— Помочь… говоришь…?

— Да. К тому же у меня был для тебя небольшой подарок; хотелось бы узнать, как он тебе пришёлся. Благодаря ему, по крайней мере, удалось избежать встречи всех глав Ассоциаций разом.

— …Неужели.

В памяти всплыл один обрывок разговора с детьми, когда Рэйвен оставался в комнате.

— А остальные дети?

— Если вы о Ровине и Хване, их обоих сейчас нет. Пришла весть, что нашли человека, похожего на учителя, и они ушли проверить лично.

Тогда он просто решил: «Ну, бывает», — и пропустил это мимо ушей.

— Значит, эти сведения намеренно пустили отсюда…

— Да. Мы тщательно скрыли, что источник ложной информации — наша сторона, так что и тебя попрошу сохранить это в тайне. Ссориться с главами Ассоциаций — дело весьма утомительное. Я мог бы утверждать, что злого умысла не было, но тогда встанет вопрос о нашей некомпетентности, а это тоже невыгодно. Разумеется, если ты всё же расскажешь, нам придётся принять и это.

— …Я не расскажу.

На его смущённый ответ Эдардо тихо рассмеялся.

— Благодарю за эти слова. По правде говоря, это своего рода извинение. На этот раз Аурель не сумела как следует скрыть твои следы.

— …Не думаю, что за это стоит извиняться. Я с самого начала не ждал от вас такого.

Как человек, способный забыть его меньше чем за месяц, мог через десять лет помнить и помогать?

За сто пятьдесят лет Рэйвен научился радоваться уже тому, что другой хотя бы старается его помнить. Поэтому Эдардо, заговоривший с ним спустя десять лет и произнёсший слово «знакомы», казался почти существом из сна.

Рэйвен без всякой нужды перебрал пальцами вороньи перья и ответил негромко, почти себе под нос:

— Достаточно уже того, что вы спрятали меня десять лет назад. Тогда вы всё сделали безупречно, и я не собираюсь придираться. К тому же на этот раз всё случилось внезапно, у вас наверняка не было времени среагировать, так что естественно…

— Нет. Это не оправдание. В конце концов тебя схватили именно те, от кого ты десять лет назад хотел скрыться.

А значит, это была явная недоработка с их стороны.

Золотой хищник пригнулся. Жест можно было принять и за попытку считаться с собеседником, и за стойку перед прыжком.

— Поэтому теперь я хотел бы получить возможность исправиться. Что ты скажешь?

— …По-моему, ты уж слишком себя принижаешь.

— Буду признателен, если сочтёшь это моим желанием сохранить связь с тобой.

Судя по записям, способности тогдашнего «Рэйвена», который сотрудничал с Аурелью, превосходили всякое воображение. Более того, недавно он в одиночку закрыл Врата перед городскими воротами, значит, мастерства не растерял.

Сам факт, что его разыскивали те самые главы Ассоциаций, при неудачном повороте мог обернуться опасностью почти бедственного масштаба. Но с другой стороны, он же мог стать огромным преимуществом.

А если учесть характер Рэйвена, каким он виделся по старым записям и нынешнему разговору, вывод напрашивался сам собой: связь, которую не вредно поддерживать. Лицо Эдардо смягчилось, и он продолжил:

— Итак, говорю прямо. Аурель не исполнила договор десятилетней давности должным образом. В качестве платы за эту неудачу мы хотим тебе помочь. Запомни: среди сил, которыми ты можешь воспользоваться, есть и Аурель.

— Честно говоря, я не думаю, что ради меня нужно заходить так далеко…

Рэйвен убрал руку от ворона у себя на груди и посмотрел на Эдардо.

Видимо, не зря его называли солнечным знаком. Мужчина с ярким, почти осязаемым присутствием смотрел на него предельно твёрдо, словно заранее отказывался принимать отказ.

— Но раз ты называешь это желанием, я с радостью приму. Я как раз собирался дать вам поручение. А если начну говорить, что мне неловко или что это слишком, наверняка только выслушаю ещё одну отповедь.

Вероятно, что-нибудь вроде: «Неужели я кажусь тебе человеком столь мелкой меры?»

Эдардо, как и ожидалось, низко рассмеялся и сказал, что Рэйвен понял его верно, а затем вернулся к только что поднятой теме.

— Однако поручение? Какое именно?

