― Добро пожаловать. Надеюсь, дорога была к вам благосклонна. Теперь вы в баронстве Фронтера.

― ...

Голос Ллойда Фронтеры звонко отозвался в её ушах. Мойра, вождь племени Миозотис, подняла голову, и перед ней раскинулся обширный и в то же время чем-то знакомый пейзаж.

Значит, это и есть земли людей.

Она долго и пристально осматривала владения Фронтера. Первое, что бросилось ей в глаза, была река Прона, чьи воды текли с юга, описывая широкую полукруглую дугу по часовой стрелке, а затем уходили на запад и устремлялись в северные земли. Баронство же уютно расположилось внутри этого полукруга.

С востока баронство примыкало к подножию горного хребта, а со всех остальных сторон его окружала река.

Зрелище было прекрасное, но Мойра осознала одну неуютную истину.

Слишком много растений принесено в жертву ради всей этой красоты.

По всему поместью то тут, то там раскинулись небольшие деревушки, а между ними тянулись рисовые поля и сельскохозяйственные угодья. На севере простирались огромные площади осушенных земель. Все эти территории были спроектированы и использовались лишь для того, чтобы массово собирать урожай исключительно ради нужд людей. То же самое касалось многочисленных домов и построек.

Все постройки сделаны из дерева.

Бревенчатые дома, конюшни и амбары. Всё здесь было возведено с использованием древесины в качестве основного материала. От этой неприятной истины сердце Мойры защемило от боли.

Готова поспорить, эти бедные деревья так и не были упокоены должным образом.

Люди не считали растения достаточно ценными, чтобы утруждать себя подобными церемониями. И, само собой, они никогда не отдавали дань уважения погибшим деревьям. Это зрелище естественным образом вызвало...

― Вам не по себе?

― ...

Ллойд, который наверняка прекрасно понимал, что сейчас чувствует Мойра, задал этот вопрос, стоя прямо рядом с ней. В ответ она лишь едва заметно кивнула.

Уголки его губ поползли вверх.

―У нас нет выбора. Ведь у каждого свой путь и свой образ жизни.

― Свой образ жизни? ― переспросила Мойра.

― Ну, к примеру, взять тех же монахов.

Монахов?

Мойра никогда раньше не слышала этого слова. Улыбка на лице Ллойда стала ещё шире.

— Это своего рода священнослужители в очень далеких краях, ― пояснил он.

― Священнослужители? К чему вы сейчас об этом заговорили?

― Их диета полностью противоположна вашему. Они питаются исключительно растениями.

― Да как же так...

Мойра пришла в ужас. Есть только растения? Это же просто чудовищно! Но когда Ллойд продолжил объяснение, ей пришлось пересмотреть свою позицию.

― Всё ради соблюдения заповеди, запрещающей убийство. Они едят только растения из глубокого уважения ко всему живому. Конечно, есть и те, кто не следует этому принципу, но большинство, насколько мне известно, изо всех сил стараются его придерживаться. В этом вы с ними похожи, вы ведь тоже цените и оберегаете растения.

― ...

― Я говорю это лишь для того, чтобы попросить вас о понимании, ― сказал Ллойд. ― Ведь у всех нас разные пути и образы жизни.

― Понимании? Таком же, как в том предложении о переговорах несколько дней назад?

― Именно.

Ллойд мягко кивнул, и его ответ заставил Мойру невольно предаться воспоминаниям. Всего несколько дней назад этот наглец вторгся в их лес и посмел покуситься на сок древа Эленсия. Оказавшись в ловушке, он взял этот самый сок в заложники и имел наглость жарить мясо прямо у них на глазах.

Но и этого ему показалось мало: он попытался заключить сделку, пообещав снабжать их мясом и углем. Даже сейчас Мойра не могла забыть слова, слетавшие с губ этого человека.

♣

― Суть любых переговоров, в сокращении дистанции между интересами двух сторон, ― произнес Ллойд.

Мойра почувствовала странное смятение – она никак не могла понять, к чему он клонит. А Ллойд продолжил:

― Разумеется, мы не обязаны сокращать её силой. В конце концов, некоторые переговоры и вовсе заходят в тупик. Однако сама попытка сблизить позиции сторон... это уже хорошее начало. Прямо как сейчас: мы сидим друг напротив друга, хотя все вокруг твердили, что наши расы никогда не смогут прийти к соглашению.

