Она до сих пор ясно помнила, почему они тогда поссорились.

Им было лет по восемь.

Её пригласили помочь с коровами на ферме дяди — животные как раз собирались отелиться.

Сейчас, оглядываясь назад, она понимала, что это была лишь отговорка, чтобы племяннице можно было повеселиться. Но в те годы она об этом и не подозревала.

Она собиралась поехать в город, устроиться на работу и прокатиться в карете — одна.

Её переполняла радость и волнение.

Ей казалось, будто она в одночасье стала взрослой.

Теперь она понимала, насколько это было глупо.

Она помнила, как хвасталась:

— Круто, да? Ты ведь даже ни разу в городе не был, правда?

Мальчик жил по соседству и был на два года старше.

Может, именно поэтому её снисходительный тон так задел его.

Именно поэтому она не смогла просто сказать:

— Хочешь пойти со мной?

Ей хотелось, чтобы он сам это предложил, а она бы смогла гордо выпятить грудь и сказать:

— Конечно!

Но он только стоял, сжав кулаки, уставившись в землю.

Непосредственный повод для ссоры был пустяковым.

Он что-то крикнул. Она крикнула в ответ.

Они оба разозлились, накалились.

Ссора закончилась тем, что оба горько расплакались.

Она так и не смогла заставить себя извиниться.

Они продолжали ругаться, пока его старшая сестра не пришла за ним.

Когда на следующий день она села в карету, провожали её только родители.

Это значило, что последним, что она увидела из него, была его спина, пока сестра вела его домой, держа за руку.

Больше она его никогда не видела.

Прошло уже пять лет.

§

— Эр-рргх…

Вдалеке прокричал петух. Лучи утреннего солнца безжалостно пробивались сквозь её веки.

До неё доносились звуки работы в поле — дядя, похоже, уже с самого утра был занят. Она потянулась в соломенной постели, но это была лишь отсрочка неизбежного. В конце концов, она сдалась, выскользнув из-под одеяла, обнажая своё тело навстречу бодрящему утреннему воздуху.

— Так... хочется спать...

Казалось, будто она совсем не спала. Потянувшись, она выгнула спину, и её пышное тело дрогнуло от движения. Особенно выделялись грудь и бёдра — округлые, даже чересчур.

Почему я такая взрослая для своего возраста?.. подумала она, хотя и знала немногих ровесниц. Наверное, это просто скачок роста...

Тем не менее, эта щедрая фигура совсем её не радовала. Она опустила лицо, пряча его в длинных волосах, и начала одеваться — сперва нижнее бельё, потом остальная одежда.

Она взглянула на окно, собираясь его открыть, но передумала.

Просто не хочется...

Когда она дошла до столовой, то увидела на столе корзину с ржаным хлебом. В котелке остывала жидкая похлёбка.

Она взяла кусок хлеба, обмакнула его в суп и начала жевать, про себя вознося тихую молитву богам за пищу.

Только после этого она вышла во двор. Осмотревшись, сразу заметила дядю.

— Доброе утро, дядя.

— А, с добрым! — Улыбка расплылась по его обветренному лицу, и он на мгновение прервал работу, чтобы её поприветствовать. Он не стал ругать её за проспавшее утро. Она слегка прикусила губу.

— Слушай... — начал он и замолчал, подбирая слова. — Как только закончу здесь, мне нужно будет развезти кое-какие заказы...

Не дожидаясь, пока он закончит фразу: «Хочешь пойти со мной?», она покачала головой.

— Нет, спасибо. — Она с трудом выдавила улыбку. — Мне не нужно... в город.

— Ясно, — пробормотал он, скривившись. Она положила руку себе на грудь.

— Извини, что прошу, — сказал дядя, — но не выпустишь коров? Им нужно хорошо поесть, чтоб потолстеть.

— Да, конечно. — Она кивнула.

Она отправилась к хлеву, сгорбившись, опустив глаза, и выпустила животных на пастбище. Потрясла палкой:

— Эй, коровы! Ну-ка, пошли!

