1 января.

Ударили настоящие зимние морозы, но в Сефир было оживлённее, чем когда-либо. Ведь это был первый день рождения Кетера в семье и день его совершеннолетия.

Но если бы дело было только в этом, в Сефир не было бы так шумно.

Всё потому, что консорт Леркин, захвативший половину дворца, которую занимал Рокан, освободил старейшину Панира, томившегося в подземной тюрьме.

Праздник в честь совершеннолетия Кетера и возвращения Панира не мог не быть грандиозным.

— Если нужна музыка, то лучшая — музыка нашего королевства Адеус!

Страстные и быстрые песни королевства Адеус поднимали настроение.

— А кухней, конечно же, займёмся мы, повара Бельферио.

Повара Бельферио, способные приготовить изысканные блюда даже из дешёвых ингредиентов, накрыли столы.

К тому же, в банкетном зале было очень тепло. Наконец-то появились результаты исследований магии стикеров.

Стикеры к тому же были эстетичными, не портили вид, даже если их клеили повсюду. Наоборот, они стали изюминкой зала, радуя глаз.

— Глава. Ты даже не участвуешь в празднике, о чём ты так задумался?

Все пили, пели, танцевали и веселились, а Хиссоп сидел с озабоченным видом. Увидев это, Майл подошёл к нему и спросил, и Хиссоп показал ему флакончик, который достал из-за пазухи.

— Это…

Розовая жидкость плескалась внутри. Это была вещь, которую в этой стране называли «Благословением Лилиан» или «Святой водой».

По традиции, на новогоднем празднике 1 января пили воду, смешанную с этой святой водой. Тогда нисходило благословение королевы Лилиан.

Во-первых, половое влечение и чувствительность усиливались в десять раз.

Во-вторых, беременность не наступала даже без контрацепции.

В-третьих, прояснялся разум и повышалась выносливость.

В-четвёртых, лёгкие раны полностью заживали, а состояние тяжёлых улучшалось.

И, наконец, даже после окончания праздника вышеперечисленные эффекты сохранялись некоторое время, постепенно исчезая.

Никаких побочных эффектов, только польза — поистине божественное благословение.

Королевство Лилиан называли «страной удовольствий», потому что там были терпимы к наркотикам и сексу, и были возможны удовольствия без ответственности.

— Хоть мы и победили, но все устали от непрерывной войны. Использование святой воды определённо утешит их.

Хиссоп колебался, стоит ли принимать благословение Лилиан или нет.

И сейчас он склонялся к тому, что стоит.

— Глава.

Майл взял Хиссопа за руку и осторожно забрал флакон.

— Разве Кетер не говорил? В этом мире ничего не бывает бесплатным. У святой воды Лилиан наверняка есть какие-то побочные эффекты. К тому же, мы пытаемся выйти из тени Лилиан, не стоит зависеть от её вещей.

— Но… жалко же. Просто выбросить.

Семья Сефир была скромной, поэтому почти не использовала святую воду. Поэтому Майл мог так решительно отказаться от святой воды Лилиан.

Однако Хиссоп вёл более активную внешнюю деятельность и из-за активной светской жизни косвенно подвергался воздействию святой воды. Даже Хиссоп с его стальной волей не мог так просто устоять перед искушением святой воды королевы.

В этот момент бесшумно появился Кетер.

— О, так это та самая штука, о которой говорят слухи.

Хвать!

Кетер выхватил святую воду из рук Майла. Прежде чем двое успели что-то сделать, Кетер открыл крышку и понюхал.

Нюх.

— А, вот оно как?

Глоть!

— П-подожди, Кетер! Это святая вода на 10 тысяч человек. Если выпить концентрат…!

Хиссоп поспешно попытался остановить его, но святая вода уже попала в рот Кетеру и потекла в горло.

Др-р-р-р!

Кетер, выпивший концентрат святой воды, рассчитанный на 10 тысяч человек, сильно задрожал. Его лицо то морщилось, то разглаживалось, и в конце концов он, сильно сжав губы, сказал:

— Ух, горько.

— Т-ты в порядке? Кетер.

— Не в порядке. Аппетит испортил.

Кетер, сильно нахмурившись, подтолкнул Хиссопа и Майла в спины.

— Идёмте скорее есть что-нибудь вкусное. И танцевать. А то не дам эликсиров?

— Эликсиры!..

— Почём продашь на этот раз? Пожалуйста, подешевле.

— Если вы, братья, повеселитесь, я продам дешевле.

— Хорошо. Пойдём вместе.

— Идите первыми. Я буду наблюдать, хорошо ли вы веселитесь без меня.

— Ха-ха, придётся показать своё мастерство танца.

