Глава 53: «Утешение.»

Когда игра закончилась, Хэ Цзюэюнь не стал сразу выходить из системы.

Он присел на корточки рядом с остальными товарищами по несчастью и затянулся призрачной, не существующей в реальности сигаретой, безмолвно проживая боль собственного роста.

Этот сценарий… как бы выразиться? Вроде бы он многому научился, а вроде и совсем ничего не понял.

В любом случае, в его личной памятке «Как оригинально слить катку» прибавилась еще одна эффектная поза.

Полная ерунда.

Однако стоило признать: когда рядом много союзников, горечь поражения заметно притупляется. Глядя на понурых напарников вокруг, Хэ Цзюэюнь даже нашел ситуацию забавной.

Неподалеку Чжан Упин с грустью посмотрел на серверную, хлопнул в ладоши и покинул стрим-комнату. Хэ Цзюэюнь последовал его примеру.

В серебристо-белой комнате завывал осенний ветер.

Хэ Цзюэюнь встал из-за терминала и принялся массировать виски, давая нервам отдых.

Порыв ветра взметнул занавески, и в комнату влетел еще зеленый лист.

Только сейчас он заметил, что забыл закрыть окно, но подходить к нему не хотелось.

Развернув стоявший на столе компьютер, он быстро застучал по клавишам, заходя в свой аккаунт на Сань Яо.

Когда экран стрим-платформы загрузился, Хэ Цзюэюнь первым делом зашел в комнату со своим обзором и просмотрел комментарии.

Он не был игроком-звездой, зрителей у него было куда меньше, чем у Цюн Цан, и в основном это были преданные фанаты, так что в комментариях царила гармония.

В этот раз его выступление при сравнении с другими можно было назвать выдающимся: холодный расчет, выдержка, проницательный взгляд… Впрочем, это не мешало пользователям и дальше называть его Братец Q.

Это злило. Цюн Цан из тех людей, у которых получается всё, за что бы они ни взялись, и придумывание кличек тут не исключение.

Пробежав глазами текст и убедившись в реакции аудитории на сценарий, Хэ Цзюэюнь закрыл свою страницу и тайком пробрался к Цюн Цан. Ему не терпелось узнать, как именно она сбежала в финале и куда в итоге направилась.

Он полагал, что раз Цюн Цан удалось ускользнуть от погони в сотню человек и оставить всех в дураках, она должна быть в приподнятом настроении.

Но когда он перемотал запись трансляции на последние минуты и увидел, как Цюн Цан, вцепившись в сумочку, в одиночестве идет по пустынной горной дороге, он замер.

Она шла, опустив взгляд на носки своих туфель, и ее хрупкий силуэт почти растворялся в туманной дымке дождя.

Хэ Цзюэюнь отчетливо прочитал ее мысли по лицу: она раздумывала о том, куда ей идти.

Словно ряска без корней, которой не за что зацепиться.

Ей оставалось лишь следовать за ветром и дождем, отдаваясь течению, уносящему в неизвестность.

Он и сам не понимал, почему этот внешне непостижимый, отстраненный и холодный человек вдруг позволил ему заглянуть себе в душу.

Хэ Цзюэюнь потер лицо ладонями.

Для Цюн Цан и Фань Хуай побег был не концом, а лишь началом.

Пока он предавался раздумьям, дверь внезапно распахнулась, и в комнату, словно обезьяна, влетел молодой парень.

— Босс! — Возопил он.

Хэ Цзюэюнь мгновенно выключил монитор, захлопнул крышку ноутбука и развернулся, загораживая стол собой.

— Что такое? — Холодно спросил он. — Стучать не учили?

— Ну, вы же всё не выходили, — парень замялся и кокетливо изобразил смущение. — Чего вы так нервничаете, босс? Неужели смотрели на ту женщину, которую вам никогда не догнать?

Хэ Цзюэюнь опешил:…?

Сотрудники нынче пошли смелые. Совсем берега попутали. Свобода вскружила голову.

