Глава 3

В округе Амазонка существовала определённая военная база.

Это был крупный военный объект, оснащённый и как крупная морская база, и как аэропорт, а также служивший перевалочной базой для снабжения Объектов. Ни один из гигантских орудий в данный момент там не присутствовал, но собрались крейсеры, перехватчики и другие виды обычной военной техники.

История начинается около изгороди, окружающей земли базы.

— Ужасно, — бормотал Квенсер, терпя жуткую влажность под жарким солнцем, которая идеально подходила для пониженных в звании.

Он явно не мог смириться с данным обстоятельством, потому что его голос быстро перешёл на крик.

— Это ужасно! Я практически чую, как все пялятся на нас! Они следят за нами так, как власти следят за секс-сектой! Кто-нибудь может что-нибудь с этим сделать?!

— Ну, крики делу точно не помогут. Единорог попросту оказался лучше нас. Мы смотрели на них снизу, и дерьмо, которое они высрали, упало нам прямо на лица. — Хейвиа звучал раздражённо. — В довершение, мы попали в последнее место, куда я хотел бы попасть: округ Амазонка. Все супервоодушевлены из-за приближающейся Королевской дуэли, которая определит правителя округа Волга. У меня предчувствие, что вместо дуэли произойдёт какая-то очередная хрень, которая состарит нас на пару лет. После того, как 115-ый сыграл в ящик, дела на Волге стали жёсткими.

Люди, слонявшиеся туда-сюда с крупногабаритным оборудованием, работали на телевизионные станции. Парочка не имела понятия, к местным или зарубежным СМИ они относились.

Разумеется, операторская бригада и репортёры никогда не подступят к зоне Королевской дуэли, где столкнутся два Объекта, но они могли заработать приличный телерейтинг, сняв события на расстоянии и добавив комментарии.

— Меня не заботят короли. Ведьм из Золушки не бывает. Простолюдинам не выпадет шанс попасть на бал-маскарад.

С точки зрения Квенсера, втянут ты в проблемы наследования и не втянут — разница была ничтожной. Его больше беспокоило то, насколько глубоко его втянули в заговор Единорога.

Проблема заключалась в подстроенном взрыве неразорвавшихся снарядов, целью которого была кража лития.

— Думаешь, мы раскроем правду?

— Не имеет значения. Если мы в итоге устроим перестрелку, чтобы раскрыть правду, нас бросят в тюрьму за новое преступление. Тут не голливудское кино, правда не позволит тебе отвертеться от всех драк, которые ты учинил, — раздражённо сказал Хейвиа. — К счастью, нам на пользу сыграл тот факт, что операция проходила тайно. Если продолжим держать язык за зубами, по крайней мере, нас не закуют. Но это означает, что спасённые нами деньги все пропали!

Даже оставшись гнить от безделья на тропическом острове, они умудрились влезть в неприятности.

Даже отправившись по принуждению на смертельную миссию, они умудрились выжить и распространить неприятности повсюду.

Таким образом, руководство уже не могло совладать с Квенсером и Хейвиа. Они уже стали ждать подарок в виде пули и ложный доклад о том, как они оказали сопротивление расследованию.

Они больше не могли бороться.

Они могли лишь покорно выполнять простую работу под пристальным наблюдением правительства.

Примерно это скрывалось за решением отправить их на «относительно безопасное» поле боя в округе Амазонка. Даже если местные гопники начнут в них плеваться, они могут лишь улыбаться и махать платочком. В противном случае получат пулю. Они предельно ясно понимали это, пускай в открытую их не предупреждали.

Хейвиа навалился на изгородь и раздражённо осмотрелся.

— Чёрные униформы как всегда прилежные. Не могу поверить, что кто-то будет носить на такой жаре чёрную униформу. Они хотят показать свою полезность под конец фискального года?

— Что за Чёрные униформы?

— Разве я тебе уже не объяснял? Они независимая дивизия, которая специализируется на расследовании преступлений солдат на поле боя. Проще говоря, они подразделение, которое стреляет в своих соотечественников. Любое препятствие их расследованию спровоцирует выстрел. И они часто целятся в совершенно неверном направлении.

— Так они типа наши естественные враги?..

— Не тупи. Прямо сейчас все наши враги. Что бы ни случилось, следуй указаниям. Не отвешивай шуток. У них нет чувства юмора, за ними не заржавеет застрелить тебя.

— Интересно, а мог я отвертеться, настояв на том, что я студент, а не солдат?

