В это время Мо Цзинсюань со смешком наблюдал за борьбой умов слуги и госпожи. Как он сейчас заметил, бесстыдство Цю Танг достигло новых высот, Цзин Синь ничего не могла ей противопоставить:

- Так как это тоник, ты должна его выпить.

- Бред! Что это с тобой? - как он может с ней так поступать?

- Смотри-ка, какая энергичная. И браниться силы есть. Наконец-то с тобой всё хорошо! - Мо Цзинсюань шагнул к кровати, присел возле Цю Танг и внимательно осмотрел ее:

- Маленькое лицо немного худое и бледное, хм... Восьмая невестка, это не вода, - сказал он с улыбкой и взял миску из рук Цзин Синь, а затем взглядом подал ей сигнал, чтобы она отступила.

Поколебавшись, Цзин Синь медленно отошла.

- Но это все еще вода, - при одной только мысли о ней Танг Эр коробило - она словно снова оказывалась в озере под ее толщей.

Мо Цзинсюань странно псмотрел на Цю Танг:

- Восьмая невестка до конца жизни теперь не будет пить воду?

- Я этого не говорила, - она не собирается умирать от жажды. То, что она не может пить ее сейчас, не означало, что она не будет пить ее в будущем.

- Восьмой брат отправился во дворец. А я решил проведать тебя, так что... Можешь считать, что я заменяю восьмого брата в присматривании за тем, чтобы ты пила свои лекарства.

- Катись отсюда! В тебе недостаточно преданности друзьям, - Цю Танг презрительно посмотрела на парня.

Мо Цзинсюань посмотрел на чашку с лекарством и странно улыбнулся.

Принцесса странно покосилась на него:

- Почему ты смешься? Что смешного?

- Дай мне время хорошенько обдумать свою мысль, - Мо Цзинсюань наклонил голову в размылениях, уставившись на миску с лекарством в руке, и пробормотал себе под нос:

- Как бы заставить восьмую невестку выпить лекарство? Может попросить кого-нибудь помочь подержать ее, чтобы в это время влить ей в рот тоник? Или придавить ее к кровати так, чтобы она не могла двигаться, открыть ей рот и быстро залить... ... Хорошо, это должно сработать!

Когда Цю Танг услышала это, у нее волосы на голове зашевелились!

Четырнадцатый принц вообще не хороший человек!

- Хотя... Этот способ не слишком хорош, слишком жестоко для такой хрупкой женщины, как восьмая невестка, - немного подумав вслух, Мо Цзинсюань отверг второй вариант. Внезапно его глаза загорелись, и он странно посмотрел на ее губки, немного с сожалением прошептав:

- Если бы восьмая невестка была моей принцессой, тогда я мог бы воспользоваться.... Ртом, чтобы перелить в нее лекарство.

- ... - нахмурилась Цю Танг.

Мужчина и женщина, рот в рот ... она и он? Она не может это представить!

- Восьмая невестка, здесь ведь сейчас никого нет? Только ты и я… - Мо Цзинсюань моргнул своими чистыми и безобидными глазами и мягко произнес:

- Давай оставим это в тайне от старшего брата? - а главное голос у него такой, словно он это очень давно хочет сделать!

- Пошел вон отсюда! Как ты смеешь развлекаться, издеваясь надо мной?! - Танг Эр резко выхватила миску с тоником из рук Мо Цзинсюаня и сразу же, не задумываясь, выпила его. Затем подняла руку и яростно постучала по голове принца также, как это обычно делал Мо Лянченг:

- Ван Хао поучит тебя сейчас уму-разуму вместо Мо Лянченга!

- Восьмая невестка ... это больно!

- Ю Хао, зайди вовнутрь и выкинь этого болвана из Сюэ Юаня! - закричал Цю Танг в сторону двери.

Стоило Цю Танг только произнести это, как за спиной Мо Цзинсюаня неожиданно появился Ю Хао - он выпрыгнул непонятно откуда как черт из табакерки. Подхватив и удерживая нерадивого принца, слуга и охранник в одном лице выкинул того в окно!

