Луна и большая часть неба уже были практически полностью закрыты облаками. В лесу была кромешная тьма, в которой человеческое зрение не смогло бы разглядеть абсолютно ничего. Проливной дождь опускался на кроны самых разнообразных деревьев, а звук от мириад капель дождя скрывал большую часть шума. По лесу на полной скорости бежал человеческий силуэт, укрытый шкурой зверя. На спине у него были ножны с мечем, которые даже без учета дождя не издавали никаких звуков. Невзирая на непроглядную тьму, силуэт вообще не спотыкался и продолжал передвигаться не сбавляя темпа. Спустя час бега силуэт замедлился, а через несколько минут и вовсе остановился. Он укрылся за крупным деревом и стал выжидать чего-то.

- Он должен будет остановиться где-то здесь. Нужно всё сделать быстро и желательно спрятать тело до конца ночи.

Сидя в кромешном мраке, Эдвард уже раздумывал последствия своего ещё не состоявшегося дебютного убийства. Он взвесил все факты и решил изменить свой первоначальный план. После своей беготни и запутывания следов в первый день, он задумывался о том, что бы просто переждать экзамен. Перед началом экзамена он плотно поел, а потом ещё отужинал пойманной добычей. Этого вполне хватало, что бы при использовании глубокого дыхания впасть в контролируемый анабиоз и пролежать в нём недельку. Это намного безопаснее, чем постоянно менять укрытия и бегать по лесу. Всё же многие будут его искать, и даже использование воли не гарантирует удачный побег. Спрятаться и избежать стычки звучит куда гуманнее. Ему всё же не особо нравилась перспектива убивать детей, если этого можно избежать.

Своё мнение Эдвард изменил, когда услышал разговор ищеек. Он понял, что его испытывают. Если бы Спандайн или кто-то из старших офицеров желали ему смерти, то они уже давно бы что-то сделали. Он для них ценный ресурс и убивать его нет смысла, а значит они просто оценивают его потенциал. Оценивают, стоит ли он особого отношения. С одной стороны, можно было просто прятаться до конца недели и спокойно стать старшим кадетом. Тогда Эдвард мог бы тихо тренироваться и не привлекать внимания, но это только один взгляд на ситуацию. Как он выглядит для окружающих? До безумия преданный и старательный кадет, готовый на всё, лишь бы стать лучше. Не покажется ли странным, если такой человек будет показывать результаты лишь чуть-чуть выше среднего и при этом попросит разрешить ему тренироваться в одиночестве? Эдвард посчитал, что покажется. Он принял решение. Ищейки не переживут этот экзамен, а он получит особое отношение от начальства. Его будут считать безумным психом, обработанным и готовым на всё. К такому человеку руководители будут относится куда лучше и меньше сомневаться на его счёт, чем к тихоне. Далеко за примером ходить не нужно. Джабуре агенты очень многое спускали с рук и закрывали глаза на его скверный характер. Преданность и рвение для этой организации куда важнее адекватности.

Эдвард принял правильное решение, когда выбрал дерево рядом с поляной своим местом обитания. Лежи он хотя бы метров на десять дальше, то просто не разобрал бы слова ищеек. Во время их разговора он уже который день лежал внутри старого дерева и тренировал восприятие воли. За эти несколько дней он стал намного лучше полагаться на волю, как на своё основное чувство. Благодаря этому он практически не чувствовал дискомфорта от отсутствия зрения и стал четче различать звуки. Это ему и помогло, ведь и у поля воли наблюдения есть свои приделы. Воля сама по себе позволяет только ощущать присутствие и желание живых существ, а зрение, обоняние и слух лишь становятся более чуткими к тому, что происходит в её приделах. Даже если Эдвард может волей ощущать всё в радиусе пяти сотен метром, слышать и видеть с её помощью он может только в границах сотни. Для эффективного восприятия по-прежнему важны естественные чувства обладателя. Без зрения не увидишь противника, а без слуха — воля не передаст его слова. По этому Фуджитора и не может видеть мир, а только ощущать и слышать его. Есть конечно дьявольские фрукты, которые могут помогать в использовании воли, как например логия молнии у Энеля, но это не отменяет описанный принцип работы.

Эдвард ещё тридцать минут сам с собой обсуждал открытые им для себя тонкости воли, пока на границе его восприятия не показался человек. Парень сразу заглушил свой поток мыслей и целиком сосредоточился на цели. Выслеживаемый им охотник медленно двигался вдоль лесной чащи. Фигура в камуфляжном плаще старалась не оставлять следов, но всё же по походке чувствовалась усталость. Из-за небольшого просчёта старшего кадета, Эдвард смог вычислить его маршрут и обогнать того. Парень не сомневался, что у каждого из ищеек есть полная карта местности, а значит им должно быть известно местоположение всех безопасных уголков в лесу. Как раз возле одного из таких Эдвард и караулил. Пещера с обычными медведями, которую тот заприметил ещё в первый день. Парню повезло, что старший кадет отправился искать его в том направлении, где он уже успел изучить местность. Второго агента будет выследить куда сложнее, но сейчас нужно ещё закончить с первым.

