Глава 9

Стоило им попробовать, как оказалось на удивление просто.

Парни модифицировали антенну большой рации так, чтобы получилось направлять невидимый луч куда угодно. Затем они направили его на землю под одним из четвероногих робобыков, и пустыню сотряс взрыв. Бой шёл не против людей, потому Квенсер и Хейвиа действовали беспощадно: снова и снова взрывали землю под быками.

— Ого, прям как в стрелялке.

— Вон у того второго сломан пулемёт, его задело взрывом или шрапнелью. Давай оставлять повреждённые. Нам не нужно их бояться, раз они не могут стрелять по нам, потому пускай подъедут поближе.

— Зачем?!

— Как только они приблизятся, мы дадим им наехать на все мины. Так обеспечим себе безопасный путь.

Быки обладали прочностью, какую можно ожидать от пограничной боевой техники. Два придурка подманили нескольких, которые выжили, к себе и с помощью взлома взорвали больше мин. Парни смотрелись почти как герои.

До оазиса оставалось триста метров.

Рывок за вражеские линии теперь казался более подходящей идеей, чем тайное проникновение. Ракеты для разбрасывания дополнительных мин взмыли в воздух из оазиса, поскольку засекли нехватку мин в пустыне, но Квенсер с Хейвиа проигнорировали их и понеслись по расчищенному быками пути.

И вдруг помешало нечто более жуткое. Муравьиный Лев и Малыш Магнум. Два Объекта пересекли пустыню.

Все расчёты парней пошли насмарку.

Мины взрывались под Объектами, словно фейерверк. Непрошеные гости уничтожили саму идею минного поля. Быки, которые едва сохраняли свою изначальную форму, наконец превратились в мусор.

Тем временем раздавался скрежет бесчисленных дополнительных орудий на одной из четырёх рук, которыми Муравьиный Лев хватался за землю.

Они целились точно в Квенсера с Хейвиа, букашек, которые ползали под ногами.

У студента пересохло горло. Спустя миг ему в глаза ударил белоснежный, как от сварки, свет. Но парень не почувствовал боли. И вообще, выстрелила не пушка Муравьиного Льва. Несколько его дополнительных орудий отлетели, как растаявшая конфета.

Квенсер знал только одного человека, кто способен на такое.

— Принцесса?! — крикнул он в рацию. Малыш Магнум не остался цел: его левая сторона оплавилась, как мороженое, приняв прямой выстрел из главной пушки. Но всё же девушка выстрелила из противовоздушных лазеров в качестве приветствия и уничтожила все ракеты с умными минами. А Муравьиный Лев потерял шанс для выстрела. Два Объекта покинули зону и отправились выяснять отношения в другом месте.

— Нет времени смотреть! Бежим! Если они запустят вторую или третью волну, наш безопасный путь будет завален минами!

Им выпал шанс, и парочка рванула. Парни уняли панику и добрались до оазиса.

Пустыня была как на ладони, но никто не встречал снайперским огнём или шквалом пулемётов. Оборону в самом деле оставили на откуп автоматики. Либо так, либо тяжёлые пулемёты на спинах быков были их лучшим оружием.

К счастью, больше не летели минные ракеты. Враг посчитал, что это бессмысленно, раз поблизости Объект.

Придурки нырнули в поле подсолнухов, которое опоясывало оазис.

— Ужасно.

Подсолнухи были выше Квенсера, и росли они настолько плотно, что образовали естественную завесу. Парни зашли в поле одновременно, но Квенсер уже не видел Хейвиа.

— Я ничего не вижу дальше двух метров. Даже в джунглях не настолько стрёмно.

— Хейвиа. Слышь, Хейвиа!

Студент позвал ужасного друга, но голос напарника лишь отдалялся.

Они могли связаться по рации, хотя она не поможет им встретиться, поскольку отсутствовали ориентиры. Но парень, не желая оставаться на месте, решил продолжить путь к месту крушения самолёта — их изначальной цели.

Внутри поля подсолнухов было душно, жарко и до жути влажно.

Парень раздвигал руками подсолнухи, и что-то похожее на мелкие волосы на стеблях царапали до боли щёки. Квенсер скривился и затем увидел на стебле на уровне глаз устрашающий силуэт скорпиона.

