Первый день лета. Первый день каникул.

Мы, конечно, договаривались встречаться всё лето, но, если честно, я так и не понял, во сколько. Поэтому просто попёрся по накатанной — в нашу клубную комнату, примерно в то время, когда обычно кончаются уроки.

Меня зовут Кодака Хасэгава. Дорога до школы занимает минут сорок: сперва на поезде, потом на автобусе.

Раньше я никогда ни в каких клубах не состоял, так что тащиться на каникулах в школу ради клубных дел было даже в кайф. Новизна, приключение, всё такое.

Я вывалился из автобуса прямо у школьных ворот. И в ту же секунду меня окутало влажной, липкой жарой, как в парнике. Аж передёрнуло.

День обещал быть адским. Все тридцать с хвостиком, не меньше.

Я, вообще-то, планировал взять с собой младшую сестру, Кобато. Но когда мы вышли на крыльцо, она, вся взмокшая в своём неизменном чёрном платье, выдала: «Кха... Проклятое светило... Ку-ку-ку... Погодите, однажды мы, дети ночи, поглотим этот жалкий мирок тьмой...» — и с этими словами гордо ретировалась обратно в дом.

Видимо, даже для потомственной повелительницы тьмы таскать на себе чёрную хламиду в такую жару оказалось чересчур. Неудивительно.

Кстати, я надел форму. Территория школы и часовня у нас открыты для всех, так что можно было бы припереться и в шортах с футболкой. Но я нацепил форму на всякий случай — меньше вопросов.

Я быстрым шагом двинул к клубной комнате.

Комната отдыха №4 в часовне Академии Святой Хроники. База нашего «Соседского клуба».

«Соседский клуб» — это клуб, созданный с великой целью «завести друзей». Мы играем в игры, ставим сценки, снова рубимся в игры, просто тусим за кофе и чаем, опять играем в игры, тренируемся шутки травить и так далее.

Правда, если спросить, помогло ли нам это хоть как-то, я, скорее всего, скажу «нет». По факту, всё стало только хуже. Мои одноклассники теперь вообще шарахаются от меня как от чумного.

Но я всё равно сюда хожу. Наверное, потому, что здесь мне... ну, просто нравится. Прикольно, уютно, что ли.

С этой мыслью я толкнул дверь.

Внутри работал кондиционер, и меня обдало приятным прохладным воздухом.

— А, Аники! — Первым меня заметил Юкимура.

Юкимура Кусуноки, первогодка. Несмотря на имя, намекающее на что-то аристократичное, он пацан. Но выглядит при этом как красивая девчонка и носит форму горничной.

Нет, он не трансвестит (по крайней мере, я надеюсь). Просто он однажды повёлся на идею, что «настоящий мужик должен излучать крутость, даже если на нём платье горничной», и теперь таскает этот прикид каждый божий день.

— Йо, — буркнул я в ответ и прикрыл за собой дверь.

В комнате, кроме Юкимуры, было ещё трое.

Девушка, сидящая на диване с надутым видом и читающая книгу — наша президентша, Ёдзора Микадзуки. Длинноволосая брюнетка, основательница этого клуба.

Та, что рубилась в галгэ у телека в углу — Сэна Касивадзаки. Модельная внешность, светлые волосы, голубые глаза. Говорят, пацаны в её классе молятся на неё как на богиню.

И та, что молча уничтожает чипсы пачку за пачкой — Мария Такаяма. Сереброволосая мелкая в одеянии монашки, наша клубная руководительница.

Если добавить Кобато, меня и ещё одного участника, которого сейчас нет, наберётся все семь членов «Соседского клуба».

Кстати, Ёдзора и Сэна тоже были в форме, так что картинка была почти как в обычный учебный день. Ёдзора, как всегда, читала, Сэна пялилась в свою игру, а Юкимура медитировал столбом.

— Явился наконец, Кодака, — процедила Ёдзора голосом ещё более недовольным, чем обычно, и с грохотом захлопнула книгу.

— В смысле «наконец»? Я в обычное время пришёл, — я даже пораньше немного притопал. Если бы был учебный день, шестой урок как раз бы заканчивался. Потом уборка, зайти к учителю, может, в библиотеку. Так что в это время меня тут обычно не бывает.

— Хм, и ты думаешь, на каникулах нормально приходить в то же время? — выдала Ёдзора таким тоном, будто это прописная истина.

— Откуда мне знать... А вы во сколько припёрлись? — поинтересовался я.

— Я где-то в час. Это Мясо уже тут ошивалось, когда я зашла, — кивнула Ёдзора на Сэну.

— Сэна-анэго прибыла незадолго до Ёдзоры-анэго, — тихо добавил Юкимура.

— Нифига вы пораньше... А ты, Юкимура?

— Я здесь с восьми утра.

— Чего-о? — у меня аж голос сорвался. — В восемь? Это вообще зачем, это ж раньше уроков!

На мои слова Юкимура ответил абсолютно спокойно:

— Я обязан буду сделать сэппуку, если вдруг приду позже тебя, Аники.

— ХВАТИТ ВОСПРИНИМАТЬ КЛУБ ТАК СЕРЬЁЗНО! — заорал я что есть мочи, но Юкимура лишь тупо уставился на меня и склонил голову набок.

