Глава 15

Резиновая лодка неслась по оранжевому океану.

— Странно. Лодка идёт рывками. Мы как будто в болоте.

— Из-за Татами-щита. Он использует природные макромолекулы для повышения вязкости воды.

— Ну блин. Мотор не перегорит, а?

Они приближались к Мегалодайверу.

Летний Отпуск находился в том же участке океана. Заднюю часть корабля сильно повредили, но он ещё не тонул и даже уверенно держался.

Там присутствовал и Малыш Магнум.

Объект принцессы встал на пути Мегалодайвера, и парочка оказалась втянута в интенсивное сражение.

Квенсер и Хейвиа не расслаблялись, потому что шальной выстрел мог запросто потопить Летний Отпуск.

К тому же...

— Слышь, что это? Он так раньше не делал!

— Вот какие финальные боссы в Островной державе, — заныл Хейвиа, глядя на опасность впереди. — Сколько у него ещё форм, чёрт?!

Мегалодайвер прыгнул.

Ужасающая пропульсия обеспечивалась выстреливанием воды из сопел под ультравысоким давленией. Объект выпускал из гигантских сопел сзади огромные массы морской воды, подобные крыльям ангела, и временами подлетал на несколько сот метров вверх, выстреливая из водомётов вниз.

Из-за огромной массы во время приземления Объект погружался в океан и вскоре всплывал обратно, пробивая поверхность. Он также двигался во всех направлениях на сверхскорости и трясся вверх и вниз. Даже с большого расстояния было очевидно, что Мегалодайвер играл с принцессой, которая обороняла Летний Отпуск. Принцесса повторяла непредсказуемые действия, чтобы в неё сложнее было попасть.

— Я слышал об игрушках, в которых водомёты бьют прямо вниз, и персонаж взлетает. Наверное, тут точно так же, только размах побольше.

Мощи хватало, чтобы мгновенно поднять двухсоткилотонную массу. Если человек из плоти и крови приблизится, то превратится в фарш. Его даже не разорвёт, а просто раздавит. В самом деле не лучший способ умереть.

— Мы знаем, как он движется, но как он поспевает за принцессой?! Эта камертонная торпеда должна была лишить его зрения и слуха!

— Мы конкретно ошиблись? Нет, не может быть. Если бы он не пострадал, то не проглядел бы цели вроде нас. Он бы засёк с такого расстояния стук наших сердец и мотор лодки. Скрыться бы они уж точно не смогли.

— Тогда как он ведёт бой?!

— Его аналитические системы могут смутно различить шум чего-то такого большого, как Малыш Магнум или Летний Отпуск. Враги могут прикинуть их примерное местоположение. — Квенсер сглотнул, отвечая. — Это вопрос навыка элитницы. Она умудряется читать движения принцессы на основе неясных данных. Наша принцесса уворачивается от лазерных пушек и рейлганов не тогда, когда видит, куда они выстрелили. Она засекает мелкие звуки и движения прицельных линз и пушек, чтобы предсказывать направление выстрела. Эта элитница делает точно так же, считывает движения Малыша Магнума и определяет примерную локацию.

— Слышь, постой. То есть Мегалодайвер — это девочка-самурай, которая дерётся даже с завязанными глазами?!

— Технически, это не то же самое, что с завязанными глазами. Больше похоже на фехтование в толстых очках, позаимствованных у робкой ботанички с косами.

— Да какая разница! Мы рвём жопы, и всё без толку!

Главные пушки принцессы представляли угрозу даже для Мегалодайвера, но она не могла оборонять Летний Отпуск вечно.

Вот тогда на щёку Квенсера упала капля воды.

Поначалу парень решил, что на него попали брызги от Мегалодайвера, который выпускал морскую воду с огромной силой в ходе скоростного боя, но он ошибся.

Ни с того ни с сего полило как из ведра, хотя на оранжевом небе виднелись только тоненькие облачка.