Весеннее солнце приятно грело, сквозь цветущие маргаритки на холме тянулся лёгкий ветерок.

Но несмотря на такую идиллическую картину, у неё на сердце было серо и тяжело.

Какой ужасный сон...

Прошло уже пять лет. Или всего пять?

Пять лет с тех пор, как её приютили на этой ферме на отшибе.

И всё же — посмотри на неё сейчас.

Я... я нехорошая девочка...

Может, им вообще не стоило бы быть рядом. Они только причиняли друг другу боль. Было бы лучше, если бы он оставил её в покое.

Но она не могла вынести мысль, что будет жить за его счёт, ничего не отдавая взамен.

Да и одна она ничего бы не смогла. Она тяжело вздохнула.

И тут поняла, что, задумавшись, не заметила, как коровы ушли на край пастбища.

За оградой фермы проходила дорога в город, и некоторые из проходящих по ней людей бросали на неё взгляды.

— …

Её охватил странный дискомфорт; она покраснела и попыталась сжаться, стать меньше.

— Эй, коровы... — пробормотала она почти шёпотом, стараясь не обращать внимания на чужие взгляды.

Ничего ведь особенного я не делаю...

Постепенно она успокоилась, но вокруг всё ещё царила неразбериха.

Переселение тех, кто остался без крова или умирал от голода после битвы с Тёмными Богами, всё ещё продолжалось.

Среди идущих были мальчики и девочки не старше её. Вместо рюкзаков — узелки и мешки, у кого-то на боку болтался подобранный где-то меч. Все они шли по дороге с тревожными лицами.

Они идут становиться авантюристами...

Она узнала это с первого взгляда.

В её воспоминаниях он выглядел точно так же.

Авантюристы. Слово, от которого сердце начинало биться быстрее.

Они исследуют руины, сражаются с монстрами, находят сокровища, спасают принцесс и даже иногда — вмешиваются в судьбы миров.

Говорили, что именно группа авантюристов спасла мир пять лет назад.

Многие мечтали стать ими — когда достигали пятнадцати лет и становились взрослыми, или хотя бы выглядели достаточно взрослыми.

Кто-то не имел дома, не мог выучиться ремеслу — просто не было выбора.

Но это не уменьшало очарования жизни авантюриста — она знала это лучше других.

Кто знает?

Будь всё чуточку иначе, и, может быть, сейчас по той дороге шла бы она.

Или... её бы уже просто не было.

Как и его.

— Эргх...

При этой мысли внутри, от живота до самых кончиков пальцев, разлился холод.

Забудь. Оставь всё. Сейчас важно только — что ты должна сделать.

Коровы. Позвать: «Эй, коровы, идите!» и скорее уйти с дороги. Она была сыта по горло.

Она подняла голову, чтобы пересчитать скот.

— А?.. — Она моргнула.

И в тот момент ей показалось, будто в толпе мелькнула знакомая спина...

Она протёрла глаза рукавом.

Нет. Не может быть.

Не может быть, и всё же...

— …

Она застыла. Молча. Не в силах пошевелиться.

§

— Простииите! Я хочу зарегистрироваться как авантюристка!

— Разумеется, сейчас подойду!

— Прости, не мог бы ты достать три мешка с золотыми монетами из сейфа?

— Конечно, сейчас!

— Не забудь отметить в журнале все зелья, которые продаёшь. Завтра будем сводить баланс.

— О, да! Уже делаю!

— Карта! Где карта?

— Она наверху… Вот, я достану!

— В этом задании ошибка! Вирмлинг* — это детёныш дракона, а червь — это просто насекомое!

(※ В оригинале это звучало так wyrmling что означает Маленький дракон/Драконенок. Буквальный перевод будет Дракончик, или тот же Драконенок. Но как мне кажется будет лучше оставить просто Вирмлинг).

— Ч-что?! Прошу прощения!

Было так суетно, что у неё голова шла кругом. Сотрудники бегали туда-сюда у стойки регистрации в Гильдии Авантюристов.