— Если это типа шутка, я застрелю тебя вместо них.

Проблема юрисдикции на деле была довольно хитроумной, но Хейвиа молчал об этом. Он не горел желанием волновать Квенсера ещё сильнее.

Но неприятности не заставили себя ждать, когда произошло то, что больше всего не хотелось.

На этот раз дело началось с большого конверта, предназначенного для документов.

Если точнее, его держал латиноамериканец.

— Слышьте. Так это вы те двое, которых называют Драконоборцами? Я, как фанат, хочу оказать вам тёплый приём. Здесь документы по Единорогу, подразделению, из-за которого у вас столько проблем.

— Нет, спасибо... У нас нет никаких денег.

— Ничего. Просто берите. Я не прошу денег. Я же сказал, что ваш фанат, помните?

Солдат-латинос всунул конверт в руки Квенсера и быстро ушёл.

— Что бы нам с этим сделать? — спросил Квенсер.

— Меня не спрашивай. И даже не смотри на меня. Из-за твоих несносных действий в нашу сторону уже смотрят Чёрные униформы. Если хочешь, можешь подставиться под пулю, но меня не втягивай, — прошептал трус по имени Хейвиа.

Квенсер вздохнул и перевернул большой конверт. На краю он заметил рукописную пометку.

— Отхвати уже пулю, паскудный предатель.

Квенсер посмотрел на латиноса, как раз когда тот демонстративно поднял средний палец.

— Разве не чудесно? Как будто приветственная вечеринка в тюряге, — сказал Квенсер настолько радостно, будто собирался уже напевать себе под нос.

Озлобившись, Хейвиа сказал.

— Ты прям лучший пример дегенерата.

— Вся эта морская база забита образцовыми студентами худшего типа. Они не позволят тебе даже на миллиметр выйти за черту. А ещё я слышал в интернете, что они вообще себя не сдерживают, если кого-то расценят как зло. Когда они стреляют в невиновного, они без зазрения совести настаивают на том, что их ввело в заблуждение ложное донесение.

Похоже, люди на морской базе надеялись, что Квенсер и Хейвиа рискнут своими жизнями, строя из себя комедиантов перед Чёрными униформами. По сути, ничто не мешало им устроить «несчастный случай».

Квенсер цокнул языком и открыл конверт.

Озадаченный Хейвиа сказал.

— Ты правда открываешь его? Проблему только накличешь. И я сильно сомневаюсь, что внутри полезная информация.

— Проблема накликалась, как только нам его всучили. Видишь, как на нас глядит вон та жуткая баба?

— А вдруг внутри бомба?

— Если бомба, то я осмотрю содержимое осторожно.

К счастью, конверт содержал только документы.

Некоторые участки заляпались чёрным, но текст хорошо отформатировали.

— Посмотрим, посмотрим… Погоди-ка. Что за запах? Я пытаюсь сосредоточиться, но пахнет всё сильнее.

— Мусор. Запах идёт от гор мусора. Дороги и тротуары им забиты. Ветер гонит запах прямо на нас. Я слышал, они выбрасывают на улицу всё, начиная от пачек старых журналов и заканчивая любовницами политиков. Кое-какие придурки бродят по округе и собирают рабочие приборы, и некоторые люди думают, будто они потащат домой любой мусор. Вот почему он разбросан абсолютно повсюду.

— Они отправляют на повторную утилизацию даже любовниц?

— Сосредоточься ты уже.

— Не настолько мне любопытно, чтобы разбираться в этой каше… Вот если бы в конце каждой страницы девушка написала свой e-mail.

Квенсер принялся гундосить, зачитывая документы.

202-ая Мобильная рота поддержки, известная как Единорог. Их главной целью является маскировка на поле боя и уничтожение транспортных грузовиков на базе техобслуживания вражеских Объектов, а также маршрутов для этих грузовиков. Проще говоря, они незаметно саботируют поддержку вражеского Объекта.

Однако главной целью их маскировки на поле боя является установка контактов с Информационным альянсом, Корпорациями капиталистов, Организацией веры и даже с локальными партизанами и террористическими группировками, которые не относятся ни к одной мировой державе.

Другими словами, они проводят предварительные согласования, чтобы избежать долгой, затяжной войны.

Они используют у всех за спинами уловки, чтобы подтасовывать итоги чистых войн.

— Что думаешь?

— Мало что. Прямо как заговоры, про которые рассказывают в двухчасовых спецвыпусках под конец года.