— Дерьмо! Чего теперь?!

— Простой резкий ливень? Нет...

Дождь лил с силой как минимум пятнадцать миллиметров в час и постепенно менял положение дел.

Проще говоря, у принцессы сбился прицел.

— ИК, УФ, радар. Все её каналы для прицеливания слабеют в дождь. Что это? Как будто сама природа на стороне Мегалодайвера.

— Погода… на его стороне? Погоди-ка! То есть...

Искажённый голос из рации перебил Хейвиа.

Говорила Флорейция.

— Похоже, организация под названием Итирэй Сикон применяет Аматэрасу. Верхушка армии, по-видимому, не уведомлена, что оружие для контроля мировой погоды хотят протестировать на эффективность. Если демонстрация окажется успешной и верхушка потеряет терпение, нам поставят мат! Начнётся эпоха, в которой каждому придётся кланяться мятежному государству. Делайте что угодно, но поддержите принцессу!

— Мы и так! Чёрт… Неужели Итирэй Сикон уже играет в бога?!

Дождь создаст много шума, который негативно скажется на акустических датчиках Мегалодайвера, но враг поставил в больший приоритет вред противнику, чем собственная работоспособность. С самого начала и до конца он думал только о победе.

— Теперь мы ничего не можем! Мы спёрли камертонную торпеду, и вся зона наполнена шумом от дождя, но Объект всё равно метко атакует принцессу. Даже представить не могу, что может сработать!

— Возились с торпедой мы не напрасно. Объект прекратил использовать Водную вуаль, главную нашу проблему. Она у него не работает, потому что требует невероятной точности. Вот почему его движения стали шире, — сказал Квенсер. — Может, он и может заметить крупные цели вроде боевых кораблей и Объектов, но он игнорирует цели размером с человека. И мы знаем его слабость: Бамбуковая трубка на днище. Даже мы сможем по ней ударить.

— Если это спасёт Карен и остальных, то ладно. Что именно нам надо сделать?

— Всё просто. Бамбуковая труба — это здоровенная помпа, которая закачивает несколько тонн воды в секунду. Уходит вниз она… думаю, метров на пять. Если бросим что-то в воду там, Объект засосёт это как гигантский вакуумный пылесос.

— Не знаю, насколько Бамбуковая труба толстая, но пробка нам нужна здоровенная.

— Хватит и пластиковой пластины, или чехла и чего ещё.

— Давай спросим горничных. Они на круизном корабле. Там, наверное, 3500 кроватей, можно попросить их выкинуть в море все простыни и одеяла.

— Слышьте! — позвал Хейвиа, махая руками Летнему Отпуску.

К несчастью, в тот миг их зацепил взрыв от двух Объектов.

В океан попал металлический снаряд от койлгана принцессы, и огромная волна чуть не перевернула резиновую лодку. Квенсер каким-то образом удержался в лодке, держась за край, но Хейвиа замахал руками в воздухе и вывалился.

— Хейвиа?!

Тем временем на мостике Летнего Отпуска получили сообщение:

— Мы обнаружили, как оказалось, господина Хейвиа Винчелла. Он в двухстах метрах по левому борту.

— Вот честно. Зачем мы рискуем жизнями, если он сюда заявился?

Горничная рядом с Карен не стала комментировать заявление, сорвавшееся с губ начальницы.

Выражение лица Карен давало понять, что никакой пользы неуместные замечания не принесут.

Напротив, она молча достала бинокль.

(Ага, ага. Вот уж правда, господин Хейвиа.)

Карен подошла к окну по левому борту и посмотрела наружу через бинокль.

Если коротко, у неё ёкнуло сердце. Да настолько мощно, что у Карен всё расплылось перед глазами и застелило яркими цветами, будто растущими из земли.

(Это неэффективно, нелогично, идёт против здравого смысла. Но вы добры к нам именно потому, что не потеряли в обществе аристократов дерзкую непосредственность.)

