— Я думал, что умру... — пробормотал Хадис, лежа в постели. — Нет, скорее, я уже умер. Ты убила императора-дракона. Это преступление, между прочим. Ты обратила свой клинок против императора...

— Я уже извинилась... К тому же ваше величество сами виноваты, что остановили свое сердце, даже не дослушав мои слова, — отозвалась Джилл.

— То есть, я тебе все-таки нравлюсь?

— Ох, сколько раз вы уже спрашивали об этом?.. Да, да, вы мне нравитесь.

— Ты уверена? И ты выйдешь за меня замуж? Точно?!

— Опять заладил... — из-за корзины с фруктами, стоявшей около кровати, выглянул Рэйв. Он переложил на блюдце яблоко, которым ловко балансировал на голове, и принялся грызть его. Можно было только удивляться, куда девается все, что он съедает...

— Но Рейв, отношение Джилл такое холодное! Это совсем не похоже на то, что в книгах!

— Книги и реальность отличаются. Пора бы тебе уже знать об этом, — невозмутимо заявил дракончик.

— Но... меня каждую ночь мучают кошмары, в которых Джилл отвергает меня!..

— О, так вот почему ваше величество так крепко прижимает меня к себе меня по ночам. Послушайте, я надеюсь, вы прекратите так делать — это довольно мучительно, знаете ли, — возмутилась Джилл.

— Видишь? Разве это нормально?! Ты точно уверена, что... любишь меня?

— А что насчет вашего величества? — вместо ответа спросила она.

— Э? — запнулся моментально занервничавший Хадис. — Я-я, это... конечно... — он все пытался что-то сказать, но не мог.

Хадис отчаянно заморгал, а затем почему-то свернулся на кровати калачиком, накрыв голову свернутым одеялом.

— Минутку... дайте подумать... как сказать-то...

Рейв посмотрел на Джилл и невнятно пробормотал, чавкая яблоком:

— Это безнадежно. Мне так жаль...

— Нет, его можно понять. К тому же, в таком состоянии он безобиден, что добавляет мне душевного спокойствия, — ответила та.

— Какие ужасные слова. Они ранят мою мужскую гордость... — съежившийся Хадис выглянул из-под одеяла и Джилл решила сменить тему. Неловко доводить императора до такого состояния.

Хотя, по правде говоря, она была уверена, что его мужская гордость способна справиться с этим.

— Ваше величество, это, должно быть, очень вкусно, — Джилл выбрала один из подарков, заполнивших комнату, и вручила его Хадису. — Потрясающе много подарков, не так ли? Все местные жители пожелали выразить вашему величеству свое сочувствие в связи с болезнью.

— Ох, уж этот идиот! Его отвергли при всем честном народе, и из-за этого у него остановилось сердце. Теперь все, кто это видел, жалеют его. А еще пошли слухи, что император настолько слаб, что если не быть с ним любезным, он может внезапно умереть! — проворчал Рейв.— Кто-то вам даже шаль подарил, чтобы вы не простудились.

Джилл достала из кучи подарков шаль и накинула ее на плечи Хадиса, когда тот сел. Пораженный император часто-часто заморгал, а затем робко улыбнулся.

— Вот как... Они беспокоятся о моем здоровье...

— Вот и хорошо. Похоже нам удалось дать им понять, где правда, а где ложь в том, что касается вашего проклятия.

Бейльбург не сгорел. Северная дивизия успешно наладила сотрудничество с горожанами и приступила к ремонту города. Все женщины, запертые в замке, были освобождены. Они наконец поняли, что это было сделано для их защиты от проклятия богини. София тоже оправилась и была готова последовать за Джилл в столицу империи, в качестве ее наставницы.

Пусть изменения затронули лишь провинциальный Бейльбург, это был важный шаг. После того как обнаружилось, что маркиз Бейль жив, люди начали подозревать, что постоянные смерти наследных принцев были частью какого-то заговора. Маркиз был опозорен и потерял свое положение, но сохранил жизнь, и в благодарность за помилование София пообещала императору всестороннюю поддержку.

«Надеюсь, вот так, мало-помалу, все изменится», — подумала Джилл.

Чего не скажешь о конфликте с Кратосом, но он хотя бы остался на личном уровне. Можно сказать, что им удалось избежать первого шага к началу войны.

— Да, это хорошо... Хотя так странно... Я, получивший отказ, получаю поддержку. Забавно...

Пока Хадис приходил в себя, Рэйв расхохотался.

— Знаете ли вы, чего теперь жители этого городка ждут от его императорского величества? — он рассматривал одну из сопроводительных открыток. — Чтобы он «как можно скорее женился на леди Джилл и успокоился»!

— ...Я рад поддержке, но... не думал, что первое требование народа к императору будет таким...

— Все в порядке. Думаю, когда мы отправимся в имперскую столицу, то больше не услышим таких просьб.

Известие о том, что столица империи готова принять их, вчера наконец достигло Бейльбурга. Джилл подумала, что оставшиеся в столице дворяне слишком уж откровенно выжидали развязки здешней ситуации.

— Мой старший брат... Ты, по-видимому, рассердилась на него. Если ты чувствуешь дискомфорт...

— Мне все равно. Пока у меня есть это кольцо, я являюсь твоей женой.

Как бы это ни выглядело со стороны, но на деле Джилл все равно остается принцессой-драконом. Эти слова когда-то сказал никто иной как Хадис, но сейчас, услышав их, он потрясенно заморгал.