Когда они нападают на базу каких-нибудь местных партизан, они затем продают найденное там старомодное оружие другой террористической группе. Они отмывают деньги, полученные от Организации веры и передают их Корпорациям капиталистов. Они устраняют местное влиятельное лицо и пользуются неразберихой, чтобы устроиться телохранителями другого влиятельного лица.

Однако подобные действия часто совершает и разведка в рамках официальных миссий.

Проблема в том, что они выходят из-под контроля военного руководства, как только скрываются на поле боя.

Квенсер нахмурился и перевернул доклад.

— Что такое, Квенсер?

— Что за Ранг 3?

— Уровень риска, при котором опасные элементы с высокой вероятностью могут применить биологическое и химическое оружие. А что?

Главные силы Единорога официально состоят из примерно двухсот бойцов, но неизвестно, как далеко распространяются их силы, если включить их связи с прочими мировыми державами. Сотрудничая со всеми ними и выполняя для них грязную работу, они заручаются их поддержкой при проведении подтасованных сражений.

Конечная цель Единорога неясна, но если они действительно создают сеть вне влияния руководства армии, то высок риск повреждения или уничтожения наших Объектов в результате утечки информации.

Тактический риск достигает Ранга 3.

Мы должны немедленно выяснить, относят ли они себя в полной мере к Легитимному королевству.

Квенсер цокнул языком и вытащил из набора для выживания зажигалку.

Хейвиа увидел, как он поджёг документы, и спросил.

— И что ты выяснил?

— Немного. Хотя сведения кажутся более правдоподобными, чем идея приготовить бутерброд с земляными червями. Вот только их нам дали, чтобы мы попали в неприятности, так что я без понятия, сколько тут правды.

— Ты правда вырос.

— Если какой-то значительный заговор можно раскрыть с помощью документа, который кто-то безвозмездно тебе отдаёт, мы можем решить проблему, попросту отдав документ Чёрным униформам. Ну что за отстой. Мы что ли попадёмся на столь очевидную наживку?

Говоря это, Квенсер отпустил горящий конверт. Он даже не глянул на пачку документов, упавшую на землю. Их цель была ясной. От них требовалось лишь работать в течение дисциплинарного периода и вернуться в 37-ой Мобильный батальон техобслуживания. И потому они будут патрулировать периметр морской базы в соответствии со своим расписанием, поддерживать свой внешний вид в безупречном состоянии и с широченной улыбкой помогать местным старикам. Они могли только смириться, напоминая себе, что нынешняя работа куда лучше фастфуда, где работникам приходится кланяться жутко изнеженным гостям, которые ожидают от копеечного кофе в копеечном ресторане вкус напитка из салуна для аристократов.

Но реальность оказалась не настолько мягкой.

Половина бед в мире приходит без приглашения.

В этот раз зазвучала воздушная тревога.

К моменту, когда морскую базу окутал низкий электронный сигнал, ситуация уже пошла под откос.

Пилоты не успели вовремя забраться в перехватчики, ожидающие на взлётной полосе. Над головами, а потом над морской базой, пронеслось несколько мелких теней.

Когда Квенсер увидел, как с одного из аппаратов упало что-то длинное и узкое, он закричал, не отрывая взгляд от неба.

— Что?! Почему их не засёк радар?!

— Олень! Если есть время на жалобы, лучше ложись!

Как только Хейвиа свалил Квенсера на землю, длинные и узкие элементы врезались аккурат в здания морской базы.

Прогремел мощный рокот, ударные волны и взрывы.

Хотя парни находились за несколько сотен метров, рокот всё же пронзил их барабанные перепонки, сжал их внутренности и поселил в глубину души страх смерти. Пульс Квенсера подскочил взрывными темпами, а тело покрылось неприятной испариной.

— Воздушная бомбардировка? Куда делись чистые войны с Объектами и противовоздушными лазерами?! Аэропорт теперь ведь потерял весь свой функционал?!

— Они известны как БПЛА Апоптоз. Они атакуют наземные цели, а разработала их Организация веры. — Хейвиа прокатился по земле в сторону от Квенсера. — Они служили опцией для проекта подводного авианосца, к которому они питали нежные чувства. Боевые беспилотники получились максимально маленькими и лёгкими. Но сам авианосец вышел слишком большим. Он слишком сильно тревожит океан, когда движется, потому его можно быстро обнаружить. Я слышал, проект заморозили… Впрочем, ещё говорили, что их посчитал провалом какой-то высокопоставленный чиновник.

— Тогда что это было? Они ведь не со дна океана стреляли?!

