Зимние каникулы пролетели как одно мгновение, и вот уже середина января.

Время года, когда даже выходить из дома было лень.

Обеденный перерыв в классе с еле-еле работающим отоплением. То ли место было неудачное, то ли окно плохо закрыли, но на моё место у окна постоянно дуло холодом.

Я открыл свой ланчбокс и, чтобы согреть окоченевшие пальцы перед тем, как взять палочки, подышал на них.

— Приветик, Кава!

Передо мной возникла коротко стриженая девчонка с сияющей улыбкой и без всяких церемоний собралась усесться ко мне.

Несмотря на то, что место уже было занято. Мной.

Мы напоминали упрямых детей, оставшихся последними в игре «музыкальные стулья», только стул был один, и он был уже занят.

Вернее, она хотела сесть вместе, и я, наполовину выпихнутый с насиженного места, прижался к окну, едва удерживая равновесие.

— Эй, Томонори, подвинься, а! Мне же есть неудобно!

— Да брось ты. Я же жена Айкавы.

Сказала она, заливаясь краской и поджимая губки.

Её звали Йошида Томонори, но парни звали её Томонори, а девушки — Юки.

— С каких это пор жёны садятся на одно место с мужьями?

— Я хочу быть поближе!

Хватит вертеться, упадёшь ещё.

— Айкава-а-а-а! Да как ты докатился до жизни такой?! Бабник несчастный! Всё, я в депрессии! Депре-е-ессия!

Пришлось спасать свой драгоценный ланч от слюней очкастого парня, подлетевшего к нам с душераздирающим криком.

Сегодня у меня на обед были мои любимые креветки в майонезе. Я не мог допустить, чтобы их осквернили чьи-то слюни.

Ну ладно, может быть, майонеза там было многовато, да и кроме креветок в ланчбоксе больше ничего не было… Зато к ним прилагался соус «Аврора»!

А соус «Аврора» — мой самый любимый соус на свете! Нет, этот ланч нужно было защищать до последнего!

— Аха-ха-ха… Юки-тян сегодня опять играет в жену?

— Я бы сказала… сегодня всё по-другому.

К нам подошли ещё две девушки: Хирамацу, тихая скромница с косичками, и Михара, роскошная блондинка с ярким макияжем.

— Послушай-ка, Йошида, я могу расценивать это как объявление войны?

И, наконец, держа в руках ланчбокс, к нам приблизилась Са́рас… или в школе её звали Хошикава Кирара? Уже и не вспомнишь…

За её спиной маячил Андерсон, красивый парень со светлыми волосами.

Ещё немного — и первый год нашей школьной жизни подойдет к концу.

По сравнению с прошлым годом, обеденный перерыв превратился в невероятно шумное сборище.

Сначала к нам с Орито, привыкшим к суровой тишине и одиночеству, присоединилась Томонори, потом Хирамацу и Михара, а в итоге к нам подтянулись старшеклассница Са́рас и Андерсон из параллельного класса…

Мы сдвинули вместе шесть столов, будто первоклашки в школьной столовой, и образовали настоящую учебную ячейку.

Ещё полгода назад я был уверен, что одиночество — это предел мечтаний, но…

Оказалось, что быть частью такого дружного круга — это ещё лучше.

Именно поэтому я всеми силами старался сохранить нашу дружбу.

Точнее, я так думал, пока…

— Айкава! Попробуй мой омлет! Он приготовлен по рецепту моего учителя!

В поведении Томонори что-то изменилось. Со дня нашего похода на каток она ходила за мной хвостом, как верный пёс, с которым я прожил лет десять.

И, возможно, её пример оказался заразительным, потому что мне стало казаться, что все вокруг постепенно сходят с ума.

— Дай-ка, дай-ка попробовать…

— Кана, стой! Это Айкаве!

— Айкава-кун… а можно… и мне попробовать?

— Таэ-тян, это прозвучало как-то двусмысленно.

— А… Ну… Э-э-э… В смысле… И… И моё попробуй…

Что происходит? Откуда столько внимания?

Делать нечего, придётся пробовать всё, что мне предложат, иначе этот поток не остановить.

Я попробовал омлет, пропитанный насквозь французской заправкой, и слегка сладковатый омлет Хирамацу.

…М-м-м… Вкусно. Даже с этой заправкой — вкусно.

Даже мне, любителю солёненького, сладкий омлет показался верхом кулинарного мастерства.

— Эй, ты, изменщик несчастный! Дай мне попробовать, живо!

Её длинные чёрные волосы развевались вокруг, будто от исходящей от неё ауры. Что это за вспышки ревности из-за какой-то ерунды?!

Нет уж, увольте! Да ещё и на глазах у всех, какой позор!

— Я сам покормлю Кирару-тян!

— Не лезь не в своё дело, ничтожество!

— Простите…

И почему Орито до сих пор здесь, если его все так открыто ненавидят?

Я жевал сочную креветку в майонезе, стараясь не обращать внимания на происходящее вокруг, как вдруг… Хирамацу тихонько хихикнула, прикрыв рот рукой.

Надо же, какая милая…

— Что случилось?

— Айкава-кун… у тебя соус…

Не успел я ответить, как она протянула мне свой носовой платок.

Я уже потянулся за ним, чтобы с благодарной улыбкой принять помощь, как вдруг сидевшая практически вплотную ко мне Томонори стерла соус пальцем.

— Спасибо за угощение!

И, облизнув палец, довольно ухмыльнулась.

Моё сердце забилось чаще, но я постарался скрыть смущение и сделал большой глоток чая.

— Юки-тян, тебе нужно добавить немного чувственности в твои действия. Столько потенциала пропадает!

Может быть, Михара и права, но если сейчас Томонори освоит подобные техники, то это разрушит наш маленький мирок.

