На следующее утро.

Я накрыл стол на троих, и мы позавтракали. Ёдзора, во всяком случае внешне, выглядела вполне нормально. Мало того, сегодня она даже похвалила мою стряпню: «Слушай, а ты правда хорошо готовишь...» — и попросила добавки риса, а следом и третью порцию мисо-супа. Сметала всё: сосиски, омлет, даже караагэ, которое я приготовил для школьных бэнто. Видимо, вчерашняя диета из макарон и сладостей, которыми пришлось делиться с Кобато, дала о себе знать. Я не в претензии. Наоборот, даже обрадовался, что у неё проснулся аппетит.

Когда мы заговорили о школе, она отрезала: «Я сегодня не пойду». Пришлось звонить в школу, отпрашивать её, вручить запасной ключ и уже потом выходить.

— В общем, если надумаешь вернуться к себе — дело твоё. Только дверь за собой запри. Ключ завтра в школе вернёшь.

— Угу...

— Ку-ку-ку... Мы уходим, но мы вернёмся, мой рыцарь!

— Ага-ага, проваливай уже, Сумераги... И ты, Кодака.

Из дома нас с Кобато буквально вытолкали. Странное чувство, если честно.

Кстати, когда я спросил Ёдзору, что сказать остальным в клубе «Соседей»...

— Говори как есть. Я не против.

— В смысле «как есть»?.. То есть я должен им выложить, что после того, как ты облажалась со своими «странствиями», ты пошла в парк, впала там в депрессию, где тебя подобрала Кобато и притащила ко мне домой, и теперь ты живешь у меня?.. Именно это ты хочешь, чтобы я им рассказал?

— Ага.

Она кивнула, слегка покраснев.

— Ещё одна позорная страница в моей тёмной истории... Пусть будет. Пусть смеются над этим жалким, убогим ничтожеством...

— Да не будут они смеяться...

Уже в автобусе по дороге в школу я набрал сообщение Сэне, Юкимуре и Рике. В двух словах описал ситуацию с Ёдзорой.

Тема: Насчёт Ёдзоры

Текст: Нашёл её вчера. Похоже, со своими «странствиями» она завязала, так что не парьтесь.

Я, наверное, минут десять мучился над формулировкой. Писал, стирал, снова писал... В итоге получилось суховато, но лучше не придумал.

Сэна ответила мгновенно: «Ну я же говорила! Так и знала! (´―`)☆»

Юкимура отбила: «Поздравляю, Аники! Так держать!»

Рика ограничилась лаконичным: «Подробности».

И вот, на большой перемене я отправился в рикаторий. Мы с Рикой сидели друг напротив друга. Она была в обычной форме, но поверх надела лабораторный халат, волосы распущены.

— Вчера, когда мы расходились, — начала она, нервно теребя край халата. — Э-эм... Если тебе удобно, может, пообедаем вместе сегодня?..

— Пообедаем?

— Ага... Всё-таки мы же друзья.

Я просто стоял, ошарашенный этими словами.

— Э-эм, из лаборатории Рике видно школьный двор... и каждый день на перемене она смотрит, как там едят другие... Обедать с другом — это было то, чему Рика всегда завидовала и о чём мечтала...

— О-обедать с другом?!

Ах... Какая же трогательная просьба...

Такое простое, обычное дело для большинства учеников... Для нас же это было чем-то недосягаемым.

— Е-если нельзя, то ничего страшного...

— Можно! Давай пообедаем вместе!

Я выпалил, даже не дослушав, хотя речь шла всего лишь о совместной трапезе.

— «Я ответил, не дослушав, хотя это был всего лишь уговор поесть вместе» — именно это ты сейчас подумал, да, сэмпай? По лицу видно. Рику это немного бесит, но... уговор есть уговор.

Вот так и вышло. Раз уж это будет мой первый «обед с другом» в этой школе, я сегодня встал пораньше и с душой собрал бэнто. Написал Юкимуре, что сегодня булочки и журналы не нужны. После того как Кобато и Ёдзора легли спать, пришлось засидеться за домашкой, на уроках меня клонило в сон, вставать было тяжело, но оно того стоило. Сегодня особенный день. Магазинные булочки или онигири тут не подойдут.

Как только закончился четвёртый урок, я сразу направился в рикаторий. Приоткрыв дверь, я увидел Рику, которая с раздражённым видом наматывала круги вокруг стола. Я постоял, наблюдая, но тут она меня заметила.

Я зашёл и сел.

— Ну что, поедим? — как-то нервно сказал я, потянувшись к бэнто.

— Д-давай, — ответила она так же нервно.

Обед Рики состоял из калорийных батончиков, штук десяти маленьких пакетиков с БАДами, упаковки спрессованной глюкозы и бутылочки перцового нектара.

— Это и есть твой обед?

— Ага.

Она сказала это так, будто не видела в этом ничего странного.

— Это часть твоего образа? Прикол такой?

— Нет, вовсе нет. Это очень практично. Закажи Рика месяца на два — и можно вообще из дома не выходить.

Ну вот, сразу — полная изоляция от мира.

— Но ты же ела нормальную еду, когда мы ездили на море или в парк аттракционов? Карри, жареный тофу... Не считая того, что ты, как ненормальная, поливала всё табаско... Разве обычно ты не ешь что-то приличное?

— Рика любит острое, но если есть его постоянно, живот с ума сойдёт. Рика вообще-то следит за здоровьем.

Сказала она с ноткой гордости. Спорить не буду: от постоянной острой еды такое может быть, но вот то, что постоянное питание добавками и батончиками полезнее — в это верилось с трудом.

Всё ещё неудовлетворённый, я открыл свой ланч-бокс.

Яйцо и курица на двухцветном рисе, фирменная караагэ, сосиски-осьминожки, омлет, картофельный салат с брокколи, морковкой, помидорки черри, яблочные зайчики и мандарин. Я старался не только ради баланса и вкуса, но и для красоты.

— Это ты всё сам сделал, Кодака-сэмпай?

— А то.

— У тебя высокий уровень женственности, Рика поняла... И зайчики, и осьминожки...

— Я всегда для Кобато делаю... Ну и для себя заодно, уже привычка.

— Скорее уж уровень материнства, считает Рика.

— Это тоже не особо радует. Кстати, ты же хорошо рукодельничаешь, тебе бы такое — раз плюнуть.

— Кухонный нож для Рики слишком большой и тяжелый... А вот если бы у неё был лазерный скальпель, Рика бы не то что осьминожку — самого великого Дагона сотворила.

Я уже как-то говорил ей: когда ты готовишь, вечно подмешиваешь какую-то дрянь, всё взрывается или на вкус как лекарство. Всё-таки она сумасшедший учёный.

— Сосиску, похожую на злого бога, мне как-то не хочется есть.

Сказав это с кислой миной, я взял сосиску палочками.

Рика смотрела на неё с лёгкой завистью.

— Хочешь? Осьминожку.

— Ага. Рика бы съела щупальце сэмпая.

— Не формулируй так мерзко... На.

У неё не было своих палочек, поэтому я поднёс сосиску прямо к её рту.

— И-итадакимасу.

Секунду поколебавшись, она съела её.

— Очень вкусно. Рика первый раз в жизни ест сосиску-осьминожку.

Рика, обрадовавшись так, что даже слегка переигрывала, засмеялась. Всего лишь осьминожка, а ей так радостно. И мне от этого тоже стало хорошо.

— Ещё хочешь?

— Ага.

Я дал ей ещё одну.

— Щупальце сэмпая наполнило рот Рики! Это... Это просто невероятно!

— Жуй давай и молчи.

— М-ням... Ням... Большое щу-щупальце сэмпая внутри Рики...

— Ты специально, да?! Из всего делаешь пошлость! Ты вообще без пошлых шуток жить не можешь?!