— Сама по себе разработка Апоптоза оказалась успешной. Как я сказал, они маленькие и лёгкие. Это делает их идеальными для незаметного полёта. Чтобы покрыть расходы на неудачный проект, Организация веры продавала их всем, кто заплатит. В наши дни они стали символом терроризма.

Парни услышали выстрелы в пределах аэропорта. Хейвиа продолжил объяснение под аккомпанемент звуков контратаки.

— С дополнительными ускорителями и пусковыми установками их можно запускать вертикально. Наверно, они взлетели с расстояния несколько сот метров отсюда, но внутри оборонного периметра морской базы. Вот почему радиолокатор раннего обнаружения не засёк их вовремя.

— Слышь, погоди-ка. Почему они стреляют из штурмовых винтовок?

— Им никак не попасть из них. Наверно, просто запаниковали.

— Тогда почему некоторые целятся сюда?!

— Будь оно неладно! Они опять обвиняют нас?! Они думают, мы удалённо контролируем эти игрушки?! Ааа, это тот проклятый латинос. Он всем своим видом показывает, какой он почётный студент!

Квенсер и Хейвиа неистово убежали от ограждения и нырнули в груду мусора, наваленную на обочине гражданской дороги.

От вони Квенсер скривил лицо.

— У меня такое ощущение, что я продал гордость в обмен на жизнь…

— И почему эта куча отражает пули? Я думал, винтовки способны пробить насквозь машину.

— Полагаю, пачки старых журналов и старые приборы достаточно круты.

Внезапно Квенсер почувствовал в кармане слабую вибрацию.

Он вытащил хендхелд и сказал.

— О, я что-то получил.

— Снимок со спутника?! Если мы увидим распределение вражеских БПЛА…

— Нет, только емейлы брачной аферистки Дженелии и Идеального идола.

— Куда уж без наших прелестниц-мечтательниц! Но сейчас они совершенно бесполезны! И когда, чёрт побери, ты обменялся с ними адресами?!

— О, погоди-ка… Когда Идеальный идол выбирается из силового костюма… Ого! Вот это сиськи!

— Стой, что?! Ты о чём?! В письме вложение?!

Хейвиа внезапно заинтересовался прибором, но затем в воздухе раздалось несколько новых взрывов. Двое парней окунулись в следующую груду мусора и проверили ситуацию.

Солдаты на морской базе оправились от первой волны атаки. Оставшиеся орудия ПВО начали отстреливать Апоптозы ракетами и пулемётным огнём.

Им помогал факт, что беспилотники имели винтовые двигатели, которые фокусировались на времени полёта, а не скоростные реактивные двигатели.

БПЛА отличались малой скоростью, не позволяющей предпринимать манёвры уклонения. Взрыв и осколки ракеты земля-воздух въелись в крылья и корпус одного беспилотника. Апоптоз потерял равновесие и рухнул посреди морской базы, оставив за собой след чёрного дыма.

— О!

— Олень! Как раз сейчас опаснее всего!

Квенсер начал высовывать голову из-за горы мусора, но Хейвиа схватил его за шкирку и притянул обратно.

В следующий миг всю зону проглотила яркая вспышка и оглушительный взрыв.

Груда мусора превратилась в чёрный силуэт, а всё прочее окрасилось белым.

По всей коже пошла жгучая боль, как будто они долгое время сидели рядом с радиатором.

Квенсер попытался сделать вдох, но Хейвиа прикрыл ему рот.

Если бы он вдохнул, получил бы ужасный ожёг внутренностей.

Спустя несколько десятков секунд Квенсеру наконец позволили вновь дышать.

— Что?.. Какого чёрта сейчас произошло?

— Тут тот же принцип, как у термобарической бомбы. Они ведь беспилотные боевые аппараты, помнишь? Когда они не могут продолжать полёт, они распыляют топливо по ближайшей территории и поджигают его. Таким макаром они могут вынести вражеский аппарат, который сбил их, или нанести урон целевому объекту на земле. Вот почему их название имеет отношение к самоубийству.

— Термобарическая бомба? Тогда мы разве не должны были превратиться в новый мусор?

— Они не используют зажигательный элемент для бомб. Они лишь разбрызгивают остатки топлива. В лучшем случае радиус составит двести метров вокруг них, но мощность напора падает по мере уменьшения топлива в баке.

— Дело плохо… Оставшиеся беспилотники падают на морскую базу!

— Полагаю, одного воздушного взрыва хватило, чтобы сбить остальные Апоптозы. Не высовывайся из укрытия! Пригнись и задержи дыхание!