Движение хоть и плавное, но быстрое, точное и безжалостное!

Выглядело всё так, словно у Ю Хао уже давно руки чесались сделать это.

Затем с улицы раздалось: "Бах!"

Мо Цзинсюань, который еще даже не встал с земли, сердито закричал:

- Ю Хао, ублюдок! Ты на самом деле осмелился сделать это?! Ну погоди! Бен Ванг так просто это не оставит!.... Ах, Ши Сюэ, будь нежнее! Нежнее! - голос Мо Цзинсюаня становился все тише и тише, а затем и вовсе стал неслышен. Очевидно, что некий господин не только позволил Ю Хао выбросить его из окна, но также - и Ши Сюэ вытащить его со двора.

Сегодня Мо Лянченг оставил в поместье двух сильнейших охранников, в то время как сам покинул его.

На самом деле, "это" и так было приказано сделать.……

Ю Хао уже хотел выйти из дома, но Цю Танг остановила его.

- Подожди.

- Что еще прикажет Ван Хао?

- Инь Сянь ... мертва? Не так ли? - мягко спросила Цю Танг.

- Да. Её ожидала смерть от тысячи порезов.

(п/п долгая и мучительная, хотя и не настолько, как смерть от ложки)

Смерть от тысячи порезов?! Цю Танг была потрясена!

Она, естественно, слышала про это: палач ножом понемногу снимал плоть с человека, словно капусту чистил. Казнь была настолько болезненной, что человек мечтал о смерти, которая никак не приходила к нему.... Это очень жестокое наказание из древних времён.

- Ван Хао надо что-нибудь еще?

- Нет. По пути во двор позови Цзин Синь в дом.

Ю Хао отступил, а через некоторое время вошла Цзин Синь и начала убирать чашку из-под тоника.

Цю Танг, сидевшая на кровати и беззаботно смотревшая на фигуру Цзин Синь, вдруг улыбнулась:

- Цзин Синь, в момент ожидания смерти я кое-что поняла: как ты и говорила, без Мо Лянченга мне и 21-ый век не мил. Поэтому сегодня, сразу после пробуждения, я решила раскрыть ему все тайны своего сердца.

Цзин Синь остановилась и опустила голову вниз:

- Госпожа, понимаешь....

- Но был один момент, который заставил меня почувствовать себя плохо. Догадаешься? - сказала Танг Эр сердитым голосом.

- Ка-какой? Цзин Синь не может угадать.

- Я поведала Мо Лянченгу, что я не из этого мира. Может ты всё же сможешь догадаться, как он отреагировал на это?

- ... - Цзин Синь молчала.

- … Никак он не отреагировал. Это очень разочаровало меня, - Цю Танг подняла лицо и вздохнула.

Бабах! Цзин Синь встала на колени перед кроватью, опустив в пол голову и не осмеливаясь смотреть на Цю Танг.

Танг Эр, кажется, была совсем не удивлена поведению Цзин Синь и только отвернулась от нее. Первоначально она считала, что Цзин Синь всегда будет на ее стороне и ни за что не предаст Цю Танг, даже если если ее противником будет сам Мо Лянченг. Поэтому она всё ещё ощущала ноющую боль в своем сердце.

Это боль от разочарования?

- Госпожа, извини, эта слуга ошиблась, пожалуйста, накажи меня.

- Дай мне причину не сердиться на тебя.

- Госпожа, в ту ночь Ван Е, казалось, что-то знал: он внезапно нашел эту слугу и начал спрашивать о госпоже. Сначала я ничего не говорила, однако... Когда я увидела выражение лица Ван Е... Я рассказала всё, - вспоминая ту ночь, Цзин Синь все время чувствует свою вину, так как она предала доверие Цю Танг. Однако, даже если бы у нее была возможность вернуться в тот момент, она всё равно сделала бы тот же выбор: Ван Е испытывает к госпоже глубокие чувства. Должно быть, эта пара была сложена ещё на небесах.