— Мне нужны сведения из прошлого. Точнее, сведения об одном человеке, жившем в Эпоху мифов.

Рэйвен пошевелил пальцем, словно на миг приводя мысли в порядок.

— Зелёные глаза, чёрные волосы. Умер до тридцати. Предположительно при жизни был официально признанным героем. Я хочу найти его имя.

— Зелёные глаза и чёрные волосы… То есть такие же цвета, как у тебя?

— …Да. Точь-в-точь как у меня.

— Других зацепок нет? Чем больше их будет, тем легче искать. Говори даже самое незначительное.

Как человек, занимавшийся подобным не раз и не два, Эдардо не стал спрашивать, зачем Рэйвену это нужно, а сразу ухватился за имеющиеся сведения.

От такой безупречно деловой реакции лицо Рэйвена заметно расслабилось.

— Я опасаюсь, что поспешные догадки только помешают расследованию…

— Мы сами отфильтруем лишнее, не беспокойся.

— Судя по следам швов на шее, ему отрубили голову, а после смерти тело нашли и пришили голову обратно. Ещё, похоже, при жизни он был пробуждённым. И…

[Дух-хранитель ??? молчит.]

— Он выглядел привыкшим сражаться, защищая. Он говорил, что продолжал тренироваться и после смерти, так что, наверное, и погиб в бою, где кого-то защищал.

— Ты говоришь так, будто лично видел этого человека и даже беседовал с ним.

— Ну… он ведь мой дух-хранитель.

— Дух-хранитель…

Кажется, в каких-то записях ему попадались упоминания о подобных существах.

Это было любопытно, но сейчас сосредоточиться следовало не на этом. Эдардо отложил личный интерес и любопытство в сторону и мысленно разложил полученные сведения.

— Если он тренировался даже после смерти… значит, не сумел защитить так, чтобы остаться довольным. Хотя для существа настолько жертвенного и самоотверженного, что оно погибло, защищая другого, «довольная защита» почти невозможна сама по себе. Впрочем, информация бесполезная.

— Согласен. «Довольство» вещь сугубо субъективная.

Сказав это, Рэйвен скосил взгляд на ворона у себя на груди.

…Раз уж появился новый ученик, в честь такого случая можно и подарок сделать. Он осторожно погладил ворона по голове указательным пальцем, достал из-за пазухи маленькую бумажку и протянул её Эдардо.

— И ещё я хотел бы, чтобы ты проверил кое-что, связанное с работорговцем.

— …С работорговцем?

Эдардо без особого интереса взял бумагу, но, прочитав, едва заметно изменился в лице.

Он положил листок на стол и спокойно ответил:

— Об этом, думаю, можешь не беспокоиться. Вопрос уже решён.

— Да?

Рэйвен сразу понял, что Эдардо имел отношение к тому, как этот вопрос решился. Эдардо тоже понял, что Рэйвен догадался, и коротко усмехнулся.

А затем, словно собираясь заплатить сведениями за доверие, пустился в объяснение, о котором его не просили.

— Проблему незаконных рабов мы тоже считаем серьёзной. Похищают, как правило, бедняков без родни и силы. А как ты знаешь, бедняки — основа Аурели.

— …

— После войны Империи со Священным королевством прошло уже восемь лет. Страна вроде бы вступила в период стабильности, но число рабов не уменьшается. Значит, незаконных рабов много, и это действительно большая проблема…

— …Что?

— Я говорю, наша сторона постоянно занимается этим вопросом, так что тебе нет нужды тревожиться лично.

— Нет, не это.

Рэйвен спросил, растерянно глядя на него:

— Священное королевство пало?

— …Ты не знал? Его разрушил тот самый полубог, который сейчас держит Империю в кулаке и вертит ею как хочет.

— Ха…

Священное королевство — так, сокращённо, называли Святое королевство.

Королевство, где верили в существование бога, которого на самом деле не было, а понтифик одновременно носил корону.

До того как Рэйвен ушёл в подполье, это королевство ещё процветало. Весть о его падении сама по себе ошеломляла, а уж сообщение, что к этому приложил руку Обманщик, заставило Рэйвена с побледневшим лицом схватиться за голову.

Губы несколько раз беззвучно дрогнули, прежде чем он наконец смог выдавить осмысленную фразу:

— …Похоже, мне нужны подробности.

— Разумеется.

.

.

.

И последовавший рассказ оказался потрясающим.

Девять лет назад полубог Обманщик внезапно появился в нынешней империи Ардал, явил свой ранг бытия, пригрозил силой и встал над императором. Затем заявил, что в оплату отдаст Империи целую страну, и собственноручно возглавил разрушение Священного королевства.

Поэтому теперь на континенте официально существуют лишь три государства: Империя, Республика и Эсперанес. Самая большая из них — Империя.

— Один год… Всего за один год всё это случилось…

— Да. Все были потрясены.

— …Размахнулся он, конечно, не по мелочи.

Карта, рассечённая надвое маленьким королевством Эсперанес в центре, плыла перед глазами.

На севере — Империя, на юге — Республика.

Рэйвен смотрел на границы государств, совсем не такие, какими он их помнил, и крепко зажмурился.

Но объяснение на этом не закончилось.

— Поначалу предполагали, что война продлится дольше, однако когда наступление будто бы замедлилось, император утратил терпение и спровоцировал его.

Ты ведь, мол, называешь себя полубогом, так почему сражаешься как обычный человек?

В конце концов он дошёл до того, что усомнился и в самой природе полубога, и в его способностях.

— Вот же…

Теперь стало ясно, почему нынешний император взошёл на трон таким юным.

Тот, кто так легко поддался на провокацию и свернул шею наставнику, которого называл отцом, не мог спокойно пропустить провокацию какого-то смертного. Рэйвен представил неизбежный итог и сдержал готовый сорваться вздох.

— Полубог тут же убил императора, явился на поле боя весь в его крови и показал то, что называют божественным рангом. И врагов, и своих придавило чем-то — то ли его рангом бытия, то ли давлением его присутствия; все затаили дыхание. В этой тишине он сказал…

Его глаза сверкали: красные зрачки и чёрные белки, которые никак не могли принадлежать человеку.

— Вы хотите победить в этой войне?

Он обращался не к своим, а к врагам.

— Хотите жить?

Молите меня.

Скажите, что хотите победить. Что хотите жить.

— Раскрыв свою сущность полубога, он отвернулся от собственной армии и велел врагам загадать ему желание.

— …И они загадали?

— Говорят, да.

Как может обычный человек сохранить рассудок, столкнувшись с нечеловеческим рангом бытия, когда его воля к бою уже раздавлена?

Кто-то из солдат Священного королевства, стоявших там, прошептал молитву. Но не богу, которому служило их королевство, а полубогу перед глазами.

— Боже.

Даруй нам победу в этой войне. Позволь нам выжить.

— Итог, правда, был чудовищным.

— …Догадываюсь.

Рэйвен никогда не видел, как Обманщик исполняет желания именно как «полубог», но легко мог предположить: полубог-ошибка, даже не настоящий полубог, не способен исполнить желание как положено.

Так и случилось. Услышав желание, полубог улыбнулся и ответил:

— Хорошо.

— Я приму это желание.

И в тот же миг у бесчисленных врагов разом разорвало головы.

По словам Эдардо, который ровным голосом пересказывал свидетельства имперских солдат того времени, зрелище было подавляющим и страшным.

— Войска Священного королевства исчезли в одно мгновение, и поле боя накрыла тишина уже совсем иного рода. Остальное завершилось меньше чем за сутки.

Священное королевство проиграло, а все, кто мог представлять хоть какую-то угрозу, погибли.

— Закончив войну одним ударом, полубог вернулся. Из детей императора он оставил только самого младшего и покладистого — того, кто не смел занять трон и лишь оглядывался на него. Остальных перебил, а уцелевшему собственноручно возложил на голову императорскую корону.

— …

— Все ожидали, что полубог с далеко не тихим нравом, получив в руки ещё и абсолютную человеческую власть, начнёт шумно разгуливать по миру. Но, как ни странно, после этого он ушёл в тень. Лишь изредка показывался, когда люди успевали забыть и расслабиться, напоминая им о своём существовании.

«Значит, он восстанавливался», — без труда догадался Рэйвен.

Пусть он и сгусток ошибки, но всё же носит звание «бога» и стоит на ступень выше существ земного мира.

Такое существо в земном мире «лично» убило «множество людей». Это неизбежно сочли бы чрезмерным вмешательством в дела Мира и нарушением установленной границы. А значит, плата тоже должна была быть.

«А причина, по которой он так разошёлся…»