Активировалось ещё семь импровизированных термобарических бомб.

Белоснежные взрывы лишили морскую базу всех её главных функций.

Квенсера забросило в круговорот взрывного рокота. Он испытывал такую боль, словно в него запихали металлическую бочку и стали колотить по ней изнутри металлическими битами. Какое-то время он даже не понимал, лежит ли он лицом вверх или вниз.

— Я подохну… Я точно подохну, чёрт! Почему после всего этого я ещё не подох?! Да я охрененно крут!

— Не перевозбуждайся, счастливчик. Ещё летят!

Квенсер услышал новые винтовочные выстрелы. Ему стало интересно, почему они стреляют, раз все Апоптозы взорвались, но целью выбрали отнюдь не БПЛА.

В южной стороне морской базы череда взрывов разломала изгородь, и через брешь прошли несколько десятков людей. Они понеслись на территорию морской базы.

Вражеских солдат попытались остановить огнём из пулемётов на броневиках, у которых сломались все колёса, но никто не мог сказать наверняка, сколько это продлится.

Как и ожидал Квенсер, по рации пришёл запрос подкрепления.

Его сделал знакомый латиноамериканец.

— Мы должны помешать вражеским солдатам проникнуть на базу с юга. Все боеспособные солдаты обязаны найти себе оружие и собраться там! Третья оружейная на половину разрушена, но содержимое ещё в порядке!

— Он хорошо умеет только приказывать другим разгребать дерьмо? Что нам делать, Хейвиа?!

— Пусть гуляет. Я не собираюсь слушать требования какого-то отличника-эгоиста.

Квенсер замер на месте, когда услышал его ответ.

Он несколько раз моргнул и спросил вновь.

— Серьёзно?.. Ты позволишь ему умереть только за то, что он несправедливо к нам отнёсся?

— Дело не в этом. Какие у нас доказательства, что больше нет Апоптозов? Глянь на север и запад. Примерно в пятистах метрах от земли поднимаются конверсионные следы. Они от ускорителей, которые вертикально запускают Апоптозы. Если не разберёмся с пусковыми установками, запустят вторую волну. В этом случае морской базе придёт конец. — Хейвиа указал в двух разных направлениях. — Здешний порт — это военный объект. В нём куча подземных зон, защищённых толстым бетоном. Они не настолько пострадают, как может показаться из наземных разрушений. Но там не абсолютно безопасно. Если термобарические бомбы будут взрываться снова и снова, выжившие окажутся похороненными под завалами.

— Нам стоит пойти на север или запад?..

— Без разницы. Пошли со мной.

Хейвиа бросил Квенсеру армейский пистолет из личного запаса, и они пошли в атаку на запад.

Пятьсот метров составляли дальность поражения штурмовой винтовки, но дорогу захламили постройки. Изначально тут проходила дорога с аккуратными рядами офисных зданий, но к ним насильно пристроили кучу казарм, которые закрыли проезжую часть вместе с тротуаром. Плюс, узкие проходы заполонили кучи мусора. Осталась лишь маленькая тропинка. Слишком многое загораживало линию огня.

— Побежали через груды мусора. Если наткнёмся на вражеских солдат, они смогут выстрелить по нам через казармы.

Казалось нелепым думать, что мусор крепче стен здания, но такова была истина.

— И кто, по-твоему, враг? Организация веры?

— Я сказал, что Апоптозы распродали за иностранную валюту, помнишь? Пока что невозможно сказать наверняка. Ведь тут округ Амазонка. Если пойдёшь на север к океану, окажешься в родных странах Информационного альянса и Корпораций капиталистов. Здесь важное место, потому что оно служит перевалочной базой для Объектов. Многие хотят напасть на него.

Но спрятать пусковые установки им бы не удалось.

В конце концов, БПЛА запускались в небо, как ракеты. Их могли укрывать до запуска, но потом возможностей не оставалось. Внимание большинства приковалось ко взрывам на территории морской базы, но часть озадаченных солдат обратило внимание в сторону пусковых установок. Запаниковавшие и бегущие с базы солдаты обратили взор в их стороны, словно прикидывая, как их окружить.

— Вот она, — сказал Хейвиа, как только они подошли на двести метров. — Они насильно прицепили установку на кузов грузовика. Вон та штука на крану — комплект из четырёх Апоптозов. Сложно точно сказать, когда у них сложены крылья.

— Давай закончим, пока они не развернули их. Сколько там врагов?