И затем она увидела своего господина Хейвиа Винчелла...

— А.

Из липкого океана возник некий монстр.

Морское чудовище, покрытое таким плотным слоем липкой жидкости, что нельзя было различить ни очертания тела, ни количество пальцев.

Когда Карен увидала монстра с расставленными руками, рождённого в морской пучине, она вспомнила старый фильм ужасов, который нанёс ей в детстве сильную душевную травму.

Розовые очки моментально слетели с её глаз.

По мозгам заехало так, что девушка оторопела ещё сильнее, чем раньше.

— А-а-а-а-а-а-а-а! Слизистый монстр!

Квенсер услышал стрельбу из тяжёлого пулемёта и заорал в рацию, дёрнувшись назад от столбиков воды, улетающих вверх.

— Прекратить огонь! Повторяю, прекратить огонь! Остановите пулемётные башни! Вы что творите?! Это не раса рабов из мифов про Ктулху!

— Буль буль буль...

Хейвиа всплыл на поверхность, чтобы дышать, но всё его тело облепила морская вода, вязкость которой повысилась от макромолекул. Вокруг рта и носа образовались большие пузыри, и парень походил на какого-то жуткого кремообразного монстра. Квенсер прекрасно понимал, почему прилежная женщина задёргалась, будто при виде таракана.

— Тогда что это?! — ответила Карен. — Жуть! Наверное, это из неисследованных джунглей или из глубин Антарктики!

— Тебе нравится убивать знакомых только потому, что на них маска?! Это Хейвиа! Хотя признаю, он правда жуткий!

Стрельба наконец прекратилась.

К счастью, горничные на Летнем Отпуске паниковали. Если бы стреляли аккуратно, гротескность Хейвиа возросла бы на 200%. Квенсер невольно задумался, не те ли это горничные, которые десять минут назад толкали душевную речь.

— Ты шутишь… Угх. Это господин Хейвиа?

— Может, тебе память изменяет, ты же нечасто его видишь, но разве он не всегда такой? — спросил Квенсер. — Мне никогда особо и не нравилось глядеть на него.

— Прости, но не мог бы ты прекратить вести себя так, словно знаешь господина Хейвиа лучше нас. По мне не скажешь, но я была юным дарованием, которой в десять лет достался один из особняков семьи Винчелл, и я сопровождала господина Хейвиа с тех пор, как ему понадобилась детская коляска.

— Я уже вообще запутался в твоём характере, — сказал в рацию Квенсер и протянул руку за борт, чтобы помочь Хейвиа.

Рука парня оказалась тёплой и слизкой, и Квенсер было подумал, а не попросить ли продолжить огонь. Но понадеялся, что дождь быстро смоет всю мерзость.

— Короче, мы хотим кое-чего позаимствовать. Отдайте нам все простыни. И есть акваланг, хотя бы любительский? Нам надо как-то плавать под водой!

— Зачем?

— Цитирую Хейвиа: “слезливые истории — не мой стиль. Я поимею всех и вся и посмеюсь в конце”. Мы вдвоём как-нибудь разберёмся, быстрее давайте!

Горничные больше не ждали.

На боковой палубе бронированного круизного судна возникли несколько десятков девушек и стали бросать в воду нужные вещи. Постельные простыни падали вниз, как огромное конфетти.

— Хейвиа, пора. Заводи мотор.

— Ух… кгхе-кгхе! Мне показалось, или я правда слышал какие-то жуткие слова о себе, пока захлёбывался?

— Ты навоображал.

Хейвиа направил резиновую лодку сквозь воду, густую, как грязь. От крупных капель дождя болели щёки, а скорость значительно упала. Чего и боялся Хейвиа, мотор после столь долгой работы начал дымиться.

Лодка неслась сквозь мерцающий оранжевый душ.

Квенсер перевалился через край лодки и потянулся к упавшим вещам. Он схватил несколько десятков промокших простынь и два кислородных баллона. Хоть Квенсер и сам попросил, но собрать добрую сотню тряпок по всему морю не мог.