Эликсиры, которые приносил Кетер, все были эффективными. Двое, увлечённые эликсирами, ушли веселиться, а Кетер тут же опустился на колени.

Пш-ш-ш-ш-ш…

От его тела поднимался розовый туман. Кетер, сильно нахмурившись, пробормотал:

— Чуть не встал.

Тело сгибается, а кое-что чуть не встало. При мысли о королеве Лилиан.

Если бы не божественная сила Земляного кольца из Пяти Элементов и «Книги Творения», голова была бы забита мыслями о Лилиан.

— Бог есть бог.

Всего лишь глоток святой воды — и такое влияние. Кетер невольно восхитился.

— Хорошо, что немного оставил.

Хиссопу и Майлу показалось, что он выпил всю святую воду, но на самом деле Кетер оставил одну каплю.

Это было из-за разговора с Дорком.

«Брат. Святая вода Лилиан — это, скорее всего, её телесная жидкость. Слюна, кровь, что-то в этом роде. Если достать концентрат и исследовать, может, что-то выясним?»

«Исследования — это по моей части».

Достать святую воду Лилиан было легко. Её выдавали и Сефир. И он уже придумал, кого попросить исследовать её.

— Кровосос. Вкусно?

— Да!

Кровосос, превратившаяся в девочку, сосала палец Кетера и счастливо улыбалась.

Кетер погладил её по голове и сказал:

— Кровосос. Ты же вампир.

— Верно?

— Вампиры знают о крови лучше всех, так ведь?

— Наверное?

— Тогда ты знаешь, что это?

Кетер протянул святую воду Лилиан.

Увидев её, Элиза стала серьёзной.

— Это… где ты это взял?

— Неважно где. Я собираюсь сразиться с хозяйкой этой крови. С хозяйкой этой страны, Лилиан.

— …

— Сила её очарования превосходит воображение. Одно её слово — и сотни тысяч солдат станут врагами. Даже те, кто были союзниками.

— Не сражайся с ней. Нет, сражаться с богом — безрассудство.

— Даже если безрассудно, это нужно сделать.

— Бога нельзя убить. Он лишь исчезнет. И когда-нибудь появится снова.

— Это уже проблемы людей будущего. А я, живущий в это время, решил сразиться с ней.

— …

Кровосос, переставшая пить даже любимую кровь Кетера, выглядела обеспокоенной.

Даже в таком виде она была очень милой, поэтому Кетер, взяв её за щёки обеими руками, сказал:

— Если не хочешь, можешь не делать. Но Кровосос, нет, Элиза. Если ты не хочешь впутываться в проблемы, тебе лучше уйти от меня. Как ты и сказала, от сражения с богом ничего хорошего не будет.

— Хозяин… ты ненавидишь богов? Считаешь, что боги губят этот мир?

Для Элизы это был серьёзный вопрос. Ведь её целью было поглотить Кровавого короля и стать Кровавым богом. Если Кетер ненавидит богов, они никогда не смогут стать союзниками.

Но Кетер, не раздумывая, покачал головой.

— Если первый апельсин, который я попробовал, оказался невкусным, я не думаю, что и другие апельсины будут невкусными. Точно так же Лилиан — проклятая богиня, но это не значит, что и другие боги такие же.

Элиза успокоилась от слов Кетера. И приняла решение.

— Я попробую.

— Спасибо, Элиза.

Кетер передал святую воду Элизе.

Но Элиза надула губы и не взяла её.

— Ты же говорил, что имя Кровосос тебе нравится больше, чем Элиза?

— Это было, когда я не знал, что ты можешь превращаться в человека. Называть человека Кровосом — как-то не очень.

— А как же Дорк* или Сикс?

П/п: Dork - придурок с английского. А six - это вообще число)))

— А что не так?

Увидев лицо Кетера, который искренне считал, что это нормально, Элиза рассмеялась.

— Тогда придумай и мне новое прозвище.

— Хм, как насчёт «Софти»?

Это прозвище пришло ему в голову, когда он гладил щёки Элизы, потому что они были мягкими.

— Мне нравится!

И Элизе это прозвище тоже понравилось.

***

Даже без наркотиков и секса вечеринка была достаточно веселой. Алкоголь и танцы. Люди теряли счет времени, просто болтая о пустяках.

Вечеринка не закончилась и с наступлением ночи. Наоборот, разгорелась еще сильнее.

Кетер, который утром был занят встречами с людьми и не мог толком повеселиться, только собрался начать, как вдруг...

— Кетер. Подойди на минутку.

Голос Хиссопа, звавшего Кетера, не был ни пьяным, ни веселым.

