Хуан Мин был знаком с войной, ведь он прожил несколько жизней и побывал на многих полях сражений от примитивных до футуристических, начиная от простого пехотинца в стене щитов до военного генерала, выкрикивающего приказы по спутниковому телефону.

Но он никогда не бывал в подобных, огромного размаха древних войнах непосредственно, и в особенности в азиатских (восточных) войнах. Ранее он читал романы и исторические книги о сражениях древних армий на полях сражений и обнаружил, что между Востоком и Западом существует разительная разница.

На Западе древние сражения описывались, как карательные боевые состязания, где мужчины буквально толкали друг друга своими щитами и длинными копьями. Все часто сводилось к дисциплине и чистой силе, и нужно было удерживать центр поля боя, в то время как остальные армии пытались обойти и "смять" друг друга. Этот вид прямого столкновения сохранялся на Земле вплоть до 20-го века, когда копья и пики были заменены мушкетами и винтовками. Однако все еще были тысячи людей, которые выстраивались в аккуратные ряды лицом к лицу, чтобы стрелять в друг друга. Цель таких сражений на самом деле сводилась к тому, чтобы увидеть, какая сторона сломается и побежит с поля боя первой.

В восточной истории, война всегда была связана с мобильностью и хитростью. Говорилось, что армии совершали марши то туда, то сюда, вступая в прямые бои только тогда, когда они находили достаточное преимущество своего местоположения или осаждали города. Многие военные трактаты и исторические книги писали о внезапных атаках и разных используемых стратегиях, но сам фактический бой часто не был описан подробно. Обычно это было как "тот-то и тот-то заманил врага на такую-то позицию с помощью такого-то трюка, и выиграл битву".

Сравнивая все это, Хуан Мин считал, что западная военная история больше озабочена тактическими маневрами на поле боя, в то время как восточная история, как правило, была сосредоточена на стратегическом уровне. И поэтому получалось, что случайный читатель обычно знал о западном пехотинце больше, чем о восточном. К тому же, историки смогли воссоздать в мельчайших подробностях снаряжение, использовавшееся римскими легионерами, и даже их военную тактику: то как они маршировали, как метали свои дротики, как соединяли свои щиты вместе, и как сражались своими короткими мечами.

Хуан Мин не был уверен в том, как сражался восточный солдат, кроме моментов, когда он либо бил копьем или стрелял из лука. Неужели они действительно только лишь что кричали и толпой неслись на врага? Какие боевые навыки они вообще тут использовали? Какое дополнительное оборудование они везли с собой, если вообще везли? Большинство историй, которые он читал, как правило, больше фокусируются на генералах и их дуэлях, стратегах и их планах... но там было очень мало о простом солдате. Немногочисленные стычки, случавшиеся в то время, когда он находился в авангарде отцовского войска, проливали некоторый свет, но на сегодня он все еще не составил полную картину. Даже битва с Фэй Юэ состояла из внезапных атак, и поэтому эта предстоящая битва была первой, истинной масштабной битвой армий этого мира, которую он увидит.

Возможно, именно по этой причине Хуан Мин был очень глубоко погружен в свои мысли, глядя на предстоящее поле боя. Было утро, и силы Ву и Вэй уже выстроились друг против друга на равнине. Хуан Мин и остальные легионы его отца стояли в арьергарде, охраняя лагерь, но он все еще мог наблюдать все передвижения на поле со своего небольшого холма.

Две огромных силы вот-вот должны были столкнуться, но его больше привлекали люди, непосредственно составлявшие эти армии. Он видел, что солдаты немного нервничают, особенно те, кто стоял на передовой. Наличие в строю их товарищей, а также воинов-ветеранов способствовало установлению спокойствия и порядка. Хотя эти опытные люди были более ценны, Хуан Мин был немного удивлен, когда он увидел, что мало что отличало их друг от друга; они были по существу одного ранга. Все они были одеты в одинаковые ничем не примечательные легкие чешуйчатые доспехи, все носили одинаковые копья и щиты. Это показывало, как мало значения им придавалось, и было именно тем, что Хуан Мин начал исправлять в легионах своего отца.

Напротив, офицеры и генералы разительно отличались друг от друга своей формой. Возьмем, к примеру, Маршала Гао. Теперь, когда он действительно был на поле боя, он использовал колесницу, удобно сидя за ее шелковыми занавесями. Даже со своего далекого места, Хуан Мин мог разглядеть золотую чешую и изогнутые рога доспехов Маршала, сверкающих в лучах восходящего солнца. Большинство его офицеров были точно так же стилизованы, чтобы вызывать образы свирепых и мифических существ. Казалось, чем самоувереннее они себя чувствовали, тем сложнее и вычурнее был их наряд.