— Вперёд, Хейвиа. Нам надо попасть прямо под Мегалодайвер и заткнуть водозаборник простынями.

— Мне туда опять переть?! Ты ещё не знаешь, как это ад!

Парни нацепили кислородные баллоны и всунули в рот дыхательные трубки.

— Объект ведёт бой на поверхности, но нам нельзя расслабляться только потому, что мы ныряем, — протараторил Квенсер под дождём. — Бамбуковая труба засасывает воду сильнее, чем слив, и Мегалодайвер погружается в воду после прыжка. Если попадёмся под руку, нам конец.

— И ни на какого другого нам это не переложить. Настоящий хозяин должен спасать своих горничных, когда им грозит опасность, чёрт!

Квенсер и Хейвиа прыгнули в окрашенный оранжевым океан.

Даже плеск звучал странно тяжёлым.

(Что это? Как-то тепло!)

По мере того, как неприятное чувство проникало в него сквозь кончики пальцев на руках и ногах, Квенсер погружался всё глубже и глубже.

После пересечения определённой черты окружающая вода стала податливее, и звук дождя пропал.

Они не могли переговариваться по рации под водой, потому общались неясными жестами и поплыли в определённом направлении.

(Мегалодайвер… там.)

Солнце заливало поверхность моря так сильно, что парень не мог точно понять, что происходит над водой. Оранжевый свет заполнил всё вокруг.

Но Квенсер быстро определил местоположение Мегалодайвера.

С поверхности воды шла толстая труба и быстро двигалась. Да ещё и постоянно вбирала огромные массы воды. Квенсер видел, как косяки мелких рыб отчаянно пытались уплыть прочь.

(Что? Он уже и рыбу засасывает?)

Труба была напрямую связана с такими важными системами, как охлаждение реактора, пропульсия и генератор кислорода. Квенсер сомневался, что в конструкции не предусмотрели попадание в трубу нежелательных материалов.

Даже если и так, нужно было закончить начатое.

Скомканные простыни мешали, но парни продолжили плыть к Мегалодайверу.

Квенсер отдал Хейвиа распоряжения определёнными жестами, в надёжность которых не до конца верил.

(Если подплывём слишком близко, нас засосёт. Нам надо только оставить простыни там, где он должен пройти. А потом пусть само всё делается.)

Как он и боялся, напарник не совсем понял его жесты.

Хейвиа попытался плыть дальше, потому Квенсер показательно выпустил простыни из рук.

Скомканные простыни все разом расправились.

Квенсер проигнорировал удивление Хейвиа и поплыл прочь. А Хейвиа, наконец уловив суть, тоже отпустил свои простыни и последовал за Квенсером.

Квенсер не знал, какое расстояние безопасное, потому стихийно отдалился на сто пятьдесят метров.

Совсем скоро пришла пора.

(Это Мегалодайвер. Бамбуковая труба засасывает простыни!)

Казалось, их притягивает магнитом.

Кипа развёрнутых простыней замысловато двигались в сторону окончания трубы, которая их засасывала. Несколько десятков тряпок покрыли отверстие, и Квенсер вспомнил про игрушку из детства. Он лепил игрушечную рапиру из полосок бумаги, вываленных в краске. Даже без чёткого стержня меч получился довольно твёрдым. И что-то похожее сейчас творилось в водозаборнике.

У них получилось.

Всё завершилось.

Они разодрали ахиллесову пяту Объекта. Вода требовалась для охлаждения реактора, водонапорной пропульсии и электролизной добычи кислорода, и вот работу критических систем парализовало.

Или так думали.

(?..)

Мегалодайвер не остановился.

Торчащая снизу Бамбуковая труба продолжила двигаться с неистовой скоростью. Значит, гигантская конструкция на поверхности продолжала вести бой.

Поле зрения выкрасилось белым.

Это была кипа постельных простыней. Их вытолкнуло из водозаборника, который вроде как закачивал ежесекундно несколько тонн воды.

(Что? Он на секунду прекращает качать, когда засекает что-нибудь лишнее? Система настолько хороша?! Нет, стой. Это…)

Вместе с простынями в океане плавало что-то ещё.

Выглядело как большой, но тонкий диск.

Хейвиа хлопнул Квенсера по плечу и указал прямо вверх.

Они не могли говорить, и появилась идея подняться на поверхность, чтобы обсудить тактику.

Квенсер поднялся, вот только позабыл о двухметровом липком слое у поверхности.

— Ббхбхб?! Бхбхббхх!!!

— Кгхе-кгхе!!! Уа-ха-ха-ха! Добро пожаловать, Квенсер, в зону монстров, где теряешь своё человеческое лицо! Э, в нос попало!

Они не могли тратить время, потому два жутких кремообразных монстра, освещаемые красными лучами солнца, начали обмениваться мнениями.

— Походу, план с простынями не сработал. Их засосало, но потом сразу вытолкнуло!

— С ними плавал странный диск, и по ширине он прямо как Бамбуковая труба.

На небольшом расстоянии продолжалась яростная битва между Малышом Магнумом и Мегалодайвером. Из задних сопел вырывалась вода в форме ангельских крыльев, придавая Мегалодайверу импульс, и враг медленно, но верно сокращал расстояние до Малыша Магнума.

Судя по всему, принцесса уступала.

Учитывая то, что большинство датчиков Мегалодайвера вывели из строя, навыки элитницы были колоссальны. Что важнее, она ни разу не осеклась в движениях, несмотря на различные нестандартные ситуации — результат сильной воли, подкреплённой реальным навыком.

— Тот диск — это фильтр.

— Что?

— Это фильтр, который не даёт рыбе и другим штукам попадать внутрь. Как в водоочистителе. В общем, фильтр где-то несколько сантиметров или миллиметров толщиной, и Бамбуковая труба — это, по сути, пачка этих дисков.

— Стой, стой. Ты серьёзно?

— Самый внешний фильтр останавливает нежелательные материалы. Когда он достигает своего предела, его выталкивают вместе со всем, что к нему прилипло. Вот как он работает.

— Значит, нам не заткнуть трубу, как бы ни пытались! Это как длинное пирожное со сквозным рисунком в центре. Сколько бы мы ни отрезали от него, рисунок никогда не отрежем! Так и с фильтрами!

— ...

Квенсер задумался, качаясь на волнах оранжевого океана под ливнем.

И тут из рации послышался голос той, о которой давно позабыли.

— Э-э-э... На связи Мариэйдж Найткап!

— Чё? Ты где?

— На Летнем Отпуске! Я была на борту, когда все загорелись идеей самоубийственной атаки, но я не имею отношения к семье Винчелл!

Развернулась настоящая трагедия.

Квенсер бы не обрадовался, если бы ему велели умереть за того порочного парня.

— Ну, я очень не хочу умирать и сделаю что угодно, лишь бы выжить!

— Спасибо за самую убогую решимость в мире. Ты точно шлюха. И чего тебе?

— Ну, я подумала, тебе пригодится...

— ?..

Поначалу Квенсер оторопел от услышанного, но затем он засветился, поняв, что девушка имеет в виду.

— Поразительно! Какая возможность. Я так рад, что спас тебя из тюряги!

— Хе… э-хе-хе-хе. Нам ещё надо придумать, как отвердить это.

— Мы справимся.

— П-пожалуйста, сделай что-нибудь. Если не сработает, я им сдамся.

— Ты правда переметнёшься на другую сторону, и неважно, подходит она тебе или нет? Мне тебя обратно в тюрьму отправить? — Спустя секунду Квенсер вернул рацию ко рту. — Летний Отпуск, слышите? Мы бы хотели получить дополнительные материалы. У нас только мылоподобные пайки, от них никакого проку. Ваш корабль — наш единственный вариант, вы поможете?

— Слышь, Квенсер. Ты что задумал?

— Это идея Мариэйдж. Бесконечный фильтр не пропускает ничего, кроме текучей морской воды. Нет, он может даже отфильтровывать часть соли.

— Ближе к делу!

— Что-нибудь нетвёрдое может пройти внутрь. — Квенсер вытер плотную морскую воду с лица. — Обычная, текучая жидкость пройдёт через фильтр, мы можем подготовить отложенную по времени атаку, если раздобудем вещество, которое затвердеет уже внутри Мегалодайвера. Вот так мы пробьёмся через фильтр.

— И где же мы достанем такое удобное глиноподобное вещество? И как долго затянутая вода остаётся внутри Мегалодайвера?

— Концепция простая, но ты прав. Я хочу точно знать, сколько проходит времени между тем, как воду засасывает, и тем, как её выстреливают из водомётов. Летний Отпуск!

— Что вам приготовить? — поинтересовалась Карен.

— Кое-чего. Для начала скажи, ты ещё можешь стрелять из корабельных пушек?

— Семьдесят процентов нашего вооружения ещё работает. Можем открыть огонь из главных орудий сию же минуту.

— Зарядите их снарядами с флуоресцентной краской и выстрелите возле Мегалодайвера. Эти снаряды применяют для контроля наведения пушек. Можешь?

— Они заряжаются автоматически, но нужно подождать две минуты, и тогда сможем стрелять.

Хейвиа схватил рацию Квенсера и влез в разговор

— Успей за одну. Это приказ!

— Вжух☆

— Что за ономатопия?! Если хочешь говорить, говори словами!

— Н-ну, я же горничная, у меня немного крови из носа потекло… Ну что поделать, мы зарядим вручную и закончим за тридцать секунд.

Хейвиа вернул рацию, и пушки выстрелили, как обещали.

Оранжевый свет рассвета, окутывающий Мегалодайвер, обратился ошеломительно ярким зелёным, и Объект вобрал в себя воду.

— Отсчитывай, Хейвиа.

— 48, 49… сейчас! Прошло 50 секунд, как её закачало!

— Теперь мы знаем. Нам нужна жидкость, которая твердеет за 25-50 секунд.

— И что за жидкость? Клей-момент слишком быстрый, а обычный клей слишком медленный!

— Нужно что-то среднее. — Квенсер, заливаемый дождём, поднёс ко рту рацию. — Летний Отпуск, нам нужно всё ваше молоко. Сколько у вас есть?

— Молоко? — Хейвиа поначалу оторопел. — О, понял. Он охлаждает реактор холодной морской водой. Из-за огромной разницы в температурах на поверхности молока может образоваться что-то типа плёнки.

— У нас где-то месячный запас. Только-только пополнили его, теперь молока навалом.

— Тащите всё. Вылейте в ёмкость и кидайте вниз. В одну большую ёмкость!

Услышав его объяснение, Карен засомневалась.

— Ты уверен?

— Пожалуйста. Одной идеи Мариэйдж не хватит.

Плыть по липкой поверхности океана будет пустой тратой времени, и Квенсер с Хейвиа натянули обратно дыхательные трубки и нырнули под воду, чтобы вернуться к Летнему Отпуску.

Когда из океана возникли два чудища, воздух опять заполнился криками Карен и пулемётными очередями.

Устранив недопонимание, парни принялись собирать баки с молоком, опущенные в воду.

Но баки не прицепили к спасательным жилетам или поплавкам. Всё-таки они весили по 3-4 тонны. Наученные тем, что парни не смогли собрать все простыни из воды, Карен и горничные опустили на тросах спасательную шлюпку, которую заполнили молочными баками.

Вид лодки, полностью забитой толстыми металлическими баками с фермы, производил впечатление чего-то сюрреалистического.

— У меня есть трос для лодки. Хейвиа, куда его привязать?

— Давай сюда. Кстати, а получится? Мотор уже трещит, мы точно утянем лодку?

Привязав спасательную шлюпку к резиновой лодке толстым тросом, Квенсер с Хейвиа заняли свои места. Осталось только тянуть груз мотором.

— Погнали, Квенсер.

— Ага.

Мотор завыл даже громче, чем раньше. Не только океан загустел, ещё и груз потяжелел. Парни понятия не имели, когда двигатель загорится, и они уже не могли полагаться на него на обратном пути.

То, что парни видели под водой, не шло ни в какое сравнение с заварухой на поверхности, где два Объекта двигались на безумной скорости. Лодку разнесёт на ошмётки, если Объекты по ошибке врежутся в них. Двухсоткилотонные громадины двигались на скорости 500 км\ч, и удар выйдет намного плачевнее, чем лобовое столкновение с поездом.

— Паршиво. Нам не подобраться!

— Нам и не надо. Если определим течение и выльем туда молоко, оно само попадёт в Мегалодайвер.

— Ты же не предлагаешь открыть все крышки и выливать баки по одному? Сколько их тут, как думаешь?!

— Тогда режь трос между лодками, Хейвиа. Я их взорву.

Квенсер воткнул электрический взрыватель в пластид и бросил его в центр спасательной шлюпки, которую они тащили.

Лишившись тяги, шлюпка беспомощно поплыла по морскому течению.

Но оказалось, что бомба не понадобилась.

Мегалодайвер на огромной скорости пропахал лодку и нагруженные в неё баки с молоком.

Вся зона покрылась молочной белизной.

— Неплохая молочная ванна. Только смахивает на загрязнение среды. Запах как от протухшей тряпки.

— О, чёрт. Лучше бы взорвали лодку бомбой. Но ладно уж, если Итирэй Сикон добьётся успеха, экология по всему миру пойдёт к чёрту.

Парни немного подождали, глядя на разлившееся молоко.

Наконец, что-то произошло.

— Цвет изменился, — заметил Хейвиа.

Солдат сосредоточился на множестве сопел позади Мегалодайвера, которые выстреливали ангельские крылья.

— Водомёт побелел!

— Значит, он закачал молоко.

— Но этого же мало? Если он вытолкнет его, всё насмарку! Молоко должно стать плёнкой и закупорить трубы!

— Не паникуй. У нас больше одной попытки. Выстреленную воду закачают заново и используют повторно. Простор для ошибки у нас какой-то есть.

Но всё же Мегалодайвер не думал останавливаться.

— Плёнка на молоке появляется не при нагревании, — взвыл Хейвиа. — А когда остывает. Может, трубы в реакторе и горячие, но этого мало! Мы можем хоть до посинения тут ждать!

— Нет. — Квенсер отверг стенания своего ужасного друга единственным словом. — У нас ещё есть шанс.

— Почему ты такой спокойный?!.. Стой. Ты чем сейчас занимался?

— Я сказал про молоко, но я не говорил, что будем полагаться на плёнку.

Квенсер над чем-то работал.

В конце резиновой лодки располагался холодильник. Открыв его и проверив внутри, Квенсер надул спасательные жилеты, найденные в спасательной шлюпке, и прицепил их к холодильнику.

Хейвиа мельком увидел содержимое холодильника, прежде чем Квенсер его закрыл. Увидел он какие-то жёлтые предметы.

— Я сделал дополнительный заказ у Карен, — сказал Квенсер, занятый делом.

— Что это? Нет… стой...

Хейвиа нахмурился, а Квенсер вытащил из рюкзака пластид, воткнул радиоуправляемый электрический взрыватель и прицепил бомбу к боку молочного бака, заполненного жёлтыми мячами.

И тогда Хейвиа врубился.

— Стой, стой, стой! Ты отвердишь молоко лимонами?!

