Резиденция князя Син утопала в тени деревьев. Нескончаемый стрекот цикад растягивал знойный полдень. Императрица Чжан не могла уснуть от жары. Задумавшись, она полулежала на кушетке, а у её ног коленопреклонённая служанка осторожно обмахивала её веером.

Вошла пожилая служанка-наставница с коробкой для еды. Прислужница у входа, увидев её, покорно опустила взгляд и приподняла бамбуковую штору. Войдя во внутренние покои, наставница поклонилась императрице Чжан и произнесла:

— Ваше Величество, принесли сорбет. Освежитесь, пожалуйста.

Сейчас был восьмой месяц. В Столице в это время уже начинал дуть осенний ветер и всё вокруг полыхало багрянцем листвы, но в управе Чэнтянь по-прежнему стояла невыносимая духота. Императрица Чжан плохо переносила жару, от такого климата она даже спать не могла, и лишь ледяные лакомства приносили ей хоть какое-то облегчение.

Императрица Чжан велела подать сорбет. Зачерпнув ложечку и положив её в рот, она наконец почувствовала, как её измученное жарой тело оживает. Стоявшая рядом наставница, наблюдая за ней, сказала:

— Такие угощения хороши, но есть их часто нельзя. Вот если бы был лёд... Поставить его в покоях, и сразу станет свежо и прохладно. Тогда и Ваше Величество смогли бы хорошо выспаться.

Императрица Чжан на мгновение замерла и, опустив глаза, промолвила:

— Управа Чэнтянь — не Столица. Лёд в первую очередь для Императора. Я обойдусь.

В Запретном городе были специальные люди, которые заготавливали и хранили лёд, во дворце имелось несколько ледников. Но управа Чэнтянь не могла сравниться с Пекином. Лёд из казённых погребов сначала предназначался Императору, затем — его ближайшим сановникам и знати, таким как Лу Хэн или Первый великий секретарь Чжан. После них лёд жаловали тем, кто прислуживал лично Императору, и лишь в самом конце очередь доходила до императрицы Чжан.

Распределение льда в точности отражало место каждого в сердце Императора. Бездетная и нелюбимая императрица Чжан стояла в этом списке даже после евнухов вроде Чжан Цзо.

Наставница скривила губы и фыркнула:

— Разумеется, я не смею тягаться с Его Величеством или господином Лу. Но что собой возомнила эта наложница Дуань, чтобы ставить себя выше вас? Она прибыла во дворец позже вас. По статусу вы — императрица, а она всего лишь наложница. Что до положения, то вас в невестки выбрала сама Вдовствующая императрица Чжаншэн! Ваше Величество, я слышала, что прошлой ночью наложнице Дуань было жарко, и она потребовала две шкатулки льда, а сегодня ещё и упрашивала Императора покататься с ней на лодке по озеру.

Император дважды проводил отбор наложниц. В первый раз, в первый год правления Цзяцзина, Вдовствующая императрица Чжаншэн Цзян лично выбрала для него нескольких жён и наложниц, среди которых были и первая императрица Чэнь-ши, и её преемница, Чжан-ши. Но прошло десять лет, а у Императора всё не было наследников. Сановники не могли этого больше выносить, и в десятый год правления Цзяцзина Первый великий секретарь лично обратился к Императору с прошением пополнить гарем. Император согласился. Из простого народа было отобрано девять красавиц, и все они получили ранг наложницы. Цао, наложница Дуань, была одной из этих девяти.

Хотя в гареме все были красавицами, Император ценил не только внешность, но и духовную близость. Из всех прелестниц он больше всего благоволил к Цао, наложнице Дуань. Даже во время Южного тура он не забывал о ней. Пару дней назад, когда он поднимался на гору, чтобы осмотреть мавзолей Сяньлин, брать с собой женщин было неудобно, но позже, во время прогулок по управе Чэнтянь, Император всегда держал наложницу Дуань при себе.

Императрица Чжан прекрасно понимала: дело было не в назойливости Цао, наложницы Дуань, а в желании самого Императора. Их повелитель был умён и жесток. Если бы он не был расположен, любой, кто посмел бы требовать большего, давно лежал бы в земле.

Но обитатели дворца Куньнин не желали этого признавать. Казалось, свалив вину на другую женщину, они могли скрыть правду, которую так не хотели видеть: виноват не Император и не они сами, а коварные соблазнительницы.

Смирилась ли с этим императрица Чжан? Конечно, нет. Но что она могла поделать, кроме как терпеть? Император не терпел ни истерик, ни уловок. Она до сих пор отчётливо помнила, как её предшественница, первая императрица Чэнь-ши, будучи беременной, увидела, как Император разглядывает руки одной из наложниц. Вспылив от ревности, она вскочила и с силой швырнула на пол чашку.

Но разве таков был Император, чтобы позволить женщине так собой помыкать? Он тут же пришёл в ярость. Императрица Чэнь, охваченная страхом и ужасом, от испуга потеряла ребёнка и вскоре умерла от болезни. После её смерти Император, по совету Вдовствующей императрицы Цзян, возвёл на престол наложницу Шуньфэй, Чжан-ши, в качестве новой императрицы.

