычки и околеть недолго.

Да, это я уже и сам успел заметить. Мир духов щедро отсыпал мне сверхчеловеческих возможностей – но и плату потребовал, что называется, не отходя от кассы. Я будто выбежал на мороз в одних шлепанцах – кожу тут же начало обжигать холодом похлеще, чем в Царстве Хель – и от мехового плаща легче ничуть не становилось. Кончики пальцев уже понемногу начинали неметь, зеленая полоска здоровья медленно поползла вниз, а через несколько мгновений замигала и красная. Словно намекая – не твое это место, и задерживаться здесь не стоит. Да и оладьи с молоком… Вздохнув, я позволил Нави вытолкнуть меня обратно в человеческий мир.

– Экий ты быстрый, боярин. – Молчан соткался из воздуха рядом со мной. – Никакого в тебе терпежу нет.

– Спешить надобно, – отозвался я. – Поведай, как ведуну от людей лихих защититься. Ты вот стар – а тебя, небось, и целая дружина тронуть побоится.

– Целая-то, поди, и не убоится… – Молчан насупился, явно заприметив мою неуклюжую лесть – но все-таки продолжил. – От лихих людей завсегда можно через Навь утечь, ежели у кого заговоренного меча или копья не отыщется. Можно глаза отвести – а можно и ноги отнять, коли сильно осерчал, да по правде.

Ноги отнять? Интересная штука. А если?..

– А в зверя лютого обернуться можешь? – спросил я. – В волка, али в медведя…

– Чур тебя! – Молчан едва не расплескал молоко. – Что ж ты все дрянь такую спрашиваешь?!

– Так можешь, или нет?

– Есть обряд такой. – Молчан обреченно вздохнул. – И недруга в зверя обратить, и самому обернуться – да только умение великое нужно, да заговор особый знать. Да отыскать разрыв-траву, да золы осиновой, да двенадцать ножей железных – и не простых… Дурное то дело, боярин! – Молчан тряхнул седой бородой. – Человеку в зверя оборачиваться – саму природу обманывать. А глаз обмануть проще.

– Глаз обмануть? – Я навострил уши. – Как это?

– А вот так. – Молчан заерзал, усаживаясь поудобнее. – Посмотрит недруг на тебя – а увидит зверя лютого, али личину чужую. Да только так много народу зараз не проведешь – непременно крепкий умом, да глазом зоркий сыщется – разгадает.

– И то дело. – Я поднялся и попрыгал на месте, согревая подмерзшие в мире духов ноги. – Рассказывай. Всему научиться надобно, а времени тому – день.

– День?! – Молчан закашлялся и выпучил глаза. – Вот неймется тебе, боярин. Куда гонишься-то?

– Не сегодня-завтра князь вернется, да спросит, – вздохнул я. – А я ему службу немалую обещал, да непростую. В Каменец мне путь держать, дед. К Саврошке проклятому.