Лучше сделать вид, что ничего не заметил.

Как и старательно вымазанную соусом щёку очкастого парня с торчащими во все стороны волосами, который явно хотел, чтобы его вытерла какая-нибудь девушка…

И Са́рас, которая изящно выставила вперед указательный палец и, придерживая большим пальцем, положила кусочек котлеты себе на ноготь…

Эта поза… «Выстрел из пальца» — так её называют.

Нельзя смотреть, нельзя смотреть, нельзя смотреть, нельзя смотреть… Нельзя!

Бдыщ! Котлета, выпущенная из её большого пальца, со сверхзвуковой скоростью преодолела звуковой барьер и врезалась мне прямо в подбородок.

Будь это боксёрский ринг, я бы сейчас лежал в нокауте.

— О, perfect meatball! — восхищённо прокомментировал этот невероятный выстрел Андерсон на чистом английском.

— Фу-фу-фу, какой же ты неряха, Дарлинг. У тебя котлета на щеке.

Сделав вид, что спасать меня от этой напасти — задача не из лёгких, Са́рас протянула ко мне руку.

Я решил, что это очередная атака, и инстинктивно дёрнулся, опрокинув на себя чашку с чаем.

Вот чёрт… Всё мокрое…

Если бы меня сейчас кто-то увидел, то обязательно бы подумал: «Фу, он же описался!»

— Аха-ха-ха! Какой же Айкава неуклюжий!

Сидевшая рядом Томонори потянулась рукой к моим… кхм… брюкам.

Не надо! Только не это!

И тут, словно вихрь, ко мне подлетела Са́рас и тоже потянулась к моим брюкам.

— Эй, вы чего удумали?! Хоть платки возьмите!

— Долг жены — устранять оплошности мужа!

— Верно! А значит, я это сделаю!

Пока они, сверкая глазами, смотрели друг на друга, не в силах вымолвить и слова… Хирамацу тихонько протянула мне свой платок.

Прекратите меня лапать, ну пожалуйста! Хватит!

То, что я был зомби и не чувствовал боли, в этот раз сыграло со мной злую шутку…

Унизительно… Меня лапают какие-то девицы, а я даже ничего не могу сделать… Нужно срочно что-то придумать… Немедленно!

— Айкава, ты не хочешь переодеться? В туалете есть спортивная форма, я тебе свою дам.

— Спасибо, Андерсон… Отличная идея.

Я схватил его за руку и встал. Наконец-то эта пытка закончилась!

— Йошида, нам нужно решить раз и навсегда, кто из нас больше достоин быть женой Айкавы Аюму!

— С радостью! Айкава — мой муж, а я — его жена! И я тебе это докажу!

— Ого, как интересно!

— …Наверное… Слушай… Орито-кун… Вот, возьми…

— А, не беспокойся, всё в порядке…

Хирамацу с сочувствием посмотрела на Орито, но Михара её опередила.

По какой-то неизвестной мне причине Орито стоял весь мокрый с ног до головы.

Интересно, что это была за капля, скатившаяся из-под его очков: чай или… слеза?

— Да уж, Юки-тян в ударе!

— Что ты имеешь в виду?

— Молодость у неё бьёт ключом, вот что.

Михара, подперев щёку рукой, с грустью наблюдала за промокшим Орито.

А Томонори, бросив на неё взгляд, словно приняв какое-то важное решение, крикнула: «Хорошо!»

У меня было очень-очень плохое предчувствие.

И, кажется, не у меня одного…

Па-па-па-пам! Па-па-па-пам! Па-па-пам, па-па-пам, па-па-пам, па-па-пам, па-пам-пам-пам… Па-па-пам-па-па-па-па-па-пам!

Самые догадливые уже всё поняли после первых двух «па-па-па-пам».

Я сейчас на…

— Дамы и господа, прошу прощения за ожидание! Мы начинаем церемонию бракосочетания семей Айкава и Хошикава! Итак, встречайте жениха и невесту! Прошу поприветствовать их аплодисментами!

В роли распорядителя выступал Андерсон, одетый в элегантный смокинг. Красивым людям идёт всё, что ни надень.

— Жееениииих! Аю-ю-ю-му Айка-а-а-ава!!!

Под крики Андерсона, больше подходящие для представления бойцов на ринге, я вышел в зал.

— Невееееста! Кира-а-а-ара Хошика-а-а-ава!

Меня вела под руку Са́рас. Её чёрные волосы и белоснежное свадебное платье идеально дополняли друг друга.

Нас окружили вспышки фотокамер. Я чувствовал себя звездой на пресс-конференции.

Просторный банкетный зал. Сцена. Справа — огромный свадебный торт. Ряды круглых столов, за которыми сидят знакомые лица, расплывшиеся в ехидных ухмылках.

Как же я здесь оказался?

А началось всё с того, что Са́рас, заявившая, что хочет показать мне, на что способна хорошая жена, нашла для меня подработку — съёмки в обучающем видео для молодожёнов.

Если честно, я мог отказаться… но… гонорар был очень хороший, и я не смог устоять…

Да, как же я жалею, что не отказался!

— Биографию… пропустим.

Пропустил он! Лень было монтировать, да? Лень же, признайся!

Андерсон, не обращая внимания на мои страдания, продолжил рассказывать о нашей с Са́рас love story.

О том, как мы плечом к плечу сражались в логове ниндзя-вампиров, где из потолка лился дождь из бульона для рамэна, как соревновались в пении на школьном фестивале, как ходили на концерт и на Комикет…

Но больше всего меня зацепил вот этот момент:

— …И, наконец, осознав свои чувства, они отправились есть суши.

— Да, было дело…

— Ага. Вкусные были суши…

Да, в тот день Са́рас повела меня есть суши.

Именно в тот день…