Ллойд тихо усмехнулся.

― В любом случае, ― продолжил он, ― давайте ещё раз резюмируем моё предложение. Я обещаю ежемесячные поставки мяса в тех объемах, которые необходимы вашему племени. А вместе с ним и уголь; те самые камни, поддерживающие огонь, на которых вы сможете это мясо жарить.

— Взамен, — произнесла Мойра, — вы хотите, чтобы мы предоставили вам право на добычу сока дерева Эленсия и выделили сто рабочих?

— Совершенно верно, — подтвердил Ллойд.

— ...

— Вы вольны отклонить моё предложение, если оно вам не по душе. Или же, если вы хотите получить что-то сверх этого, прошу, скажите об этом сейчас.

— И вы выполните мою просьбу, если я её озвучу? — спросила Мойра.

— Это зависит от самой просьбы. Давайте для начала её послушаем.

— ...

Мойра гадала, неужели в этом и заключается суть того, что этот человек называл «переговорами». Одна сторона делает предложение, другая выдвигает встречное. И обе взвешивают выгоду. Мойра никогда прежде не сталкивалась с чем-то подобным. Вся её жизнь протекала мирно, в бесконечных днях охоты среди бескрайних лесов.

Охваченная смятением от необходимости торговаться, она глубоко задумалась.

Как бы поступила моя мать, будь она жива?

Её мать звали Рошия, и когда-то она поддерживала связи с людьми в поместье под названием «Гапель». Мойра не помнила всех подробностей, но знала из рассказов матери, что та вернулась в лес и родила её лишь после того, как все её человеческие друзья один за другим ушли из жизни.

И в этот миг в памяти Мойры всплыли слова, ставшие последней волей её матери перед тем, как та вернулась к духу растений.

Она говорила, что дружба с людьми мимолётна. Что они умирают слишком рано и бессмысленно, в отличие от нас. Поэтому мать велела мне доверять только конкретным друзьям-людям. Верить же всей их расе – значит навлекать на себя беду.

И вот теперь этот человек по имени Ллойд был...

Не другом. Но...

Он и на врага не был похож. Эти так называемые «переговоры» были тому доказательством. К тому же...

— Зачем вы снимаете доспехи? — спросила Мойра.

— А, это для заключения контракта.

— Что вы имеете в виду под «контрактом»?

— Это способ закрепления условий соглашения. Важный документ, который оставляет физическое доказательство итогов переговоров. Благодаря этому можно предотвратить и сократить возможные недопонимания и конфликты в будущем, — объяснил Ллойд.

— Значит, составление этого так называемого «контракта» искореняет саму причину для споров? — спросила Мойра.

— Да, в большинстве случаев.

— В большинстве...? Почему не полностью?

— Потому что в этом мире нет ничего совершенного. Ладно, приступим. Поверни вот так... и разрежь здесь...

Хрясь!

Ллойд снял кожаный доспех и отсоединил наплечник. Перевернув его, он вонзил в него кинжал и сделал надрез. Вырезав ровный кожаный квадрат, он посмотрел на Мойру и ухмыльнулся.

— Я использую это в качестве контракта. Обычно мы пишем на бумаге, но я подумал, что вам это не слишком понравится. С вашей точки зрения, бумага – это ведь ещё одна форма издевательства над растениями, верно? — спросил Ллойд.

— ...

— Ну что, у вас было достаточно времени, чтобы всё обдумать? — снова спросил Ллойд.

— Да.

Горящие камни и мясо... Эти условия были более чем выгодными, особенно для её племени, которое страдало от нехватки продовольствия. Эта сделка была подобна благодатному дождю во время засухи. Более того, Мойре импонировал подход Ллойда, то, что он предложил составить контракт на равных условиях. Он не бросал слов на ветер и не бахвалился. А то, как он без колебаний разрезал собственный кожаный доспех ради её принципов, произвело на Мойру сильное впечатление.

— Хорошо, — кивнула Мойра. — Я принимаю ваше предложение.

— И взамен я получу сок дерева Эленсия и рабочих?