— Босс, босс! — Молодой человек, как назойливая муха, так и кружил перед ним, сверкая белозубой улыбкой. — Я могу сказать, где она. Совершенно бесплатно! С вас только разрешение уйти сегодня с работы пораньше, а?

Хэ Цзюэюнь прошел мимо него к выходу.

— Не нужно, — буркнул он. — Я ее не ищу.

— Ну, тогда я сделаю для вас ее персональную нарезку! — Не унимался парень. — Мои «золотые руки» создадут ей VIP-ролик с лучшими моментами, сделаем из нее супер-профи, как вам?

Хэ Цзюэюнь пренебрежительно цокнул языком и просто вытолкал его в соседний офис, велев возвращаться к обязанностям офисного раба.

Увидев, что начальник непреклонен, юноша горестно взвыл, запер дверь изнутри и обиженно крикнул:

— Даже если спросите, я вам теперь не скажу!

— Я же сказал: не нужно! — Отозвался Хэ Цзюэюнь.

Сам же подумал: «Куда Цюн Цан могла пойти после прохождения сценария? Разумеется, в зону отдыха. Разве она упустит шанс воспользоваться бесплатным высококлассным сервисом и едой?»

Однако, поднявшись на лифте в зону отдыха, он не нашел там и следа Цюн Цан.

Людей было много. Этот сценарий был масштабным и командным, количество участников побило все рекорды Сань Яо, поэтому систему запускали интервалами.

Толпы новичков, впервые попробовавших эту игру, не желали расходиться после завершения. Они сбивались в кучки, бурно обсуждая стратегию и делясь выводами. Обычно просторная и уединенная зона отдыха теперь казалась тесной.

Хэ Цзюэюнь внимательно осмотрел всё вокруг и убедился: Цюн Цан здесь нет.

«Может, и впрямь не в духе, раз даже от обеда отказалась?», – в душе зародилось беспокойство.

Он уже собирался уходить, когда его окликнул повар, возившийся у кухонной стойки.

— Та барышня? — Дядечка сделал жест рукой, показывая, что он человек надежный и всё приметил. — Она только что взяла еду с собой. Не волнуйтесь, набрала прилично, голодной точно не останется.

Хэ Цзюэюнь промолчал: — …

Это лишь подтвердило, что он уже неплохо изучил Цюн Цан. А заодно подтвердило, что его подчиненные поголовно не в своем уме.

·

Цюн Цан сидела на деревянной скамье и с сосредоточенным видом жевала лепешку с соусом.

Она услышала приближающиеся шаги и краем глаза заметила человека, остановившегося неподалеку.

— Какая встреча, — сказал Хэ Цзюэюнь, засунув руки в карманы. — Я так и знал, что ты здесь.

Цюн Цан откусила еще кусочек, медленно вытащила из кармана карточку и произнесла:

— Геолокация терминала Сань Яо? Судьбоносная встреча благодаря высоким технологиям.

Хэ Цзюэюнь нисколько не смутился разоблачению. Он подошел ближе, дождался, пока она подвинется, и сел рядом.

— И как ты додумалась прийти к школе? Тут какой-то особенный вид?

Прямо перед ними находилось здание старшей школы. В сентябре занятия уже шли полным ходом. Группа подростков шумно резвилась у ворот, их крики долетали даже до другой стороны дороги.

Цюн Цан пригладила растрепавшиеся на ветру волосы.

— Да так себе вид. Просто в зоне отдыха слишком много народу, а здесь аппетит лучше.

Хэ Цзюэюнь потер нос, подбирая слова. Он искоса взглянул на ее профиль и сказал:

— Я еще не поздравил тебя с победой в игре.

Услышав это, Цюн Цан усмехнулась. Ее голос был тихим, словно шелест ветра:

— В игре, которая начинается со смерти, не может быть никакой победы.

Хэ Цзюэюнь помолчал немного, затем кивнул:

— Ты права.

— Я всегда права, — отозвалась она.

«Какая самоуверенность», – подумал он.