Не помню, чтобы моё обучение в столице было настолько сумасшедшим…

Новая Регистраторша металась туда-сюда, как юркая мышка, с почти слезящимися глазами, глядя на ворох бумаг.

По долгу службы сотрудники обязаны были оформлять квесты, которые приносили в Гильдию. Любая ошибка могла обернуться для авантюриста вопросом жизни и смерти. Репутация Гильдии была бы под угрозой.

Дракон — это дракон, даже если он только вылупился. Перепутать его с насекомым — ошибка высшей категории. Кто-то мог бы взяться за задание, думая, что нужно раздавить жучка, а в итоге быть заживо сожжённым огнём.

Хотя… если подумать, может, червь на таком уровне и пострашнее…

Она склонила голову, размышляя об этом, и быстро продолжила писать, обвязывая ленты вокруг закатанных рукавов. Кажется, она что-то слышала о фиолетовом черве — вроде как, очень опасном.

Озабоченно она достала Бестиарии и начала перелистывать страницы.

— Итак, фиолетовый червь — уровень угрозы двенадцать. А зелёный дракон только вылупился… уровень четыре?

Значит, я как раз допустила обратную ошибку…

Такое расследование ей приходилось проделывать почти с каждым квестом, и, мягко говоря, это не способствовало успеванию. Учиться нужно было без конца, а переработки стали нормой. Она приходила домой только затем, чтобы слегка перекусить — и рухнуть спать.

Утром на сборы времени почти не оставалось. Она едва успевала нанести немного макияжа и заплести волосы.

Она чувствовала себя далёкой от тех изысканных и утончённых дам, к которым всегда стремилась.

Она знала, что хорошее образование и происхождение вовсе не обязывают становиться чьей-то «милой жёнушкой». Она понимала важность связей с влиятельными семьями, способствующих работе отца и мужа. Но были и другие, кто мог заниматься этим.

А она… она решила служить обществу!

Вот и дослужилась…

— Вот, оформи и эти задания по гоблинам.

Перед ней с глухим стуком опустилась ещё одна стопка бумаг, и ей захотелось расплакаться.

Я ведь даже женою ни для кого не смогу стать… времени не хватает!

Регистраторша за соседним столом увидела выражение её лица.

— Ты в порядке? — спросила она. Эта женщина, которая когда-то сказала, что принадлежит к Жречеству Верховного Бога, всегда была особенно добра.

— Да… Я просто… схожу за водой.

При такой загруженности даже заварить любимый чай не удавалось.

Она неуверенно поднялась и прошла к общему графину, наливая воду в кружку с собственным именем. Вода была чуть тёплой, но всё равно приятно увлажнила пересохшие губы и горло. Новая Регистраторша шумно отпила, а потом выдохнула:

— Фьюю… Рука сводит…

Она машинально потёрла опухшую кисть и помассировала затуманенные глаза.

Опять гоблины, да?..

Гоблины, само собой, были слабейшими из монстров, самыми низкоуровневыми из всех NPC. По размерам, силе и уму они не превосходили детей. Они сбивались в группы, жили в пещерах или руинах, откуда нападали на деревни и похищали женщин.

Они могли подчиниться тому, кто сильнее, но в глубине души были уверены, что они — центр вселенной. И больше всего на свете им нравилось издеваться над теми, кто слабее.

Было вполне обычно, когда два-три гоблина пытались утащить скот из деревни, а местная молодёжь прогоняла их. Только когда ситуация становилась совсем уж критической, люди обращались в Гильдию. И, как правило, критической она становилась постоянно. Это случалось практически каждый день.

Существовала даже ироничная поговорка:

Каждый раз, когда собирается новая партия авантюристов — где-то рождается новое логово гоблинов.

Она порой задумывалась: почему государство до сих пор с ними не разобралось? Но дальше размышлений она уже не могла пойти — у неё самой едва оставались силы.