Хуан Чжэн, Хуан Ке, Чжао Тонг и Сунли были одеты более скромно, их боевые одежды были простыми и умеренно бронированными, чтобы дать им максимальную подвижность в ближнем бою. В их глазах, Гао Фан и его подручные были похожи на клоунов, неосознанно гарцующих на смертельно опасной сцене.

Хуан Мин улыбнулся, бросив взгляд на свою семью и друзей. Как арьергард, они находились в самом безопасном положении и, следовательно, наиболее далеко от славы. И это было именно то, что они хотели, хотя армия Вэй была сейчас меньше, чем армия Ву. Считалось, что спешно собранные силы Ран Вэя все еще прибывали маленькими отрядами.

Затем в воздухе над обоими лагерями противников прогремела барабанная дробь, что означало формальный сигнал к фактическому началу битвы. Хуан Мин зачарованно наблюдал за происходящим. По словам его отца, это была стандартная процедура. Тактика "ударь и беги", использованная Хуан Чжэном ранее в ходе кампании, считалась неортодоксальной, и его отец вначале даже жаловался, что консервативные историки запятнают его имя в своих записях. Но результаты говорили сами за себя: его легионы были целы, и его люди были чрезвычайно благодарны за тактику, которая минимизировала их потери.

Кстати, о жертвах, как раз сейчас Хуан Мин увидел человека, который медленно ехал вперед, чтобы противостоять армии Вэй. Это был Ду Фан, человек, который ранее оскорбил его отца.

- Я - Ду Фан из Ву! Кто посмеет драться со мной! – взревел он и потряс своей глефой в воздухе.

Со стороны Вэй тоже появился офицер. Хуан Мин был слишком далеко, чтобы разглядеть детали, но, как и свита Маршала Гао, этот человек был также великолепно одет. У него было копье, и он бесстрашно поскакал навстречу Ду Фаню в пространство между двух армий.

- Я - Фэн Лю из Вэй! – объявил он, и без дальнейших церемоний два воина встретились в середине поля для поединка.

Оба всадника обменялись несколькими ударами, причем Ду Фан одержал верх. Фэн Лю храбро продолжал сражаться, но было ясно, что он уступает Ду Фану в силе.

- Ты знаешь этого офицера из Вэй? - спросил Хуан Мин своего брата.

- Здесь нет никого, кого стоило бы помнить, кроме самого Ран Вэя, - фыркнул Хуан Ке. На него эта дуэль не произвела никакого впечатления, и он лишь ехидно комментировал ошибки бойцов, наблюдая за ними.

Хуан Мин нахмурился.

Затем Фэн Лю откатился назад, и было заметно что ему плохо. Он тяжело дышал и обливался потом, и поэтому быстро отступил назад. А в это время солдаты Ву насмехались над ним.

- Вей слабаки! Это лучшее, что у вас есть? - презрительно сказал Ду Фан. - Выходите, трусы! Кто еще осмелится сразиться со мной?

Появился еще один офицер, но прежде чем он успел назвать свое имя, Ду Фан взревел и бросился вперед, чтобы начать дуэль. Это было верхом самонадеянности, поскольку означало, что имя офицера не имеет значения.

Очень быстро стало ясно, что высокомерие Ду Фана было оправдано, офицер из Вэй испугался и отступил назад.

Маршал Гао Фан был доволен.

- Хватит этого фарса, мы их сейчас раздавим! - приказал он. Барабаны забили еще раз, и солдаты Ву закричали как один, и начали сближение, а земля содрогнулась от их марша.

Солдаты Вэй оказали некоторое сопротивление, но после короткого обмена ударами, они действительно развернулись и побежали. Солдаты Ву с кровожадными криками бросились в погоню, Ду Фан шел впереди всех.

- Ха! Сломались с первого же удара! – злорадствовал Маршал Гао, глядя, как бегут солдаты из Вэй. Его адъютанты и офицеры быстро подошли к нему, чтобы поздравить.

- Что делают эти дураки из Вэй? А где же Ран Вэй? - пожаловался Хуан Ке, будучи в арьергарде.

Но Хуан Мин был обеспокоен. Он вспомнил тот давнишний день, когда познакомился с Цюн Ин в Борделе Личунь, и когда они обсуждали героев того времени. При этом имя Ран Вэя было явно упомянуто... что же там говорилось про Ран Вея?

Жестокий... и хитрый…

Они взяли руки в ноги,

Какое же быстрое отступление.