Квенсер выбросил в океан холодильник со спасательными жилетами и схватил липкой и скользкой рукой рацию.

— Есть несколько способов сделать молоко густым, и сгодятся предметы, которые можно найти повсюду. Те горничные много чего знают про чай, и я не прогадал, у них он нашёлся.

— Если подумать, так делают домашний сыр.

— Молоко можно загустить, добавив в него лимонного сока. Этот способ быстрее и точнее, потому что не надо нагревать или остужать.

Холодильник медленно поплыл прочь.

Он не мог догнать Объект, пересекающий океан на запредельных скоростях, и парням пришлось ждать, когда враг приблизится сам.

Ждать пришлось недолго.

Мегалодайвер подпрыгнул вверх, уворачиваясь от койлгана принцессы, и приземлился в океан со всплеском, как от мины.

Большой палец Квенсера изрядно напрягся, словно пытаясь нажать на какую-то гигантскую кнопку.

— Сок пройдёт через фильтры, и молоко загустеет внутри Объекта. Никаких осечек.

Они посмотрели на Мегалодайвер, и его движения замедлились.

Рядом с ним произошёл небольшой взрыв, и разлетевшийся лимонный сок попал прямо в водозаборник, не успев раствориться в морской воде.

Быстро началась химическая реакция.

Пектин из лимонов соединился с молоком, и образовалось студенистое вещество.

Водомётные двигатели, которые выстреливали фонтаны морской воды в форме ангельских крыльев, остановились, но это была лишь вершина айсберга. В охладительных трубах рядом с реактором загустевшее молоко сгорело от мощного жара. Сгоревшее молоко застряло в трубах, несмотря на огромный поток воды, и закупоривало их всё больше и больше. Прям как фатальная атеросклеротическая бляшка в человеческой артерии.

JPlevelMHD-реактор был “сердцем” Объекта. Без должного охлаждения он выходил из-под контроля.

Квенсер настроил рацию на открытую частоту и громко передал всем, кто мог услышать:

— Ложитесь и закройте глаза! Реактор взрывается!

Потребовалось менее десяти секунд.

Оранжевый океан заполнился оглушительным грохотом и ослепительным светом.

Резиновую лодку жёстко перевернуло, и Квенсер на пару с Хейвиа опять превратились в слизистых монстров.

— Бгхх!!!

— Пкхх!!!

Все хотели получить объяснение и глядели на подлинных чудовищ через бинокль или камеры ультрадальнего вида.

Квенсер вдруг испугался, не дадут ли им за жуткий внешний вид странные прозвища. Что-нибудь типа “рептилоидов”.

Парочка ждала спасательного вертолёта, держась за край перевёрнутой лодки, чтобы не утонуть.

Мощный ливень закончился неестественно резко, будто кто-то закрыл кран. Как раз когда взорвался Мегалодайвер.

Тут Хейвиа спросил:

— Слышь, Квенсер. Почему ты говорил на открытой частоте?

— Я мог бы использовать армейскую частоту, но не знал, что творится на Летнем Отпуске. Сигнал дошёл бы до мостика, а вот до остальных горничных на палубе — не факт. Потому-то говорил на открытой.

— Ясно, — продолжил Хейвиа, держась липкими и скользкими руками за лодку. — Что если бы ты дал вражескому элитнику шанс убежать?

— Мы бы просто поймали её. Плюс нам нужно кого-то допросить о Итирэй Сиконе.

— Вот опять. Ты всегда такой великодушный, когда элитный пилот — девка.

— Двойники, которых я видел вблизи, не такие уж годные. Надеюсь, настоящая покрасивше.

— Она не носит толстые очки, многого не ожидай. Ставлю сотню евро на то, что она стрёмная.

— Замётано. Ставлю сотню на то, что она клёвая.

Их прервал большой транспортный вертолёт.

Его появление доказало, что угроза противовоздушных лазеров миновала. Другими словами, бой завершился.