— ...Ты такая сильная, что аж не верится... Я начинаю думать, что все это — только сон...

— Зачем все так усложнять?

— Потому что не могу поверить, что нравлюсь тебе...

Хадис заглянул в лицо Джилл, сохранявшей невозмутимый вид. В ответ та уставилась ему прямо в глаза.

— Разве вы сами не видите? — спросила Джилл.

— ...Словно я могу увидеть то, чего не видно... Ха? Ты что, смеешься надо мной что ли?..

— Ваше величество, пора принимать лекарство, — постаралась отвлечь его Джилл.

— Все еще так холодна! А ведь я так сильно люблю тебя!

Джилл, собиравшаяся подать ему горячую воду, споткнулась, но Хадис, поглощенный своими мыслями ничего не заметил.

«В-воттак внезапно! Прекращай!..» — билась мысль в голове Джилл. Кажется, она стала заложником собственных чувств.

А ни о чем не догадывающийся Хадис начал всерьез советоваться с Рейвом:

— Эй, как ты думаешь, Джилл действительно по-настоящему любит меня?

— Я больше не в состоянии общаться с таким идиотом. Мне пора перекусить. Прошу, позаботься об этом болване, — обернулся тот к Джилл.

— Вы... Если вы вот так бросите меня, я вас сломаю так же, как копье богини!

— Полагаю, меня так просто не сломать. В конце концов, я — бог-дракон разума. Я не могу потерпеть поражение без основательных причин. Я же не богиня, которую можно сломить любовью.

Джилл застыла от этой неожиданной атаки.

Хадис, который на самом деле никогда не был таким уж тупым, отвернулся от Рейва, упорхнувшего в окно, и уставился на нее.

Джилл взмолилась, чтобы он не заметил, как дрогнуло ее лицо, не сумев сохранить невозмутимость.

Однако золотые глаза Хадиса продолжали пытливо наблюдать за Джилл.

В комнате повисло молчание.

— ...Эмм, ваше величество, полагаю, вам пора отдыхать...

— Джилл, недавно ты разозлилась, потому что я никогда не называл твоего имени, но возможно ли, что ты не называешь меня по имени по той же причине — чтобы не влюбляться?

Конечно, Хадис не был тем человеком, который упустит возможность, не заметив, как у Джилл на мгновение перехватило дыхание.

— Ага. Нуу, я чувствую себя немного увереннее, — проговорил он. — Да. Я нравлюсь тебе, ты нравишься мне. Я тебе нравлюсь. Ты мне тоже нравишься. Я тебя люблю. Ты меня...

— Л-ладно, ладно, понятно уже! Не надо повторять! ...Ох!

Пока Джилл пыталась заставить Хадиса закрыть рот, тот обхватил ее и притянул к себе.

— Ты такая чудна́я... Полюбила кого-то вроде меня... Нелегко тебе придется...

— Почему вы так о себе говорите, ваше величество?

— Потому что я не верю, что могу быть счастлив. На самом деле, я не очень-то люблю людей.

Выражение лица Хадиса, сиявшего улыбкой, внезапно померкло. Его словно затмило чувство вины.

— Только это секрет от Рейва, ясно?

Пораженная Джилл пристально вгляделась в лицо Хадиса. Тот непонимающе уставился на нее... Неужели этот парень совсем не понимает, что говорит?

— Вообще-то, это называется пикап.

— Правда?

— Именно. Раз ты говоришь подобные слова, разве это не значит, что ты станешь счастлив?

Значит, он раскрыл перед Джилл свои сокровенные чувства, которые скрывает даже от того, кто стал ему приемным отцом. Однако, похоже он даже не понимает, что делает, так что волноваться не о чем.

— Если эти трудности будут связаны с вашим величеством, то я согласна. Я принимаю вызов.

Однако Джилл следовало помнить, что сейчас она находится в объятиях Хадиса.

— Черт!.. Ваше величество!

— Бесполезно, ведь я так люблю тебя! Из-за того, что ты сломала богиню, у меня предохранители отказывают...

— П-послушайте! Как вы думаете, сколько мне сейчас лет?!

— Десять. Я понимаю. Я подожду.

— Тогда подумайте больше о том, как ваши действия будут восприняты окружающими...

Словно нечто само собой разумеющееся, губы Джилл оказались накрыты его губами. Так сладко. Видимо из-за сладостей, которые они съели недавно.

Впрочем, это было, несомненно, слаще всех сладостей на свете.

— Надеюсь, ты сможешь простить меня за это? — с самым невинным видом обратился Хадис к застывшей и онемевшей Джилл.

***

Прислушиваясь к крикам и звукам пощечин, Рейв тяжело вздохнул.

— Невозможно победить богиню, отказавшись от любви. Настоящей взаимной любви.

Поэтому люди — существа, которых невозможно понять разумом, и это нормально.

Вот почему Рейв присматривает за ними.

Эти дома, эти люди, это море, эта страна, эти земля и небо, продолжают существовать только потому, что есть причина, которую называют «любовь».

-----

П.п.: На этом завершается первый том и я вынуждена на этом попрощаться с вами. Еще несколько экстр вы можете найти здесь: https://tl.rulate.ru/book/49363. В связи с кучей осложнений, появившихся в моей жизни благодаря так называемым "освободителям", у меня просто больше нет свободного времени на переводы... Мирного неба всем. Пусть ваша карма прилетает в ваш дом не на крылатой ракете....💛💙

Благодарю за внимание. Перевод и редактура: LadyZem.

https://vk.com/webnovell — промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.