— Разумеется.

Вот так просто она приняла предложение. После этого они составили контракт в двух экземплярах, по одному для каждой стороны. В дополнение к этому они подписали договор аутсорсинга на отправку эльфийских рабочих.

Однако эта сделка вызвала суровую критику со стороны старейшин племени. Они упрекали её за то, что она бездумно позволила распоряжаться корнями священного дерева и открыла лес для людей.

Это лучше, чем позволить детям нашего племени голодать.

Таково было её осознанное решение и компромисс как вождя племени. Она была готова принять на себя весь удар критики. Но при этом она сделает всё, чтобы её народ извлёк выгоду из этих переговоров.

Приняв такое решение, она очнулась от своих раздумий. Её взгляд скользнул по баронству Фронтера и остановился на Ллойде, стоявшем рядом.

— Всё именно так, как вы и говорили, — произнесла Мойра.

— Простите?

Ллойд в недоумении уставился на неё. Мойра едва заметно улыбнулась ему в ответ.

— Что ж, всё дело в точке зрения. Теперь я это понимаю... Позицию людей и их иной образ жизни. Итак, где мы будем работать с этого момента?

— О, вы планируете приступить прямо сейчас? — спросил Ллойд.

— Да. Таково было условие переговоров.

Уголь и мясо. Она собиралась отдать ровно столько, сколько получила. Услышав это, Ллойд удовлетворенно улыбнулся.

— В таком случае, позвольте мне для начала обучить вас азам работы. Прошу, пройдемте сюда.

Ллойд привел Мойру и сотню эльфов в поместье. Первым делом он представил их барону и баронессе. Обитатели усадьбы и всего баронства были в полном смятении и восторге от вида эльфов.

Некоторые юноши влюбились с первого взгляда, а девушки провожали их обожающими взорами. Но когда Ллойд объявил, чем именно эльфы будут заниматься отныне, барон лишился дара речи от неожиданности.

— Что? Ты хочешь отправить их работать с арматурой? — недоверчиво переспросил барон.

— Именно так.

— Ты... ты действительно думаешь, что это возможно?

— Да, конечно.

— ...

Ллойд уверенно закивал. Барон был в замешательстве.

— Эм, но я.. боюсь, это будет несколько затруднительно, — признался барон.

— Это из-за их хрупкой внешности? — уточнил Ллойд.

— Да, хотя это и неправильно, судить о ком-то лишь по внешности... но я ничего не могу с собой поделать, это чувство меня не покидает, — с запинкой произнес барон.

И это было правдой. Эльфы напоминали барону грациозных и хрупких ланей. Обликом они походили на сказочных фей, коим даже не ведом тяжелый труд. И тут Ллойд заявляет, что их бросят на строительные площадки и заставят работать с арматурой... делом невероятно трудоемким и изматывающим.

— Теперь-то я в тебе не сомневаюсь, — продолжил барон. — Но даже грозные и суровые войны-орки целыми днями вопят от страха, работая на арматуре. Они кричат во все горло, что здание слишком высокое. За те несколько дней, что тебя не было, их крики стали только громче.

— Да, я в курсе. Именно поэтому я их и привел, — ответил Ллойд.

— Неужели?

Ллойд ухмыльнулся.

— Они не боятся высоты. К тому же, они куда сильнее, чем может показаться на первый взгляд.

— Что ты имеешь в виду? Они сильные? — недоверчиво спросил барон.

— Именно. Они живут в десять раз дольше нас, и всю свою долгую жизнь только и делают, что носятся по лесам и стреляют из луков.

Стрельба из лука. В большинстве RPG-игр этот навык привязан к «ловкости». Но в реальной жизни всё было иначе. Совсем иначе. Любой, кто хоть раз пробовал натянуть тетиву, прекрасно это знал. Лук требовал мускулов, а не просто изящных движений.

— И они остаются молодыми гораздо дольше нас. Их мышцы продолжают развиваться на протяжении всех этих долгих лет. Более того, они тренируются в стрельбе из лука каждый божий день, так что в их силе можете даже не сомневаться, — подытожил Ллойд.

Их молодость длилась неизмеримо дольше человеческой. И все эти годы в их телах непрерывно вырабатывались гормоны, способствующие росту мышечной массы.