В тот день, когда императрица Чэнь разбила чашку, Чжан тоже была там. Она своими глазами видела, как первая дама государства была втоптана в грязь. Это так напугало её, что, взойдя на трон феникса, она вела себя крайне робко и не смела даже помыслить о вмешательстве в дела Императора.

Однако в таких делах чрезмерный контроль — ошибка, но и полное невмешательство — тоже. Вдовствующая императрица Цзян была недовольна императрицей Чжан, да и сам Император не любил её за педантичность и скуку, не питая к ней никаких чувств.

От её статуса императрицы осталось одно лишь название, а на деле у неё не было ничего.

Увидев удручённое выражение на лице императрицы, наставница знаком отослала служанок. Взяв веер, она села в ногах кушетки и, легонько обмахивая госпожу, заговорила:

— Ваше Величество, вы не можете больше уступать. Дело не только в благосклонности к Цао, наложнице Дуань. Вы ведь знаете, почему с нами нет той самой наложницы Ли? Другие могут не знать, но вы-то знаете! Когда мы вернёмся, у неё, поди, уже живот будет на виду. А если, не дай бог, родится принц, что вы тогда будете делать?

Изначально сопровождать Императора в Южном туре должны были императрица Чжан, Фан, наложница Дэ, и Янь, наложница Ли. Но перед самым отъездом Янь, наложницу Ли, втайне заменили на Цао, наложницу Дуань. Император брал с собой ту наложницу, какую хотел, и посторонние не знали истинных причин, но императрица Чжан знала.

Янь, наложницу Ли, исключили из списка не потому, что она впала в немилость, а потому, что она была беременна. На двенадцатом году своего правления Император наконец дождался ребёнка. Боясь, как бы чего не вышло, он решил скрыть эту новость. Объявить обо всём собирались после возвращения из Южного тура, когда ребёнок благополучно появится на свет.

Не считая выкидыша у императрицы Чэнь много лет назад, это была первая радостная весть из гарема. Более того, Император узнал о беременности Янь, наложницы Ли, ещё в четвёртом месяце и всё это время держал это в тайне. Если бы императрица Чжан не управляла гаремом, она бы так ничего и не узнала.

Если посчитать, то в этом месяце срок её беременности достигнет восьми месяцев. Император приставил к наложнице Ли своего самого доверенного евнуха, чтобы обеспечить безопасность плода. Возможно, по возвращении из Южного тура дворец будет встречать новую жизнь.

Императрицу Чжан будто придавило камнем. Руки и ноги отяжелели, сил не было. Она вздохнула:

— Что я могу поделать? Пять лет... Сколько тайных отваров и снадобий я выпила, но Император совсем не посещает мои покои. Как я рожу ему наследника? Да и пусть. Видимо, мне не суждено иметь детей. Даже если наложница Ли родит принца, он всё равно будет называть меня матерью.

Услышав это, наставница нахмурилась и торопливо сказала:

— Ваше Величество, нельзя так легкомысленно к этому относиться! Вопрос наследия сейчас — самый главный и при дворе, и в гареме. Если у Императора и впрямь родится сын, он, ради удобства назначения наследного принца, непременно захочет сделать его законнорождённым. У вас нет своих детей, и даже если вы захотите его усыновить, разве наложница Ли согласится отдать своего ребёнка?

Императрица Чжан замерла, внезапно осознав, к чему клонит наставница:

— Ты хочешь сказать…

Наставница посмотрела ей прямо в глаза и кивнула. Всё остальное было ясно без слов. Императрица Чжан вспомнила судьбу всех бездетных императриц прошлого, и её прошиб холодный пот.

Император Хунъу издал указ: наследником престола в этой династии должен становиться законнорождённый сын. Если законнорождённого нет, то старший. Однако статус старшего сына от наложницы всё же не так хорош. Если Император захочет проложить дорогу своему сыну, он наверняка постарается сделать его законнорождённым старшим сыном.

Сделать сына наложницы законным наследником можно двумя способами: либо императрица усыновляет его, либо его родная мать становится императрицей. В конце концов, родную мать принца не изменишь, а вот императрицу можно сменить в любой момент.

У императрицы Чжан не было ни любви мужа, ни влиятельной семьи за спиной. Если её низложат, никто за неё не заступится. Но низложение — это ещё не худший вариант. Что, если Император, не желая пятнать себя славой человека, беспричинно свергнувшего императрицу, захочет, чтобы она «умерла от болезни»?

Одежда на её спине промокла от пота, но жары она совсем не чувствовала. Увидев, что императрица всё поняла, наставница отложила веер и принялась осторожно массировать ей ноги:

— Ваше Величество, с одной стороны наложница Ли, с другой — наложница Дуань. Вам нужно срочно позаботиться о себе, иначе будет поздно. В этом гареме без покровителя и шагу не ступить. Вам нужна поддержка.

Императрица Чжан с досадой швырнула платок и воскликнула: