На следующий день Ёагари и Аи приехали в просторный конференц зал. Аи села в зале. Ëагари поймал себя на том, что не хочет от неё отходить. А ещё, что беспокоиться, что ей скучно. Но он видел, что она потихоньку меняется. В ней появилась некоторая твердость. Скорее всего, она действительно сможет встать и выйти, если ей будет дискомфортно.

Ёагари ушёл всё же к коллегам. Конференция началась. Откуда-то сбоку возникла его секретарь и села тихо рядом с Аи.

— Вы понимаете, что мешаете ему?

Аи равнодушно повернулась к секретарю. Та говорила, глядя на сцену, где вышел первый выступающий.

— Простите, мы знакомы?

— Из-за вас доктор Ёагари нервничает. Видимо беспокоиться о вашей немощи. Его доброта не знает границ. А вы еще и сюда пришли. Это выступление очень важно для него. Этот случай и, правда, первый в медицине Японии. А вы заставляете его беспокоиться о вас, вместо выступления.

— Серьёзно, мы знакомы?

Низенькая секретарь, наконец, повернулась к Аи лицом. Её лицо было красным от гнева. Она шипела шепотом.

— Вы думаете, что он в вас влюбиться? В вас, убогую? Да, он чрезмерно добр. Порой бывает слишком добр, видимо. Не принимайте его теплое к вам отношение за романтические чувства. Не стройте иллюзий. Улетайте обратно, откуда прилетели. Хромайте там. Не мешайте доктору Ёагари жить.

— Не мешать вам влюбить его в себя?

Голос Аи был холодным и равнодушным. Она смотрела прямо в глаза Юки. Секретарь испуганно на неё посмотрела. Но следующим докладчиком был её начальник, поэтому она встала и убежала.

На сцену вышел Ёагари. Он был в костюме. Аи потянулась к телефону сделать фото. Ёагари начал доклад по её случаю. Слушать было интересно. Взгляд врача на неё как на пациента. В личных отношениях она привыкла к постоянному сарказму и потруниванию между ними. Это было в порядке вещей, их стиль общения. Но сейчас за кафедрой стоял доктор Ёагари. Уверенно, твердо, складно, выразительно он рассказывал про её пробуждение, про реабилитацию, про её поведение. Про себя девушка отметила, как он сказал про её силу духа, силу воли и решимость как основные ее качества характера. Впервые она вот так слышала, по сути, его мнение как врача о ней как о пациенте и личности. Юки вышла на сцену, встала сбоку за спиной у Ёагари. Она уже привела себя в порядок. Лицо не был красным от злобы. Она улыбалась.

Начались вопросы. Юки говорила, кто из желающих следующий задает вопрос. И тут встал мужчина. Высокий, широкий. Аи видела его сбоку. Он сидел чуть спереди и сбоку от неё.

— Откуда нам знать, что все это правда?

Вопрос был задан откровенно вызывающим тоном. Аи глянула на Ёагари. Тот даже глазом не моргнул.

— Есть все необходимые документы. В них есть записи лечащего врача больницы Киото, все отчеты медсестёр, все анализы и исследования.

— Откуда нам знать, что это все не куплено?

По залу пошел шепот. Многие повернулись посмотреть на мужчину. Тот стоял все так же вызывающе с ухмылкой глядя лишь на Ёагари. Вперёд вышла Юки.

— Представьтесь, пожалуйста. Какую клинику вы представляете, мы не расслышали.

— Ответьте на вопрос. Вы тот, кто зоветесь доктором. Знаете, слишком уж сказка вышла из вашего доклада. Очнулась. Сама. Сразу заговорила. Сама. Дальтонизм. Сам. Слишком как- то складно. Не тянет на реальные медицинские факты.

Аи надоело слушать. Мужчина явно провоцировал Ёагари. И хоть тот не шёл на провокацию, но на его имя падала тень.

Аи резко встала, хромая дошла до мужчины. Она лишь краем глаза видела, как был шокирован Ёагари. А что такое он хотел. Не все ему заботу проявлять.

— Меня зовут Аи Кейко. Я пациент доктора Ёагари.

Аи никто низко поклонилась мужчине. Тот на время растерялся. Зал притих.

— Ахахахах, какое совпадение-то. И якобы пациент тут. Надо же. Как все складно.

— Вы можете задать мне любые вопросы. Так же могу показать свои документы, удостоверяющие личность.

— Да что мне с тобой болтать, бродяга хромая!

Мужчина неожиданно замахнулся. Аи не успела даже испугаться, не то, что чтобы сделать. Перед ней возникла спина в пиджаке. Удар мужчины пришелся Ёагари в грудь. Из угла зала к ним уже спешила охрана. В долю секунды мужчину вывели. Он продолжал кричать, что все это обман. Аи уставшим взглядом проводила мужчину. К Ёагари подлетела Юки.

— Доктор Ёагари, давайте осмотрим ушиб.

Ёагари же развернулся к Аи, взял её под талию и повёл к дверям. На выходе он развернулся и низко поклонился залу.

— Прошу прощения. Аи необходим отдых. Я закончил основной доклад. Все вопросы запишет моя секретарь, и я с радостью на них отвечу.

В просторном фойе Ёагари усадил Аи на диван, за большое дерево. Принёс горячий шоколад.

— Вы в курсе, что у меня нету шока или стресса там? Шоколад вы, может, себе взяли?

Аи и, правда, выглядела спокойно. Ёагари пристально смотрел ей в глаза. Она ответила таким же пристальным спокойным взглядом. Мужчина почесал волосы, рассмеялся.

— Да уж, и кто из нас психотерапевт. Заставила ты меня понервничать. Он же мог сильно ударить.

— И? Вы думаете, этот удар был бы хуже того, что я уже пережила? Мое тело. Да у меня сустав в дождливую погоду сильнее болит, чем наверняка болел бы ушиб после этого сопляка.

— И то правда. Бить он не умеет. Слава богу.

Ёагари потер грудь. Удар был слабым. Аи все-таки пила шоколад.

— Вам надо вернуться на конференцию ещё?

— По идее, да. Там сейчас будет перерыв. После него я бы хотел послушать пару человек, да. Но если ты устала, можем уйти.

— Я в норме.

Пара молча посидела. Аи пила шоколад маленькими глотками. Ёагари сидел, снова закинув руку на спинку дивана, за Аи. Смотрел в никуда и просто выдохнул.

— Вы нервничаете перед своими выступлениями на таких встречах? Все-таки целый зал таких же мозгоправов, как вы.

— Как грубо. Нет. Раньше, конечно, нервничал. Сейчас уже нет. Да и половина зала уже знакомые все коллеги. Хотя да, бывает иногда беспокойство, что какой-нибудь умник задаст каверзный вопрос. С другой стороны, мне нравятся такие ситуации. Сразу есть, над чем еще подумать.

С зала стали выходить люди. Ёагари встал и к нему подошли несколько мужчин выразить почтение. Поздороваться. Они все стояли в стороне от Аи. Его секретарь так же стояла недалеко. На Аи она не смотрела. Как и девушка на неё.

К Ёагари подошёл пожилой мужчина. Было видно, что Ёагари его очень уважает. Он низко поклонился. Спустя минуту оба мужчины подошли к Аи.

— Аи, к тебе вопрос.

Девушка поймала пытливый ясный мягкий взгляд пожилого мужчины. Он ей сразу понравился.

— Мисс Аи, ваше появление произвело некоторый эффект. Много наших коллег хотели бы воспользоваться ситуацией и задать вам вопросы.

Аи неопределённо пожала плечами в знак согласия. Но Ёагари закончил за коллегу:

— Аи, это не все. Имеется в виду со сцены ответить в микрофон на вопросы с зала.

— Хорошо.

Равнодушно ответила девушка. Ёагари продолжал сверлить её взглядом.

— Серьёзно. Мне нечего скрывать. А для вас, может быть, это полезно. Ну, в смысле опыт для помощи другим пациентам. Мне не трудно.

Пожилой мужчина расплылся в улыбке.

— Жаль, вы не мой пациент, мисс Аи. Подарок, а не пациент. Спасибо. Тогда до встречи. Ёагари, время мы выделим, думаю в конце. Вам удобно?

Тот кивнул. Пожилой коллега отошел к другим людям в фойе.

Аи развернулась к Ёагари, который снова сел на диван.

— Когда я буду отвечать, у меня к вам большая просьба, не встревайте. Дайте мне самой отмыть ваше имя. А то ещё напортачите...

Последнее предложение Аи сказала с таким наигранным вызовом, что Ёагари расхохотался и потрепал Аи по голове.

Конференция продолжилась. Аи тоже пошла в зал. Мужчина сел рядом. По другую сторону от него села секретарь. Ёагари иногда делал записи на телефоне. Аи впервые видела его именно таким. Он был полностью увлечен выступлениями коллег. Погрузился в их речи и, кажется, даже забыл об окружающем мире. По крайней мере, Аи даже сделала несколько фотографий с телефона... Когда он писал, когда слушал. На третьей фото мужчина все же заметил.

— Чую подвох. Вывесите мое фото на сайте знакомств странном?

Чтобы говорить тихо, Ёагари нагнулся к самому уху Аи, и говорил шепотом. Аи успела заметить взгляд Юки.

— Нет. Просто надо для памяти себе запечатлеть, что, оказывается, у вас бывает типа умное выражение лица. Отлично играете. Дома буду смотреть и стараться думать, что все-таки у меня есть лечащий психотерапевт.

Аи тоже говорила мужчине прямо на ухо. Ёагари прыснул в ладоши от смеха. Заодно скрыл своё смущение от такой близости Аи.

Доклады подходили к концу. Организатор подошел предупредить, что следующая будет Аи.

Ёагари стиснул кисть девушки.

— Блин, серьёзно. Вы точно психотерапевт? Я вот спокойна, а вы переживаете.

Аи шептала на ухо.

"Ёжик", с улыбкой подумал Ёагари, но кисть девушки не отпустил. Пусть, что хочет, то и говорит. Её сердцебиение её выдает. Девушка естественно нервничала.

На сцене Ёагари вежливо поставил ей стул. Кто-то дал ей в руки микрофон. Аи сразу стала говорить первой.

— Добрый вечер, господа врачи. Меня зовут Аи Кейко. Я пациент доктора Ёагари. Для меня честь быть на вашей конференции. Простите, что займу ещё немного вашего времени.

Аи встала, сделала глубокий поклон, села. Её голос был неожиданно мягким. Стоящий сзади Ёагари поднял брови. Но тут же их опустил, как только Аи продолжила.

— Я дам возможность для двух вызывающих вопросов.

Из леса рук осталось две. Голос девушки стал прежним колким с ноткой равнодушия. Аи сидела на стуле, с микрофоном в руках. Костыль был рядом. Девушка жестом показала на одного мужчину. Тот встал.

— В каких вы отношениях с доктором Ёагари?

По залу пошел возмутительный шепот. Аи боковым зрением видела, как Ёагари потянул было руку к микрофону, но остался на месте.

— Вы коллега того мужчины, что был готов ударить хромую девушку? Ну, или клиника та же.

Аи выделила слово "клиника". С улыбкой. Ёагари сзади улыбнулся. Пару человек в зале тоже.

— Мне нечего скрывать.

Аи сделала паузу. Ёагари мысленно ей аплодировал. Ежик ещё и играть умеет. А вот Юки напряглась. Это Аи заметила тоже боковым зрением.

— Мне нечего скрывать. Доктор Ёагари мой лечащий психотерапевт. У нас рабочие отношения. Я считаю его отличным специалистом, добрым, отзывчивым человеком. С большим сердцем. Иначе бы он не был так успешен в своей профессии. Я даю ему право соваться мне под черепушку, и даже иногда там менять местами слагаемые. Но мое сердце наглухо закрыто и для него. У нас нету романтических отношений. Он был, есть и будет лишь моим психотерапевтом.

Никто не заметил, как по лицу Ёагари мелькнула грусть. Слова Аи кольнули сердце. Но Сайко сказал ждать. Попробовать стоит. Не попробуешь — не узнаешь.

— Следующий вопрос, пожалуйста. Или я не ответила на ваш, коллега того мужчины?

В зале откровенно хохотнули. Мужчина, задавший вопрос гневно сел.

Аи показывала на того, чья очередь задавать вопрос.

— Вы хотели умереть, после пробуждения?

— Да. И даже пробовала. Почти кинулась под поезд. Но неизвестный добрый парень прервал меня.

— Сейчас мысли о суициде ещё есть?

— Нет. В шаге от смерти мне стало слишком страшно. И сейчас мне страшно умереть, но и нет смысла жить.