Цюн Цан опустила руки, наблюдая за бегающими впереди фигурками. Контраст с их весельем вызвал у нее внезапное желание поговорить с тем, кто сидел рядом.

Она тронула Хэ Цзюэюнь за плечо и спросила:

— Знаешь, каково это – когда твоя жизнь внезапно обрывается?

— Что значит «обрывается»? — Не понял он.

— Это когда в один прекрасный день мир внезапно меняется, и тебе приходится принять другую жизнь, следовать другим правилам. С этого момента ты как живой мертвец: проживаешь чужую судьбу, не чувствуя к ней никакой причастности. — Цюн Цан сделала паузу и продолжила:

— Стоит начать вспоминать прошлое, и мысли навсегда застревают в том дне, когда всё изменилось. Но кроме тебя самой никто больше не скучает по тому времени, когда ты была прежней.

Хэ Цзюэюнь погрузился в раздумья, не зная, что ответить. С этого ракурса он видел отражения в ее зрачках.

Она была пугающе бледной, под глазами залегли тени – явный признак недосыпа. Косточки на запястьях выпирали, а при малейшем усилии под кожей проступали вены.

Хэ Цзюэюнь невольно подумал о том, что подобные ей гении обычно совершенно не умеют о себе заботиться.

— Я всё думала и никак не могла понять: куда Фань Хуай собирался идти, где он мог найти приют? — Заговорила Цюн Цан. — Сегодня до меня дошло. Неважно, куда бежать, главное – быть как можно дальше от этого мира.

Хэ Цзюэюнь моргнул, возвращаясь к реальности. Он сцепил пальцы в замок и, помолчав, спросил:

— А ты знаешь, почему Сань Яо выпустила игру Анализ убийства?

— Потому что люди в наше время слишком поверхностны, — отрезала она.

Хэ Цзюэюнь поперхнулся, но, сохраняя серьезный тон, продолжил:

— Потому что людей волнуют только развлечения. Их легко привлечь чем-то кричащим и внешне эффектным, отчего они становятся предвзятыми и резкими. Будто в мире существует только «черное» и «белое», абсолютное добро и абсолютное зло. И кое-кто пользуется этим, превращая серьезные и неоднозначные вещи в развлекательный контент, выставляя их однобоко ради хайпа.

— Истину подменяют общественным мнением, а понятия о добре и зле подгоняют под мнение большинства. Так называемую справедливость используют для выплеска агрессии, а именем свободы размывают границы морали… — Хэ Цзюэюнь покачал головой. — Это неправильно. Пострадать могут лишь единицы, но если трагедия случилась, ее уже не исправить. Раз все считают себя такими умными, мы тоже решили использовать игровой формат, чтобы обнажить правду. Создатели надеялись, что через такое глубокое погружение люди поймут: причины, приведшие к результату, важнее самого результата. А осознание, позволяющее не повторять ошибок, важнее простого осуждения. Вот в чем был изначальный смысл Анализа убийства.

Цюн Цан понимающе кивнула и подытожила одной фразой:

— То есть всё потому, что люди в наше время слишком поверхностны.

На ее лице читалось неприкрытое торжество: «Я же говорю, мой ответ – правильный, а к чему была вся эта твоя лекция?»

Хэ Цзюэюнь лишился дара речи: — …

С ней просто невозможно было разговаривать. Что за несносный человек?

Цюн Цан снова принялась за лепешку. Хэ Цзюэюнь почувствовал запах еды, и в животе у него предательски заурчало. Только сейчас он осознал, что в поисках ее так и не пообедал.

Он усмехнулся про себя, подумав, что скоро и сам станет таким же ненормальным.

Заметив его взгляд, Цюн Цан приподняла пакет с едой и вежливо предложила:

— Будешь?

Хэ Цзюэюнь выудил оттуда порцию риса с подливкой.

— Я угощаю, — добавила она.

Хэ Цзюэюнь удивился:…?