А потом, слегка смущаясь, он с довольным видом полез в свою сумку и вытащил оттуда полиэтиленовый пакет... Э? Не может быть... Оттуда появилась булка. Какая-то пафосная, в стиле «янки-манги».

— Вот, твоя еда на сегодня, Аники.

— Э-эм... А... Я поел дома, перед тем как выйти...

Глаза Юкимуры округлились от неожиданности.

— Я и подумать не мог, что так выйдет...

— Слушай, ты не обязан готовить мне ланчи. Даже на каникулах.

Услышав это, Юкимура сделал такое лицо, будто я объявил конец света.

— То есть... ты хочешь сказать, что я освобождаюсь от своих обязанностей?

— С чего ты это взял?! Но... ну, вообще-то, я как-то не особо нуждался в тех ланчах, что ты до этого приносил...

— Ап... Значит, я для тебя лишний, Аники...

Лицо Юкимуры исказила печаль, и он, кажется, готов был разрыдаться в любую секунду.

Ааа, блин! Сам не знаю почему, но мне стало дико стыдно!

— А, нет, ты не лишний! Не лишний, конечно! Очень даже нужен!

На лице Юкимуры мелькнула мимолётная улыбка.

— Мне не нужна твоя снисходительность... Раз так, я всё прекращу, сделав сэппуку...

— Аргх, да что ж такое! — вырвалось у меня уже вслух.

— Эй~ Эй~ Они-тян, а он это есть не будет? — завопила Мария, которая до этого молча молотила чипсы. Она вообще не въезжала в ситуацию.

Её глаза заблестели, она уставилась на булку в руках Юкимуры, буквально пуская слюни.

— Э? А... нет... Мария, а ты что, не жрала сегодня? — спросил я.

— Ага, потому что ты мне ланч не приготовил, Они-тян...

Её несчастный взгляд снова вызвал во мне приступ вины.

Перед каникулами я сказал Марии, что буду готовить для неё ланчи, потому что ей не нравится жратва в церковной столовой и она питается одними сладостями.

Но готовить ей в не учебные дни я как-то не допёр.

И тут меня осенило.

— Слышь, Юкимура. Может, отдашь свою булку Марии? И вообще, буду очень благодарен, если ты на всех каникулах будешь готовить ланчи для Марии.

Я думал, это сработает, но лицо Юкимуры омрачилось.

— Служить двум господам — это совершенно неподобающе для воина... У меня только один господин.

Господи, ну и зануда же ты...

— Юкимура. Мария, э-э-э... она как моя младшая сестра. Для воина присмотреть за младшей сестрой своего господина — это же норм, да?

— Это верно. Нет, это будет для меня великой честью.

Кажется, до него дошло.

И ещё, Мария почему-то покраснела и бормотала что-то себе под нос.

— Они-тян... сестренка... эхе-хе...

Ну да ладно.

— Леди Мария, по приказу Аники с сегодняшнего дня я с радостью буду ежедневно готовить для вас пищу, — торжественно произнёс Юкимура и вручил Марии свою булку.

— Ага! Старайся! — Мария с энтузиазмом схватила булку и начала её разглядывать, как какой-то драгоценный камень.

— Ух ты-ы-ы~~! Вот она какая, булочка из магазинчика~~! Круто! Они умудрились запихнуть кусок хлеба в такой маленький пакетик! Ух ты! Эй-эй, Они-тян! Смотри! Смотри, сколько всего они в неё напихали! Ахаха! — Мария ткнула мне булкой в лицо, сияя счастливейшей улыбкой.

— Напихали? Хм, ну-ка, дай посмотреть... ух ты... — у меня слов не было.

На упаковке красовалось: «Особо огромный королевский хот-дог с жареной лапшой якисоба». И ниже — список пищевых добавок, такой длинный, будто они специально собрались все вместе, чтобы плюнуть на современные понятия о здоровом питании. Красители, консерванты, усилители вкуса — было всё, что только можно представить.

— От такого и коньки отбросить недолго... — поморщился я, но Юкимура вдруг вскинул голову с ноткой гордости в голосе:

— Я специально выбрал это для тебя, Аники. Настоящего мужчину не запугать какой-то ерундой вроде добавок.

— Это не значит, что надо специально выбирать для меня самую вредную жратву...

Раньше я не обращал внимания, но интересно, Юкимура всегда приносил мне на ланч такие вот булки?

Не знаю, стоит ли позволять мелкой такое есть, но, глядя на счастливое лицо Марии, у меня просто рука не поднялась отобрать у неё эту булку.

Ну, в конце концов, яда там нет, и всего одна штука — наверное, не смертельно.

— Юкимура, с завтрашнего дня выбирай для Марии еду пополезнее, ладно?

— Понял, Аники, — ответил Юкимура, слегка кивнув с лёгкой улыбкой на лице.

Я вот только не уверен, действительно ли он понял, что я имел в виду.

— Хм, много проблем будет, если позволять своей ручной собачке слишком привыкать к такой роскоши, — пробормотала Ёдзора.

Мария, которая всё ещё сжимала булку, как величайшее сокровище, прыгала и каталась по комнате с криками «Вафу-у-у-ун! Вафу-у-у-ун ♪», и в этот момент она и правда была до ужаса похожа на маленького счастливого щенка.