Прошло всего пять лет с тех пор, как армия Хаоса под предводительством Владыки Демонов обрушилась на страну, подобно буре. Даже сейчас по всей земле находили остатки разгромленных войск: Тёмные Эльфы Ассасины, скользящие в тенях столицы и замышляющие злодеяния. Зловещие Культисты, проводящие ужасающие ритуалы в глубинах подземных руин в стремлении воскресить его. Некроманты в башнях и уединённых домах, творящие нечестивые опыты с мёртвыми.

Хаотичные чудовища несли разрушения по всем уголкам карты, делая, что хотели, без какого-либо сдерживания.

И после этого ещё находятся люди, мечтающие сразиться с драконом в горах…

Гоблины были одними из самых многочисленных монстров, но от этого не становились менее жалкими.

— В общем-то, понятно, что авантюристы хотят сражаться с кем-нибудь поинтереснее… — пробормотала она.

Даже ей гоблины не нравились — и она имела дело только с бумагами, касающимися их. Можно было представить, насколько «весело» их истреблять на деле.

Если бы ей сказали, что отныне ей придётся каждый день заниматься исключительно оформлением гоблинских квестов, она бы устроила скандал.

Новая Регистраторша снова тяжело вздохнула и вернулась к приёмной стойке, где её уже ждали. Нужно было разобрать эти задания по истреблению гоблинов, чтобы повесить их на доску. Одна только мысль об этом вызывала у неё тошноту, и вновь подступили слёзы, которые она до этого пыталась сдержать.

— Угххх…

— Эй, не кисни, — с улыбкой подбодрила коллега с соседнего стола.

— Да…

— Знаешь, исполняя свой долг, ты служишь праведности. Должна бы радоваться!

Это её способ меня утешить? Лучше бы это говорила Жрица Матери-Земли, а не Верховного Бога, подумала она с досадой. Наверное, служительница Матери-Земли не загоняла бы меня так до изнеможения…

— Ты вообще обедала?

Тем не менее, она была безмерно благодарна за эту заботу.

Новая Регистраторша покачала головой, и косы затанцевали по плечам.

— Времени не было…

— Ну так иди поешь! Живо! Нельзя работать на голодный желудок! Ой, следующий посетитель уже идёт!

— Вот здорово…

— И не забудь улыбаться!

Несмотря на все увещевания коллеги, у неё не было ни малейшего аппетита. Она растирала щёки, стараясь заставить их хоть немного расправиться в улыбке. Во время стажировки она старательно улыбалась каждому авантюристу и желала удачи… Но в итоге…

Это всё потому, что я позволила себе слишком сблизиться с ними.

В памяти всплывали мрачные воспоминания о столице — время, когда она чуть не потеряла свою невинность. Ну, не совсем потеряла, но на тот момент ей казалось, что это почти случилось. Он был слишком сильным… и слишком взрослым. Настоящее чудо, что ей удалось выпутаться.

Но даже так — нельзя же встречать их с кислой миной.

Улыбка была частью профессии.

Она не хотела, чтобы тот, кто пришёл за заданием, уходил с чувством досады. Не хотела, чтобы её неправильно поняли. Но где та грань — сколько улыбки считается «достаточно»?

Пока она тратила драгоценные секунды, пытаясь наладить выражение лица, у стойки возникла бесшумная фигура.

— …

Перед ней стоял мальчик.

— Э-ээ, — пробормотала она, и с таким трудом натянутая улыбка тут же исчезла.

Ему было лет пятнадцать — чуть моложе Новой Регистраторши, только-только вошедший во взрослую жизнь. Откуда бы он ни пришёл, выглядел он изрядно потрёпанным.

По внешности можно было предположить, что он хочет стать авантюристом. Хотя, возможно, он пришёл из деревни, чтобы подать квест. Она не была уверена.

Мальчик же молча смотрел на неё. Даже не смотрел — почти буравил взглядом.

— Э-гм… ч-чем я могу?..

— Нет, — покачал головой мальчик. — Ты в порядке?

Она не сразу поняла, к чему он. Сбивчиво взглянула на коллегу в поисках поддержки.