— Это дорого стоит, — подчеркнула Цюн Цан. — Доставка из такого элитного ресторана – от тысячи и выше.

Хэ Цзюэюнь едва не сплюнул от возмущения. Это же его вещи! Еда из его собственного заведения!

— Ты в выигрыше, — продолжала она. — Ты меня угощал только лапшой за десятку. Но сдачи не надо.

«Всё псу под хвост!», – Хэ Цзюэюнь почувствовал, что все его прежние переживания о ней были напрасными. Ему захотелось швырнуть этот контейнер обратно. Чистой воды подачка!

Глядя на его перекошенное лицо, Цюн Цан не выдержала и рассмеялась. Плечи ее мелко дрожали.

— Братец Q, ты действительно хороший человек.

— Это ты меня сейчас хвалишь? — Проворчал он.

— Конечно! — Подтвердила Цюн Цан. — Твой приход поднял мне настроение.

— Ну, премного благодарен! — Хэ Цзюэюнь ни капли не счел это комплиментом. — В следующий раз подбери другой эпитет, этот я уже слышал.

— Хорошо, — с улыбкой согласилась она.

Она выудила из пакета коробочку с пряной говядиной и поделилась с ним:

— Держи.

Эта порция вяленого мяса спасла их едва не рухнувшую дружбу.

Они сидели плечом к плечу, и атмосфера снова стала мирной.

Цюн Цан на самом деле уже наелась и теперь просто сидела за компанию. Когда звонок в школе напротив прозвенел в очередной раз, она внезапно позвала его по имени.

— Хэ Цзюэюнь.

Она редко называла его полным именем, отчего эти три слога прозвучали как-то по-особенному веско.

Он вскинул бровь и вопросительно посмотрел на нее.

— Я тут подумала… — сказала Цюн Цан. — Если бы я оказалась в ситуации, когда нужно бежать, ты был бы последним человеком, к которому я бы обратилась.

Хэ Цзюэюнь почувствовал себя польщенным, и это чувство сразу отразилось на его лице.

— На самом деле, мне особо и некому сообщить, — она загнула палец. — Смотри: если я позвоню Фан Ци, он, со своей несерьезностью, наверняка скажет: «Приходи, сначала сыграем партейку», а сам тут же сдаст меня полиции ради награды. Если у него есть совесть, может, поделит куш со мной пополам.

— Могу позвонить в банк, у меня ведь кредит не погашен. Уж они-то точно будут помнить меня вечно и искать на краю света. Пусть мой портрет не печатают на купюрах, зато он будет красоваться на очень дорогих объявлениях о розыске.

Представив эту картину, они оба рассмеялись. Ситуация казалась нелепой до колик.

Отсмеявшись, Хэ Цзюэюнь совершенно серьезно произнес:

— Если ты позвонишь мне, я тебя обязательно найду.

Цюн Цан скептически хмыкнула, ведь этот человек только сегодня проиграл, ведя за собой девяносто девять напарников.

— Без зоны поиска, без красных кругов и без лимита времени, — добавил Хэ Цзюэюнь. — Из-под земли достану, но найду.

Выражение его лица говорило о том, что он вовсе не шутит.

Улыбка сползла с лица Цюн Цан. Она с тревогой спросила:

— У тебя ко мне какие-то личные счеты?

— Но если ты в такой момент позвонишь мне, разве это не будет значить, что ты сама хочешь, чтобы я тебя нашел? — Спросил он.

Она осеклась, не зная, что ответить. Неужели это так? Она и сама не понимала, но во время игры эта мысль не раз всплывала в ее голове.

— Наверное, — неопределенно отозвалась Цюн Цан. — Впрочем, я не собираюсь бежать.

— И не нужно, я тебе помогу, — пообещал Хэ Цзюэюнь. — Я всё-таки кое на что способен.

Цюн Цан посмотрела на него и с улыбкой кивнула.

А в это время на форуме Сань Яо пользователи вовсю разыскивали ее.

«[Изображение] Кто этот гений с оценкой 96?! КТО ОНА?!»