Ко всему прочему, они были хищниками, которые, носясь по лесам с луками, питались исключительно богатым белком мясом. Так что, говоря техническим языком, даже бойцы спецназа выглядели бы на фоне этих дивных существ сущими младенцами.

Барон мог ошибочно принять их за слабаков, но истина была в том, что эльфы были кем угодно, только не ими.

— Так что не беспокойтесь об этом. И предоставьте мне самому позаботиться о них, — заверил Ллойд.

— Хм, — протянул барон, — в твоих словах есть смысл.

Барон был убежден. И на следующий день Ллойд приступил к обучению эльфов рабочему процессу. Поскольку они ничего не смыслили в строительстве, он разъяснил им основные концепции и меры предосторожности. Особое внимание Ллойд уделил технике безопасности.

Хорошо, что они осторожны от природы.

Эльфы были существами осмотрительными. Они учились не спеша, но зато основательно усваивали каждый урок. Особенно это касалось вопросов безопасности на стройплощадке.

Как только базовый инструктаж был завершен, пришло время переходить к их основной задаче – работе с арматурой.

— Итак, укладка железных прутьев называется «армированием». Точно так же, как здесь: делаете это и вот это. Главное – укладывать арматуру в строгом соответствии с чертежом. А когда будете связывать прутья в местах пересечения, используйте вот этот инструмент, он называется «крюк».

Ллойд обучил их нескольким способам вязки арматуры. Помимо этого, он поделился и другими техниками. Например, как правильно собирать опалубку для цемента, как устанавливать опорные конструкции, чтобы избежать прогибов или перекосов под давлением, а также объяснил порядок и правила безопасности при демонтаже опалубки после высыхания бетона.

В период обучения Ллойд гонял эльфов и в хвост, и в гривну, не проявляя ни капли пощады.

— Эй, вон там! Если свяжешь арматуру вот так, она лопнет! Ты что, специально это делаешь, потому что мяса перехотелось?

— Что?! Укладывать нужно строго по разметке на земле! Иначе сегодня никакого мяса не получите.

— Эй! Поставишь опору под таким углом и всё рухнет. Будет несчастный случай. А знаешь, что я сделаю, если случится авария? Я заверну свиную грудинку в овощи!

Самым эффективным оружием в арсенале угроз Ллойда был обычный набор из листьев салата, кунжута и капусты.

Во время перекуса он брал их любимое мясо, заворачивал его в овощные листья, добавлял туда ломтики острого перца и чеснока и.… просто демонстративно показывал им. Ему даже не нужно было заставлять их это есть. Одного вида было достаточно.

Почти все эльфы на площадке замирали как вкопанные. А некоторые, самые впечатлительные, и вовсе заливались слезами, горько раскаиваясь в своих ошибках.

Так, в череде этих напряженных тренировок, пролетело несколько дней. Эльфы превратились в крепких и надежных арматурщиков и были наконец отправлены на строительную площадку. Конечно же, Ллойд был вместе с ними.

— Какое-то время я буду лично курировать и контролировать вашу работу здесь. Как долго? Пока вы полностью не освоитесь. Так что, если хотите поскорее избавиться от моего ворчания, советую как можно быстрее втянуться в процесс, — провозгласил Ллойд.

Услышав это, эльфы вздрогнули. Неужели они останутся под его надзором даже здесь, на объекте? Волнение и дурные предчувствия захлестнули их. Когда дело доходило до придирок, Ллойд был беспощаден. А уж тот опыт созерцания мяса, завернутого в листья салата... это было просто...

Нет. Только не это! Я не хочу видеть это снова, никогда в жизни!

Эльфы дали себе твердое обещание: они проявят запредельную концентрацию и добьются признания Ллойда. Только так они могли спастись от кошмарного зрелища очередного мясного рулетика в листе салата.

Эта решимость в сочетании с предельной концентрацией позволила им выжать 200% из своих природных атлетических способностей.

Прыжок! Вжик! Скрип! Лязг! Стук!

Строительство 102-го корпуса, которое временно замерло из-за того, что воины-орки до смерти боялись высоты, вновь закипело. Площадка заполнилась эльфами, которые буквально летали на самой вершине конструкции.