— Послушайте, — в это время говорил мужчина у соседней стойки, — нельзя ли немного снизить награду? Я не могу платить столько за охрану.

— К сожалению, сумма указана в нашем уставе, — отвечала её коллега. — Возможно, вы могли бы нанять авантюриста более низкого ранга…

— Мне не нужны какие-то любители или уличные головорезы у моих товаров. Мне нужны надёжные люди…

У неё, по всей видимости, и без того хватало забот. Помощи ждать было неоткуда.

Новая Регистраторша слышала, что, хотя это случалось теперь реже, раньше многие дающие задания пытались заставить авантюристов замолчать… силой. Некоторые подозрительные личности, сбежавшие из столицы, якобы всё ещё придерживались подобных методов. Именно поэтому работа регистраторов и других сотрудников Гильдии Авантюристов была так важна.

Служение справедливости. Да, так можно это назвать.

Она глубоко вдохнула и с трудом снова натянула улыбку на лицо.

— Добро пожаловать в Гильдию Авантюристов! Чем могу помочь?

— Если не возражаете, я бы хотел зарегистрироваться.

— Р-регистрация, конечно! Кхм, просто заполните вот эту… Э-иик!

Она с чересчур большим рвением начала перебирать бумаги на столе, и те разлетелись по полу.

Да, весной регистрировалось особенно много новичков, но это не означало, что нужные бланки всегда лежали под рукой.

Пока Новая Регистраторша в спешке собирала бумаги, один из листков поймал на лету мальчик.

— Гоблины?.. — спросил он.

— Гоблины? Ах…

Она увидела, что он держит в руках один из квестов, которые ей наконец удалось переписать на чистовик.

— Да, это… квест на истребление гоблинов, но…

Квест простой — по крайней мере по меркам того, что обычно попадало в Гильдию. Такой можно найти где угодно на окраинах.

— Гоблины? — казалось, он зацепился за это слово. Не глядя ни на награду, ни на прочую информацию, она протянула ему лист. — Я хочу принять квест на истребление гоблинов.

— Эм, ну… Это будет опасно без отряда.

Мальчик ненадолго задумался, затем сказал:

— Это не проблема.

Новая Регистраторша начала судорожно перебирать воспоминания. Она потянулась к Бестиарию, где чётко было сказано: даже группе новичков не стоит браться за гоблинов в одиночку. Ей и самой не раз повторяли, что с таким заданием нужно идти не в одиночку — она даже сделала пометку в блокноте.

И всё же — все слова, которые могли бы отговорить его, напрочь вылетели из головы.

В лёгкой панике она начала листать блокнот, потом решила просто показать ему страницу из справочника. Хотя… А вдруг он не умеет читать?

П-подождите ещё секундочку, почти вырвалось у неё, но ровно в этот момент раздалось милое гуррр.

Покраснев до ушей, она прижала ладонь к животу — но звук повторился.

— Это, эээ, это…

— Это ведь про гоблинов, верно?

— Д-да…

Он… он что, не услышал это?!

Сгорая от стыда из-за урчания в животе, она решила сосредоточиться на регистрации.

— Хорошо. Вы умеете читать и писать?

— Умею. Меня научили.

Она протянула ему Лист Авантюриста. Почерк у него был грубый, но, несмотря на вид, он действительно умел писать.

Она почувствовала, что если будет смотреть на него дольше, живот снова подаст голос, поэтому поспешно поставила штамп.

— Так, где же он? — пробормотала она, и начала рыться на столе в поисках перьевой ручки. Но она никак не могла найти самый важный предмет — жетон ранга.

— Эээ?.. — нерешительно выдохнула она.

— Вот. — Коллега молча протянула ей фарфоровый жетон, словно говоря: «Ты серьёзно?»

— Спасибо большое! — Новая Регистраторша склонила голову в поклоне, но коллега только отмахнулась.

