Потратив некоторое время на раздумья, я окончательно решил, что мое воскрешение из мертвых должно быть не менее грандиозным, чем таковое у одного распятого в древние времена на кресте парня. Пусть не так давно я на глазах у всех этих людей и опростоволосился с увольнением своего взрывоопасного сотрудника, мой камбэк просто обязан стереть из их памяти тот небольшой казус.

— Эй, горе-ассистентка, а как, собственно, правильно активировать эти печати? — дабы не натворить лишних делов, я решил попытать счастья выудить хоть какую-то мало-мальски полезную информацию из своей голосовой помощницы. — Ну, чтобы, например, случайно не получить благословение невесомости и не превратиться на тысячу вздохов в стратосферный метеозонд.

«Чтобы получить один из множества возможных вариантов ответов на этот вопрос назовите случайное число в диапазоне от минус ста до ста».

— Чтоб тебя… пусть будет один.

«Запрос принят. Ответ: чтобы получить благословение необходимо воздать хвалу Богу Рандома и попросить его о помощи. Текст молитвы должен содержать в себе описание затруднительной ситуации, для разрешения которой жрецу понадобилась помощь его бога. Качество используемых метафор и уровень драматизма во время исполнения молитвы напрямую влияет на эффект конечного благословения».

«Как же заморочисто», — подумал я, страдальчески закатив глаза.

Пошевелив извилинами, я понял, что для пущей эффектности мне стоило немного поработать над своим образом. Пока взгляды всех присутствующих были заняты разглядыванием танцующих на моем трупе языках пламени, я прошмыгнул к стоящему в стороне столу и стянул с него белоснежную хлопковую скатерть. Хорошенько закутавшись в нее с ног до головы, я прочесал взглядом окрестности и нашел последний элемент своей импровизированной экипировки жреца — длинную толстую ветвь, видимо, чудом избежавшую участи стать частью моего погребального костра.

«Ну, погнали», — кивнул я себе, хорошенько напряг извилины и зашагал к толпе.

— О невероятный бог вероятностей, услышь мой зов, — слова будто сами потекли из моих уст. — Ниспошли на жреца своего спецэффектов дорогущих ауру, дабы впечатление он смог произвести на сих зрителей невольных воистину неизгладимое!

Дабы не раскрыть себя раньше времени, проговорить всё это мне пришлось полушепотом, отчего весь заложенный в голос драматизм придал ему слегка мрачноватый оттенок.

«Попытка засчитана. Ожидайте получение намоленного благословения через десять, шесть, восемь, два, девять…»

«Как же раздражает…» — подумал я и приготовился к началу представления, приняв величественную позу и широко раскинув руки в стороны.

Через пару секунд по всему моему телу пробежались несколько волн мурашек, словно от упавшего в воду камня. Не наблюдая никакого эффекта, я мельком взглянул на свое запястье и удостоверился, что одна из находящихся на нем печатей была израсходована.

— Эй, прибабахнутая, благословение точно получено? — негромко обратился я к голосовой помощнице, чем внезапно обратил на себя взоры всех присутствующих на церемонии.

«И чего это у них у всех ни с того ни с сего так сильно обострился слух?»

Пожав плечами, я не стал тратить время на выяснение причин по которым все мои приготовления пошли псу под хвост и неловко помахал рукой в приветственном жесте.

— Как бы здрасте. Я жив. Вот…

После моих слов слегка обескураженные выражения лиц мужчин и женщин сменились гримасами ужаса, а холодная тишина уступила место паническим воплям.

— Гигантская арахна!

— Боги милостивые, откуда тут горный тролль?!

— Спасайтесь! Это — червеликий!

— Быстро закройте уши! Не слушайте песнь пожирателя душ!

Началась самая настоящая паника. Едва ли не спотыкаясь, люди моментально рванули врассыпную, словно увидели во мне какого-то жуткого монстра. Причем не одного.

«Что это еще за благословение? Я словно какой-то чёртов боггарт из ГП, в котором каждый видит свой самый потаенный страх».

Уже спустя менее чем десять секунд у погребального костра остались только я и парочка особо впечатлительных служанок, благополучно потерявших сознание при виде чего-то крайне малоприятного, я полагаю.

«Как ни крути, а впечатление я произвел самое что ни на есть неизгладимое. Прям как и заказывал, блин».

Тяжело вздохнув, я покачал головой и молча уселся на землю. Поскольку зрелищность шоу вышла далеко за рамки моих прогнозов, я решил форсировать отведенные мне на всё про всё тысячу вздохов и начал дышать с частотой, не меньшей, чем у пробежавшей не один десяток километров на привязи за машиной собаки.

«Надо бы поторопиться, пока сюда не успели вызвать авантюристов, охотников за приведениями, дементоров и отряд ведьмаков по мою душу».

Доведя себя этой экстремальной дыхательной гимнастикой до звона в ушах и головокружения, я вновь почувствовал мурашковый марш по всему телу.

— Ухх… ну наконец… — борясь с одышкой, я поднялся на ноги и поковылял в сторону особняка, чтобы оповестить его уже начавших баррикадировать двери и окна жителей о том, что опасность благополучно миновала.