— Вы ищете этот смысл?

— Нет. Знала бы как, уже, скорее всего, нашла бы.

— У вас есть сейчас друзья, хобби?

— Да, один. И нет.

— У вас есть планы на будущее? Может, в плане работы?

— Нет.

— Как вы думаете, вы отличаетесь от себя прежней?

— Пожалуйста, уточните вопрос.

— Изменились ли вы в сравнении с собой до комы?

— То есть я прямо сейчас и я до аварии?

— Да.

— Думаю, да. Три года мое сознание жило весьма насыщенной жизнью. И это повлияло на меня, как если бы я получила этот опыт вживую.

— А как вы относитесь к событиям в вашем сознании за те три года комы? Как ко сну? Фантазии?

Ёагари напрягся. Аи молчала минуту. Опустив микрофон, она думала над вопросом.

— Я приняла это, как реальность.

— Нелепо.

— Да. Близкий друг посоветовал однажды мне так принять те три года.

— Глупый совет.

Аи пристально посмотрела на мужчину, сказавшего эти слова. Он сидел в переднем ряду. Аи наклонилась вперёд, и, глядя в глаза мужчине, чеканя слова, жестко ответила:

— Вы называете себя психотерапевтом. Лезете человеку в голову. И несете ответственность за каждое свое слово, мимику, жест при пациенте. За каждое. Одно нелепое слово может стоить пациенту годы жизни со шрамом в сердце. С травмой в голове. Или даже жизни. Но если глупое нелепое слово способно вытащить пациента из тяжёлой депрессии, то оно не глупое и не нелепое. Или вы, доктор психотерапевт, боитесь показаться смешным и глупым в глазах пациента? Печетесь о своём образе врача? И боитесь выходить за рамки привычной терапии по учебнику? Тогда я рада, что вы не мой психотерапевт.

Аи замолчала. Ещё несколько рук поднялись. Но девушка смотрела в одну точку, опустив микрофон. Затем снова его подняла:

— И дополняя ответ на самый первый вопрос об отношениях. Я считаю доктора Ёагари другом. И между нами доверительные близкие отношения в рамках общения врача и пациента. Я считаю, что именно такое умение доктора Ёагари быть другом и помогло мне в переломные моменты после выхода из комы. Я не ставлю под сомнения, что в зале собрались высококвалифицированные специалисты. И потому надеюсь, что вы так же понимаете, что качество вашей работы зависит именно от вашего собственного сердца. Его глубины и мягкости. Умения откликнуться на ситуацию пациента. Именно это умение спасает таких людей, как я. И помогает им верить, что жизнь ещё возможна. За это я выражаю вам огромную признательность и благодарность. Ваша работа не менее важна работы хирургов и работников реанимации. Спасибо вам за внимание. Простите, что не на все вопросы смогла ответить.

Но девушка ещё не встала. Неожиданно она очень широко улыбнулась и снова подняла микрофон.

— За ваше доверие ко мне и доктору Ёагари, могу вам подбросить для размышлений один факт. Я его не говорила своим врачам. Значит, и в отчетах его нету. Специально для вас тут я его озвучу.

В зале наступила полная тишина. Даже ручки перестали шуршать по бумаге.

— Был один момент за те три года комы. Я там ослепла. И несколько недель была полностью слепа. Поэтому у меня обострился слух. Так вот... Когда я вышла из комы, мой слух остался таким же обостренным, как в том волшебном сне. Даже сейчас закрыв глаза, я могу услышать тиканье часов, шелест страниц... Опережая ваши вопросы. Нет, до аварии у меня был средний слух. Даже ниже среднего возможно. Я не умела определять направление звука. Но это свойственно женщинам иногда. Но и громкость была обычной. По сравнению с сейчас. И да, я скрыла этот факт от врачей. Почему, не спрашивайте. Просто так. Я вообще мало о чем думала после комы. Но, согласитесь, уважаемые врачи, факт весьма любопытен. Я была в коме, сознание блуждало во сне, а слух стал лучше. Как же влияет наше сознание даже на наше тело, м? Спасибо вам за внимание.

Аи встала и низко поклонилась в зал. У неё забрали микрофон. Опираясь на костыль, она ушла из зала. Рядом шёл Ёагари и его секретарь.