— Конечно, Рика знает! Если у неё забрать пошлые шутки, что, по-твоему, останется?!

На её вопрос я выпалил:

— Много чего!.. Н-ну... дружба, например...

Услышав мой ответ, она покраснела, и мне тоже стало немного неловко...

— С-спасибо за сосиску! Рика даст тебе в ответ цинк!

— Ага.

Пытаясь скрыть смущение, Рика вытряхнула четыре таблетки и протянула мне.

Я запил добавку чаем, хоть и с сомнением.

— Хи-хи... Это называется «обмен бэнто»?

Сказала она, довольно улыбаясь.

И я, тронутый этими словами, ответил:

— Вот оно что... Значит, вот он какой — легендарный обмен бэнто!

— Раз уж такой особый случай, может, ещё поторгуемся?

— А то!

— Тогда дай Рике караагэ.

Я послушался и отправил ей в рот кусочек курицы.

Откусив, она аж закатила глаза от удовольствия.

— О-о-о! Очень сочно и хрустяще! Вкусно!

— Рад, что понравилось. Я долго отрабатывал технику жарки.

— Тогда Рика даст тебе железо.

— Ага.

Я запил и эту добавку.

— Теперь Рика хочет омлет.

— Давай, без проблем.

— А! Там ментайко внутри! Рика обожает ментайко!

Рика, которая сейчас выглядела совсем по-детски, была очень милой. Значит, она любит ментайко... Запомню.

— А, Рика даст тебе кальций.

— Ну, кальций полезен.

— Теперь дай немного картофельного салата. А~~м.

— Да-да, открой рот.

— А? Какой-то сладковатый...

— А, я добавил сгущёнку как секретный ингредиент. Думал, Марии и Кобато так больше понравится.

— Рика поняла... То есть ты подмешиваешь свою белую жидкость в еду, чтобы заманивать маленьких девочек? На, сэмпай, витамин B.

— Не говори такие пошлости... Может, уже к рису перейдём?

— Ах да. Рика тоже получит основное блюдо. А~~м.

Я накормил её цветным рисом и в ответ засунул в рот её калорийный батончик.

—Впервые такое ем, но от него реально в горле пересыхает.

Вкусным я бы это не назвал.

— Запей глюкозой.

— Такое тоже продают?

— Рика подпитывает им мозг. Если не делать этого, она начинает тупить.

— Потому что мозг слишком быстро работает?.. Сладко... Ну, сахар всё-таки... На, съешь помидорку.

— Спасибо! Запей магнием!

И так по кругу. «Это ведь не обмен бэнто?» — дошло до меня только тогда, когда она доела мой ланч.

— Фу-у-ух — Давно Рика так не наедалась.

В отличие от довольной Рики, мой желудок был далёк от сытости.

— Может, мне и тебе завтра собрать?

— Э-э-э?! Правда можно?!

— Ага. На одну порцию больше много времени не займёт.

— Нет, но это... Рике неловко тебя так напрягать... Чтобы мне, мне... делали домашний бэнто... Рика будет просто счастлива.

Рика смущалась, и мне самому стало немного неловко. Отведя взгляд, я сказал:

— М-мы же друзья, так что не надо стесняться!

Я выпалил это на одном дыхании. Это оказалось намного более неловко, чем я думал!

Её лицо озарила улыбка, похожая на распустившийся цветок.

— Сэмпай! Т-ты прав, Рика с радостью принимает предложение!

Я попытался скрыть, что её улыбка меня немного заворожила, и сказал:

— Ах да, мы же хотели поговорить о Ёдзоре?

— А, точно. Ты говорил, что нашёл её. Рика помнит.

— Ага. Она сейчас у меня дома.

— Че-го-о?!

Я всё объяснил офигевшей Рике... Хотя, конечно, опустил момент, когда застал Ёдзору голой в ванной.

— Вот это да... Ох ты ж...