Так, теперь… Жетон ранга — это по сути копия Листа Авантюриста…

Она тщательно записала все данные: имя, пол, возраст, класс, цвет волос, цвет глаз, вес, умения…

Один навык воина, один следопыта. И ещё…

— Готово! — Она с облегчением выдохнула, вытерла пот со лба и мысленно похвалила себя. Затем протянула ему жетон: фарфоровую метку десятого, самого низкого ранга.

— Это очень важно, так что постарайся не потерять, — сказала она.

— ……

Мальчик молча принял небольшой фарфоровый жетон; он держал его на раскрытой ладони и пристально вглядывался в него.

— Э-эмм—?

— Я понял.

Затем он небрежно сунул ранговый жетон в карман и ушёл прочь широким, уверенным шагом.

— Вот же заносчивый тип.

Эти слова произнёс следующий в очереди — молодой человек с деревянной палкой, похожей на копьё. Несколько других авантюристов, и новичков, и ветеранов, обернулись ему вслед — он шёл в сторону мастерской.

Новая Регистраторша не знала, что и сказать, но работа есть работа. Она сосредоточилась.

— Добро пожаловать в Гильдию Авантюристов! Чем могу помочь?

— О, я тоже хочу зарегистрироваться.

— Конечно! — Она изо всех сил старалась улыбнуться как можно ярче.

Надо срочно научиться улыбаться лучше.

Она была полна решимости — и, похоже, обед ей сегодня не светил.

Кстати… когда он спросил, всё ли в порядке… Он, что, имел в виду обед?

Эта мысль продержалась в её голове всего мгновение, растворившись в вихре суеты. Её коллега за соседним столом смотрел, как Новая Регистраторша с головой ушла в работу, с выражением лёгкого раздражения.

Позже она будет горько жалеть, что не смогла помочь ему тогда более усердно.

Но это уже совсем другая история.

§

— Эм… Слушайте, а у вас случайно не найдётся какой-нибудь легендарный меч?.. — спросил юноша, глаза его сверкали от надежды. Но единственное, чего он этим добился, — это раскалывающейся от боли головы у хозяина мастерской.

— Если бы у меня был легендарный меч, ты думаешь, я бы просто так держал его у себя в лавке?

— Ну да, конечно. А… может, тогда найдётся какой-нибудь прославленный магический клинок?

— Ты серьёзно думаешь, что такие вещи просто так продаются в магазинах?

Босс мастерской потер брови и покачал головой. Он почти уже выставил парнишку за дверь, но передумал.

— Для начала: даже простейшее зачарование добавляет к цене лишний ноль.

— Ага… да… Понял. Тогда… эм…

Юноша с воодушевлённым видом стал рассматривать оружие и снаряжение на полках. Он хватал то один предмет, то другой, разглядывая их с неподдельным интересом.

— Давай начнём с твоего бюджета, — сказал босс. — Я не могу продать то, что ты не сможешь купить.

— А, да, конечно. Вот, — юноша вытащил из кармана кошель. — Я хочу самое мощное оружие, что можно купить за эти деньги.

Он хочет самое мощное оружие! Ну конечно, чего же ещё?

Босс мастерской тяжело вздохнул. Ситуация была знакома до боли. Какой-нибудь светлоглазый юнец, насмотревшийся и наслушавшийся байков о героях, заявлялся к нему, уверенный, что и сам — герой в ожидании славы. Такой наивный, как этот, — редкость, но лишь по степени, не по сути. Все они мечтали о мечах, которые были слишком тяжёлыми для них, или о броне, такой облегчённой, что толку от неё было не больше, чем от бумажной рубашки.

Все их знания ограничивались какой-нибудь перевранной балладой, услышанной от пьяного менестреля в таверне. Такие песни нынче были в моде — и поделать с этим ничего было нельзя. Но, как бы ни закалился он за годы, это всё равно раздражало.

Босс подумывал сказать парню пару назидательных слов, но… какой в этом был бы толк?

— Меч тебе подойдёт?

— Да. Думаю, меч — это хорошо.

Мастер взял кошель, решив подобрать этому искреннему юноше подходящее оружие.