— Э?!

(Животные заселили поле?! Значит, тут есть куча пауков и змей?!)

Но у студента не было времени пугаться каждой мелочи.

Он услышал несколько выстрелов из оружия с глушителем. Квенсер зажал рот руками и присел на землю. Пули попали в стебли с листьями, и появился резкий запах скошенной травы.

(Глушитель?! Чёрт, у Хейвиа таких нет!)

Враг до сих пор не пустил ему пулю в голову или сердце, что наводило на очевидную мысль.

(Они близко, но барьер из подсолнухов и влажности отражает сигналы противопехотного радара. Враги могут только примерно догадываться, куда стрелять!)

Если Квенсер сдвинется, шум подсолнухов выдаст его позицию. Прям как звук, который двигался к нему.

Сердце заметалось в груди, а ум сосредоточился на Топорах в рюкзаке, но при взрыве на близком расстоянии заденет и Квенсера. Студент немного подумал и вытащил из кармашка на поясе электрический взрыватель размером с ручку.

Спустя миг в тридцати сантиметрах от парня появились незнакомые ботинки.

— ………………………………………………………………………………………...

У Квенсера закружилась голова.

Он был лишь студентом, потому не одолел бы крепкого солдата в ближнем бою. Преимущество неожиданной атаки едва ли поможет. Нож был эффективнее огнестрела на близком расстоянии только в кино, потому парень струсил лезть на солдата с карабином.

Вот почему Квенсер положился на другое.

Он бросил взрыватель без всякой взрывчатки к подсолнуху возле врага, а не в самого врага.

На том как раз сидел устрашающий скорпион.

Парень тут же нажал кнопку на рации. Взрыв чуть громче петарды сломал стебель, гигантский цветок упал на лицо вражеского солдата. Вместе с ядовитым жалом.

— Э-э-э?!

Враг шумно замахал руками и ногами, и Квенсер проскользнул мимо него, пригибаясь. Он не спешил: медленно двигаться сквозь подсолнухи было оптимальным.

Спустя миг парень услышал клацанье металла.

У студента сжалось сердце, когда он увидел наставленный на него сквозь промежуток между стеблями другой карабин. Поблизости шастали, как оказалось, несколько вражеских солдат. И к оружию прикрепили глушитель.

Последовал влажный звук. Но не от того, что мозги студента забрызгали подсолнухи.

Нырнув за спину врага, Хейвиа зажал ему рот рукой и перерезал горло большим ножом.

— Ещё бы они будут посылать на разведку одного парня. Думай иногда головой.

— Мы не так давно разделились, вот я и решил, что ты придёшь на звук взрыва.

— Да, но враг услышал тоже. Ладно, идём.

Хейвиа отбросил в сторону неподвижный труп, и Квенсер забрал у того карабин с глушителем.

— Ты всё равно его не пустишь в ход, только лишний груз.

— Это как оберег на удачу. Ты вообще представляешь, каково это — расхаживать по передовой без оружия?

Парочка осторожно прошла через поле подсолнухов, где повсюду могли прятаться враги и ядовитые существа. Если потерять бдительность, можно было запросто заблудиться в плотной зелёной завесе.

— Тут, похоже, нет никаких мин.

— Мины плохо сочетаются с корнями. Корни порой могут поднять асфальт? Могут и спровоцировать взрыв, понизить чувствительность или что ещё.

Также парни опасались растяжек, но ни на одну не наткнулись.

Поле одуванчиков резко прервалось.

Выглядело так, словно в центре поля в форме пончика вырвали кусок. Зелёный занавес перепахали на ширине где-то пятьдесят метров. Самолёт разбился там, и целым он не остался: развалился на три больших куска, разбросав повсюду металлолом.

Зону обклеили жёлтой лентой, и в земле установили таблички с надписями. Люди в униформе Корпораций Капиталистов всё ещё работали возле трёх главных обломков — по десять на каждый.

Два придурка присели на самой границе зелёного занавеса и обсудили ситуацию.

— Как думаешь, где пилоты?

