- Ван Е, ты, ты ведешь себя слишком распущено!

- А почему Бен Ванг не может быть аморальным с тобой?

- ... - она плакать хочет: этот болван на удивление разумно говорит.

Внезапно, в последний момент, она стиснула зубы и сжала ноги, держа последнюю линию обороны:

- Только один раз сегодня вечером.

- Четыре раза! Один слишком мало.

- Я устала...

- Три раза.

- Моя нога все еще болит.....

- Хм ... Два.

- Я....

- Заткнись! Если ты продолжишь торговаться, мы будем заниматься этим до самого рассвета, - взорвался Мо Лянченг.

- Ах......

В результате Цю Танг все больше убедилась в бесстыдстве некого принца.

Голодный волк мучал ее всю ночь. Но она была слишком уставшей, чтобы ругаться с ним из-за того, что он не отвечает за свои слова: этот человек, определенно, не заслуживает ее доверия.

В конце Мо Лянченг красноречиво пробормотал:

- Бен Ванг сказал: "Заниматься этим до рассвета", ты сказала: "Хм"....…

Что за "хм"? Естественно, это был ее положительный ответ.

По итогу она незаметно для себя провалилась в сон. Когда она снова проснулась, на улице уже было далеко за полдень.

Цзин Синь помогла умыться, одеться и принесла еды на обед.

Потом она сменила себе лекарство на ноге, вот только двигаться ей было лень: у нее болела поясница, болела нога и ей было неудобно передвигаться. И вот вроде бы тогда ей остается только снова лечь спать, но как она могла вновь уснуть, когда она проснулась совсем недавно?

- Цзин Синь, мне скучно, спой.

- Госпожа, Цзин Синь ужасно поет.

- Кха-кха. Тогда я сама спою, а ты слушай. Песня называется "Возмущение", - и жещина, лежащая на кровати, начала рвать глотку, извлекая из себя нечто похожее на крик павлина (п/п  https://www.youtube.com/watch?v=giWW-ME1q5o для понимания кошмара происходящего :D). Эта песня заняла бы почетное место в каталоге пыток инквизиции средневековья.

Всегда спокойная Цзин Синь зажала уши и ретировалась из комнаты в одно мгновение.

Неожиданно, когда спустя минут пять, последний куплет "песни" был спет, в комнате оказался благодарный слушатель - Юнь Ю Лян, которая, по-видимому, обладала тугоухием.

- Ван Хао так счастлива, - не очень искринне улыбнулас Юнь Ю Лян.

- Ах, немного, пустяки, - Цю Танг улыбнулась и помахала рукой, отнекиваясь. Глаза ее в этот момент были холоднее льда в антарктиде.

Юнь Ю Лян холодно фыркнула, словно взбесившаяся лошадь, и яростно бросилась вперед:

- Не думай, что ты особенная для Ван Е! Это просто смешно! Тебе стоит знать: в поместье восьмого принца никто не смеет отбирать у меня хоть что-то!

- Эй! Ван Е это не "что-то", - эээм, что это значит вообще?

- Как ты посмела ругать Ван Е? Я должна пойти и рассказать об этом принцу, - усмехнулась Юнь Ю Лян.

- Ну, если ты правильно помнишь, Ван Е недавно вышел из этой самой комнаты, - Цю Танг мягко улыбнулась, а затем покраснела. Любой, кто увидит такую реакцию, догадается, что здесь происходило ночью, и не будет задавать лишних вопросов.

- Тебе не стоило этого делать, рано или поздно тебя выгонят из поместья восьмого принца!

- Тебе не стоит быть такой высокомерной! Не забывай, с кем ты разговариваешь. Какая-то жалкая наложница смеет неуважительно относиться к браку, устроенному императором?! Ты берега попутала или приняла для храбрости на грудь?! - огрызнулась Цю Танг. Даже ее ангельское терпение не безгранично.... У этой мадамы классно получилось ее достать.

Несмотря на то, что она и сама хочет уехать отсюда, эта фифа ничего не смеет ей высказывать.

- Ты....

- Госпожа Юнь, ты же уже три года живешь в поместье восьмого принца? Добрейшей души Ван Хао хочет напомнить тебе одну вещь: женщине, которая ничего не делает, нет смысла оставаться в поместье. Относись к себе уважительней, - Цю Танг холодно припомнила ей фразу и не забыла от себя добавить про три года.

А Танг Эр молодец, не женщина, а змея!

И все же какая ирония!