В фойе Аи тяжело осела на диван. Силы разом покинули её.

— Ты молодец, Ёжик. Просто умничка.

Ёагари погладил Аи по голове. Та даже не отреагировала ни на странное обращение, ни на физическое касание.

— Пошли, вкусно поедим.

— Хочу на воздух и природу. Может, тут есть парк?

— Парк. Есть маленький недалеко.

Ёагари снова забрал костыль у Аи и протянул ей руку. Та молча оперлась.

— Юки, спасибо за работу. Ты хорошо подготовила все мои бумаги. Спасибо. Хорошая работа. Увидимся в понедельник.

Секретарь молча поклонилась и смотрела, как пара медленно выходит из здания конференции. Кулаки низкой девушки были сжаты до белых костяшек. Красивые длинные накладные ногти с рисунком впились в ладони. Она не слышала, о чем говорила пара, но её начальник смеялся и мягко смотрел на эту убогую.

Ёагари повел Аи к метро. Сюда они ехали на такси. Машины в Токио у мужчины не было. Жилье было в пешей доступности от места работы. А ездить ещё куда-то, он не ездил.

В метро Аи села и закрыла глаза, откинув голову. Рука, державшаяся до этого за согнутую руку Ёагари, безвольно повисла и случайно кисти пары соприкоснулись. Мужчина пропустил пальцы между пальцами девушки. Её рука была прохладной.

— Нас могут неправильно понять ваши коллеги, если увидят.

Аи говорила уже сквозь дремоту. Усталость и стук метро сморили её.

— Переживу.

Тихо сказал мужчина, крепче сжав тонкие пальцы девушки. Но она уже его не слышала. Другой рукой, отложив костыль, Ёагари нежно положил голову девушки себе на плечо. Все его тело хотело теперь не только этого колючего взгляда. Теперь и любое касание откликалось внутри волной наслаждения. Он хотел насытиться ею, пока есть возможность.

Сердце мужчины колотилось так, что ему казалось, оно перекрывало звуки метро. Главное, чтобы девушка не заметила. Но судя по её дыханию и лицу, она очень крепко спала.

Звякнул телефон.

"Освободился после работы и задался вопросом, Аи тебе призналась, что влюблена в тебя?"

"Нет. Была сцена очевидной ревности со стороны Ёжика к моей секретарше".

"Думаешь, есть чувства? "

"Без понятия. Может, и нету. Может, привязанность. У пациентов часто наблюдается такое. Особенно в позиции жертвы кто. Или мысль, что беспокоит всех, кому мешает дышать. Без понятия. Но через неё в то мгновение мое сердце ощутило саму вероятность, что могу быть кем-то любим. А я ощутил своё сердце. И что-то помимо раздражения на всех ".

"Ясно. Она ещё у тебя? "

"Угу. Махала сегодня словесной секирой на пару нападающих на меня во время конференции. Удачно махала. Я в шоке".

"С тебя рассказ, что это там за конференции у вас такие. Ты только не глупи там".

" Я уже. Вовсю".

Ёагари сделал фотографию переплетённых пальцев и послал другу. Несколько минут была тишина. Затем телефон снова звякнул.

"Надеюсь, ты её не опоил там ради такого".

" Держи, держи руку на пульсе, друг. Но нет, не опоил и не собираюсь. Она просто спит от усталости, но против не была. Я реально боюсь наломать дров. Пока сегодня она со сцены уверенно ставила на место пару ушлепков, я осознал, как мне повезло. Где я ещё такого чокнутого Ёжика найду ".

" Удачи. Ты умеешь ждать, Шин".

Ёагари позволил себе носом коснуться волос девушки. Она мирно спала. Мужчина не был уверен ни в своих чувствах, неожиданно влетевших в темноту его сердца, ни в своих намерениях.

На нужной станции Ёагари хотел взять Аи на руки, но от движения она проснулась.

Пара приехала в парк. Мужчина купил моти. Аи молчала. Жевала и смотрела на деревья.

-Ежик, почему ты соврала про меня?

— Когда я врала?

— Сейчас. На конференции. Сказала, какое у меня якобы доброе сердце. Ты лучше других видишь меня и мои мотивы.

Аи усмехнулась.

— А вам больше понравилось бы, назови я вас депрессивным типом?

— Вряд ли понравилось. Но это правда.

— Посмотрите мне, пожалуйста, в глаза.

Аи развернулась к Ёагари. Мужчина охотно смотрел ей в глаза.

— Что вы видите? Какой он, мой взгляд?

— Колкий. Колючий. Уставший.

— Вы считаете меня такой внутри? Видите, что я такая и внутри?