К тому же, за ним стояли старейшины Реганон и Панир, лица которых были красными от выпитого, но выражения — предельно серьезными.

Было очевидно, что они собираются поговорить о чем-то серьезном, поэтому Кетер приложил руку ко лбу.

— Любите читать нотации, когда выпьете? Поэтому пить надо в меру.

Даже если это семья, пьяным спуску не будет. Кетер достал кочергу, но тут вперед вышел Панир и сказал:

— Ты забыл, что осталось кое-что поважнее твоего дня рождения?

— Подарки на день рождения я и вправду не получил.

— Совершеннолетие. Не хочешь стать настоящим членом семьи Сефир?

— Эй, зачем такие сложности. Если умом зрел — значит, взрослый, а если нет — то и в старости ребенок.

— Ах ты, даже в такой день!..

Панир спьяну хотел было рассердиться, но Реганон остановил его.

— Кетер. Традиционное совершеннолетие нашей семьи — это не просто объявление о том, что ты стал взрослым. Это славный ритуал, во время которого можно встретиться с Божественным Древом, охраняющим наши земли. И с предками, покоящимися под этим древом.

— Мы же не эльфы, откуда у нас Божественное Древо?

— Оно похоже на Мировое Древо эльфов, но отличается. И предки даруют благословение членам семьи, достигшим совершеннолетия, ты не хочешь его получить?

— Благословение? Это надо получить. Пошли скорее. Вечеринка никуда не денется, продолжим, когда вернемся.

Благословение — это всегда хорошо. Как благословение Аль-Акира.

Но у Кетера была другая цель. Следуя за Хиссопом и двумя старейшинами, Кетер покинул место вечеринки и поскакал на лошади сквозь ночь.

Место, куда они прибыли, напоминало Ликёр.

«Поэтому я не мог его найти, даже когда искал».

Место, куда невозможно попасть без определенного предмета.

В этом месте, окутанном туманом, было видно только огромное дерево, уходящее в бесконечность. Дерево такого размера должно было быть видно из любой точки Сефир.

— Отсюда ты должен следовать за нами след в след. Иначе будешь вечно блуждать здесь.

Видя, как серьезно говорит Панир, Кетер подумал, что это место действительно похоже на Ликёр.

Панир привел группу к корням Божественного Древа.

Там была лестница, ведущая под землю. Не искусственная, а естественная, как в пещере. Корни этого Божественного Древа были стенами и лестницей.

Спустившись, они оказались в подземной усыпальнице. Там было около 100 гробов.

Реганон понизил голос и сказал:

— Здесь покоятся главы семьи прошлых поколений. Первый глава, основавший Сефир, тоже покоится здесь. Кетер. Встань на колени перед этим местом.

Реганон указал на одно надгробие.

Кетер, как ему велели, опустился на колени перед надгробием. У его основания лежал ритуальный кинжал, Реганон взял его и вложил в руку Кетеру.

— Уколи этим клинком указательный палец, пусти кровь и окропи землю.

Кетер, который до этого послушно выполнял все указания, покачал головой.

— Разве предки будут довольны такой каплей крови?

Вжик!

Кетер глубоко порезал ладонь. Кровь хлынула из его ладони, орошая землю.

У-у-у-у-унг!

В этот момент вся усыпальница задрожала.

Сопровождавшие его Хиссоп, Панир и Реганон были в замешательстве. Они провели множество церемоний совершеннолетия, но такую реакцию видели впервые.

На этом сюрпризы не закончились.

Из гробов, где были похоронены главы прошлых поколений, поднялись души.

Одна, две, три, пять… девяносто девять! Души всех глав, кроме одного, отреагировали на кровь Кетера и явились в этот мир.

Панир, моргая, пробормотал:

— Даже глава Безил видел только 62 предка…

Реганон вообще потерял дар речи.

— Рекорд за всю историю. 81 предок был лучшим результатом в Сефир. И сегодня Кетер побил его.

Хиссоп вообще не мог говорить. Когда он проходил обряд совершеннолетия, появилось всего около двадцати предков.

Предки, явившиеся в мир в виде душ, молчали. Они просто пристально смотрели на Кетера.

В этот момент из толпы душ к Кетеру вышел один человек.

— Э-это он?!

Панир поспешно опустился на колени. Реганон и Хиссоп тоже рефлекторно склонили головы.

— Кетер. Склони голову. Это основатель Сефир!..

Легендарный лучник, который, будучи простым охотником, отправился на войну и совершил такие подвиги, что даже вражеский король признал его, и он в одночасье стал высшим дворянином.

«…Божественный Лук Кариэ».

Он явился на совершеннолетие Кетера.