Когда я рассказал ей, как грубо Ёдзора отреагировала на голосовое сообщение, которое ей оставила Рика, лицо у неё стало очень печальным.

— Если честно, Рике очень нравилась Ёдзора-сэмпай.

Сказала она вдруг.

— Ну да, я знаю. Вы же хорошо ладили. И интересы у вас общие. Там «Гарусуку», «Хомо-клуб»...

— Да... Рика считала Ёдзору-сэмпай... своим другом, но, наверное, для Ёдзоры-сэмпай это не так.

— Кто знает? Я, например, тоже не знаю, — я и правда не знал, — Она только вчера сказала мне, что я ей тоже не друг.

Интересно, что для Ёдзоры значит «друг».

Мне кажется, это не просто боязнь сближения и нежелание признавать никого другом.

Рика печально вздохнула, а потом, словно переключившись, горько усмехнулась.

— Ладно, проехали. Рика просто в шоке, как быстро Ёдзора-сэмпай втёрлась в доверие к Кобато-сан.

— Да... Для меня это тоже было неожиданно.

— Интересно, какова будет реакция Сэны-сэмпай, когда она узнает?

— Хм... Разозлится? Или расстроится... Может быть?

— Из-за всей этой ситуации с признанием Рика сейчас совсем не может предугадать реакцию Сэны-сэмпай.

Она серьёзно кивнула.

Когда я собирался признаться Сэне, я сказал Рике: «Я решил. Надо действовать в открытую». Но, хотя я и сообщил ей о своём намерении, о деталях я не рассказывал.

«А ты не спросишь, что именно я собираюсь делать?» — спросил я её тогда.

— Что бы ты ни выбрал, если это то, что сэмпай обдумал и решил, Рика это примет. Не волнуйся, Рика потом придёт собирать твой труп.

Сказала она и улыбнулась.

Ну серьёзно, есть же предел надёжности!

— Когда Рика увидела, как ты встал на колени, Кодака-сэмпай, я честно подумала, что тебя пошлют, даже не сомневаясь.

— Правда?

— Конечно. Сказать что-то вроде: «Я с тобой встречаться не буду, но, пожалуйста, оставь всё как есть» — твоё предложение тоже было так себе. Не говоря уже о том, что ты встал на колени — это зрелище настолько убогое, что убило бы любую страсть на сто лет вперёд... По крайней мере, Рика думает, что большинство девушек отреагировали бы именно так.

— Но Сэна другая.

— Точно... После разочарования от того, что ты сбежал от её признания, этот твой поклон, кажется, каким-то образом восстановил твой рейтинг в её глазах. Вчера... Если бы вчера ты сказал что-то типа: «Пожалуйста, встречайся со мной», — Рика думает, она, скорее всего, послала бы тебя. «После того, как ты столько времени порол чушь, с чего вдруг такие эгоистичные заявления?!» — вот что она бы сказала, считает Рика.

— Наверное, многие бы так подумали.

Я и сам чувствовал, что всё могло пойти именно так.

— Сэна-сэмпай, при всей своей простоте, иногда бывает на удивление сложной и проблемной.

— Все мы такие. Это и значит быть человеком.

То, что Рика Сигума занимает первое место в списке таких «проблемных людей», я попытался намекнуть ей невербально.

Непроблемных людей не бывает.

Быть чьим-то парнем или другом — это не поверхностные отношения, нужно быть готовым столкнуться с их теневой стороной. Я в это искренне верю.

Будут моменты, когда я увижу любимого человека в плохом состоянии.

Будут моменты, когда я пожалею, что сказал что-то, и буду думать: «Зачем я вообще это рассказал?».

Моя подруга, которая дала мне смелость встретиться с этим страхом лицом к лицу, кивнула и, усмехнувшись, сказала: «Верно».

— Вчера Рика впервые увидела, что Сэна-сэмпай на самом деле просто человек... А если человек — с ним можно и сражаться, и дружить.

Сказала она себе под нос каким-то странным, угрожающим тоном.