Ничего не подозревающий кадет добрался до пещеры и за пару секунд освободил её от прошлых обитателей. Эдвард наблюдал за каждым мгновением. Сначала человек в плаще сделал рывок к самому крупному из трёх взрослых медведей и нанёс удар рукой. Мишка попытался укусить кулак, но его голова разлетелась на кровавые ошмётки стоило ей соприкоснуться с рукой кадета. В это же время на фигуру сзади набросились две менее крупные особи, вероятно самки. Им удалось вцепиться клыками в шею и плече солдата, но уже через секунду они с ревом отпрыгнули от него. У каждой медведицы были раздроблены зубы, а на плаще человека не было и царапины. Парень сначала стоял спокойно, но уже вскоре рванул к убегающим в сторону выхода животным и те повторили судьбу самца. Солдат спокойно прошёл вглубь пещеры и сел прижавшись затылком к стене.

После того, как кадет прекратил двигаться, Эдвар понял его личность. Один из подкаблучников Джабуры, практикующий тэккай и сиган. Кажется его зовут Жак. Или может быть Жан? Без разницы. Теперь хотя бы известны возможности противника. Нужно воспользоваться моментом и разобраться с ним одним ударом...

Эдвард подождал ещё несколько часов, пока не убедился в том, что солдат уснул. Пора действовать. Эдвард сфокусировался и легким бризом направился к пещере. Его шаги не оставляли следов на грязи, а капли плавно стекали по шкуре на его плечах. За пару минут он достиг входа. Шаг за шагом он приближался к цели. Его глаза по прежнему были закрыты, но с такой дистанции он уже мог чётко ощутить ауру кадета и несколько примечательных деталей. Парню было пятнадцать, а рельефное тело было покрыто множеством небольших шрамов. Большинство из них были старыми, детскими, затянувшимися уже очень давно. Аура солдата была угловатой и постоянно сокращалась, она чем-то напоминала ежа или дикобраза. Маленького зверя, которого загнали в угол и пытающегося хоть как-то себя защитить. От многих ребят на базе исходит похожий образ. Редко когда получается создать хладнокровного убийцу вроде Роба Луччи или безумца , вроде Джабуры. Большая часть получившихся агентов — это просто запуганные личности, которые закрывают все эмоции где-то в глубине, лишь бы иметь шанс выжить. Они не теряют чувства, а просто заставляют себя их отрицать. Эта база — действительно убогое место. Когда-нибудь я обязательно её уничтожу. Хотя с моей стороны лицемерно заявлять такое, когда я собираюсь убить человека ради личной выгоды. Во всей этой лжи легко запутаться, но хотя бы самому себе я врать не буду. Я эгоист. Всё, что я совершу или собираюсь совершить — будет прежде всего для моего благополучия и благополучия моих близких. Ради своих амбиций мне придется идти по трупам и часто от моих действий могут пострадать невинные люди. Но даже так, нужно оставаться человеком. Я не позволю себе стать тем, кто ни во что не ставит жизнь.

Дождь закончился, а в парочке мест на небе пробились лучи серебряного лунного света. Эдвард стоял в метре от молодого солдата. Мальчик мысленно вздохнул и бесшумно достал меч. Он взялся за рукоять обеими руками и встал в стойку для колющего удара. Один короткий выпад прямо в шею и всё закончиться. Даже боли не успеет ощутить. Последний раз собравшись с духом, Эдвард делает выпад. Всё в его сознании замирает и в момент удара он решает открыть глаза. Он видит грубое, но юное лицо солдата. Бежевые волосы на макушке были пушистыми, а вески были выбриты. Нос парня был слегка корявым, а на подбородке уже начала расти щетина. Самый обычный парень, которых на том же Риверо можно найти десятки, но именно этому не повезло сегодня умереть. На короткий миг дыхание Эдварда сбилось и меч издал легкий свист проходя сквозь воздух. Звук был настолько тихим, что даже падение пушинки было бы громче, но этого хватило солдату что бы открыть глаза. Острие клинка было всего в паре сантиметров от его шеи. Осознание происходящего отразилось в его взгляде страхом, гневом, злобой, но прежде всего — желанием жить. Кадет на своей предельной скорости высвободил силу, собрав её в тэккай на своей шее. Эдвард же лишь напрягся и уже не заботясь о скрытности крикнул:

- Разрывной ШТЫК!!!

Кончик клинка слегка завибрировал и столкнулся с невидимой броней. В пещере раздался грохот взрыва и звук обвала камней. Птицы над областью поспешили улететь, а хищники всполошились проверять свои границы. В это же время в десятке километров от места шума, на скале стояла фигура в камуфляжном плаще. Она держала в руке окровавленную саблю, а рядом лежал шестиметровый и обезглавленный волк. Фигура стряхнула с сабли кровь и спрятала оружие в ножны.

- Похоже, что этот идиот нашел его. Надеюсь, что один мусор не позволил другому уйти. Мы и так слишком долго тут возимся.

Фигура в плаще исчезла, оставив после себя только бездыханного зверя, на радость падальщикам.