— Отчасти да. Уставшая точно. Остальное, думаю, нет.

Аи отвернулась и продолжила есть моти. Мужчина с выдохом снова посмотрел в парк.

— Вот и я так думаю. Я сказала правду. Я вижу в глубине вас все то, о чем сказала. Мне нет смысла врать или приукрашать факты о вас. У вас действительно большое сердце. А то, что вас накрыло чем-то сверху, что же. У каждого случается. Это временно. Поверхностное.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что, во-первых, так чувствую. Во-вторых, вы не совершили ни одного гнусного поступка за то время, что мы знакомы. Может на сердце у вас и темно снаружи, но поступки говорят об обратном внутри.

— Я был женат...

— Мы поменялись ролями.

— Угу. Твоя очередь слушать.

Мужчина плюнул на все рамки приличия и лег на скамейку, головой на колени девушки.

— Вы уверены, что пациент ложиться на колени врачу?  Вы наглы.

— Уверен. Наглый, да. Так вот...

— Неужели психотерапевты и, правда, женятся?

— А что такого? Они что, не люди, что ли.

— Кто согласиться выйти за психотерапевта? Это же постоянное копание в голове. Это же ты насквозь видна. Да еще и с точки зрения психологии.

— В каком-то жутком свете ты нас выставляешь. А недавно расхваливала.

— Так одно дело спасать пациента, другое копаться в своей жене.

— Даже не знаю, что тебе сказать. Это не так. Мы же тоже люди. Сердцу не прикажешь.

— А женщина куда смотрела? Жена ваша. Конечно, сердцу не прикажешь, но и мозг есть.

Ёагари закрыл глаза. Тёплый ветерок гулял по парку. Аи жевала моти, глядя в парк. Мужчина ощущал тепло её тела. Он сошел с ума, что он делает.

— Так вот... Мы познакомились в школе. Так что я еще не выбрал профессию. Поженились на последнем курсе университета. Потом родилась дочка. Сейчас она уже учится на первом курсе.

— На психолога.

— А вот и нет. Художник.

— Вы общаетесь?

— С женой нет. Там новый муж. Новая семья. С дочкой да. Теплые отношения.

— Они в Киото?

— Нет, уехали. Были в Осоке. Но сейчас не знаю, где. Давно не виделись. Дочка в Осоке учиться. Живёт в общежитии.

— Скучаете по ней?

— Думаю, да.

— Вы после развода переехали в Токио?

— Да.

— И, поди, работой закинулись... Сбежали, значит.

— Так смена ролей...

— И все же, странно это. Женатый психотерапевт. Хотя... Бесплатно консультации и терапия. Неплохой бонус.

Ёагари рассмеялся.

— Ёжик, ты нечто.

— Тоже так думаю. Именно нечто. Ни человек, ни слон. Ни женщина, ни мужчина. Нечто. Нечто непонятное.

— Зато можешь стать любой, кем захочешь.

Глаза Аи округлились. Ёагари резко открыл глаза, так как ощутил, как девушка напряглась.

Слезы снова потекли сами. Ёагари быстро встал и сел рядом, обняв за плечи Аи.

— Так и Окусоко сказал. Когда я бухтела, что молодое тело, школа, это фу. А он сказал, да ладно, зато заново можно попробовать стать, кем хочешь.

Ёагари молчал. Девушка плакала недолго.

— Хороший он был парень, Амазору. Умный и хороший. Здорово, что у вас так все было.

— Вы реально не психотерапевт.

На следующий день Аи захотела посидеть дома. Ёагари был непротив. Часть дня он пробыл за рабочими вопросами на втором этаже двухъярусной квартиры. Это была его спальня и кабинет по совместительству.

Внизу была кухня и большая гостиная с диваном. Где и спала Аи. Сейчас она смотрела какое-то аниме. Мужчина один раз тихо подошёл к краю этажа спальни, чтобы посмотреть на неё. Она лежала в пижаме на диване на животе и смотрела телевизор. Жевала чипсы. Мужчина залюбовался. Даже ее спина притягивала его взгляд. Постояв так пару минут, мужчина с сожалением вернулся за компьютер.

За обедом ему пришла идея.

— Аи, у тебя так же болят колено и сустав тазобедренный?

— Да.

— Тут есть отличный физиотерапевт. Отличное оборудование. Может, останешься на время? Попробуем подлечить.

— Намаяки сказал уже поздно. Три года комы плюс сейчас уже два года почти. Сказал, там уже ничего не поделаешь.

— Это его мнение. Я могу показать твои снимки здешнему врачу. Да и оборудование тут поновее и получше.

— Не знаю...

