Не успел Алан порадоваться тому, что смог увернуться от первой атаки Кацуки, как она при помощи взрыва одной руки развернулась прямо в воздухе и выбросила вторую руку вперед. Алан сделал тоже самое, вновь используя кражу, в ту же секунду его тело обдало жаром взрыва, а ударная волна отбросила его метров на десять.

«Не будешь тут эксбиционизмом заниматься, когда футболок не напасёшься!» - ухмыльнулся он про себя.

К его большому сожалению регенерация на одежду не распространялась, поэтому он был вынужден сбросить с себя остатки футболки, которые опаленными лохмотьями болтались у него на груди.

Алан даже не успел встать с земли как снова был атакован. Не щадя окружающей местности, Кацуки во всю использовала свою причуду. Алану оставалось только молча ухмыляться тому факту, что она все-еще избегала направлять взрыв ему в голову, предпочитая либо уничтожать его конечности, либо наносить обширный, но не пробивающий удар в туловище. Постоянно перемещаясь, он использовал кражу раз за разом, ощущая, как чужая сила распространяется по его телу.

Сама же Кацуки судорожно пыталась понять, что происходит. Она уставала необычайно быстро, ее силы истощались с каждой секундой, а она ничего не могла с этим поделать. Если вначале боя она чувствовала, что превосходит своего брата по части причуды и лишь немногим уступает ему в физической силе, то сейчас он уже без каких-либо проблем избегал ее атак, даже когда она старалась задеть максимально возможную площадь.

«Кажется пора!» - улыбнулся Алан, почувствовав, что его сестренка уже буквально падает с ног.

Еще разок использовав кражу, он совершил быстрый рывок к шокированной Кацуки. В мгновение ока повалив ее на землю, он прижал ее к земле, держа за обе руки. Он правильно подгадал момент, поэтому руки Кацуки лежали ладонями вниз, не давая ей больше использовать причуду.

- Ну и как тебе, сестренка? – улыбнулся он, нависнув над девушкой всем телом.

- Я не п… - пробормотала она.

Ее брат, которого она конечно же не считала совсем уж слабаком, но которого никогда не считала серьезным соперником, сейчас полностью доминировал над ней. Более того, она была настолько слаба, что с трудом могла пошевелиться. Распростёртая на теплой земле, она чувствовала что-то, чего еще не ощущала ни разу в жизни. Мускулистое тело ее брата, что зависло в паре сантиметров над ней, как будто бы излучало подавляющую ее энергию, заставляя ее отбросить какие-либо попытки сопротивления.

«Он невероятен!» - помимо ее воли пронеслось у нее в голове.

Хотя прошло не больше пары секунд, по ее ощущениям прошло по меньшей мере минут десять, прежде чем Алан вновь улыбнулся и неожиданно наклонил к ней свое лицо.

- Что ты… - испуганным голосом прошептала Кацуки, пытаясь изгнать из своей головы сцену, которую упорно рисовало ее сознание.

- Я просто хочу показать, что тебе еще есть куда расти, - пройдя мимо ее приоткрытых губ и опустившись к уху, прошептал Алан.

- Да, я поняла! – с трудом выдавила из себя Кацуки, смотря прямо в улыбающиеся глаза своего брата.

Через несколько секунд Алан быстро поднялся с земли, отпуская все еще тихую Кацуки.

На самом деле он использовал кражу еще раз, когда девушка уже была на земле, однако обнаружил, что уже «полон», его лимит поглощения сил на данный момент был исчерпан. Теперь он знал, что на данный момент способен увеличить свою силу примерно в двое, что было довольно неплохо, но далеко не пределом его мечтаний.

«Но, что намного более важно!» - ухмыльнулся он, глядя на поднимающуюся с земли Кацуки. – «Она ведь точно возбудилась! Я, наверное, мог ее взять прямо там, а она бы и не пикнула! В таком положении было сложно это не почувствовать, так что это почти наверняка так. В мыслях о своем гареме, я как-то даже не думал о сестре или матери, но теперь…если уж веселиться, то по полной, верно?»

Путь до дома они провели почти в полной тишине. Кацуки большую часть дороги пыталась осознать произошедшее, а Алан не хотел ей мешать, понимая, что в таких вещах спешить не стоит. Лишь к концу дороги Кацуки казалось пришла в себя, вернув вечно самоуверенную улыбку на своем лице.

По возвращении домой, они обнаружили, что он все еще пуст. Их отец довольно часто задерживался на работе до ночи или даже до утра. А мать очевидно хорошо проводила вечер в баре, со своей подругой Инко.

И пока Алан спокойно наслаждался недельными новостями, которые он читал каждую пятницу, Кацуки заперлась у себя в комнате, пытаясь найти в интернете информацию, весьма деликатного характера. Перерыв целую кучу сайтов, она обреченно рухнула на кровать.

«Такого просто не может быть, но все сходиться… я промокла, возбудившись от собственного брата! Что сука со мной не так?! Я ведь никогда не понимала этих девчачьих идолов. Даже когда тот придурок признался мне в любви, я просто послала его. Так почему сейчас…»

Пролежав, полностью погруженная в свои мысли, около получаса, Кацуки невольно заснула, утомленная сегодняшним днем и душевными переживаниями.

Алан же внимательно прислушивался, лежа на своей кровати, ожидая звука открытия входной двери. Сегодня его мать должна была прийти в не совсем трезвом состоянии, и он хотел кое-что у нее выведать. Однако его планам не суждено было сбыться, внезапно он почувствовал необычайную тяжесть во всем теле, его глаза закрывались как будто бы сами по себе.

«Черт. Еще ведь отдача есть!»

Это была его последняя мысль, перед тем как он погрузился в сон.

Пришедшая домой Мицуки с удивлением обнаружила, что ее дети уже похоже давно спят, а дом мало того, что цел, так еще и ужин был не тронут. Не имея желания разбираться во всем этом в своем состоянии, она дошла до своей спальни и отрубилась.

= Это же время, квартира семьи Мидория =

- Я взрослая женщина и я имею право пару раз в год выпить со своей подругой, не выслушивая нотации от собственного сына! – слегка заплетающимся языком вещала Инко, стоящему перед ней Изуку.

- Но мам! Я ведь просто спросил, нужна ли тебе помощь, чтобы дойти до кровати! – активно жестикулируя пытался объяснить Изуку.