— В такой аварии не выжить. Их разнесло на куски. Наверное, сисястая командирша решила нас замотивировать и сказала, что люди ещё могут быть живы.

— Тогда что ищут Капиталисты?

— Мне почём знать? Мы понятия не имеем, что вёз самолёт и почему его сбили.

Дело происходило не в военной драме, потому парни особо не переживали за товарищей, которых никогда не встречали. Они сделают свою работу, но скрипя сердцем.

Парочка ещё немного поспорила и вспомнила, что им ни к чему побеждать Корпорации Капиталистов. Да и вообще, враг в случае чего вызовет из родной страны неисчерпаемое подкрепление. Пытаться их одолеть — пустая трата сил. Если пилоты погибли, солдатам достаточно будет сделать их фотографии для доказательства смерти.

Но...

— По-твоему, мы сможем проскочить мимо них всех?

— Давай посмотрим. Боже, ну и отстой. На глаза бы не попасться.

К счастью, всюду валялись обломки. Больших кусков было три, но элементы размером с автомобили лежали тут и там. Хейвиа по-пластунски вылез из подсолнухов, и Квенсер последовал за ним.

Они приблизились к ближайшему искорёженному металлическому контейнеру.

— Почему в точке назначения нас не ждут голые бабы? Ну, разорванные трупы не в счёт. Кто-нибудь, замотивируйте меня.

— Погоди-ка. Что это за контейнер?

Квенсер осмотрел металлолом, за которым они прятались. То оказался грузовой контейнер для самолёта, выполненный в форме двухметровой игральной кости и изготовленный из алюминия для уменьшения массы. Дверца от удара вылетела, потому парни могли запросто заглянуть внутрь.

Увидели они там не оружие, боеприпасы, пайки и даже не офицерские презервативы.

Внутренняя часть разделялась на уровни металлическими полками, и там установили ультрафиолетовую лампу для замены солнца и небольшой кондиционер для поддержания стабильной температуры. А в сверкающем серебряном ящике росли растения.

— Теплица? — Квенсер нахмурился. — Но зачем? Я слышал, можно получать урожай больше двадцати шести раз за год, если менять длину волны, но выращивать культуры вместо пайков до жути неэффективно.

— Дело в другом… Всё плохо, Квенсер.

Хейвиа зашёл внутрь контейнера и потянулся к пшенице, которая росла на большой пластине на металлической полке.

Её цвет был странный. Колосья покрывали жёсткие пурпурные чешуйки, и по размерам они вдвое превышали норму. Даже дилетант в сельском хозяйстве мог запросто сказать, что растение чем-то болело.

— Это спорынья. Если только это не случайно, растение специально заразили. Да и как оно могло случайно заразиться внутри запечатанного контейнера?

— Стой, то есть...

Квенсер от понимания округлил глаза.

Хейвиа проворчал:

— Из алкалоидов, которые выделяют из спорыньи, делают хорошо известную ЛСД. Тут массово производят какую-то дрянь, которую боятся трогать даже те, кто плотно подсел на опасные вещества и траву. Кажется, сейчас оно называется «цветастая ваниль».

— Почему? Потому что наркотик пахнет ванилью?

— Нет, потому что так вштыривает, что даже белоснежная ваниль станет вырвиглазного цвета, — выдал склонный к преступлениям аристократ, крутя пальцем у головы. — Ты не слышал о Плане домашнего лечения у Капиталистов? У них так много наркоманов, что больницы и тюрьмы трещат по швам, и это новое безумное правило сильно ослабит стандарты для лечащихся на дому. Власти будут цеплять к ногам наркоманов маячки и отпускать. А в итоге никто не будет знать, когда какой-нибудь утырок под галлюциногеном нападёт на людей на улице или устроит стрельбу в людном месте. В итоге мы имеем вот что: одна из мировых держав на грани краха из-за наркоты.

— Но если прекурсоры для этой самой ванили внезапно оказываются в самолёте Королевства...

— Ага.

Хейвиа выдержал паузу.

— Наши бараны влезли в нарковойну. Это не совпадение. Мы готовили невидимую ковровую бомбардировку родной страны врага. Такая вот хрень.