— Хнык-хнык, Дафси откафывается пфинять такую фудьбу-ня, — прозвучал одновременно встревоженный и упрямый голос кошкодевочки со стороны опрокинутого толпой стола, откуда я недавно стянул скатерть. — Хнык, Дафси будет бофоться за свою физнь до пофледнего-няф.

Присмотревшись повнимательней, я разглядел свернувшуюся на земле калачиком зверолюдку, маниакально закидывающую себе за обе щеки разбросанную вокруг нее еду.

— Эй, блохастенькая, ты там собралась потихой набрать критическую массу и схлопнуться в черную дыру?

Услышав мой голос она навострила ушки и медленно обернулась, не выпуская изо рта полуобглоданную куриную ножку.

— Хофяин-няф?! — встретившись со мной взглядом, она широко распахнула глаза, а затем начала с опаской осматриваться по сторонам.

— Ну, можешь звать меня и так, — я безразлично пожал плечами. — Кого-то потеряла?

Мне вдруг стало интересно, кого же она во мне увидела в момент моего триумфального возвращения с того света.

— Хофяин-ня, это прафда ты, чафк, глоть? — окончательно расправившись с окорочком, она поднялась на ноги, приблизилась и начала бесцеремонно тыкать в меня пальцем. — И правда не мерещится-ня…

Не успел я и глазом моргнуть, как она вцепилась в меня, словно в спасательный круг и разрыдалась пуще прежнего.

— Уа-а-а, Дарси видела ужасные вещи-ня! Мертвецки-тощую, бледную, голодную себя-ня, которая грозилась мне голодной смертью-ня! Уа-а-а, Хозяин-ня, не бросай Дарси! Обещаю быть верной и послушной-ня, только корми два… нет, три раза в день-ня!

«Что за глупая фобия?»

Лишь потратив какое-то время на успокоение впавшей в истерику кошки, я смог ее от себя отцепить.

— Ладно, всё. Давай ты пока побудешь здесь, разберешься с оставшейся едой, а я пойду проведаю остальных. Надо бы дать им знать о том, что я воскрес, а страхомонстр побежден.

— Можешь положиться на Дарси, хозяин-ня, — взгляд кошкодевочки наполнился решимостью, словно она готовилась разменять свою жизнь в обмен на то, чтобы выполнить данное мной ей поручение. — Я обо всём тут позабочусь-ня.

Похлопав ее по плечу, я побрел к особняку.

«Надо бы придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение всему произошедшему».

Как ни странно, дверь в дом оказалась не заперта. Переступив через порог, я внимательно прислушался к окружению и направился к столовой комнате, из которой доносилась целая вереница спорящих друг с другом голосов.

— Нет, это точно был червелицый. Я же видел его своими собственными глазами!

— Не может такого быть! На меня взирала не кто иная, как полночная трупоедица!

— Какая к черту трупоедица? Это же просто персонаж детских страшилок. Говорю вам — это был огромный болотный змеевик! Моего младшего брата съел точно такой же прямо у меня на глазах… Я бы ни с кем его не перепутал.

— Кхм, — откашлялся я, обозначив свое присутствие забарикадировавшимся на кухне слугам и хозяевам особняка. — Уважаемые, позволю себе заметить, что это был богопротивный фрэдокрюгер, заставивший каждого из вас видеть то, чего вы боитесь больше всего. Однако можете расслабиться, я уже о нем позаботился.

Моя реплика вновь стала причиной наступления холодной тишины.

— С-сэр Кэш Кепчук?! — неверяще пробормотала Ирма. — Н-но как?

— Кэш? Да, так меня раньше звали. Кэш Кепчук — мое былое имя. Теперь я — Кэш Белый. И я вернулся к вам в решающий час, — драматично произнес я и встал в пафосную позу. — Мой всемогущий бог вернул меня в качестве своего архижреца, дабы я сумел спасти ваши жизни от этого ужасного чудища.

— Господин Кэш, это правда вы! — воскликнула Алестия, смотря на меня блестящими от слез глазами.

Потратив минут десять на парирование всевозможных вопросов наспех придуманными ответами, мне, наконец, удалось всех успокоить и заставить поверить в предложенную им мной легенду. Дворецкий отправил слуг на поиски остальных разбежавшихся куда глаза глядели людей, дабы те передали им благую весть и вернули обратно в дом. В то же время Алестия взяла меня за руку и обратилась с нотками мольбы в голосе:

— Господин Кэш, мой отец… я не знаю, что именно он тогда там увидел, но он до сих пор не может прийти в себя. Вы можете ему как-то помочь?

Я посмотрел на забившегося в угол лорда Райкера. Он сидел на полу, поджав под себя ноги, обхватив колени руками и ритмично раскачиваясь.

— Тебя нет… Ты мертва… Кормишь червей… В земле… — бормотал он в бреду, смотря в одну точку перед собой.

«Чёрт, а этого походу хорошенько так зацепило за живое. Надо бы как-то исправить свой же косяк. Ну и очередной плюсик в копилку кармы закинуть заодно».