Очнулась я в сыром помещении. Земляной пол. И, конечно, решетка. Голова болела. Оружия при мне не было.

Немного посидев, привыкнув к темноте, я убедилась, что нахожусь в темнице. Вдоль коридора виднелись другие камеры. Из некоторых доносились стоны.

Это тебе не темница у Хиро в замке.

Через некоторое время замок в мою камеру заскрепел.

- Очнулась. Слабые вы людишки. Хозяин желает видеть тебя.

Передо мной стоял ёкай с лошадиной мордой. Мускулистый. В частичной броне и с оружием.

На моих руках и ногах были кандалы.

Мы шли темными коридорами. И когда вышли в ярко освещенный коридор, я от неожиданности зажмурилась. Охранник тыкнул меня в бок.

Воздух и здесь был влажным и затхлым.

И снова я в тронном зале. Снова огромный зал. Множество люстр. Неужели у всех правителей с фантазией на столько плохо.

На троне сидел Онни. Мне даже не надо было никого спрашивать.

Чуть повыше Сатори, немного может пошире. Мужчина. С рогами и ярко красными глазами. Смотревшими пристально на меня.

- Наконец мы встретились, человечишка. Нам все кто-то мешал.

Отчего-то по всему телу побежали мурашки. Внешне он не был ужасен или отталкивающий. Но веяло от него чем-то противным, от чего волосы дыбом вставали. Сама энергетика была до отвращения наполнена насилием.

Я молчала. Мне нечего было сказать Онни.

- Даже не спросишь ничего? Кто я, например. Зачем тебя сюда пригласил.

Я ухмыльнулась. Пригласил значит. Вот как у него это называется. И продолжила молчать. Лишь скучающе пожала плечами. А на душе кошки скребли. Да, я уже попадала в разные ситуации. У Хиро мне сразу было спокойно. У Гайё мне было дискомфортно. Но тут .. мне было страшно. Внутри я была скукожена. Хотя внешне старалась не подавать виду.

- Чего ты меня боишься? Ты жива. Ноги, руки на месте, как видишь. Я чувствую твой страх.

Я снова лишь пожала плечами. Я не видела смысла о чем-то с ним говорить. Он на столько отличался от всех екаев, что я встречала, что сейчас не знала, что и делать

- Какая ты скучная. Даже разговора не получается. Ну да ладно .. принести цепь!

Я вздрогнула. Ожидать следовало, чего угодно.