— Вижу десятерых. А в толпе могли затеряться ещё…

Прежде чем Хейвиа закончил говорить, двое парней услыхали слабый металлический шум.

С данным звуком мужчина в военной униформе, укрывающийся за казармами в пяти метрах от них, убрал свой автомат с предохранителя.

— ?!

Квенсер немедленно попытался поднять армейский пистолет, к которому не привык, но Хейвиа двигался быстрее. Он вытянул с пояса большой нож и метнул его.

Большое лезвие глубоко воткнулось в шею мужчины, и тот свалился на землю, не имея возможности нормально закричать.

Хейвиа подошёл к телу и забрал нож.

— Не шуми, олень. Можем посверкать, когда пройдём ещё пятьдесят метров.

— Тебя учили этому в военной школе?

— Нет, нельзя всё время следовать учебникам. Когда нож тяжёлый, нужно использовать его как метательный топорик. Иначе вращение лезвия стабилизирует полёт, и он не воткнётся.

Хейвиа увлёкся разъяснениями, и их заметил другой вражеский солдат.

Двое придурков лихорадочно нырнули за груду мусора, едва опередив прогремевшие выстрелы. После этого подключился умопомрачительный шум других выстрелов.

— Я подохну, я подохну, я подохну!

— Вообще-то, очень странно, что мы до сих пор живы, учитывая их упорную пальбу! Они вообще целятся?! Только не говори, что они просто запаниковали!

Но с каким намерением ни выпускали бы пули, они оставались смертельными. И парни оказались в очень невыгодном положении, учитывая их численность. Лишь стоило высунуть головы из-за укрытия, чтобы запросто погибнуть в шторме из пуль.

— От них попахивает нубами. Что нам делать, Квенсер?!

— Я тоже нуб, так что меня не спрашивай! Кстати, как ты думаешь, горожане уже все разбежались?

— Это военная страна. Они наверняка выучили программу действий на случай ЧП и сразу убежали, услышав столько выстрелов!

— Тогда вытаскивай свою ручную противотанковую ракетницу. — Квенсер хлопнул Хейвиа по плечу, привлекая его внимание, и затем указал на пусковой грузовик вдалеке. — Выстрели по Апоптозам, которые ещё висят на кране. Они ведь заполнены ракетным топливом? Солдат вокруг накроет с головой.

— Не шибко-то правильно.

— Они напали с помощью них на нашу базу. Пусть не жалуются.

Хейвиа убрал предохранительную чеку у ракеты, свисающей с его плеча, пока Квенсер пытался с двух рук вести заградительный огонь из армейского пистолета.

Но он облажался.

— Оу?! У меня запястья в хлам убились! Зачем ты носишь такой здоровенный ствол?! Разве такой годится для личного оружия?!

— Это пятидесятый калибр. У мужика должен быть большой ствол!

— Даже череп не такой жёсткий, как ты...

— С дороги. Ракета готова. Отожгём по полной!

— Кяяя! Ты такой крутой, Хейвиа!

— Пора танцевать, мудозвоны!

Водрузив ракетницу на плечо, Хейвиа воспользовался датчиками для прицеливания и без колебаний нажал на спуск.

Ракета вылетела со звуком, больше похожим на выход сжатого газа, чем на взрыв.

Она пролетела по узкому пути между казармами, прошла прямо над пусковым грузовиком и угодила в линию Апоптозов, висящих на крану.

Взрывной рокот исчез.

Его затмила вспышка света.

Квенсера и Хейвиа отбросило назад побочным эффектом взрыва, учинённого ими же, и груда мусора, которой они прикрывались, начала обваливаться. Они неистово покатились в сторону, но затем на них начала падать стена одного из покоцанных бараков.

— И почему я даже не жду награды за победу?!

— Просто радуйся, что мы победили!

Накренившаяся стена казармы уткнулась в казармы на противоположной стороне узкого переулка. Двое придурков изловчились выползти оттуда через получившийся промежуток и остались без единой царапины.

— Квенсер, Квенсер. Доставай уже свой ствол!

— ?

— Большинство из них превратились в факелы, но выжившие принялись отступать. Если не возьмём живыми хотя бы нескольких, не узнаем ответственного за нападение!

— Тогда занимайся этим ты, Хейвиа!

— А ты что собрался делать?!

— Гляди. Ещё осталась линия из четырёх Апоптозов. Ведь на севере есть другая пусковая установка? Давай поджарим их и разнесём установку. Если не сделаем это, морской базе конец!