Одноручный или двуручный? Юноша был одет в довольно плотную кожаную броню. Вряд ли она подходила для тех, кто сражается в первых рядах.

— А щит или шлем тебе не нужны?

— Шлем? Не-а. Тогда же лицо не будет видно.

Мастер не стал его осуждать — в конце концов, стремление к славе можно понять. Авантюристы зарабатывают репутацией и лицом. А что у них ещё есть?

Не думаю, что есть хоть один человек на свете, который хотя бы раз в жизни не мечтал стать героем.

— Не буду спорить насчёт шлема, — произнёс он. — Но хотя бы щит возьми.

— Я никогда им не пользовался…

— Неважно.

Юноша кивнул — без особого энтузиазма, но всё-таки согласился. Если он хотя бы немного прислушивается, значит, не всё потеряно. Это уже надежда. Надежда, если не больше.

Бывали и такие, что приходили в старьё из деревни или скупали всё подряд, не прислушиваясь ни к одному слову босса.

В конце концов, что бы он ни говорил — сражаться с монстрами предстояло не ему.

Какое бы снаряжение ты ни носил — если тебе суждено умереть, ты умрёшь. Может, и не сто́ит вмешиваться. Пускай берут, что хотят. Было бы обидно, если бы человек погиб, сражаясь в броне, к которой даже не лежала душа — только потому, что кто-то убедил его в её нужности.

Какими бы глупыми, уродливыми или нелепыми ни были их желания…

Как можно насмехаться над молодыми, делающими первые, осознанные шаги в большой мир?

Когда мастер вспомнил, как впервые в жизни взял в руки молот и попытался выковать меч…

— Хм?

В этот момент в мастерскую из стороны приёмной Гильдии вошёл ещё один юноша — шаг его был одновременно уверенным и непринуждённым.

— Мне нужно снаряжение.

— А то, — проворчал старик, машинально нахмурившись от такой безапелляционной заявы.

Первый юноша, всё ещё бродивший между прилавками, навострил уши с мальчишеским интересом. Босс отмахнулся от него и перевёл взгляд на нового посетителя.

Жалкий вид.

Парень выглядел так, словно прибежал сюда прямиком из какой-то глуши.

— Монеты есть?

— Есть, — ответил юноша и снял с шеи небольшой кожаный мешочек, положив его на прилавок. Монеты внутри тихо звякнули.

Старик раскрыл мешочек пальцем, вытащил одну из золотых монет и осторожно надкусил.

Не фальшивка. Настоящее золото.

Закалённый продавец провёл пальцем по вышитому цветочному узору на мешочке и прищурился.

— Сбежал с маминым кошельком? Или, может, у сестрёнки одолжил?

— …

Юноша промолчал с секунду, а потом кивнул.

— Так и есть.

Мастер недовольно фыркнул. Шутит или нет — чёрт его знает.

Так или иначе, перед ним было настоящее золото, а покупатель с деньгами — это покупатель, с которым он готов вести дела.

— Ладно. Что тебе нужно?

— Кожаная броня покрепче. И круглый щит.

— О-хо, — протянул старик, внимательно посмотрев на парня. Он проигнорировал ошарашенное выражение лица своего прежнего клиента.

Парень был хорошо сложён. Очевидно, боец. Возможно, мультикласс — разведчик или следопыт. Ничего необычного.

— А из оружия?

— Меч. Одноручный.

— Естественно. Раз уж со щитом. Думаю, этот тебе подойдёт.

Не теряя времени, мастер взял один из клинков, выставленных за прилавком, и протянул его. Это был стальной меч — ничем не примечательный, но крепкий и надёжный.

Юноша взял меч и прикрепил его к поясу. Вес оружия слегка потянул его вбок.

Обычное дело для зелёных новичков.

— Кожаная броня — на той полке. Щиты — на стене.

— Понял.

Парень резко выпрямился, словно поправляя равновесие, и направился к указанным полкам. Двигался он осторожно, как будто крал снаряжение. Старик чуть было не почувствовал уважение — почти.