— Ты не хочешь снова больниц. Понимаю. Врач тебе понравится. И если будет хоть один шанс уменьшить твою боль, почему бы не попробовать?

— Моя страховка не покроет это. А работать я ещё не готова.

— Насчет денег можно подумать варианты. Я могу лишь спросить. Может, и он тебя не возьмет.

— Ладно. Зачем вы пытаетесь меня удержать рядом?

— Я? Пытаюсь? Хм. Возможно, ты права. Думаю, потому что одному скучно в депрессии быть.

— А вы не думаете, что тормозите меня?

— Своей кислой миной рядом?

— Ага.

— Нет, не думаю. Ты уже очень шагнула вперёд.

— Кстати об этом. Баш на баш. Вы тоже нахваливали там меня в своём докладе. Я чуть ли не мисс конгениальность вышла.

— Я тоже не врал. Ты же понимаешь.

— Конечно. Иначе бы лицо перед коллегами потеряли. Славу и почести от моего уникального случая комы.

Ёагари промолчал. Он просто наслаждался внутренней тишиной. Тьма отступала.

В понедельник они вместе поехали в больницу. Ёагари ещё в воскресенье запросил снимки после аварии и Намаяки прислал их. Пока Ёагари ходил к физиотерапевту, Аи сидела в его кабинете. Как только мужчина ушёл, вошла Юки.

— Вы все еще тут.

— И вам доброго утра.

— Вот.

Секретарь протянула стопку визиток. Штук десять. Аи молча смотрела, но не взяла. Юки положила их на столик перед девушкой.

— Вали. Это визитки других психотерапевтов. Их принесли после конференции сами врачи. Видать, убогих любят. Ты притягиваешь своей жалостью. Выбирай любого и откажись от Шина.

— Давно на имя перешли?

— Не твое дело, калека. Выбирай, а не то по-плохому придется.

— Вы меня запугать пытаетесь?

— Что ты.

— Спасибо, меня устраивает доктор Ёагари. Спасибо за заботу. Вы крайне любезны.

— Слышишь, старая карга...

Аи сидела лицом к двери, потому заметила легкую тень за дверью. Но даже не глянула туда. Надо было закончить этот фарс.

— Мисс Юки, если у вас кишка тонка признаться в чувствах к начальнику, то причём тут я.

— Слышишь ты...

— Хотя, что-то мне это напоминает. В коме тоже были моменты, когда поначалу на меня была травля глупых девочек школьниц из-за дружбы с Амазору.

— Что ты несешь...

— А если твой любимый узнаёт, что ты мне говоришь? Думаешь, ему понравится?

— Если ты и расскажешь, тебе никто не поверит.

— Да мне не надо кого-то. Достаточно Ёагари. Да?

Вопрос Аи произнесла громко и глядя на дверь. Юки испуганно оглянулась. В дверях стоял Ёагари. Его лицо было белым.

— Я забыл ещё один снимок.

Он подошёл к столу. Достал папку. Не глядя на Юки, сказал, еле сдерживая ярость:

— Даю вам два часа, чтобы освободить рабочее место.

Юки вскочила. Подбежала к начальнику. Хоть ума хватило не хватать его за руку, подумала Аи.

— Доктор Ёагари, вы все не так поняли. Эта пациентка, она...

— Я не хочу писать причину вашего увольнения. По-хорошему. Два часа. Отделу кадров я сам сообщу. Аи, идешь со мной.

Ёагари безапелляционно вышел быстрым шагом. По ту сторону дверей ожидая Аи.

— Она уже подходила к тебе?

— Да.

— Когда?

— На конференции.

Ёагари был в бешенстве. Он старался идти медленно, под шаг Аи, но эмоции брали верх.

— Что она тебе тогда ещё сказала?

— Чтоб я, убогая, не надеялась на ваши романтические чувства ко мне. Как-то вроде так. Я не особо слушала, если честно.

— Почему мне не сказала?

— Что в вас по уши влюблена ваша секретарь?

Ёагари встал. По привычке потер переносицу, хотя очков там не было.

— Прости. Сейчас остыну.

— Ёагари, она ничем меня не обидела. Честно. Даже не задела.

— И то хорошо. Ты золото, а не пациент.

— Под стать специалисту.

Ёагари удивленно уставился на Аи, но девушка спокойно пошла дальше.

— Это твой первый комплимент мне в лоб, Ёжик.

— Пересмотрю своё поведение.

Весь гнев, как рукой сняло. Мужчина шёл, широко улыбаясь. Темнота внутри посветлела.

Физиотерапевт взялся попробовать снизить боль в суставах у Аи. Он составил список процедур на 10 занятий. Две недели с перерывами. И корректировками. И дальше смотреть по эффекту.