Неожиданно первый юноша, до этого словно сжавшийся, подал голос:

— Э-эй… Ты сегодня только зарегистрировался?

Парень ничего не сказал, но кивнул.

Первый расплылся в улыбке:

— Я тоже! — Он расправил грудь. — Э-эй, может, вместе в авантюру отправимся?

— В авантюру… — повторил парень негромко. Голос первого звенел и летал, словно птица в небе. А его — полз по земле. — Там будут гоблины?

Голос его был резким, почти сухим.

— Да ну, какие гоблины! — испуганно воскликнул первый. Его всё тело будто задергалось от одного упоминания. — Я вообще-то нацелился на неведомые руины и всякое такое…

— Мне нужны гоблины.

— Чё?

— Я собираюсь убивать гоблинов.

С этими словами он полностью потерял интерес к собеседнику. Натянул броню — неумело, но быстро, — затем прикрепил щит. Маленький, круглый, с ручкой и ремнём. Он взял его, сделал несколько плавных блокирующих движений.

Выставил щит, обнажил меч, снова вложил его в ножны. Сделал несколько шагов, словно проверяя удобство, и кивнул.

— Беру.

— Будь здоров.

— Сколько осталось?

— Примерно вот столько, — сказал старик и высыпал содержимое мешочка на прилавок. Он отсчитал около дюжины золотых монет и убрал их за прилавок. Осталось совсем немного.

Первый юноша пробормотал:

— Грабёж средь бела дня…

На что получил хмурый взгляд босса.

— Выделка твёрдой кожи требует времени. Это не дёшево. Не нравится — покупай в другом месте.

Старик не собирался халтурить: пропитывать кожу в кипящем масле и прошивать её вручную — не работа на скорую руку.

Парень никак не отреагировал. Он просто пересчитал оставшиеся монеты, дотронувшись до каждой.

— Можно купить зелье?

— В следующий раз бери на стойке регистрации. Хотя… и у меня кое-что есть.

Он взял ещё несколько монет и передал юноше два пузырька, которые достал из-за прилавка. Внутри переливалась бледно-зелёная жидкость с лёгким запахом лекарства.

— Противоядие и зелье исцеления. Подойдёт?

— Да, — сказал парень и убрал их в свой мешочек для предметов.

Осталась одна монета.

— Что мне ещё стоит взять?

— Хм-м… Давай подумаем… Набор авантюриста, нож…

Босс ещё раз осмотрел юношу с головы до ног. Кожаная броня, в одной руке меч, в другой — щит. За плечами мешочек с мелочью.

На вид — самый что ни на есть новичок.

— По мне… шлем не помешает.

— Шлем.

— Подожди немного. У меня как раз завалялся один недорогой.

Старик ушёл в кладовку за мастерской. Первый юноша, уже завершивший покупки, посмотрел на парня с недоверием. Мысли у него на лице читались ясно: «Что за тип?» или, скорее, «Странный какой-то».

В конце концов он покачал головой и пробормотал:

— Мне это не понять…

И вышел из лавки.

Почти в тот же момент из кладовки вернулся старик.

— Я бы рекомендовал носить один из этих. Если тебя не слишком беспокоит, что твоего лица не будет видно.

Он поставил на прилавок шлем, что держал в руках.

Он был старым, с рогами, торчащими по бокам. Настоящее дьявольское убранство.

§

Гильдия Авантюристов — как всегда, полна движения: приходящие, уходящие.

Среди этой толпы одинокий авантюрист — разве он хоть чем-то выделяется?

Его доспехи новенькие, ни царапинки. На голове — стальной шлем с рогами.

У пояса — меч, на руке — только что купленный щит.

Что же ещё можно сказать о юноше в такой экипировке, как не — новичок-авантюрист?

Он выходит за двери Гильдии и направляется в город — никто не обращает внимания.

И если бы он не вернулся обратно — тоже никто не заметил бы.

Никто. Совсем никто.